Увы, Одри и без него была прекрасно осведомлена об этих тонкостях, поэтому лишь с напускной, восторженной наивностью ахнула:

— До чего же он силен!

— В тени за его спиной стоит верный подручный, мощь которого, вполне вероятно, достигает пятой Последовательности. Вдобавок этот посол держит в ежовых рукавицах всю агентурную сеть Интиса в Королевстве, а там хватает своих Потусторонних. Какая досада, что нам удалось взять на карандаш лишь жалкую горстку из них… — вскользь обрисовал расстановку сил Конс. — Так что, даже если Бейкеран рассыпается перед тобой в комплиментах, не стоит таять от восторга. В этих речах нет ни капли искренности, он просто прощупывает почву и пытается выудить из тебя очередную порцию сведений.

«А вот это прозвучало донельзя обидно…» — мысленно надула губки Одри. Скользнув взглядом по роскошной хрустальной люстре и выдержав короткую паузу, она спросила:

— Неужели этот Бейкеран настолько хитер и изворотлив? Вы ведь до сих пор так и не смогли припереть его к стенке неопровержимыми доказательствами…

— Плести интриги и заговоры — это его стихия. Но и слабых мест у него хватает: падок на женщин, вечно гоняется за мимолетной романтикой, обожает неоправданный риск и действует порой слишком радикально. Не прикрывайся он дипломатическим иммунитетом, связывающим нам руки по многим фронтам, мы бы уже давно упекли его за решетку, — скривился Конс. — Впрочем, скоро его сменят. Очень скоро.

— С чего бы вдруг? — с неподдельным изумлением переспросила девушка.

— Моя дорогая, прекрасная леди, боюсь, такие вещи вам знать не положено, — Конс, наконец, вспомнил о профессиональной этике и наотрез отказался вдаваться в подробности.

Ближе к финалу бала Одри, успевшая намотать на ус изрядную порцию новых сплетен и секретов, отыскала виконта Глейнта и поручила ему связаться с Сио и Форс.

Глава 243

Поимка с поличным

Утро среды. Район Джовуд, напротив здания компании «Коим».

Клейн сидел на длинной деревянной скамье у входа в универмаг «Гардели». В одной руке он держал бумажный пакет со знаменитым на всю округу дисийским пирогом от Сина, а в другой — стаканчик сладкого ледяного чая.

Еще недавно на другом конце скамьи, свернувшись калачиком, дремал какой-то бродяга, однако буквально четверть часа назад бдительные охранники универмага растолкали бедолагу и прогнали прочь.

На переносице Клейна покоились очки в золотой оправе с простыми стеклами без диоптрий, а голову венчал шелковый полуцилиндр. В таком виде он ничем не выделялся на фоне снующих мимо респектабельных джентльменов.

Вальяжно наблюдая за конторой «Коим» на противоположной стороне улицы, сыщик поднес к губам дисийский пирог и с аппетитом откусил солидный кусок. Рот мгновенно наполнился густым, насыщенным мясным соком, оставляя после себя потрясающее послевкусие.

Секрет успеха этой выпечки родом из залива Деси, затмившей все прочие южные рецепты, крылся в щедрой порции масла и жирного мяса. Причем начинку рубили настолько мелко, что жир идеально смешивался с мякотью, напрочь лишая блюдо приторности.

Пропитанный мясным ароматом бульон впитывался в хрустящую корочку, избавляя тесто от излишней сухости и позволяя пшеничному духу раскрыться во всей полноте. А крошечные кусочки яблок, спрятанные внутри, своей легкой кислинкой не только перебивали жирность, но и дразнили аппетит.

«Весьма недурно… Пусть погода в Баклунде отвратительна, а воздух пропитан смогом, во всем остальном столица на голову превосходит Тинген. Здесь можно отыскать кулинарные шедевры со всех уголков света, насладиться любыми театральными и оперными постановками — были бы только деньги… И пусть я вряд ли стану завсегдатаем всех этих заведений, но само наличие выбора опьяняет. Вот она, истинная прелесть мегаполиса…» — с полным умиротворением подумал Клейн, делая освежающий глоток ледяного чая.

При этом его взгляд ни на секунду не отрывался от парадного входа в компанию «Коим». Ради гонорара в десять фунтов он дежурил здесь с самых восьми утра, а завтраком пришлось закупаться прямо на ходу.

Впрочем, для подавляющего большинства частных сыщиков куш в десятку за одно-единственное дело считался поводом для черной зависти. Как-никак, эта сумма равнялась почти месячному жалованью добропорядочного представителя среднего класса!

Если верить материалам, предоставленным Мэри Гейл, ее благоверный занимал пост старшего управляющего в «Коим», являясь прямым начальником Люка Саммера. Однако весь их пакет акций этой компании достался Мэри в наследство от покойного отца.

Главным поводом для подозрений в супружеской неверности послужил донос одного из клерков: Дораго Гейл каждую среду и пятницу поутру покидал контору в гордом одиночестве, возвращаясь лишь после обеда. Вдобавок дважды в неделю он уходил со службы пораньше, хотя сама Мэри ни разу не видела, чтобы муж переступал порог дома до семи вечера.

Покончив с завтраком, Клейн прождал еще добрый час с лишним, пока из дверей компании «Коим» наконец не показался нужный человек.

Мужчина был облачен в суконное двубортное пальто и черную шляпу, а на шее красовался безупречный галстук-бабочка. Слегка полноватый, с вытянутым лицом, светло-русыми бакенбардами и карими глазами.

«Дораго Гейл…» — беззвучно повторил про себя имя цели Клейн. Резко поднявшись, он подхватил трость и громоздкую портативную фотокамеру, после чего уверенно зашагал на противоположную сторону улицы.

Дораго почему-то не стал вызывать личного кучера. Вместо этого он застыл на обочине, нетерпеливо озираясь по сторонам в поисках наемного экипажа.

Улучив момент, Клейн пересек проезжую часть и, поравнявшись с объектом, мастерски изобразил неуклюжесть, намеренно столкнувшись с ним плечом.

— Прошу прощения, загляделся на вывески, — виновато опустив голову, пробормотал юноша.

Дораго недовольно сдвинул брови, но промолчал, лишь раздраженно отмахнувшись — мол, пустяки.

Сыщик поспешно отвесил извиняющийся поклон и быстрым шагом направился к перекрестку.

Этот случайный тычок вовсе не преследовал цель обокрасть жертву, чтобы потом без труда выследить ее методом лозоходства. Подобный топорный трюк слишком уж бросался в глаза и грозил немедленным разоблачением.

В то мимолетное мгновение столкновения Клейн, пустив в ход нечеловеческую ловкость «Клоуна», провернул лишь один фокус: незаметно опустил запасную пуговицу от собственного двубортного сюртука в один из декоративных карманов Дораго.

Свернув за угол, парень остановился и бросил взгляд через плечо. Как раз вовремя — Дораго уже забирался в салон наемной кареты.

Бросаться в погоню сломя голову Клейн не стал. Выждав для верности несколько минут, он неспешно подошел к другой пролетке и скомандовал кучеру:

— Поедешь туда, куда я скажу. Для начала — в конец этой улицы.

— Как прикажете, — философски отозвался возница, не задавая лишних вопросов.

Оказавшись в салоне, Клейн оперся на трость и приступил к гаданию.

Вот только его мысленный посыл был обращен вовсе не к персоне Дораго Гейла. Фраза звучала иначе: «Местонахождение запасной пуговицы от моего сюртука»!

В конце концов, изначальное и самое прагматичное предназначение метода лозоходства — именно поиск потерянных вещей. И лишь истинные «Провидцы» умудрялись выслеживать с его помощью людей. Сейчас же Клейн просто вернул ритуалу его первозданную суть.

А уж что может быть проще и надежнее, чем искать предмет, по праву принадлежащий тебе самому!

На протяжении всего пути Клейн то и дело корректировал маршрут. Наконец, экипаж затормозил перед особняком в районе Хиллстон. Делая крюк, сыщик успел подметить, что к зданию прилегает обширный сад с ухоженными лужайками, что разительно отличало его от рядовой городской застройки.

Лозоходство упрямо твердило: Дораго Гейл скрывается именно в этих стенах.

Отстегнув извозчику два суля, Клейн направился к парадному входу, украшенному мраморными статуями. У дверей дежурили двое вышибал, чья черно-белая клетчатая униформа откровенно косила под полицейский мундир.

— Ваше лицо мне незнакомо. Будьте добры, предъявите членский билет, — преградив путь, потребовал один из них, смуглый мужчина с явными корнями с Южного континента.

— Членский билет? — слегка нахмурившись, переспросил Клейн, заодно незаметно пряча громоздкую камеру за спину.

Лицо смуглого охранника мгновенно окаменело:

— Вы находитесь у порога клуба Крагга. Вход дозволен исключительно резидентам и их гостям — не более одного спутника на каждого члена клуба.

Клейн глубокомысленно кивнул:

— В таком случае, каковы условия вступления?

— Потребуются рекомендации от двух действующих резидентов, — охранник не стал грубо вышвыривать визитера, терпеливо разъяснив правила.

В конце концов, никто не мог поручиться, что этот франт завтра же не обзаведется нужными поручителями и не пополнит ряды элиты.

— Ясно, — уголок губ Клейна едва заметно дернулся. Парень решил переходить к плану «Б».

Отыскав неподалеку от клуба Крагга неприметную гостиницу, он снял номер на жалкие четыре часа.

Наглухо заперев дверь и плотно задернув шторы, сыщик воспарил в чертоги над серым туманом, где силой мысли материализовал лист желтовато-бурого пергамента и пузатую перьевую ручку.

Глубоко вдохнув, Клейн вывел на бумаге в точности ту же фразу, что и в карете:

«Местонахождение запасной пуговицы от моего сюртука».

Вот только на сей раз вместо метода лозоходства в ход шло искусство «гадания во сне»!

Юноша не стал рисковать и проводить ритуал в реальном мире, резонно рассудив, что этот элитный клуб Крагга может служить пристанищем для весьма могущественных Потусторонних. Дабы не плодить лишних проблем и не терять драгоценное время, он решил ударить наверняка, из абсолютной безопасности.

В зыбком, затянутом серой пеленой мире сновидений взору Клейна сперва предстало то самое черное суконное пальто Дораго. Оно мирно висело на вешалке, а прямо перед ним на ковре высился круглый столик.

Картинка расширилась, и сыщик воочию узрел сплетенную в страстных объятиях пару. Мужчиной был не кто иной, как Дораго Гейл, а его пылкой партнершей оказалась очаровательная блондинка. Девушка была совсем юной, на вид едва перешагнувшей двадцатилетний рубеж.

Ее искаженное сладкой мукой, сведенное судорогой личико выглядело до одури соблазнительно… «И какого дьявола мне вечно выпадает „удача“ лицезреть подобную грязь…» — Клейн обреченно прикрыл глаза ладонью и рывком вынырнул из транса.

«Что ж, наличие любовницы доказано железобетонно… Вопрос лишь в том, как раздобыть неопровержимые улики. Передать картинку через ответ на мольбу? Увы, это сработает лишь для меня самого, да и выльется всё в банальный набросок карандашом, а не в полноценную фотографию… Я же не ходячий фотоаппарат, чтобы силой мысли выдавать готовые снимки. Похоже, на сегодня с активной фазой покончено. Выслежу девчонку, пробью ее имя и адресок… Держу пари, они не всегда кувыркаются в этом напыщенном клубе…» — детектив быстро набросал в уме дальнейший план действий.

Парень уже было собрался покинуть таинственное измерение над серой мглой, как вдруг его осенила еще одна деталь.

Стоило ли, раз уж он здесь, заодно раскинуть карты и проверить: действительно ли тот стальной червь, что тайком пробрался к нему в спальню, управлялся Потусторонним из цепочки «Провидца»?

Ранее он отмахивался от этой затеи, сетуя на катастрофическую нехватку вводных данных. Казалось, что без должных зацепок гадание обречено на провал даже в этих всемогущих чертогах. К тому же в прошлые визиты на него и так наваливалась целая гора неотложных проблем, так что до червя руки попросту не доходили. Но сейчас торопиться было некуда: от одного пустякового прорицания небо на землю не рухнет.

Что же до рисков связаться с мистером Азиком — этот вопрос он провентилировал уже давно. Вердикт был суров: угроза присутствовала, и весьма нешуточная. Этот козырь следовало приберечь на самый крайний, отчаянный случай.

Старательно выведя нужную фразу, Клейн отцепил спрятанный в рукаве маятник и позволил кристаллу цитрина нависнуть над пергаментом.

«Тот стальной червь, что проник в мою комнату, находился под контролем Потустороннего из Пути Провидца».

……

Беззвучно повторив эти слова ровно семь раз, юноша распахнул веки. Желтый кристалл бешено, с пугающим размахом выписывал круги по часовой стрелке.

Положительный… Ответ железобетонно положительный!

«Разве я не должен был потерпеть фиаско?» — Клейн застыл в полнейшем ступоре. Чутье истинного Провидца кричало ему, что при таком скудном наборе улик гадание неминуемо обернется провалом.

Но почему? Сурово сдвинув брови, парень погрузился в тяжелые раздумья, после чего решил сменить тактику и перекроить цель запроса.

Он вознамерился вычислить самого кукловода, пустив в ход «гадание во сне»!

И на сей раз Клейн не узрел в грезах ровным счетом ничего, так и не сумев выудить ни единого откровения, ведущего к Потустороннему из Пути «Провидца».

— Вот так-то лучше… — едва слышно пробормотал он. Оглянувшись на результаты предыдущего гадания, юноша погрузился в раздумья.

«Из-за нехватки вводных данных прорицание должно было с треском провалиться, в точности как и последняя попытка… Неужто… неужто это таинственное измерение само восполнило недостающие переменные? Выходит, в нем таится нечто, неразрывно связанное с Путем „Провидца“?» — Клейна внезапно словно молнией прошибло, и в голове вспыхнула поистине дерзкая догадка!

«А что, если эти чертоги над серой мглой и впрямь имеют прямую связь с Путем „Провидца“⁈»

«Хм…» — юноша принялся мерно отстукивать ритм по изъеденному патиной краю древнего длинного стола. Лихорадочно перебирая в уме варианты, он так и не смог нащупать иных доказательств своей теории. Оставалось лишь отложить эту загадку в долгий ящик и собираться обратно в реальный мир.