И пусть идея о том, что Потусторонний восьмой Последовательности, да еще и таящийся во тьме «мстительный дух», отчаянно ищет себе охранника, отдавала откровенным фарсом, для Клейна собственная безопасность стояла превыше любой гордости.

«Если же телохранитель влетит в копеечку, просто дуну в медный свисток и призову на подмогу мистера Азика. Хотя… это может обернуться еще более катастрофическими последствиями… Я ведь так и не понял до конца всю чудовищную природу запечатанного артефакта „0–08“…» — орудуя тряпкой и веником, беззвучно пробормотал себе под нос юноша.

…………

Когда ритуал очищения подошел к концу, мужчина, чье лицо скрывала жесткая белая маска, обратился к Сио и Форс:

— Каким бы злобным ни был этот дух, я выжег его без остатка. Хех, достигни эта дрянь уровня истинного злого духа, не поддающегося моему изгнанию, она бы уже давно дала о себе знать. Однако ничего подобного не произошло.

Говоря это, он аккуратно слил сконденсировавшиеся на Солнечном значке капли воды в крошечный металлический пузырек и протянул его Сио:

— По возвращении окропите этим все углы в комнате, чтобы наверняка уничтожить малейшие остаточные следы скверны.

— Благодарю, — девушка с кровоточащим сердцем отсчитала оговоренную сумму, но на душе у нее заметно полегчало.

Не успели они с Форс вернуться в гостиную, как один из прислужников бесшумно подскочил к ним, протягивая сложенную записку:

«Мисс „Арбитр“, прикупившая формулу „Шерифа“, не соблаговолите ли вы заглянуть в кабинет для приватной беседы? Сдается мне, у меня найдется то, в чем вы так отчаянно нуждаетесь».

Глава 232

Бар «Храбрец»

«Кто это? Откуда им известно о покупке рецепта „Шерифа“?» Темно-зеленые зрачки Сио сузились. Девушка ошарашенно огляделась по сторонам, но так и не обнаружила ни одного подозрительного взгляда.

Если верить мистеру А, сделки на его собраниях должны отличаться абсолютной безопасностью и конфиденциальностью… В конце концов Сио не выдержала и бросила взгляд на одиночное кресло. Мистер А, чье лицо по-прежнему скрывалось в густой тени глубокого капюшона, всё так же безмолвно и отстраненно наблюдал за присутствующими, не выказывая ни малейших признаков беспокойства.

Слегка пихнув Форс локтем, она тихо спросила:

— Мне стоит пойти?

Писательница перехватила записку, бегло пробежалась по ней глазами и без малейших колебаний ответила: — Иди. Пока за нами наблюдает мистер А, никто не посмеет и пальцем тебя тронуть. Заодно выведаешь, чего именно добивается этот таинственный незнакомец. Кто знает, вдруг тебе и впрямь удастся разжиться нужными ингредиентами для эликсира?

— Звучит резонно… — будучи девушкой решительной, Сио тут же кивнула прислужнику, вновь последовала за ним к дверям кабинета и накинула просторный балахон с капюшоном.

«Этот капюшон скрывает всё лицо, я уже и дорогу перед собой с трудом различаю…» — надвинув маскировку поглубже, она переступила порог и тут же приметила восседающего за письменным столом мужчину в черном фраке.

Его лицо скрывала маска, отливающая тусклым золотом, оставляя открытыми лишь глаза, ноздри, губы и скулы, отчего представить истинный облик незнакомца было решительно невозможно.

Светло-карие глаза из-под золотой маски сверкнули, и мужчина указал на стул по ту сторону столешницы:

— Присаживайтесь.

Его голос звучал нарочито хрипло и глухо, но никаких иных примечательных черт в нем не угадывалось.

Плотно притворив за собой дверь, Сио гордо расправила плечи и, ничуть не уступая собеседнику в выдержке, опустилась на предложенное место, после чего сразу перешла к делу:

— У вас есть стержневые ингредиенты для зелья «Шерифа»?

Мужчина в маске издал тихий смешок:

— Именно так. В моем распоряжении имеются и глаза червя ужаса, и правая лапа серебристо-белого боевого медведя.

— Откровенно говоря, тот самый рецепт эликсира «Шерифа» выставил на продажу именно я, действуя через посредника.

«Оно и неудивительно…» — пусть подруга частенько и подтрунивала над ее простодушием, но Сио всё же удалось выжить в кругах Потусторонних, умудряясь лавировать между бандами и нищетой Восточного района. Безрассудной дурочкой она отнюдь не была и обладала поистине звериным чутьем на опасность.

Понизив голос, девушка спросила:

— И зачем же вам всё это?

— Я лишь подыскиваю подходящих помощников, — мягко усмехнулся собеседник. — Будем откровенны: с вашими финансами наскрести нужную сумму на оба мистических материала в обозримом будущем вряд ли удастся. Конечно, вы вольны попытать счастья на других тайных собраниях и перепродать формулу. Но, уверяю вас, подобная самодеятельность чревата совершенно излишними угрозами. Наши круги общения могут и не пересекаться, однако за моей спиной стоят могущественные силы.

Сио недовольно сдвинула брови: — Раз уж вы представляете столь внушительную организацию, да еще и владеете рецептами «Шерифа» и даже «Арбитра», к чему вам вообще моя помощь?

— Существуют дела, в которых мы предпочитаем не светиться. На то есть веские причины, вдаваться в которые я совершенно не обязан. Вдобавок, любой «Арбитр», сумевший самостоятельно пробиться в мир мистики, неизбежно обрастает хоть какими-то связями в аристократических кругах. А это именно тот ресурс, в котором мы отчаянно нуждаемся, — скупо пояснил мужчина.

«Выходит, он понятия не имеет о моем истинном происхождении, да и о репутации в Восточном районе явно не наслышан…» — девушка едва заметно расслабилась.

Мужчина в маске тем временем продолжил:

— Считайте это обычными частными поручениями за пределами наших тайных собраний. Я буду подкидывать вам задания и исправно платить по счетам. Почуете угрозу — вольны отказаться. Абсолютно честная, свободная сделка. А как только скопите нужную сумму, милости прошу ко мне за ингредиентами.

Услышав подобное предложение, извечно терзаемая безденежьем Сио не на шутку воодушевилась. Выдержав для приличия паузу в девять секунд, она выдавила:

— Если право отказа действительно остается за мной, я готова это обсудить.

— Никаких проблем, — расхохотался собеседник. — Мы можем прямо сейчас согласовать способы и места грядущих встреч. А дабы развеять ваши последние страхи, право выбора я всецело уступаю вам.

— По рукам, — согласилась девушка, хотя в голове по-прежнему роилась тьма вопросов, а истинные мотивы незнакомца так и оставались покрыты густым мраком.

Как минимум сейчас она не чуяла ни малейшего подвоха.

…………

Всё воскресенье до самого заката Клейн провел в беготне, закупая новые стулья, чайные сервизы и отдавая в починку изодранную одежду. В общей сложности он спустил шесть фунтов и девять сулей, дабы вернуть гостиной, столовой и собственному гардеробу первозданный вид.

«Вот уж воистину — одни убытки. Остается лишь молиться, чтобы копы расщедрились на компенсацию из конфискованного имущества Мерсо… Эх, надежд на это маловато, в лучшем случае подкинут жалкие гроши». Юноша скрупулезно, бумажка к бумажке, сложил все чеки и квитанции, бережно припрятав их до лучших времен.

Разумеется, если смотреть на вещи сквозь призму сухой бухгалтерии, он остался в колоссальном плюсе: оставшаяся от убитого бандита Потусторонняя характеристика тянула как минимум на три сотни фунтов, а то и больше.

Вот только чтобы обналичить этот куш, требовался выход на столичные оккультные круги.

Плотно поужинав, Клейн облачился в простой однотонный свитер, накинул поверх потертую сизо-серую робу работяги и надвинул на глаза кепку. Покинув дом, он сделал две пересадки на омнибусах и наконец добрался до улицы Железных Врат, что в районе Баклундского моста.

Пройдя всего пару шагов, парень уперся взглядом в вывеску бара «Храбрец». Массивные двери из черного дерева надежно охранял скрестивший на груди руки вышибала, чьи габариты вплотную подбирались к двум метрам.

Громила лишь лениво мазнул по Клейну тяжелым взглядом, даже не подумав преградить путь. И только когда из нутра заведения вырвался очередной взрыв хохота и звон кружек, его кадык судорожно дернулся в сглотнутом глотке.

Время близилось к самому разгару кутежа. Едва приоткрыв створку, юноша тут же ощутил, как на него обрушилась удушливая волна жара, густо замешанная на крепком аромате солодового эля и оглушительном, многоголосом гвалте.

Как и следовало ожидать, в самом сердце зала возвышались два помоста. На одном не на жизнь, а на смерть шла азартная травля крыс собаками, а на соседнем ринге, в ожидании гонга, переминались с ноги на ногу двое жилистых кулачных бойцов.

Хмельной дух намертво сплелся с резким запахом пота. Клейн привычным жестом поправил очки в золотой оправе, сморщил нос и, бережно прикрывая рукой спрятанные в карманах сбережения, принялся отчаянно прорубаться сквозь беснующуюся толпу к стойке.

Не дав бармену и рта раскрыть, он выпалил с ходу:

— Пинту южно-уэльского!

Это было лучшее пенное, что варили на землях Королевства Лоэн.

— Пять пенни, — привычно отчеканил трактирщик.

Выудив горсть мелочи, Клейн отсчитал нужную сумму, взамен получив увесистую деревянную кружку, до краев наполненную янтарной влагой. Густой, дразнящий аромат хмеля мгновенно ударил в ноздри.

— По сравнению с этим нектаром, половина пойла в королевстве — не более чем водичка для полоскания, — добродушно усмехнулся бармен.

Парень сделал жадный глоток. Ледяная свежесть приятно обожгла горло, раскрывшись сначала бархатной горчинкой, затем мощной волной солодового вкуса, а под конец оставив на языке едва уловимую, легкую сладость.

Опустив кружку на стойку и скользнув взглядом по плотной белоснежной пенной шапке, он улучил момент и спросил:

— Где я могу найти Каспаса Камплинга?

Трактирщик резко перестал натирать посуду. Смерив гостя тяжелым, оценивающим взглядом, он с полминуты молчал, а затем мотнул головой куда-то вбок:

— В бильярдной номер три.

Не желая переводить доброе пиво попусту, Клейн подхватил кружку и уверенным шагом направился к заветной двери.

Стоило ему легонько постучать, как створка с жалобным скрипом подалась внутрь.

Двое мужчин, сжимающих в руках кии, мгновенно прервали партию, синхронно уставившись на незваного гостя.

В повисшей, звенящей тишине Клейн поспешил прояснить ситуацию: — Мне нужен Каспас Камплинг. От «Старика».

Услышав пароль, немолодой мужчина лет пятидесяти в изрядно помятой льняной рубашке, чье лицо украшал выдающийся нос, глухо отозвался:

— Заходи.

Его щеку пересекал жуткий, с бугристыми краями шрам, тянущийся от правого глаза до самого уголка губ. А сизый, изрезанный лопнувшими капиллярами нос выдавал в нем беспробудного, хронического пьяницу.

Перешагнув порог с кружкой наперевес, Клейн увидел, как партнер Камплинга по игре привычным, отработанным жестом пристроил кий на сукно, молча покинул бильярдную и плотно прикрыл за собой дверь.

Сильно припадая на одну ногу, Каспас обогнул стол и хрипло поинтересовался:

— И чего же ты ищешь?

— Убойный револьвер особой сборки и полсотни патронов к нему, — Клейн сделал еще один глубокий глоток ледяного эля.

— Три фунта десять сулей, — не моргнув оком, выкатил ценник Каспас. — Само собой, это куда дороже, чем в легальных лавках. Считай это платой за мои личные риски.

— По рукам, — согласился Клейн. Выудив из кармана брюк заранее припасенные пять однофунтовых банкнот, он отсчитал четыре штуки и протянул их собеседнику.

Каспас привычным, отработанным жестом проверил их на подлинность и коротко кивнул:

— А ты куда сговорчивее, чем кажешься на первый взгляд. Жди здесь, обернусь за пять минут.

Оставив купюры прямо на бильярдном столе и прислонив кий к сукну, старик, тяжело прихрамывая, направился к выходу.

Проводив Каспаса взглядом, Клейн от скуки принялся разглядывать популярную нынче разновидность бильярда. Юноша с удивлением отметил, что правила и стол до боли напоминают земной, вполне сформировавшийся снукер.

«Ну точно твоих рук дело, император Рассел…» — он едва удержался, чтобы со смешком не покачать головой.

Спустя какое-то время дверь отворилась, и Каспас вернулся, сжимая в руке сверток из плотной крафтовой бумаги и две бумажки по пять сулей сдачи.

Клейн принял деньги с покупкой и тут же, не отходя от кассы, вскрыл упаковку. Взору предстал серебристо-белый револьвер со слегка удлиненным стволом, чья рукоять, судя по всему, была искусно выточена из орехового дерева.

Помимо самого оружия, в коробке стройными рядами покоились полсотни тускло поблескивающих желтой латунью патронов.

Сделав пробный спуск вхолостую, юноша сноровисто вогнал в каморы пять пуль, после чего сунул револьвер в заранее прикупленную подмышечную кобуру. Распихав оставшиеся боеприпасы по карманам, он поднял взгляд на Каспаса и, тщательно подбирая слова, произнес:

— А если я захочу нанять по-настоящему первоклассного телохранителя, к кому мне обратиться?

— Чертовски хорошего. Такого, чьи навыки выходят далеко за грань человеческих возможностей.

Каспас почесал свой сизый, изрезанный капиллярами нос, и его взгляд в одночасье заледенел.

Он скрупулезно, не мигая сверлил Клейна глазами добрых пару минут, своей звенящей тишиной нагнетая в комнате жуткое, удушающее давление:

— Я могу закинуть удочку, но гарантий, что кто-то клюнет на этот заказ, не даю.

«Сдается мне, он знаком отнюдь не с одним Потусторонним…» — уголки губ Клейна поползли вверх:

— Каким бы ни оказался исход, позвольте заранее выразить вам свою глубочайшую признательность.

Сгребши со стола банкноты, Каспас вновь скрылся за дверью. На этот раз ожидание растянулось на долгие десять минут, за которые маящийся от скуки Клейн успел выцедить до дна свою увесистую кружку южно-уэльского эля.

— Он желает сперва взглянуть на тебя, а уж затем примет решение, — глухо, с расстановкой сообщил вернувшийся старик.