«И куда же подевалась его свита нежити?» — со смесью искреннего недоумения и глубочайшего облегчения подумал сыщик.
Бледный мужчина молча кивнул в сторону карточной комнаты и двинулся первым. Клейн, прищурившись, издали просканировал помещение и, лишь окончательно убедившись в отсутствии мертвецов, решился переступить порог.
— У вас ко мне какое-то дело? — с ходу взял инициативу в свои руки парень.
Облаченный в белоснежную сорочку и строгий черный жилет Марич с размаху плюхнулся прямо на край игорного сукна. Вперив немигающий взгляд в глаза собеседнику, он глухо обронил:
— Тот твой заказ на охрану… он еще в силе?
— А? — от неожиданности Клейн на долю секунды впал в полнейший ступор.
— Моя давняя приятельница нынче сидит на мели и готова взяться за это поручение. Поверь, ее мощь превосходит мою, так что уберечь твою шкуру ей вполне по зубам. Вот только срок контракта — ровно трое суток, а цена вопроса — тысяча полновесных фунтов, — невнятно, с хрипотцой пробурчал собеседник.
«И почему наемник-Потусторонний нарисовался именно сейчас, когда в моих руках уже есть „Слова скверны“?.. Впрочем, так даже лучше. Это окончательно собьет с толку ищеек посла. Стоит тому мерзавцу выложиться на полную, чтобы одолеть подругу Марича, как мои собственные шансы на триумфальный удар взлетят до небес… Единственная загвоздка — как удостовериться в ее благонадежности? Хм, ответ очевиден: вознестись над серой мглой и раскинуть карты…» — погрузившись в недолгие раздумья, Клейн наконец отозвался:
— Мне потребуется время на раздумья и сбор средств. Как-никак, сумма астрономическая.
— Вдобавок, охранять меня придется в режиме строжайшей секретности, не привлекая лишнего внимания. Выбор конкретных трех суток я оставляю за собой, но ручаюсь, что это произойдет в течение ближайших двух недель.
«Разумеется, для истинного „Провидца“ эта скрытность не станет помехой…» — мысленно, про себя добавил юноша.
Что же до финансовой стороны вопроса, план был составлен загодя. Если выручки с продажи Потусторонней характеристики Мерсо окажется недостаточно, можно будет стрясти недостающее с мисс «Справедливостью». Благо почва для этого была заботливо подготовлена, да и в дневниках Рассела таилась еще уйма бесценных знаний на продажу. Само собой, заломи наемники откровенно неадекватный ценник, от затеи пришлось бы с сожалением отказаться.
Теперь же, пускай останки Мерсо и переплавились в смертоносные «Слова скверны», мисс «Справедливость» никуда не делась. На ней всё еще висел должок за рецепт «Молящего о свете» восьмой Последовательности и неоплаченные сведения о Тайном ордене. Если сложить эти два пункта, тысячи фунтов наберется с лихвой!
Глава 245
Подтверждение
Улица Минск, дом 15. Вернувшись в свои апартаменты, Клейн не стал пороть горячку и возноситься над серым туманом ради гадания, а принялся невозмутимо читать газету, всем своим видом показывая, будто ровным счетом ничего не произошло.
В процессе чтения до его слуха донесся призрачный, наслаивающийся сам на себя шепот мольбы. Слегка прислушавшись, юноша без труда распознал в нем женский голос.
«Похоже, после того чудовищного испытания бредом „Истинного Творца“ моя восприимчивость к подобным вещам слегка возросла…» — задумчиво перелистывая страницы, сыщик так и остался полулежать в уютном кресле-качалке, даже не шелохнувшись.
Лишь когда стрелки карманных часов подобрались к десяти, парень отложил прессу и поднялся на второй этаж, чтобы привести себя в порядок в умывальной.
Оказавшись в спальне и плотно задернув шторы, он привычным ритуалом воспарил в чертоги над серой мглой. Там его взору предстала темно-красная звезда, символизирующая «Справедливость» — она непрерывно пульсировала, раздуваясь и сжимаясь, вторя эхом отдающимся мольбам.
Высвободив духовность и коснувшись мерцающего сгустка, Клейн мгновенно узрел перед собой девушку, облаченную в легкую шелковую ночную сорочку светлых тонов.
Образ мисс «Справедливости» по-прежнему оставался размытым, но было очевидно, что она полулежит в постели.
Завершив чтение почетного имени, Одри сразу перешла к сути:
— Посол Бейкеран является «Заговорщиком» шестой Последовательности Пути «Охотника», а его помощник, по всей видимости, достиг пятого ранга…
— Раздобыв подробное досье, я через доверенных лиц связалась с мистером А. Он согласился взять на себя устранение посла, однако выдвинул свои условия: либо десять тысяч золотых фунтов, либо рецепт эликсира «Неомраченного», «Жреца Бедствий», «Пророка» или «Манипулятора». Причем сгодятся даже неполные, обрывочные формулы.
— Я предпочла первый вариант, выдав аванс в две тысячи фунтов. Многоуважаемый господин Шут, верен ли мой выбор?
«Десять тысяч полновесных фунтов…» — уголки губ Клейна предательски дрогнули, но он титаническим усилием воли заставил себя переключить мысли в иное русло:
«Помощник пятой Последовательности… Должно быть, это и есть тот самый лазутчик из Пути „Провидца“?»
«Пока будем исходить из этого. Врага лучше переоценить, чем недооценить…»
«Хватит ли у мистера А силенок? Не сбежит ли он, прихватив куш, так и не выполнив работу?..»
«„Жрец Бедствий“, „Пророк“ и „Манипулятор“ стоят в одном ряду с „Неомраченным“. Стало быть, все они относятся к четвертой Последовательности, являясь вратами в высшие эшелоны силы…»
«С огромной долей вероятности мистер А — один из двадцати двух оракулов ордена Авроры. Раз уж ему доверили представлять ложу в Баклунде, этой столице всех столиц, значит, в иерархии он стоит аккурат под пятеркой святых, являясь истинной элитой среди своих собратьев…»
«Орден Авроры безраздельно владеет Путем „Молящего“ — той самой стезей, что ведет прямиком к „Истинному Творцу“. Логично предположить, что их оракул черпает силу именно из этой цепочки. Опираясь на его статус в Баклунде, можно смело утверждать: он находится как минимум на пятой ступени, являясь „Пастырем“. Впрочем, нельзя исключать и вариант с „Епископом Роз“, если его таланты лежат в несколько иной плоскости, например, в непревзойденном коварстве и остроте ума…»
«Нужно непременно предостеречь мисс Справедливость от лишних контактов с этим типом. Адепты Пути „Молящего“ — это либо конченые психопаты, у которых всё на лбу написано, либо психопаты скрытые, виртуозно маскирующие свое безумие. Исключений тут практически не бывает… Ведь уже на восьмой ступени „Слушатели“ вынуждены денно и нощно внимать бормотанию „Истинного Творца“…»
«Хм, впрочем, лишь подлинному безумцу хватило бы дерзости взяться за убийство интисского посла и довести дело до конца…»
«У меня ведь как раз завалялись обрывки формулы „Неомраченного“ вкупе с ритуалом возвышения. Это сэкономило бы мисс Справедливости целых десять тысяч фунтов…»
«Но с какой стати мистеру А сдались именно „Неомраченный“, „Жрец Бедствий“, „Пророк“ и „Манипулятор“? Неужели эти зелья допускают взаимозаменяемость с Путем „Молящего“ на высших рангах? Что-то их слишком много… Если сложить всё вместе, выходит целых пять взаимосвязанных цепочек…»
«„Неомраченный“ — вотчина Вечного Пылающего Солнца. „Жрец Бедствий“, судя по названию, отсылает либо к Повелителю Бурь, либо к Богине Вечной Ночи… Ранее я уже пришел к выводу, что Пути Вечного Пылающего Солнца, Повелителя Бурь и Бога Знаний и Мудрости принадлежат к смежным Последовательностям, отчего эти божества и питают друг к другу столь лютую вражду. В таком свете „Жрец Бедствий“ почти наверняка является четвертой ступенью Пути „Моряка“, принадлежащего Повелителю Бурь. А „Пророк“ — детище Бога Знаний и Мудрости…»
«К какой же тогда ветви относится „Манипулятор“?»
«И все они, оказывается, прекрасно сплетаются с цепочкой самого „Истинного Творца“. Воистину, прелюбопытный расклад…»
«Нет… Передавать формулу „Неомраченного“ мистеру А нельзя ни в коем случае, даже обрывками. Фанатики из ордена Авроры только и ждут повода, чтобы отомстить всему миру, сея вокруг лишь хаос и смерть. Снабжать их знаниями стратегического масштаба — чистой воды самоубийство… И дело тут не только в моральных принципах, но и в банальном инстинкте выживания. Эти психи, улучив подходящий момент, и глазом не моргнут, чтобы принести в жертву целый город…»
«Пусть уж лучше мисс Справедливость раскошелится на свою десятку. Часть этих денег всё равно предназначалась моему „избраннику“, а оставшуюся брешь я с лихвой компенсирую ей бесценными знаниями…» — Клейн в задумчивости ущипнул себя за щеку.
Не став пока отвечать девушке, он силой мысли соткал из тумана пергамент с пером и приготовился к гаданию.
О той самой загадочной подруге Марича Клейн не знал ровным счетом ничего. Единственной зацепкой служило местоимение «она», выдававшее женский пол. Попытайся он в лоб раскинуть карты на ее благонадежность — и провал был бы неизбежен.
Однако оставалась лазейка в виде косвенного гадания: нужно было лишь поставить во главу угла собственную безопасность, и тогда шансы на успех взлетели бы многократно.
А что до возможных искажений или неточностей в предсказании — густая пелена серой мглы надежно защищала от любых внешних помех, не оставляя места для тревог.
Тщательно всё взвесив, Клейн размашисто вывел на бумаге:
«Наем подруги Марича в качестве телохранителя на три дня таит в себе угрозу».
Отложив перо и отцепив маятник, юноша усмирил разум и стремительно провел ритуал.
Распахнув глаза, он увидел, как желтый кристалл цитрина плавно очерчивает круги по часовой стрелке, вот только амплитуда и скорость вращения были до смешного малы.
«Угроза присутствует, но она ничтожна… Значит, кандидатка вполне надежна…» — с легким кивком констатировал парень и переключился на мистера А.
Ситуация повторялась: с этим оракулом он лично никогда не пересекался, опираясь лишь на чужие слухи да собственные догадки. Выведать напрямую, по зубам ли ему это дело и сдержит ли он слово, было попросту нереально. Приходилось вновь искать обходные пути.
Будучи уже весьма искусным Провидцем, Клейн мгновенно нащупал верный вектор: раскинуть карты на самого посла Бейкерана!
Ниточек, связывающих его с дипломатом, хватало с избытком, да и досье на того было собрано исчерпывающее. Сыщик даже доподлинно знал, в какую именно грязную интригу вляпался посол, так что в качестве мишени для гадания тот подходил безупречно.
Немного поразмыслив, Клейн написал:
«Бейкеран Жан Мадан подвергнется смертельной угрозе от рук мистера А».
Поскольку уверенности в успехе было немного, он намеренно смягчил формулировку, избегая жестких, безапелляционных утверждений, дабы не спровоцировать провал ритуала.
На этот раз маятник вновь закружился по часовой стрелке, однако его скорость и размах заметно возросли.
«Это означает, что мистер А действительно возьмется за дело, и его шансы на триумф весьма высоки…» — медленно выдохнув спертый воздух, Клейн наконец приступил к формированию отклика для мисс «Справедливости»:
— Дозволяю.
— Ваш выбор абсолютно верен.
— Но ни в коем случае не светитесь в этом деле лично.
— Мой избранник нуждается в тысяче фунтов на текущие расходы. Схема передачи прежняя, и в идеале перевод должен состояться уже завтра.
— Эта сумма покроет долг за рецепт «Молящего о свете». Что же до сведений о Тайном ордене — отныне вы свободны от этого поручения. Впрочем, если вам вдруг удастся раздобыть свежие зацепки, я с радостью выкуплю их.
Осознав, что тот загадочный лазутчик принадлежит к Пути «Провидца», Клейн несколько охладел к агрессивным поискам Тайного ордена.
Изначально он подумывал стрясти с аристократки куда больше тысячи фунтов, но, вспомнив, что ей предстоит выложить кругленькую десятку за устранение посла, резонно рассудил: бюджет девушки наверняка затрещит по швам. Пришлось умерить аппетиты и ограничиться самым скромным минимумом.
Покончив со всеми делами в чертогах, юноша не стал задерживаться и молниеносно вернулся в реальный мир.
…………
Одри, держа в руках сборник нот, тихонько напевала изящную мелодию, в то время как за окном сквозь облака то и дело проглядывала багровая луна.
Внезапно перед ее глазами заклубилась густая серая мгла. Восседающий на древнем кресле силуэт окинул ее величественным взором и заговорил низким, раскатистым баритоном.
Выслушав ответ господина Шута, Одри с невероятным облегчением выдохнула, чувствуя, как тревога отпускает ее сердце.
«Тысяча фунтов… Мой долг перед господином Шутом практически погашен… Какая же легкость на душе…» — прижав ноты к груди, девушка расплылась в мечтательной улыбке, обнажив очаровательные ямочки на щеках.
И пусть отныне ее карманные расходы усохнут до жалкой тысячи в месяц, ставя ее в донельзя стесненное положение, наскрести нужную сумму прямо сейчас было вполне реально — стоило лишь немного затянуть поясок.
«Перехвачу у Глейнта побольше, да разобью долг на долгие месяцы…» — в вопросах финансов Одри была подкована безупречно. Как-никак, ее отец являлся одним из самых могущественных теневых банкиров Королевства.
…………
В полдень четверга до ушей Клейна вновь донесся призрачный шепот мольбы. Оказалось, мисс «Справедливость» уже перевела деньги на тот самый анонимный счет.
А поскольку банковский клиринг в пределах Баклунда завершался день в день, это означало лишь одно: начиная с пятницы сыщик мог беспрепятственно обналичить свой капитал в любом столичном отделении Баклундского банка.
После обеда Клейн вновь встретился с Мэри Гейл. Дама проводила его к дверям клуба Крагга, где их уже дожидались двое резидентов.
Первым оказался именитый хирург Аарон Церес, а вторым — наставник аристократов по верховой езде, Талим Дюмон.
Обменявшись дежурными любезностями, высокий и худощавый хирург Аарон, сверкнув золотой оправой очков, с привычной холодностью первым шагнул в двери клуба. За ним последовал обладатель коротких каштановых кудрей, наставник по верховой езде Талим, со смехом заметивший на ходу: