«Да что там… Не обладай я столь специфическим духовным телом, годами закаляемым пыткой безумного шепота и первобытных воплей, я бы ни за что не сумел сохранить рассудок в такой мясорубке. Сорвался бы еще в первые же минуты…» — вернувшись в коридор, юноша почувствовал, как по покрытой липким потом спине пробежал леденящий холодок.

В этот момент к нему приблизился давешний сержант:

— Пошли оформлять бумаги. Ваш адвокат Юрген уже дожидается с залогом.

Фух… — беззвучно выдохнув спертый воздух, Клейн наконец-то позволил себе расслабиться.

Угроза миновала.

Глава 231

Убытки

В одном из кабинетов полицейского участка Райс Клейн наконец встретился с Юргеном Купером. Этот молодой старший солиситор по-прежнему был одет с иголочки, всем своим видом показывая, будто готов в любую секунду отправиться на званый ужин в высшем свете.

Строгий двубортный черный сюртук, белоснежная сорочка с накрахмаленным воротничком, массивный галстук-бабочка и начищенные до зеркального блеска кожаные сапоги — подобный лоск невольно заставлял полисменов общаться с ним подчеркнуто почтительно.

Поигрывая в руках шелковым полуцилиндром, Юрген устремил на Клейна пронзительный взгляд синих глаз и произнес:

— Все формальности улажены. Вам осталось лишь внести десять фунтов залога, и можете быть свободны.

— Премного благодарен, — коротко кивнул Клейн. Не проронив больше ни слова, он последовал за весьма привлекательным, но донельзя чопорным солиситором в соседний кабинет финансового отдела. Выудив портмоне, юноша отсчитал две пятифунтовые банкноты.

Именно в этот миг он как никогда радовался тому факту, что прихватил с собой всю имеющуюся наличность — девяносто пять фунтов. Иначе пришлось бы с позором одалживать деньги у доброго соседа Юргена.

Разумеется, куда сильнее его тревожило другое: останься деньги дома во время полицейского обыска, страшно даже представить, какая бы сумма от них уцелела. Клейн совершенно не питал иллюзий на этот счет, однако и спрятать капитал над серым туманом не мог — кто знает, не пришлось бы ему пускать в ход взятки, чтобы выпутаться из этой передряги.

На страницах нынешних газет и журналов стражей порядка распекали на все лады, обвиняя в отсутствии контроля, вопиющей грубости, повальной коррупции, бесконечном рэкете и первобытной жестокости. Юноша не спешил слепо верить каждому печатному слову, но и сбрасывать эти слухи со счетов благоразумно не стал. В конце концов, наличность из карманов покойного Мерсо почти наверняка осела в бездонных карманах местных копов.

Покончив с оплатой залога, Клейн в компании Юргена покинул стены полицейского участка. Снаружи в лицо тут же ударил сырой, промозглый ветер, заставив парня зябко передернуть плечами.

— Как только дело закроют, ваш залог подлежит возврату. Само собой, уповать на то, что полиция сама удосужится вас об этом известить, не стоит. Хм… выждете недельку, и если вас так и не вызовут обратно в участок на допрос, смело заявляйтесь сюда и требуйте свои деньги. В теории, вам даже причитается соответствующая компенсация из имущества нападавшего. Разумеется, если таковое вообще имеется, — на ходу просвещал его Юрген, направляясь к дожидающемуся неподалеку экипажу.

Моросивший весь день нудный дождь к ночи наконец-то иссяк, однако багровая луна всё так же пряталась за густой пеленой туч. Окутанные мраком улицы скудно подсвечивались лишь желтоватыми ореолами газовых фонарей.

— Я вас понял, — Клейн, уже успевший мысленно распрощаться с этой десяткой, с облегчением кивнул.

В уме парень невольно принялся сводить дебет с кредитом по делу Иэна. Гонорар составил скромные пять фунтов, тогда как во время потасовки в гостиной в щепки разлетелась уйма мебели и фарфоровых сервизов. Теперь придется либо покупать всё заново, либо раскошеливаться на ремонт. Если приплюсовать сюда сожженные мистические материалы, оплату извозчиков и грядущую штопку испорченного костюма… выходило так, что это расследование пахнет откровенным убытком.

А уж если и залог в десять фунтов сгорит — пиши пропало, финансовый крах обеспечен! «Впрочем… Потусторонняя характеристика, оставшаяся от Мерсо, стоит весьма приличных денег…» — мысленно успокоил себя Клейн, нахмурив брови и забираясь в салон кареты.

Он-то наивно полагал, что частный сыщик, принимающий клиентов прямо на дому, в худшем случае просто останется без работы, но уж точно не понесет убытков. А реальность, как всегда, оказалась куда прозаичнее и суровее…

Повернув голову к чинно восседающему рядом солиситору Юргену, Клейн с искренней признательностью произнес:

— Премного благодарен. Спасибо, что вызвались вызволить меня под залог. Сколько я должен вам за услуги?

Юрген сдержанно, по-деловому кивнул:

— За этот визит я денег не возьму.

— Сержант Фассин ввел меня в курс дела. Смею надеяться, что в обозримом будущем нас ждет еще немало возможностей для плодотворного сотрудничества.

«Еще немало возможностей для сотрудничества…» — от такой перспективы Клейн едва не рассмеялся:

— Солиситор Юрген, сдается мне, вы меня проклинаете.

Солиситор со всей серьезностью замотал головой:

— Отнюдь. Я имел в виду совершенно иное. Для частного детектива иметь под рукой постоянного, проверенного солиситора — практика более чем обыденная.

«Милостивый государь, а с чувством юмора у вас беда… несмотря на столь юный возраст…» — мысленно закатив глаза, Клейн расплылся в улыбке:

— И надо же такому случиться, я как раз подыскивал юриста, чтобы состряпать один инвестиционный договор.

— Инвестиционный договор? — в голосе Юргена проскользнуло легкое недоумение.

— Прекрасно понимаю, что к ремеслу сыщика это не имеет ни малейшего отношения, но мне тут подвернулся весьма заманчивый проект, — в двух словах пояснил Клейн. — Солиситор Юрген, опираясь на ваш прейскурант, во сколько мне обойдется подобная бумага?

— Ставка, как правило, зависит от общей суммы контракта и его юридической сложности, — педантично отчеканил юрист.

— Цена вопроса — сто золотых фунтов. А что до условий… — юноша принялся дотошно выкладывать свои требования, не забыв упомянуть ни право преимущественного выкупа акций, ни право вето на определенные решения.

Внимательно выслушав и погрузившись в раздумья на пару минут, Юрген вынес вердикт:

— Два фунта. Черновик будет у вас в понедельник поутру.

— По рукам, — Клейн не стал мусолить эту тему, вместо этого начав выпытывать у юриста свежие подробности о сегодняшней кровавой заварушке, которые тому удалось выведать в участке.

Благополучно добравшись до улицы Минск, Клейн благородно взял на себя оплату наемного экипажа, расставшись с тремя сулями. Попрощавшись с не по годам суровым солиситором, он зашагал к своему дому.

Провернув ключ в замке и переступив порог, юноша уставился на царящий в комнатах неописуемый разгром. На душу мгновенно навалилась свинцовая усталость.

Его блестящая карьера частного сыщика стартовала с откровенных убытков.

Не успел Клейн стянуть перепачканный плащ и взяться за уборку этого хаоса, как тишину разорвал звон дверного колокольчика.

С легким недоумением распахнув створку, он обнаружил на пороге соседскую горничную Джулиан, облаченную в классическое черно-белое платье.

— Добрый вечер, мистер Мориарти. Мистер и миссис Саммер нижайше просят вас заглянуть к ним на огонек, дабы обсудить… недавние события, — с нескрываемой робостью и дрожью в голосе пролепетала девушка.

«Началось… Сейчас будут выставлять счет за ущерб…» — натянув на лицо дежурную улыбку, Клейн ответил:

— С превеликим удовольствием.

Сменив испорченный плащ на свежий, нетронутый сюртук, он последовал за горничной в соседний особняк. Люк Саммер и его супруга Старлин уже дожидались гостя, чинно восседая на диванах в гостиной.

Рослый, широкоплечий Люк, чье лицо украшали щегольские усики, поднялся навстречу и с тихим смешком протянул руку:

— Добрый вечер, мистер Мориарти. Подумать только, я лишь сейчас узнал, что вы промышляете частным сыском! Признаться, как сосед я оказался совершенно никудышным.

— О нет, вина всецело на мне. Понимаете ли, я и сам до сих пор не уверен, что гожусь для этого ремесла. Быть может, в один прекрасный день я просто сменю поприще, — ответив на рукопожатие хозяина дома, Клейн с готовностью перешел к сути. — Приношу свои глубочайшие извинения за сегодняшнюю суматоху. Я в полной мере возмещу любой нанесенный ущерб.

— Пустяки, это всего лишь досадная случайность, — великодушно отмахнулся Люк.

Очаровательная блондинка с бездонными синими глазами, Старлин, не выдержав жгучего любопытства, вклинилась в разговор:

— Вы и впрямь собственноручно прикончили грабителя? Ой, прошу прощения, вам ведь черный чай, верно?

Клейн ответил сдержанным кивком:

— Вполне вероятно, что это был лишь банальный воришка.

Благоразумно умолчав о том, что ноги у этой потасовки растут из его собственного расследования, юноша не стал бередить нервы чете Саммеров.

«Раз уж копы не стали трепать языками, то и мне распинаться совершенно ни к чему…» — мысленно подытожил он.

Люк Саммер широко улыбнулся:

— Вы наверняка виртуозно владеете приемами рукопашного боя! Имея под боком такого соседа, я чувствую себя как за каменной стеной. Кто знает, быть может, в будущем и мы обратимся к вам за помощью.

Клейн, наполовину искренне, наполовину в шутку, издал самоироничный смешок:

— Признаться честно, я и сам чудом избежал гибели.

— Как бы там ни было, из этой схватки победителем вышли именно вы, — резонно возразил Люк.

Перекинувшись еще парой фраз на эту тему, Старлин изящно поднесла к губам белоснежную фарфоровую чашку с золотой каемкой. Сделав глоток, она поинтересовалась:

— Мне вот что любопытно: много ли заказов перепадает частному сыщику за неделю? И насколько прибыльно это дело?

Не видя смысла таить шило в мешке, Клейн усмехнулся:

— Год на год не приходится. Точь-в-точь как с урожаем: то густо, то пусто. На прошлой неделе я положил в карман пять фунтов и пять сулей, но, учитывая вчерашний погром, боюсь, останусь в глубоком минусе.

Старлин, словно пропустив его жалобы на убытки мимо ушей, увлеченно защебетала:

— Сохраняя подобный доход, пяти фунтов в неделю с лихвой хватит на весьма недурную жизнь здесь, в районе Джовуд! Никаких соседей по квартире, собственная горничная для черной работы, раз в две недели — выход в свет на оперу или концерт, еженедельные партии в теннис или сквош, литературные салоны, ужины в приличных ресторанах… Разумеется, если вы подумываете о женитьбе, поясок придется затянуть потуже. Пять фунтов всё-таки не дотягивают до истинной, подлинной респектабельности.

— И сколько же стоит эта самая подлинная респектабельность? — послушно подыгрывая хозяйке, спросил Клейн.

— Семь фунтов, никак не меньше, — слегка вздернув подбородок, отчеканила Старлин.

Клейн перевел взгляд на Люка и с непринужденным видом светского собеседника поинтересовался:

— Ваша супруга обмолвилась, что вы трудитесь в компании «Коим». Позвольте узнать, какова же основная сфера вашей деятельности?

— Антрацит и древесный уголь, — с улыбкой отозвался Люк.

«Немудрено, что вы затесались в ряды Королевского общества по сокращению угольной копоти…» — мысленно кивнул Клейн. Выдержав короткую паузу, он спросил вслух: — А на какой оклад может рассчитывать столичный управляющий здесь, в Баклунде? Признаться, газеты и глянцевые журналы крайне неохотно освещают этот вопрос.

— Ха-ха, всё целиком и полностью зависит от отрасли, престижа конторы и конкретной должности. Скажем, первый управляющий Баклундского банка кладет в карман все пять тысяч фунтов в год. Мой же оклад, даже если приплюсовать сюда все мыслимые бонусы, едва дотягивает до четырехсот тридцати — четырехсот сорока фунтов, — легкомысленно отмахнулся Люк.

«Выходит, примерно восемь фунтов в неделю… И то верно…» — Клейн не успел и рта раскрыть, как Старлин Саммер недовольно проворчала:

— Откровенно говоря, мы вполне могли бы перебраться за город. Там бы у меня появился свой сад и аккуратная лужайка, а у Люка — настоящая конюшня. Он наконец-то купил бы ту новенькую карету, о которой грезит уже целую вечность, и пару резвых молодых лошадей. Увы, при таком раскладе дорога на службу и обратно отнимала бы у него слишком много времени, а оно ценится куда дороже.

«Новенький экипаж в упряжке с парой лошадей обойдется фунтов в сто… Восемь фунтов в неделю — это и впрямь солидно. Какая досада, что стоило мне лишь получить прибавку к жалованью, как я тут же…» — Клейну оставалось лишь молчаливо и вежливо улыбаться.

Перекинувшись еще парой дежурных светских фраз, он раскланялся и покинул соседей. По пути домой парень про себя с облегчением подытожил:

«А мистер и миссис Саммер, в сущности, на редкость славные люди. Будь на их месте кто-то из тех алчных и желчных арендодателей, после сегодняшнего ночного погрома меня бы уже с треском вышвырнули на улицу, предварительно содрав неустойку до последнего пенни…»

Вернувшись в свою разгромленную квартиру, Клейн принялся за уборку. Возноситься в чертоги над серым туманом, дабы разобраться с тем странным приливом тепла на тыльной стороне ладони, он не торопился, равно как и не спешил раскидывать гадание. Юноша резонно опасался, что ищейки из спецотдела военных могут всё еще вести за ним негласное наблюдение из мрака.

Он твердо постановил: завтра же вечером отправится в тот самый бар, про который рассказывал Иэн, и разживется огнестрелом. Оружие было жизненно необходимо, чтобы дать отпор, если кто-то из врагов всё же решится на отчаянный, рискованный шаг и нападет.

Клейн даже всерьез подумывал заодно прощупать почву на предмет найма телохранителя. Но не простого вышибалу, а Потустороннего! Могущественного и смертоносного Потустороннего! Во-первых, это стало бы отличным поводом затесаться в столичные оккультные круги, не раскрывая собственной личности. А во-вторых, его грыз липкий страх, что следующие наемные убийцы, подосланные послом, окажутся достаточно хитрыми, чтобы проскользнуть мимо радаров военной контрразведки.