Не дав юноше и рта раскрыть, она тут же сменила тему:

— На одном лишь деле Мэри вы заработали десять фунтов. Удержи вы такую удачу и впредь, и вскоре сами сможете закатывать подобные застолья. Видите ли, для людей нашего круга устраивать званые вечера для друзей и наносить им ответные визиты хотя бы раз в месяц — это просто вопрос статуса.

Клейн, давно привыкший к ее специфической манере общения, выдал дежурный комплимент:

— Безусловно. Однако, чтобы позволить себе подобный размах, мне сперва нужно дотянуть до стабильного дохода хотя бы в четыре сотни фунтов в год.

Услышав это, Старлин горделиво вздёрнула подбородок, изо всех сил стараясь придать своей улыбке сдержанно-небрежный вид:

— Четыреста тридцать. Никак не меньше четырехсот тридцати фунтов.

…………

Портовый район, док Восточного Балама. Таверна «Союз рабочих».

Сио, натянув сапоги с изрядно завышенной подошвой и приклеив густую фальшивую бороду, виртуозно замаскировалась под низкорослого мужчину.

Раз за разом прокручивая в памяти тот самый портрет, переданный мисс Одри, девушка отчаянно пыталась намертво выжечь в своем сознании черты лица этого предполагаемого убийцы.

«Если Гэвин пал от его руки, то этот тип стопроцентно захаживает в эту таверну…» Заказав кружку ржаного эля и скромный обед, Сио забилась в самый темный угол. Меланхолично ковыряясь в тарелке, она то и дело бросала из-под полей кепки цепкие, скрытные взгляды, выискивая в толпе свою цель.

Спустя некоторое время входная дверь заведения в очередной раз с протяжным скрипом распахнулась, и Сио на одних инстинктах вскинула глаза.

От увиденного её зрачки мгновенно сузились в крошечные иглы, а сама она едва не обратилась в соляной столб.

Переступивший порог посетитель ростом подбирался к двум метрам!

Глава 283

Профсоюз докеров

Сио промышляла охотой за головами уже приличное время. В этом нелегком ремесле многие реакции давно въелись в подкорку, позволяя действовать на одних инстинктах, даже не задумываясь.

Едва заметив переступившего порог посетителя, чей рост подбирался к двум метрам, девушка рефлекторно вжала голову в плечи. Сделав вид, будто ничего не произошло, она невозмутимо продолжила жевать свиную сосиску с картошкой фри.

И хотя еда попадала в рот, Сио не чувствовала ни малейшего вкуса. Перетерпев мучительный, тянущийся словно вечность десяток секунд, она наконец-то осторожно приподняла голову и, напустив на себя скучающий вид, обвела зал равнодушным взглядом.

Нужная цель отыскалась моментально: тот самый гигант уже устроился за барной стойкой, дожидаясь выпивки и обеда.

Мягкие, слегка вьющиеся светло-русые волосы, звериный оскал темно-карих глаз, опущенные уголки губ и таящаяся в каждом движении аура свирепого волка-одиночки… Каждая деталь, выхваченная взглядом, с пугающей точностью ложилась на образ, намертво выжженный в ее памяти.

Это он!

Тот самый предполагаемый убийца!

Ублюдок, прикончивший Уильямса!

Сио вновь торопливо опустила голову, методично, дюйм за дюймом, отправляя в рот остатки еды.

Спустя несколько долгих минут она сгрузила пустую тарелку и бокал прямо на барную стойку. Ни на кого не глядя и не оборачиваясь, девушка решительно покинула таверну «Союз рабочих».

— Благо, сапоги с изрядно завышенной подошвой сослужили отличную службу, надежно скрыв ее самый бросающийся в глаза недостаток.

Оказавшись на улице, Сио сбавила шаг. Отыскав поблизости укромный уголок, она принялась вести скрытое наблюдение за всеми входящими и выходящими из заведения.

Ожидание вскоре принесло свои плоды. Взгляд выхватил из толпы знакомое лицо — это был Бертон, квалифицированный рабочий из дока Восточного Балама, обитающий здесь же, в Восточном районе.

Этот парень питал слабость к тому, чтобы в обед или ближе к вечеру побаловать себя кружечкой самого дрянного темного эля. На большее его жалкого жалованья попросту не хватало, да и то позволить себе подобную роскошь он мог далеко не каждый день.

Сио проворной тенью выскользнула из укрытия. Подскочив к парню, она похлопала его по плечу и вполголоса бросила:

— Это я, Сио.

— Сио? — Бертон недоуменно оглядел вынырнувшего сзади невысокого мужичка. Он едва признал в этом оборванце ту самую Сио Деречу — прославленного на весь Восточный район «Арбитра».

— У меня к тебе пара вопросов, — девушка кивком указала на темную подворотню.

Сгорая от любопытства, Бертон последовал за ней. Лишь оказавшись в глухой тени, его словно осенило:

— Никак заказ взяла?

До него доходили слухи, что Сио промышляет еще и охотой за головами.

— Угу, — небрежно отмахнулась девушка. Выудив из кармана пять новеньких медяков по одному пенни и звонко подбросив их на ладони, она спросила: — Того дылду из таверны знаешь?

— Это того, что здоровенный как шкаф, со светлыми волосами и жуткой рожей? — Бертон красноречиво развел руками, показывая габариты.

— Именно, — Сио молниеносно извлекла сложенный лист с портретом и сунула ему под нос. — Гляди в оба. Ошибка исключена.

— Точно он. Последние пару-тройку месяцев он частенько сюда захаживает, хотя раньше я его в глаза не видел. Мерзавец он отпетый, слов не понимает, а в драке просто зверь. Мой тебе совет: не лезь к нему, целее будешь, — придирчиво изучив рисунок, с искренним участием предостерег рабочий.

«Еще бы… Стоило мне только бросить на него взгляд, как по спине пробежал первобытный холодок, словно я в детстве нос к носу столкнулась со свирепым хищником. Инстинкт так и вопил: беги, иначе сожрет…» — беззвучно выдохнув, Сио продолжила допрос:

— С кем он тут трется? Есть какие-то дружки?

— Да черт его знает. Он вечно сам по себе, слова из него клещами не вытянешь. Ни одна живая душа даже имени его не ведает. Местные прозвали его просто — «Гигант», — презрительно скривив губы, мотнул головой Бертон.

Девушка на пару секунд задумалась, после чего закинула новую удочку:

— А кроме этой забегаловки, ты его еще где-нибудь примечал?

— Расспроси-ка своих ребят. Только тех, за кого можешь поручиться.

Порывшись в памяти, Бертон ответил:

— Как-то раз, когда я бегал по делам в профсоюз докеров… ну, тот самый, что при доке Восточного Балама… я пару раз замечал, как он там ошивается. Слушай, Сио, а чего ты сама в этот профсоюз не подашься? Ты же за справедливость горой! А эти кровопийцы мало того, что дерут с нас по полтора суля в неделю, так еще и во время забастовок в соседних доках требуют отстегивать им половину жалованья! И это когда нам семьи кормить надо!

— О Господи, да пес бы с ним, ради светлого будущего можно и потерпеть. Так ведь нет! Едва поднимут бунт, как тут же бегут на поклон к адвокатам этих толстосумов и бьют по рукам! А мы как сидели в дерьме, так и сидим!

— Стоп, притормози, — Сио осадила его пыл, властно опустив ладонь. — Так значит, больше нигде этого «Гиганта» не видал?

— Никак нет. И парни мои вряд ли, мы бы уже давно кости ему перемыли, — железобетонно заверил рабочий.

Не став больше разводить пустые разговоры, Сио ссыпала медяки в подставленную руку:

— Это тебе на пиво.

— И заруби себе на носу: о нашем разговоре — ни звука. Иначе не сносить тебе головы.

Не успели эти слова растаять в воздухе, как девушка круто развернулась и зашагала прочь из закоулка, взяв курс прямиком на профсоюз докеров при доке Восточного Балама.

Спустя минут десять перед ее взором выросло двухэтажное здание, выкрашенное в желтый цвет.

Виртуозным движением вывернув свою холщовую куртку наизнанку и выставив напоказ грубые заплаты, Сио в мгновение ока преобразилась из простого работяги в опустившегося бродягу.

Скользнув взглядом по кучке нищих, жмущихся друг к другу на углу, она брезгливо прикрыла нос и плюхнулась прямо к ним в компанию. Ее глаза то и дело выхватывали двери профсоюза, цепко фиксируя каждого входящего и выходящего.

Минуты складывались в часы. Проглатывая пронизывающий холод и отвратительную вонь подворотни, Сио с маниакальным упорством продолжала сканировать здание и прилегающие переулки.

В ее памяти кристально ясно стоял образ Уильямса с его вечной любовью к крепкому пойлу. И еще ярче пылало то леденящее душу чувство, когда она впервые прочла ту роковую газетную заметку.

Именно эта обжигающая смесь скорби и ярости придавала ей сил, позволяя терпеть любые лишения.

В этот самый миг двери профсоюза распахнулись, выпустив на улицу компанию из семи-восьми человек. Оживленно переговариваясь, они направились в кофейню напротив, явно намереваясь пообедать.

Сио прищурилась, словно ястреб, скрупулезно пропуская через фильтр своего внимания каждое лицо.

«Пусто… Никого подозрительного», — девушка уже было собиралась отвести взгляд в ожидании следующей партии.

С протяжным скрипом дверь кофейни отворилась, и наружу вырвалось густое облако душного пара. Один из вышедших мужчин, не выдержав, стянул очки в золотой оправе и принялся протирать запотевшие стекла рукавом.

Сио мазнула по нему равнодушным взглядом, но тут же застыла как вкопанная.

Эти глаза!

Эти губы!

Тот самый оскал, источающий вечную, издевательскую усмешку над всем миром!

«Ланевус⁈» Девушка молниеносно отвернулась, в панике вжав голову в плечи.

Лицо этого типа отливало густым бронзовым загаром, волосы торчали жестким ежиком, а скулы были грубыми и рублеными — разительный контраст с тем гладеньким портретом! И всё же, этот насмешливый взгляд и характерный изгиб губ буквально вопили о поразительном сходстве.

Аура человека, который в открытую смеется над каждой живой душой!

«Он ли это? Неужто и впрямь Ланевус?» — низко опустив голову, Сио остекленевшим взглядом сверлила грязную брусчатку, а в ее голове бушевал настоящий шторм.

…………

В доме Саммеров.

После грандиозного обеда хозяева и гости чинно расположились в гостиной. Под светскую болтовню они условились скоротать остаток дня за партией в техасский холдем.

По залу то и дело прокатывались волны смеха, вызванные забавными байками и столичными сплетнями. Клейн, натянув на лицо безупречную улыбку, изредка вставлял пару дежурных фраз, попутно наблюдая, как двое неугомонных ребятишек Саммеров с веселым визгом носятся туда-сюда.

Сидевший подле него Юрген Купер, напротив, хранил ледяную, невозмутимую серьезность, лишь изредка подавая голос, чтобы разбавить беседу сухой юридической справкой.

Клейн с легким смешком подался вперед и, понизив голос, поинтересовался:

— Вам не скучно?

— Отнюдь. У них весьма занятные темы для бесед, — на полном серьезе кивнул Юрген.

Клейн на мгновение опешил, после чего не удержался от нового вопроса:

— Так почему же вы не смеетесь?

Адвокат слегка нахмурил брови и с искренним недоумением посмотрел на юношу:

— А с какой стати я должен смеяться?

«…» Уголок губ Клейна нервно дернулся, и он решительно не нашелся, что на это ответить.

Он уже было открыл рот, чтобы пошутить, мол, собеседник до боли напоминает своего собственного кота Броуди — вечно хранит такую же непробиваемую суровость. Но в этот самый миг его слух внезапно резанул призрачный, наслаивающийся сам на себя шепот мольбы.

«Женский голос… Мисс Справедливость? Неужто она так быстро нарыла стоящие сведения по тем зацепкам, что я ей подкинул?» Клейн поднялся с места и, изящно поклонившись, произнес:

— Прошу простить, мне нужно ненадолго отлучиться в уборную.

Оказавшись в ванной комнате, он наглухо провернул ключ в замке, отчеканил четыре выверенных шага против часовой стрелки и воспарил в таинственные чертоги над серой мглой.

Интуиция его не подвела: зов и впрямь исходил от мисс «Справедливости».

Почувствовав, как внутри натягивается струна напряжения, Клейн — наполовину со сгорающим предвкушением, наполовину с ледяной серьезностью — высвободил духовность, обратившись в слух.

Завершив чтение обязательного почетного имени, Одри обстоятельно доложила:

— Мои люди обнаружили ту самую зацепку в портовом районе, в таверне «Союз рабочих» при доке Восточного Балама. Этот субъект откликается на прозвище Гигант.

— Взяв его след и проследив за маршрутами, они вышли на профсоюз докеров там же, в Восточном Баламе. Возле здания мелькнул человек, до боли похожий на Ланевуса, однако стопроцентной уверенности пока нет.

— Вступать в прямой контакт они благоразумно не рискнули: этот Гигант обладает пугающей мощью и дьявольски опасен. Приходится затаиться и ждать подходящего момента.

— Вдобавок они просили уточнить: если личность Ланевуса подтвердится, дозволено ли им будет сдать его полиции ради получения назначенной награды?

«У Ланевуса в рукаве припрятан столь жуткий и смертоносный цепной пес… А есть ли у него другие подельники? Не маячит ли за его спиной какая-нибудь могущественная теневая фракция? С какой стати он пошел на ту безумную, кровавую резню, и какие интриги он сейчас плетет в стенах этого профсоюза?» Вихрь тяжелых вопросов пронесся в голове Клейна. Очевидно, что дело оказалось куда запутаннее, чем он полагал поначалу, обрастая всё новыми густыми слоями мрака.

Что же касалось последней просьбы, ответ юноши был безоговорочно утвердительным. Более того, он собирался настоятельно порекомендовать девушкам слить информацию прямиком Церкви Богини Вечной Ночи, поскольку в рядах полиции всегда оставался фатальный риск утечки.

«Если Ланевуса прикончат Ночные Ястребы — это тоже станет превосходной местью!» — беззвучно резюмировал Клейн. В его груди разгоралось жгучее, первобытное желание немедленно отправиться туда и самолично удостовериться, тот ли это ублюдок, чтобы долгие проволочки не породили непредвиденных сюрпризов.

С шумом втянув воздух и титаническим усилием воли обуздав эмоции, парень отцепил спрятанный в рукаве маятник.

«Поход в профсоюз докеров ради опознания Ланевуса таит в себе опасность».