— Разглядеть лицо продавца мне так и не удалось, однако по его манере речи и выговору я пришла к выводу, что он является истовым прихожанином Повелителя Бурь.

Услышав это, Хилберт едва заметно кивнул, словно припомнив какой-то давний случай.

Одри продолжила:

— Львиную долю ингредиентов для «Зрителя» я без труда отыскала в семейной сокровищнице, а оставшуюся часть просто выменяла у нескольких хороших знакомых.

«Точнее, двойную порцию зелья „Зрителя“…» — мысленно добавила она про себя.

«В семейной сокровищнице…» — Хилберт, Ислант и Хамфрис вполголоса переваривали эти слова, надолго лишившись дара речи перед лицом такого вопиющего аристократического богатства.

Спустя пару секунд Хилберт обменялся короткими кивками с Ислант и Хамфрисом, давая понять, что расспросы окончены.

Получив от них утвердительный ответ, он позволил золотистому отливу в своих глазах угаснуть, а вытянутому вертикальному зрачку — бесследно раствориться.

Поправив фитиль свечи, Хилберт заставил огонек резко дрогнуть и заплясать.

В этот мимолетный миг, когда свет сменился тенью, Одри физически ощутила, как довлевшая над ней зловещая Потусторонняя сила мгновенно растаяла в воздухе.

Сбросив с лица маску оцепенения, она виртуозно изобразила на нем легкое недоумение и вежливое любопытство.

— Не думал, что передо мной сидит уже полноценный «Зритель», — мягко усмехнулся Хилберт.

— А?.. — Одри вовремя напустила на себя вид испуганной и растерянной неофитки.

Безупречно считывать чужие чувства, точно зная, какие именно эмоции, мимика и микрожесты должны соответствовать каждой конкретной ситуации — вот базовые навыки любого истинного «Телепата».

Хилберт с теплой улыбкой произнес:

— Не волнуйся, мы вовсе не против твоего возвышения. Все эти расспросы были лишь финальной частью проверки.

— Прими наши искренние поздравления. Ты успешно преодолела все испытания, и отныне являешься полноправным членом Алхимии Психологии.

— Прекрасно… — Одри с легкой, кокетливой заминкой улыбнулась. — Всё это так удивительно, словно прекрасный сон.

Легко поднявшись со своего места и изящно придерживая подол платья, она отвесила Хилберту и остальным безупречный реверанс, сияя очаровательной улыбкой:

— Значит, отныне мы соратники.

Видя, с какой утонченной вежливостью обращается к ним столь знатная, ослепительно красивая юная леди, Ислант и остальные поспешно вскочили со своих мест, ответив почтительным поклоном.

Когда все вновь расселись по местам, Хилберт, коротко собравшись с мыслями, заговорил:

— Мисс Одри, теперь я готов официально ввести вас в курс дела и поведать об истории нашей ложи.

— Буду рада выслушать, — с улыбкой кивнула Одри. — И, пожалуйста, можете называть меня просто по имени.

Хилберт понимающе кивнул. Вальяжно откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу, он переплел пальцы рук и начал:

— Изначально Алхимия Психологии была всего лишь заурядным кружком единомышленников, объединенных верой в то, что человеческий разум и душа таят в себе поистине безграничную, удивительную силу.

— Спустя какое-то время участникам этого кружка посчастливилось раздобыть древнюю карту сокровищ, которая и вывела их к руинам наследия самого Гермеса.

— Того самого Гермеса, создателя гермеса? — с живым интересом уточнила Одри.

— Именно так. Он по праву считается одним из величайших первопроходцев в истории мистики Северного континента. Выкованный им древний гермес обладал поистине удивительной мощью, позволяя напрямую вступать в мощный резонанс с силами самой природы. Он вел свои изыскания в туманную Вторую Эпоху — в те седые времена, когда люди были лишь жалкими слугами и рабами великанов, — с глубочайшим почтением в голосе поведал Хилберт.

Медленно выдохнув, он продолжил:

— В руинах наследия Гермеса основатели Алхимии отыскали бесценные сокровища. Как выяснилось, великий мастер посвятил жизнь препарированию разума и души, а главным объектом его исследований стали исполинские ящеры, безраздельно властвовавшие в небесах Второй Эпохи. Если выражаться точнее, это были Драконы Разума.

— Оставленные им записи доказывали, что Драконы Разума продвинулись в этой стезе настолько далеко, что сумели стяжать себе статус, сопоставимый с могуществом самих богов.

«О да, мне это прекрасно известно… Ведь „Дракон Воображения“ Ангелвед и впрямь был древним божеством…» — не без гордости подумала Одри.

Хилберт со вздохом добавил:

— Те бесценные летописи и легли в основу фундаментаных догматов и изысканий нашей Алхимии Психологии.

— Мы свято верим, что разум таит в себе бездну сокровенных тайн. Каждая из них скрыта в самых глубоких, недосягаемых пучинах духа, откуда выудить их — задачка невероятно сложная… Хех, прошу прощения за столь пафосный эпитет, но, на мой взгляд, он точнее всего описывает суть.

— Изучение этих глубин требует ювелирной осторожности. Малейший промах, секундная потеря контроля — и твоей душе будет нанесен непоправимый, смертельный урон. Одри, ты должна намертво вбить себе в голову: в нашей стезе безрассудство недопустимо.

Дождавшись понимающего кивка девушки, он продолжил:

— Сумей мы до конца постичь тайны разума, и, с одной стороны, получим доступ к сокрушительной Потусторонней мощи, дремлющей на самом дне подсознания, что позволит творить истинные чудеса. А с другой стороны — обретем безраздельную власть влиять на чужой рассудок и полностью подчинять его своей воле.

— Шагнув за этот порог, мы окажемся перед безбрежным океаном коллективного бессознательного — тем самым священным местом, к которому так отчаянно стремится каждый член нашей ложи. Разумеется, термин «коллективное бессознательное» кажется мне сухим и не совсем точным. Лично я предпочитаю величать его Внутренним миром всех живых существ. Сей мир имеет тончайшую, неуловимую и поразительную связь с миром духов.

— И какими же Потусторонними талантами одарит мастера безраздельная власть над этим Внутренним миром? — Одри вовремя проявила жгучее девичье любопытство, искусно играя роль неопытной ученицы.

Хилберт мягко улыбнулся:

— Ты наверняка не раз подмечала удивительные совпадения в повседневной рутине. Стоит нам отчаянно пожелать какую-то вещицу — и она чудественным образом оказывается под рукой. Стоит подумать о давнем друге — и он в ту же секунду стучит в твою дверь. Стоит страстно возжелать какого-то события — и оно аккурат в этот самый миг претворяется в жизнь.

— Заурядный обыватель спишет всё на слепую случайность, однако, когда подобных совпадений становится слишком много, здравый смысл пасует. Наши изыскания доказывают, что корни этих чудес произрастают из непроизвольного, удивительного ментального резонанса наших собственных душ.

— Но когда ты подчинишь себе этот Внутренний мир — то самое безбрежное море коллективного бессознательного, — ты обретешь власть повелевать самими совпадениями! Любые случайные, удивительные феномены мироздания превратятся лишь в послушное эхо твоей собственной воли. Совпадения будут происходить ровно тогда, когда ты этого пожелаешь.

— Это… это просто поразительно… — Одри ахнула от восторга. Ранее юноша «Солнце» уже вскользь упоминал о пугающем могуществе «Дракона Кошмаров», однако его сухой рассказ ни в какое сравнение не шел с детальнейшими выкладками Хилберта.

— Хилберт тихонько рассмеялся:

— Впрочем, на нашем нынешнем уровне бытия в столь заоблачные дебри лучше глубоко не соваться. Излишнее любопытство легко может сбить с пути и лишить рассудка. Давай-ка я лучше продолжу знакомить тебя с Алхимией Психологии.

— Обнаружение руин ознаменовало основание нашей ложи. Первые члены поначалу надеялись сохранить прежний формат сугубо научных дискуссий. Однако время от времени они сталкивались с трудностями и нуждались в поддержке, да и дефицит необходимых вещей или материалов для изысканий тоже давал о себе знать. По этой причине Алхимия Психологии постепенно обросла правилами и уставом, окончательно превратившись в настоящую тайную организацию.

— Впрочем, по сравнению с прочими скрытыми орденами, наша структура и связи между членами всё еще остаются довольно свободными.

— Именно это мне и нравится, — выразила свое отношение Одри.

Хилберт, закончив разъяснять основные правила устава, подвел итог:

— Когда ты поднимешься на более высокую ступень, то сможешь лично познакомиться с остальными соратниками.

— А теперь я вручу тебе зелье Последовательности 8 — «Телепат».

«Они и впрямь загодя подготовили зелье „Телепата“…» — Одри почувствовала одновременно облегчение и легкую гордость.

Вглядываясь в переливающийся фантастическими цветами флакон, она слегка поколебалась, после чего произнесла:

— Я бы хотела выпить его уже дома.

«Всё еще не доверяет нам до конца и хочет всё перепроверить…» — без труда считав мысли Одри, Хилберт с улыбкой ответил:

— Хорошо.

— Судя по твоей выдержке и состоянию, прием зелья «Телепата» не должен вызвать никаких осложнений.

Одри лучезарно улыбнулась, поблагодарила его и как бы невзначай поинтересовалась:

— А вы не могли бы сразу предоставить мне рецепт эликсира «Психиатра»? Мне бы хотелось заблаговременно собрать ингредиенты, чтобы не терять драгоценное время.

…Обычно люди вступают в Алхимию Психологии не только ради рецептов, но и с надеждой затребовать необходимые Потусторонние материалы из закромов самой организации, верно? И кто вообще станет столь беззаботно заявлять, дескать, я хочу раздобыть всё самостоятельно и заранее? Хилберт, Хамфрис и Ислант в полнейшем ступоре уставились на невозмутимую девушку, напрочь лишившись дара речи перед лицом такой аристократической непосредственности.

Спустя несколько секунд Хилберт выдавил из себя вежливую улыбку:

— Для начала я должен подать официальный запрос.

— Как правило, для получения формул требуются заслуги. А они начисляются за выполнение наших поручений, твои личные научные изыскания или предоставление ложе новых сведений и оккультных предметов.

— Договорились, я буду очень стараться, — легкомысленно пообещала Одри.

На обратном пути из особняка Ислант она хранила молчание. Оказавшись в собственной спальне и торопливо отослав горничную Энни и остальных слуг прочь, девушка повернулась к золотистой ретриверше и с улыбкой прошептала:

— Сьюзи, у нас есть для тебя зелье~!

«Какая досада, что добытый Альфредом семицветный ящеровидный дракон так и не пошел в дело… Придется просто сбыть его с рук ради звонкой монеты…» — с легкой грустью подумала Одри.

Сьюзи, во все глаза уставившись на флакон с зельем «Телепата», радостно завиляла хвостом.

На шею собаки Одри ради забавы повесила изящное пенсне в золотой оправе.

…………

Хиллстон. Особняк великого сыщика Айзенгера Стентона.

Клейн прибыл по приглашению, чтобы разделить утреннюю трапезу. Помимо него в гостиной присутствовала детектив Каслана.

С удовольствием уплетая нежный картофельный пирог, Клейн выразил искреннюю признательность:

— Мистер Стентон, ваши кулинарные таланты заслуживают высших похвал.

Пожилой Айзенгер, чьи виски обильно припорошило сединой, с мягкой усмешкой отозвался:

— Это традиционное блюдо Ленбурга. А для последователей Бога Знаний и Мудрости всесторонняя одаренность — обычное дело. К слову, следующая за мной, шестая Последовательность на нашем Пути гордо именуется «Богословом».

— Однако сопутствующее зелье настолько легко лишает рассудка, что я по сей день так и не отважился сделать этот шаг к возвышению.

Глава 419

Заветное желание

«Полимат»… Судя по названию, эта Последовательность звучит весьма внушительно… На Пути Читателя седьмая ступень зовется «Хранителем Знаний» или «Детективом» — профессия, делающая упор на накопление знаний и дедуктивные навыки, к которым в лучшем случае прилагаются неплохой рукопашный бой и владение оружием. Ничего выдающегося. Однако на шестой ступени происходит качественный скачок, особенно в сфере сверхъестественного боя… Похоже, у каждой Потусторонней цепочки ниже ранга полубогов есть подобная поворотная точка, вот только фиксированного места на лестнице Последовательностей она не имеет. К примеру, на Пути Провидца это седьмая ступень — «Фокусник»… Клейн отхлебнул горячего кофе, решил не выпытывать чужие оккультные секреты, и с улыбкой перевел разговор в другое русло:

— Мистер Стентон, вы кажетесь на редкость расслабленным. Ни капли беспокойства или тревоги.

Айзенгер не ответил сразу. Отложив приборы, он неторопливо извлек трубку и поинтересовался:

— Не возражаете?

«Вообще-то, я против, но смог и копоть Баклунда и без того настолько ужасны, что от пары глотков чужого дыма хуже точно не станет…» — Клейн покачал головой и вежливо улыбнулся:

— Это помогает вам думать?

— Скорее, обычная привычка. Стоит завершить завтрак, и рука сама тянется к табаку, — Айзенгер набил трубку и сделал глубокую затяжку.

Выпустив густую струю дыма, сыщик со вздохом произнес:

— Страх, напряжение и паника ничуть не помогут справиться с угрозой. Раз так, почему бы не расслабиться? В спокойном состоянии разум пашет куда активнее. Вот мой бедный помощник вечно обо всем переживал, потому и навлек на себя эту смертельную катастрофу. Эх…

Айзенгер покосился на Каслану и продолжил:

— К тому же против нас выступает «Апостол Желаний», а при встрече с таким врагом сильные эмоциональные всплески категорически недопустимы.

Договорив до этого места, он негромко усмехнулся:

— А самое главное — у нас припасены другие зацепки, чтобы вычислить этого мерзавца.

— И какие же? — Каслана отложила последний ломтик бекона и с глубокой серьезностью посмотрела на сыщика.

Айзенгер попыхтел трубкой и с долей самоиронии покачал головой:

— Рассуждать на такие темы куда приятнее, развалившись в уютном кресле-качалке.