Фанатики злых божеств, хоть и на дух не переваривали друг друга, вряд ли стали бы намеренно вставлять палки в колеса в столь грандиозных проектах. Напротив, они предпочитали с радостью наблюдать за разгорающимся хаосом со стороны, дожидаясь, пока чужие руки окончательно взбаламутят воду.

— Я придерживаюсь того же мнения. Вполне вероятно, на сцену вышла некая новая, доселе неведомая тайная ложа, чей фирменный почерк — осыпать убитых картами Таро, — с легкой усмешкой заметил элегантный мужчина. — К тому же, разные расклады явно несут в себе разный смысл… К примеру, на лицо этого мерзавца легли лишь два аркана: «Суд» и «Император». «Суд» недвусмысленно вопит о мотивах и цели, а вот «Император»… уж не позывной ли это того самого незнакомца в латах? Впрочем, нельзя исключать, что всё это — часть некоего диковинного ритуала.

Архиепископ Снейк не удостоил собеседника ответом. Цепко окинув взглядом разгромленную столовую, он велел:

— Давайте-ка скрупулезно восстановим картину произошедшего.

И лишь в этот самый момент на виллу Капина наконец-то ворвался первый отряд Уполномоченных Карателей.

…………

Тем временем в чертогах над серой мглой Клейн, чьи резервы после трех использованных «бумажных марионеток» еще не иссякли окончательно, прибегнул к гаданию, дабы удостовериться в безопасности дальнейшего пути Дейси.

«Дейси благополучно доберется до дома», — смежив веки, он беззвучно прошептал фразу для прорицания, намертво стиснув в левой руке серебряную цепочку маятника.

Прокрутив заклинание ровно семь раз, юноша распахнул глаза и увидел, что цитриновый кристалл выписывает круги против часовой стрелки, однако амплитуда была едва уловимой, а скорость — мучительно медленной.

Подобный исход означал: на пути домой девочку еще ждут кое-какие мелкие препоны, но угроза ничтожна, и ею можно смело пренебречь… Кристально ясно расшифровав откровение, Клейн с облегчением выдохнул, сбросив с души последний груз тревоги.

Следом взор обратился к двум предметам, покоящимся прямо перед ним на столе. Обе реликвии источали весьма мощное, пульсирующее духовное сияние.

Первая вещица представляла собой бледно-голубую, полупрозрачную шестигранную призму. В её недрах то и дело вспыхивали тончайшие искры, уподобляясь зарницам грозы, бьющим из самых глубин подсознания. То была Потусторонняя характеристика, оставшаяся от убитой Кэти.

Второй же трофей принадлежал Паркеру — тому самому бедолаге, что так и не успел толком проявить себя в схватке. Его наследие сжалось в плотный комок, размером с кулачок младенца.

Этот «кулак» сплетался из трех красок: угольно-черные и темно-багровые прожилки причудливо обвивали густой, доминирующий серебристо-белый фон.

Не теряя ни секунды, Клейн силой мысли соткал из пустоты пергамент с пером, вознамерившись выудить из этих двух Потусторонних характеристик соответствующие рецепты эликсиров.

До того как шагнуть на седьмую Последовательность, избыточная скверна и чужеродные влияния в подобных трофеях наглухо блокировали любые попытки выпытать из них формулы. Даже спасительная защита таинственного измерения, отсекающая помехи и многократно усиливающая дар прорицателя, не спасала ситуацию.

Именно поэтому в прошлом оставалось полагаться лишь на банальный спиритизм.

И лишь переродившись в «Фокусника», юноша обрел крупицу могущества, позволяющую взламывать Потусторонние характеристики напрямую через гадание здесь, над серой мглой. Впрочем, шансы на успех всё еще болтались где-то на самом дне.

Чудо не произошло и на этот раз: Клейн потерпел оглушительное, позорное фиаско.

Впрочем, без улова он всё же не остался, благополучно выудив названия обоих эликсиров.

«Паркер восседал на восьмой ступени, будучи „Шерифом“, а Кэти была „Дознавателем“ седьмой Последовательности… Разве это не Путь „Арбитра“? Та самая цепочка, что безраздельно принадлежит короне, армейским кругам да горстке древних, знатных родов Лоэна… И за утечкой этих формул вкупе с мистическими материалами власти следят пугающе свирепо… Неужто часть тех невинных девушек, похищенных Капином, предназначалась для отправки в чье-то аристократическое поместье?»

«Но с какой стати ради банальных плотских утех отряжать на подмогу сутенеру целую свиту из четырех Потусторонних? Игра откровенно не стоит свеч… Тот старик Херас был на порядок смертоноснее Кэти. Вполне вероятно, что он шагнул на шестую ступень этого же Пути, а пустив в ход ту жуткую металлическую перчатку, и вовсе дотягивал до пятой… Быть может, всё это завязано на какие-то кровавые, изуверские жертвоприношения, где личности „агнцев“ ни в коем случае не должны всплыть на свет?»

«Хотя, если копнуть за пределы Королевства, то королевская династия Фейнапота, семья Кастия, тоже владеет этим Путем, щедро пичкая зельями свою армию и разведку… Уж не вляпался ли я снова в какую-то масштабную, мутную шпионскую интригу?»

Клейн попытался было прогнать эти гипотезы через гадание, но в очередной раз наткнулся на глухую стену отрицания.

Отложив эти загадки в долгий ящик, юноша принялся неспешно, размеренно отстукивать ритм по изъеденному патиной краю бронзового стола, беззвучно рассуждая:

«Раздобыть бы рецепты да горстку нужных вспомогательных ингредиентов, и эти две характеристики мигом превратят любого смертного в „Шерифа“ восьмой и „Дознавателя“ седьмой Последовательности соответственно… Хм, помнится, у мисс Фокусник была та самая подруга по имени Сио, которая как раз с ног сбилась в поисках материалов для „Шерифа“…»

«Можно будет на следующей сходке спихнуть наследие Паркера этой дамочке, действуя через „Мира“. Чем быстрее сколочу капитал на эликсир „Безликого“, тем лучше… Впрочем, вечно прикрываться „Миром“ — затея скверная, так и подозрения недолго навлечь. К тому же я нарочито усеял труп Капина картами Таро. Стоит мисс Справедливости услышать об этом, как она стопроцентно припишет всё моему избраннику… Что ж, значит, выступим в роли благодетеля: сам господин Шут изволит продать трофей от лица своего верного слуги…»

Молниеносно утвердив этот изящный план, Клейн силой мысли заставил характеристики «Шерифа» и «Дознавателя» послушно упорхнуть в дальний угол, надежно сокрыв их в куче оккультного хлама.

«Интересно, какие же титулы носят шестая и пятая ступени на Пути „Арбитра“… Если их таланты зиждутся на эксплуатации порядка и законов… Неужто „Судья“?» — оборвав поток праздных размышлений, сыщик смежил веки, всецело погрузившись в скрупулезную оценку собственного духа.

Вновь накатило то самое пьянящее чувство: духовность забурлила, эликсир поддался, а процесс усвоения стремительно набрал обороты.

На этот раз чутье Провидца подсказывало железобетонно: выкристаллизована львиная доля «кодекса Фокусника». Оставшиеся мелкие детали, конечно, не помешали бы, но и без них можно прекрасно обойтись — на скорости переваривания зелья это почти не скажется.

Соткав из пустоты пузатую перьевую ручку и лист пергамента, Клейн принялся выводить строки, дабы намертво впечатать их в память:

'Заповеди Фокусника:

Никогда не выходи на сцену без подготовки;

Бросай вызов невозможному, даже если финальный триумф — лишь искусная иллюзия'.

В его понимании именно эти два постулата служили абсолютным стержнем. Ухватившись за них, он брал под контроль само ядро своей силы, а всё остальное оставалось лишь приятным дополнением и шлифовкой.

'3. Чаще бери инициативу в свои руки и устраивай шоу;

Изо всех сил стремись сорвать зрительские овации;

Виртуозно управляй вниманием своей цели'.

……

Отложив темно-красное перо, Клейн еще раз скрупулезно, от начала до конца пробежался глазами по списку, вынося окончательный вердикт:

«Если исправно отыгрывать роль в повседневной рутине, приправив это тремя-четырьмя масштабными, проактивными „выступлениями“, я стопроцентно переварю зелье „Фокусника“ еще до наступления Нового года. А если посреди этого пути выгорит еще один дерзкий бросок с вызовом невозможному, то процесс и вовсе пойдет вскачь… Что ж, именно на такие темпы я и рассчитывал».

До первого января 1350 года оставалось примерно пара месяцев.

Покончив с делами, юноша устало потер виски, морально готовясь к возвращению в суровую реальность.

Бережно рассовав карту «Темного Императора», флакончик с биологическим токсином и прочие артефакты по местам, он внезапно издал тихий смешок, щедро приправленный горькой самоиронией:

— Бросать вызов невозможному… Разве это не изощренный способ свести счеты с жизнью?

Пока эхо этих слов всё еще перекатывалось под сводами храма, силуэт Клейна бесследно растворился в чертогах над серой мглой.

В убогом, дешевом номере гостиницы в районе Баклундского моста парень резко распахнул глаза. Первым, что выхватил взор, было тусклое пламя свечи от того самого парадоксального ритуала призыва самого себя.

Сноровисто зачистив все следы таинства, сыщик натянул добротную рабочую куртку, на которую только что спустил четыре суля, и подошел к окну.

Подхватив заранее припасенный стаканчик сладкого чая со льдом, он устремил взгляд на собственное размытое отражение в темном стекле. Губы изогнулись в искренней, неподдельной улыбке, и он едва слышно прошептал:

— До дна.

С этими словами юноша легонько чокнулся стаканом о стекло, властно вздернул подбородок и залпом осушил напиток.

Вслед за этим он неспешно покинул гостиницу. Соседние газовые фонари уже вовсю полыхали светом, а снующие мимо пешеходы и экипажи были поглощены своей привычной суетой, ни сном ни духом не ведая о грандиозном взрыве на границе районов Джовуд и Западного.

Прогулочным шагом Клейн добрался до окрестностей бара «Храбрец». Слегка попетляв для отвода глаз, ровно в семь часов пятьдесят восемь минут он выбил условный стук на двери дома, где старец Око Мудрости проводил свои тайные сходки Потусторонних.

Нацепив на лицо неизменную железную полумаску и облачившись в просторную мантию с капюшоном, юноша виртуозно слился с толпой, всем своим видом изображая самого заурядного, ничем не примечательного гостя.

…………

Тем временем Сио, по своей неизменной привычке совершавшая вечерний обход тайных точек связи, наткнулась на знак, которого отродясь не видела в этих краях.

Этот символ принадлежал тому самому мужчине в золотой маске, который действовал через посредника на собрании мистера А и продал ей рецепт эликсира «Шерифа».

И это был знак экстренного сбора!

«До сих пор он ни разу не выходил на связь, да и я благополучно делала вид, будто мы вообще не знакомы… С чего бы вдруг такая спешка?..» — поразмыслив, девушка всё же рассудила, что стоит сходить на разведку.

— Тот самый мужчина в золотой маске клятвенно обещал подкидывать ей поручения, дабы она смогла скопить деньжат и выкупить у него соответствующие Потусторонние материалы.

Приняв решение, Сио сменила дислокацию и оставила ответную метку, назначив время и место для рандеву.

Спустя полчаса в глухом, но изобилующем путями к отступлению переулке девушка, добрых минут десять просидевшая в засаде и дотошно сканирующая округу, наконец-то выскользнула из укрытия и направилась к дожидающемуся мужчине в золотой маске.

Незнакомец всё так же щеголял в безупречном черном фраке. Его светло-карие глаза скользнули над макушкой миниатюрной девушки, и он произнес:

— Для вас появилась работенка.

— Уровень риска и размер гонорара? — деловито, со знанием ремесла уточнила Сио.

Мужчина легким жестом поправил свою отливающую тусклым золотом маску:

— С одной стороны, дело пустяковое. А с другой — может обернуться колоссальной, смертельной угрозой. Тут всё всецело зависит от того, насколько ювелирно вы сработаете.

— В качестве аванса предлагаю тридцать фунтов. Если же вам удастся раздобыть по-настоящему стоящие сведения, я готов выдать вам один из Потусторонних материалов для зелья «Шерифа» напрямую, минуя оплату монетой.

— И в чем же суть поручения? — Сио слегка сдвинула брови на переносице.

Взгляд мужчины в золотой маске мгновенно потяжелел, налившись свинцовой мрачностью:

— Пустите в ход все свои каналы. Мне нужно знать поименно: кто за последнее время пытался вынюхать хоть что-то о Капине.

— О Капине? О том самом работорговце? — ошарашенно переспросила Сио.

Собеседник коротко кивнул:

— Именно так.

— Я отказываюсь от этого заказа. Меня тошнит от одного только его имени! — без малейших колебаний, с отвращением отрезала девушка.

Мужчина напротив лишь издал тихий смешок:

— Речь идет вовсе не о работе на Капина.

— В конце концов, этот мерзавец уже мертв.

— Мертв? — Сио на долю секунды впала в полнейший ступор.

— Испустил дух прямо в собственном особняке. Весь труп был усеян картами Таро, а на глаза ему положили два аркана: «Суд» и «Император». Ах да, заодно держите ухо востро и поройтесь в памяти — не всплывали ли за последние годы какие-нибудь инциденты, в которых тоже фигурировали карты Таро, но дело так и не дошло до полицейских сводок, — невозмутимо пояснил мужчина в золотой маске.

Глава 382

Благородный разбойник

Район Джовуд, в доме, который снимали Сио и Форс.

Форс только-только закончила набрасывать вступление к новому роману и, пребывая в превосходном расположении духа, уже собиралась побаловать себя сигаретой, как вдруг дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появилась Сио.

— Курение вредит здоровью, — шмыгнув носом, заметила она.

Заметив на лице подруги явную озадаченность, писательница не стала препираться и вместо этого спросила:

— Что-то стряслось?

Ероша непослушные светлые волосы, Сио с тяжелым вздохом плюхнулась на соседний стул:

— Тот самый тип снова вышел на связь. Ну, тот, который на собрании у мистера А через посредника продал мне рецепт «Шерифа».

— Он подкинул мне одно, на первый взгляд, плевое дельце. Аванс — тридцать фунтов. Вот только я понятия не имею, не кроется ли за всем этим какая-нибудь смертельная ловушка…