Придя к такому выводу, Клейн без промедления решил сегодня же отправиться в Церковь Урожая и подстеречь Эмлина Уайта.

И пусть Орден Авроры вряд ли сумеет выйти на его след, вся эта история заставила его ощутить легкую безотлагательность. Ему хотелось поскорее собрать все ингредиенты, чтобы сразу после полного переваривания зелья незамедлительно совершить прорыв на шестую Последовательность.

Десять часов утра. Район Баклундского моста, улица Роз.

Облаченный в двубортный сюртук Клейн снял шелковый полуцилиндр и неспешным шагом вошел под скромные своды Церкви Урожая.

Едва переступив порог, он тут же приметил исполинскую фигуру отца Утравски и Эмлина Уайта, облаченного в коричневую сутану священнослужителя.

Вампир усердно полировал подсвечник с таким безучастным и отрешенным видом, словно его душа давно отошла в мир иной.

«Какая удачная встреча… Постойте, неужто он торчит здесь с утра до вечера, возвращаясь домой лишь под покровом ночи?» — Клейн выбрал случайное место и опустился на скамью. Прихожан в храме было от силы человек пять, не больше.

Эмлин Уайт тоже заметил его. Отложив тряпку в сторону, вампир уверенным шагом направился к сыщику и опустился на скамью по соседству.

Лицо кровососа мгновенно ожило. Высокомерно вздернув подбородок, он с усмешкой процедил:

— Явился не запылился. Небось опять пришел просить меня о помощи?

Глава 407

Истинный избранник

В Церкви Урожая.

Клейн покосился на Эмлина Уайта и, стараясь не нарушать царившую здесь умиротворяющую атмосферу, приглушил голос и тихо рассмеялся, задав встречный вопрос:

— Нуждаешься в деньгах?

Едва эти слова сорвались с губ, как он поймал себя на мысли, будто пытается всучить собеседнику какую-то сомнительную сетевую чепуху вроде «Эмвея».

Эмлин поначалу слегка опешил, а затем презрительно фыркнул:

— Не смей оскорблять презренным металлом благородный род Крови!

Клейн сухо усмехнулся и, переведя взгляд на возвышающуюся впереди исполинскую фигуру отца Утравски, как бы невзначай обронил:

— Насколько мне известно, те искусно выполненные куклы стоят весьма недурно, я бы даже назвал их баснословно дорогими. Особенно те, что ростом с человека.

— … — Эмлин приоткрыл рот, силясь возразить, но так и не нашел нужных слов.

После недолгой паузы вампир деликатно кашлянул и с напускным равнодушием произнес:

— Ладно, выкладывай, какая помощь тебе от меня требуется? Я не из тех представителей рода Крови, кто обожает разгадывать шарады.

Клейн даже не повернулся к соседу по скамье, лишь тихо улыбнулся:

— Один мой знакомый стоит на пороге продвижения, и ему позарез нужны кое-какие Потусторонние ингредиенты. Сможешь ли ты помочь с их поисками?

— Ты смеешь сомневаться в возможностях представителя благородного рода Крови? — высокомерно вскинул голову Эмлин Уайт. — Даже если у меня самого ничего не окажется, я всегда могу черкнуть весточку нашим многоуважаемым старейшинам.

«Именно это мне и нужно…» — Клейн без малейших промедлений отчеканил в ответ:

— Мутировавший гипофиз тысячелицего охотника, сто миллилитров его крови, Потусторонняя характеристика призрака в человеческой коже и пять волос глубоководной наги. Если сможешь достать хотя бы один из этих ингредиентов, я гарантирую оплату. Разумеется, окончательный гонорар будет зависеть от стоимости: чем дешевле обойдется материал, тем больше я накину тебе сверху.

Он намеренно назвал количество вспомогательных материалов с запасом, чтобы подстраховаться на случай возможных потерь.

Вслушиваясь в эту гладкую, отчеканенную без единой запинки речь, Эмлин Уайт внезапно почуял неладное, словно послушно шагнул в заранее расставленную ловушку.

Попытавшись взять эмоции в узду, вампир процедил:

— Мой гонорар за Потусторонние характеристики составит как минимум сто фунтов, а за вспомогательные ингредиенты — не менее десяти. И пусть я не ведаю, к какому рангу относятся искомые материалы, но уверен на все сто: вещицы эти баснословно дорогие и редкие. Иначе ты бы ни за что не пришел ко мне за помощью.

«А парень-то сообразителен…» — улыбнулся про себя Клейн и кивнул:

— По рукам!

В то же мгновение Эмлин Уайт жестоко пожалел о содеянном, заподозрив, что запросил слишком мало.

А потому торопливо добавил:

— Господин детектив, а у вас уже наметились зацепки к тому, как избавить меня от ментального внушения?

Клейн покосился на священника Утравски, усердно молящегося перед алтарем, а затем повернул голову к вампиру и прошептал:

— У меня есть один простейший способ.

— Какой? — алые глаза Эмлина Уайта возбужденно блеснули.

— Одолеть отца Утравски и отобрать его Свечу душевного кошмара, — хмыкнул Клейн. — Ты ведь уже воссоединился с родителями, а значит, ваших совместных сил должно хватить с лихвой. Неужто трое вампиров побоятся бросить вызов какому-то Рыцарю Рассвета?

Уголки губ Эмлина нервно дернулись, а лицо уныло вытянулось:

— Мы проиграли.

— Силенок не хватило…

— Отца с матерью едва самих под замок не упекли. Та Свеча душевного кошмара — поистине зловещая и пугающая штуковина…

«Так вы уже пытались… Чуть всей семьей не переметнулись под крыло Матери-Земли… Неужели трое представителей рода Крови не смогли одолеть отца Утравски? Неужто этот исполин, вооруженный Свечой душевного кошмара и тем самым кровоотсосом, настолько пугающе силен? Или это вампиры измельчали? Но ведь все слухи и легенды в один голос твердят, что вампиры обладают сокрушительной мощью…» — Клейн задумчиво произнес:

— Ну, тогда почему бы тебе не черкнуть весточку вашим многоуважаемым старейшинам? В вашем роду ведь наверняка найдутся могущественные мастера.

Лицо Эмлина Уайта приняло совершенно безучастное выражение, и он бесстрастно отчеканил:

— Они отказали.

Но вдруг вампир уставился на Клейна взглядом, полным отчаянной надежды:

— А тебе под силу одолеть отца Утравски? Или, быть может, твой Потусторонний знакомый сумеет с ним справиться?

«Заполучив Солнечную брошь и флакон с биологическим токсином, да еще и прилично переварив эликсир, я изначально надеялся, что в форме бесплотного духа смогу одолеть отца Утравски. Однако после твоих россказней уверенности поубавилось. Неужто Свеча душевного кошмара и впрямь столь зловещая? Подобный артефакт по определению должен идеально подавлять любые астральные тела…» — Клейн благоразумно покачал головой:

— Нет, это исключено.

И тут же поспешил перевести разговор на более безопасную тему:

— К слову, а почему ваши многоуважаемые старейшины ответили отказом? Для них ведь это сущий пустяк, обычное одолжение.

Краска мгновенно отлила от лица Эмлина Уайта, сделав его серым, словно остывающий пепел:

— Старейшины заявили, будто отец Утравски является Избранником Матери-Земли, и они категорически не желают раздувать конфликт с этой Церковью. Дескать, сейчас они скрупулезно прорабатывают иные методы снятия ментального внушения — например, планируют снарядить экспедицию в бескрайние просторы Соня, Туманного моря или бушующие бездны Бешеного моря, чтобы отыскать там древних драконов, давно укрывшихся от мира.

Его улыбка вышла настолько жалкой и вымученной, что больше напоминала гримасу скорби, когда он добавил:

— И пока эти умники завершат свои исследования, пока отыщут дракона из домена Разума, я, пожалуй, окончательно обращусь в истового прихожанина Матери-Земли… С каждым божьим днем я всё отчетливее осознаю, насколько ценна человеческая жизнь и прекрасен богатый урожай.

«Избранник Матери-Земли? Отец Утравски — Избранник Самой Богини? Немудрено, что его закрома буквально ломятся от диковинных мистических реликвий… Выходит, внезапное обращение этого грозного пиратского главаря в лоно веры Матери-Земли таит в себе куда более глубокие мотивы…» — Клейн сперва мысленно восхитился, а затем почувствовал, как по спине пробежал леденящий душу озноб от запоздалого страха.

Ведь еще секунду назад он едва не поддался искушению и не пообещал Эмлину Уайту одолеть отца Утравски.

Случись ему проиграть, и он наверняка разделил бы участь вампира, оказавшись запертым в сырых подземелях на принудительных работах. А одержи он победу — нажил бы себе смертельного врага в лице Самого Божества! Впрочем, выиграть эту схватку в открытом бою было попросту невозможно: у Избранника Матери-Земли стопроцентно имелись сокрушительные козыри в рукаве. Да и в их прошлую встречу, не обуздай отец Утравски собственными титаническими усилиями свою прошлую, расколотую личность, Клейн вряд ли сумел бы уйти живым…

Благоразумно решив не бередить эту рану и не углубляться в опасную тему, Клейн устремил взор на возвышающуюся впереди фигуру отца Утравски и произнес:

— Ты мог бы попытаться выйти на след одной тайной ложи под названием Алхимия Психологии.

«Иначе тебе останется лишь уповать на то, что мисс Справедливость из нашего Клуба Таро поскорее возвысится до Психиатра. Вот только боюсь, к тому моменту ты уже всей душой прикипишь к вере Матери-Земли и сам откажешься от спасения…» — мысленно добавил Клейн.

Для него самого вступление Эмлина Уайта в Алхимию Психологии сулило огромную выгоду. Случись мисс Справедливости столкнуться со смертельной угрозой внутри этой ложи, он всегда смог бы задействовать вампира в качестве нелегального агента поддержки, вместо того чтобы раз за разом разыгрывать этот бесконечный спектакль «триединства», единолично представая в образах Шута, Избранника и верного последователя.

— Алхимия Психологии? Не слыхал о таких, — презрительно мотнул головой Эмлин. — Должно быть, очередная ничтожная секта, состряпанная на скорую руку.

— Эта ложа существует уже как минимум столетие, а то и все два, — опроверг его высокомерие Клейн.

— Для нашего благородного рода Крови, наделенного вечной жизнью, пара веков — это сущий пустяк. Стоит какому-нибудь многоуважаемому старейшине слегка вздремнуть, и столетие пролетает как один миг, — с нескрываемой гордостью парировал Эмлин Уайт.

Не дав Клейну вставить ни слова, вампир перевел взгляд на алтарь и, деликатно прокашлявшись, спросил:

— А тебе известно, как с ними связаться?

Клейн уже было приоткрыл рот, собираясь поведать о том, что практикующий в тингенской психиатрической лечебнице доктор Дастер Гудериан состоит в Алхимии Психологии, но вовремя одернул себя, проглотив готовые сорваться слова.

«Поскольку меня взял на карандаш Сам Истинный Творец, мне категорически противопоказано совать нос в дела Тингена. Малейшая неосторожность грозит разоблачением, а уж зная безумие Ордена Авроры — они костьми лягут, но сотрут Бенсона и Мелиссу в порошок…» — Клейн едва заметно покачал головой и ответил:

— Я лишь мельком слышал об этой ложе.

— Можешь поинтересоваться у своих сородичей, черкнув им весточку.

Эмлин Уайт разочарованно вздохнул и больше не поднимал эту тему. Покосившись на Клейна, он тихонько усмехнулся:

— Сдается мне, тот приятель, который без пяти минут получит продвижение, — это ты сам.

Клейн беззаботно смотрел перед собой и небрежно отозвался:

— Поздравляю, угадал.

— … — Эмлин Уайт остолбенел на месте. Подобная реакция в корне отличалась от того, что он предвкушал услышать!

Заметив его замешательство, Клейн тихо рассмеялся:

— Господин Уайт, признаться честно, ваша истинная стезя — вовсе не Аптекарь, а самый настоящий актер.

Эмлин сперва опешил, но тут же надменно вздернул подбородок:

— Я — благородный представитель рода Крови, обладающий глубоким внутренним миром, и ни за что не стану торговать своей смазливой внешностью.

«Неужто решил, будто я рассыпаюсь в комплиментах твоей красоте?» — Клейн лениво поднялся с места и усмехнулся:

— О нет, я просто вел к тому, что у тебя прирожденный комедийный талант.

Оставив Эмлина Уайта с застывшей на лице гримасой, сыщик протиснулся в проход и бросил на ходу:

— Не забудь про мое поручение.

…………

Порт Притц, улица Белого Дуба.

Еще ранним утром Форс Уолл прибыла на паровом поезде в этот крупнейший и важнейший порт королевства. Она заблаговременно приобрела обратный билет на речной пароход — такой маршрут обходился значительно дешевле.

Вдыхая соленый воздух, пропитанный запахом моря, Форс наблюдала за вечно спешащими портовыми грузчиками.

В разгар сезона гавань наводняли толпы поденщиков, жаждущих хорошего заработка. Множество бедняков из Восточного района Баклунда сбивались в артели и тянулись сюда пешком на юго-восток, преодолевая расстояние более чем в шестьдесят километров — точь-в-точь как во время сезонных работ по сбору хмеля.

Местные улицы казались шире многих баклундских переулков, да и дышалось здесь легче, пусть вокруг и было изрядно грязнее… Озираясь по сторонам, Форс без труда отыскала неприметное обветшалое здание, где базировалась Ассоциация рыбаков.

Всё прошло без сучка без задоринки: поднявшись на нужный этаж, она беспрепятственно застала в одном из кабинетов Дориана Грея.

Этот джентльмен среднего телосложения, обладающий невероятно могучими, мускулистыми руками, причесывался на редкость аккуратно, разительно выделяясь на фоне остальных обитателей ассоциации, чьи шевелюры больше напоминали вороньи гнезда.

«Наверняка еще один представитель рода Авраамов…» — мысленно заключила Форс и лаконично изложила цель своего визита, протянув Дориану предсмертное завещание Лоуренса, старинный блокнот и переливающуюся, похожую на бриллиант Потустороннюю характеристику.

Дориан с гаммой сложных эмоций принял эти сокровища и первым делом развернул письмо.

Дотошно вчитавшись в строчки, он поднял голову и устремил на Форс искренний взгляд голубых глаз:

— Хвала вашему доброму сердцу и верности слову, мисс Уолл. Я до гробовой доски буду чтить ту заботу и неоценимую помощь, которую вы оказали Анлисе и Лоуренсу.

— Не сочтете ли вы за труд принять мою благодарность? Я бы очень хотел пригласить вас отобедать со мной.