Лицо Бенсона мгновенно омрачилось, но прежде чем перепуганная сестренка успела проронить хоть слово, его губы расплылись в сияющей улыбке:

— Сдал!

— Причем оказался в числе первых!

— Это просто замечательно… — Мелисса поднялась с места и сделала пару взволнованных шагов. — Теперь тебе нужно готовиться ко второму этапу, который пройдет в конце января. Это ведь в Баклунде, надо заранее собрать твои вещи… Когда ты планируешь выезжать?

Глядя на то, как младшая сестренка хлопочет обо всем подряд, Бенсон вошел в гостиную и с теплой улыбкой произнес:

— Мой план таков: сразу после Нового года мы вместе отправимся в Баклунд и снимем там уютный дом.

— Вне зависимости от того, как завершится второй тур, я твердо решил обосноваться в Баклунде и попытать там счастья. А ты сможешь за время новогодних каникул перевестись в тамошнее техническое училище, чтобы как следует подготовиться к вступительным экзаменам в Баклундский технический университет, которые пройдут в июне.

Буквально месяц назад Баклундский технический институт успешно завершил реорганизацию, официально получив статус Баклундского технического университета.

Мелисса молча слушала его, сама того не замечая упрямо поджав губы.

С глубокой тоской и нежностью окинув взглядом их уютную гостиную, она очень тихо ответила:

— Хорошо.

…………

Пятница, вторая половина дня. Клуб Крагга.

Клейн покинул стены заведения и нанял экипаж, чтобы отправиться в загородное поместье принца Эдсака — усадьбу Красной Розы.

Именно там покойный Талим часто ошивался за несколько дней до своей кончины. И Клейн, как профессиональный и добросовестный частный сыщик, просто обязан был провести там тщательную разведку — иначе закарманенная сотня фунтов аванса жгла бы ему совесть.

«Как бы я ни пытался отлынивать от работы и валять дурака, видимость бурной деятельности создать всё-таки необходимо…» — Клейн устроился поудобнее на сиденье экипажа, лениво созерцая проплывающие за окном пейзажи Баклунда, где удушливого смога становилось всё меньше, и негромко ворчал себе под нос.

Потренировавшись всё утро, он в общих чертах сумел оценить масштабы возросшего могущества: его сверхъестественные способности вроде «Управления пламенем» и «Огненных скачков» укрепились примерно на тридцать процентов; убойная сила воздушных пуль и длина невидимой дыхательной трубки для погружений под воду и вовсе удвоились; а навыки гадания и рукопашного боя получили колоссальный прирост.

«Бумажный двойник» и «Перенос урона» не претерпели существенных метаморфоз, однако благодаря солидному приросту духовных сил теперь он мог задействовать эти трюки гораздо чаще.

Под мерное покачивание экипажа Клейн наконец добрался до поместья Красной Розы и вежливо изложил цель своего визита двоим гвардейцам, несущим караул у самого входа.

Дожидавшись, пока о его прибытии доложат хозяевам, он встретился с давешним пожилым управляющим.

— Вы вольны расспросить абсолютно любого человека в этой усадьбе, — старик с безупречно уложенной сединой выдержал вескую паузу и строго добавил: — За одним-единственным исключением. Вам строжайше запрещено приближаться к той барышне.

«Это и моё заветное желание, у меня нет ни малейшей охоты добровольно совать голову в петлю дворцовых интриг…» — Клейн расслабленно улыбнулся и ответил:

— Договорились!

Глава 453

Лестница

Поместье Красной Розы, у дверей роскошных покоев, уставленных изысканным антиквариатом.

Клейн стоял на пороге, расспрашивая уже шестую по счету служанку, что повтречалась ему сегодня.

Юная горничная щеголяла в традиционном черно-белом платье прислуги; миловидная, дышащая свежестью юности, с каштановыми, слегка вьющимися волосами, придававшими ее облику очаровательное озорство.

— С кем обычно виделся мистер Талим, когда приезжал сюда с визитом? — с отрешенным видом в очередной раз повторил Клейн свой дежурный вопрос.

Девушка ответила почти без запинки:

— Как правило, мистер Талим просил аудиенции у Его Высочества, сопровождал его на верховых прогулках или обсуждал какие-то дела. Если же принца не оказывалось на месте, он встречался с той барышней. Они были близкими друзьями, и господин управляющий не чинил им препятствий.

«Талим водил столь тесную дружбу с простолюдинкой, пленившей сердце принца Эдсака? И они частенько виделись с глазу на глаз? Должно быть, он пытался убедить ее уехать, дабы уберечь репутацию Его Высочества…» — Клейн понимающе кивнул:

— И о чем же… я имею в виду, о чем беседовали мистер Талим и та барышня?

Задавая этот вопрос, Клейн невольно вспомнил, как восторженно вел себя Талим незадолго до кончины, словно безумно влюбленный. Опираясь на богатый багаж штампов из информационной эпохи своей прошлой жизни, сыщик мигом навоображал себе классическую, донельзя банальную любовную драму.

Горничная ничуть не робела перед знаменитым сыщиком. С легкой улыбкой она покачала головой:

— В такие минуты нас всегда просили удалиться.

«Вот оно как…» — Клейн становилось всё труднее сдерживать полет фантазии. В голову даже закралась кощунственная мысль, что принцу Эдсаку давно пора сменить цвет своего жокейского шлема и цилиндров на сочный зеленый оттенок.

Не дав ему задать следующий вопрос, девушка с мягким смешком добавила:

— Детектив Мориарти, если вы так жаждете узнать, о чем конкретно шептались та барышня и мистер Талим, почему бы вам не расспросить ее лично?

— Старый управляющий категорически это запретил, — Клейн с абсолютно невозмутимым видом выставил перед собой этот надежный щит.

После чего добродушно прибавил:

— Похоже, ты осведомлена куда лучше своих коллег. Даже знаешь, как меня зовут.

Служанка воровато огляделась по сторонам и с неизменной улыбкой ответила:

— Дело в том, что я поочередно прислуживаю той барышне. Она уже очень давно мечтает встретиться с вами, детектив. Всё-таки они с мистером Талимом были близкими друзьями, и его скоропостижная смерть ранила ее до глубины души.

— Увы, вам всякий раз не везет, и вы раз за разом расходитесь.

— Всякий раз? — Клейн, будучи Провидцем, обладал повышенной чувствительностью к подобным словам вроде «всегда», «как раз» и «разминуться».

Девушка серьезно закивала:

— Когда Его Высочество впервые пригласил вас в поместье, она намеренно устроила каприз, надеясь столкнуться с вами во время прогулки в саду. Но вы, как назло, спешно ретировались.

— Позже она сама вызвалась поехать на кладбище вместо принца Эдсака, чтобы возложить цветы к могиле мистера Талима. Однако она понятия не имела, как вы выглядите, и отыскать вас в толпе ей так и не удалось.

— Да и сегодня она как раз уехала кататься верхом на поле для гольфа, чтобы немного развеяться. Не будь этого, она непременно нашла бы лазейку, даже вопреки запретам господина управляющего, лишь бы повидаться с вами.

«Какое поразительное совпадение…» — мысленно изумился Клейн, но в ту же секунду его словно током прошибло — он нащупал ключевую деталь:

«На кладбище в день похорон Талима вместо принца приехала именно та самая простолюдинка!»

«А ведь тогда его внимание сильнее всего привлекла таинственная дама под глухой черной вуалью, чьи пальцы украшало кольцо с сияющим синим сапфиром. Тварь, которая с огромной долей вероятности владела запечатанным артефактом класса „0“ или сама являлась сущностью сопоставимого ранга!»

В мгновение ока в сознании Клейна яркой вспышкой воскресла картина того дня:

Та самая незнакомка в глухом, тяжелом черном платье медленным величественным шагом удаляется в сопровождении двух горничных, а на ее левом мизинце сквозь тонкую перчатку отчетливо блестит кольцо с сияющим синим сапфиром…

У одной из сопровождавших ее служанок были каштановые, слегка вьющиеся волосы…

Образ той девушки из воспоминаний стремительно наслоился на внешность стоящей перед ним горничной, совпав до мельчайших деталей!

Всё тело Клейна в одно мгновение натянулось как струна, а по спине покатились ледяные капли пота, но на его лице не дрогнул ни один мускул.

Пустив в ход безупречный контроль «Клоуна», он виртуозно изобразил на лице задумчивость, словно силясь что-то припомнить, и с мягкой улыбкой поинтересовался:

— Скажи, в день похорон мистера Талима ты ведь сопровождала ту барышню?

Девушка ответила с полнейшим равнодушием:

— Да, верно.

«…Твою мать, это действительно она!» — Клейн титаническим усилием воли удержал на лице вежливую улыбку:

— Прекрасно. Перейдем к следующему вопросу.

Словно ровным счетом ничего не случилось, он продолжил методично, пункт за пунктом расспрашивать ее о других вещах, после чего отпустил и переключился на следующего слугу.

Однако теперь он незаметно урезал регламент расспросов и изрядно подгонял процесс.

Ему было жизненно необходимо покинуть поместье Красной Розы до того, как та барышня вернется со своей верховой прогулки!

В четыре часа пополудни, задолго до наступления сумерек, Клейн поспешил откланяться и, заметно опережая собственный график, сел в запряженный управляющим экипаж, взяв курс обратно в город.

Устроившись на мягком сиденье и откинувшись на обитые шелком и хлопком стенки салона, он наконец-то смог облегченно выдохнуть. Теперь у него появились силы и время, чтобы как следует взвесить и препарировать всю картину целиком:

'Итак, Талима погубило смертоносное проклятие той самой простолюдинки, которой увлекся принц Эдсак…

Но зачем ей понадобилось устранять обедневшего аристократа? Обычная месть за то, что Талим пытался разлучить их с принцем?

Но ведь в этом не было ни малейшей нужды. Ей достаточно было улучить момент во время любовных утех и нашептать принцу об этом на ушко, и уж Его Высочество нашел бы сотню способов заставить несчастного учителя верховой езды бесследно исчезнуть…

Перед смертью Талим вел себя так, будто безумно влюблен… Хм… первые признаки этой страсти проявились как раз после того, как ему удалось убедить ту барышню добровольно уехать подальше от принца… Неужто между ними вспыхнула порочная связь? И простолюдинка, которую принц Эдсак в итоге отыскал и вернул в поместье, наложила проклятие, дабы замести следы и убрать свидетеля своего грехопадения?

Звучит вполне логично, но тут же утыкается в глухую стену: каким образом сущность, равная полубогу или владеющая запечатанным артефактом класса «0», могла оказаться под домашним арестом у принца Эдсака? Даже с учетом того, что Августы — древняя ангельская династия с колоссальным наследием, для пленения фигуры такого уровня потребовались бы колоссальные ресурсы и сложнейшие ритуалы. Обычного принцу подобный фокус был явно не по зубам…

К тому же, с какой стати фигура столь заоблачного полета вообще обратила бы взор на заурядного Талима?

И почему она так настойчиво ищет встречи со мной? Неужто она почуяла мои попытки прорицания сквозь защитную пелену серой мглы?

Нет, вздумай она причинить мне вред, меня бы похоронили в одной могиле вместе с Талимом еще в тот самый день… К тому же, она пыталась увидеться со мной задолго до того, как ко мне в руки попали кровь, волосы и личные вещи покойного, а значит, никаких оккультных сеансов я еще физически не успел провести!

Разгадать этот ребус у Клейна никак не получалось, а потому он принял единственное верное решение: наглухо похоронить эти тайны в глубинах своей души. Никаких расследований, никаких расспросов!

Оставалось лишь уповать на то, что оперативники «Сердца Механизмов», получив мое недавнее предупреждение, сумеют сообразить, отчего королевская семья проявляет столь пугающее рвение в этом деле. Наверняка дело было вовсе не в репутации принца Эдсака, а в чем-то куда более зловещем! Пусть уж лучше Августы держат эту даму под замком как можно надежнее, не позволив ей явиться ко мне с визитом… Через пару дней, улучив подходящий момент, я заявлю принцу о своем полном бессилии, закрою поручение, а затем под благовидным предлогом поездки на южные курорты сменю личину и залягу на дно! Разложив всё по полочкам, Клейн постепенно успокоился.

…………

Баклундский вечер предсказуемо утонул в густой пелене туч и моросящем ледяном дожде. До предела истощенный физически и душевно, Клейн придерживал поля своего полуцилиндра. Слегка ссутулившись, он быстрыми шагами миновал сырые, раскисшие улочки и в тусклом свете газовых фонарей наконец-то добрался до дома номер пятнадцать по улице Минск.

Дав себе немного передохнуть, он дождался глухой темноты, отчеканил четыре выверенных шага против часовой стрелки и воспарил в чертоги над серой мглой.

После успешного прорыва на шестую Последовательность — ранг «Безликого» — ему не терпелось проверить, какие метаморфозы претерпели эти таинственные владения. Увы, прошлая ночь выдалась слишком тяжелой, проснуться посреди ночи у него не хватило сил, а весь сегодняшний день пролетел в бесконечной беготне, так что улучить свободную минуту удалось лишь сейчас.

Кроме того, ему было жизненно необходимо отсечь любые помехи и провести еще один оккультный сеанс.

Дело в том, что во время этого прорыва, когда его духовность бурлила и пенилась, он больше не услышал того самого навязчивого, сводящего с ума шепота: «Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея…»!

Ему до смерти хотелось прояснить: стало ли это естественным следствием перехода на шестую ступень или же за этим крылась какая-то иная, скрытая причина.

Внутри величественного древнего храма монументальный длинный бронзовый стол и двадцать два кресла с высокими спинками, украшенные затейливыми символами, безмолвно застыли в первозданном покое, словно простояв здесь целую вечность.

Бескрайнее море серой мглы под ногами и уходящая в бесконечность пустота вокруг дышали прежней, первозданной безмятежностью.

Однако стоило Клейну лишь переступить невидимый порог, как его обостренная духовная интуиция Провидца мгновенно уловила едва заметную перемену в этих чертогах.