поисках Ситы Рама и Лакшман шли всё дальше и дальше, тщательно обыскивая горы и леса. Так они добрались до горы Ришьямук, где на самой вершине жил с несколькими своими преданными друзьями бывший правитель государства обезьян Сугрива.

Брат Сугривы, Бали, изгнал его из их государства, взял к себе в дом жену Сугривы, Тару, и один правил в Кишкиндхе — столице страны обезьян.

Спасаясь от гнева брата, Сугрива поселился на этой горе. Но даже и здесь он всегда боялся, как бы Бали не узнал, где он находится, и не послал бы кого-нибудь убить его. Поэтому он оцепенел от страха, когда увидел Раму и Лакшмана, вооружённых луками и копьями.

— Я боюсь этих двух людей, — сказал он своему самому верному другу — Хануману. — Это Бали послал их убить меня. Скажи скорей, куда мне спрятаться?

Только Хануман был настоящим другом Сугривы. Все остальные его сторонники, заметив приближающихся Раму и Лакшмана, сразу убежали, не сказав ни слова. Но мудрый Хануман знал, что истинный друг лишь тот, кто помогает в трудную минуту.

В хорошие времена даже враги иногда становятся друзьями, но эта дружба не ценится мудрыми.

Хануман стал успокаивать Сугриву.

— Зачем так бояться? Судя по лицам этих двух людей, они благородны и добродетельны. Сейчас я пойду к ним и прямо спрошу об их намерениях.

Сказав это, Хануман силой волшебства принял облик брахмана, сделал знак на лбу[20], надел соответствующую одежду, взял книгу под мышку и, опираясь на палку, подошёл к Раме.

— Откуда вы пришли сюда? — спросил он. — Кажется мне, что вы оба чужестранцы и разыскиваете, вероятно, кого-нибудь из ваших товарищей, заблудившихся в лесу.

Рама ответил:

— Да, святой человек, вы правы. Мы, к несчастью, вынуждены были оставить своё государство, Айодхью, и блуждаем здесь по лесам. На нас к тому же обрушилась новая беда — похитили мою жену Ситу. Мы разыскиваем её, и вот очутились здесь.

Хануман выслушал это с большим сочувствием и сказал:

— Махараджа, вам нет нужды беспокоиться. Вы — наследник престола Айодхьи, а мы — ваши слуги. Пойдёмте со мной на гору, там находится Сугрива. Его изгнал из города Кишкиндхи раджа обезьян Бали. Сугрива добр и благороден. Если вы подружитесь с ним, он вам поможет. Сугрива разошлёт своих подданных во все стороны и узнает, где находится Сита. А как только это станет известно, Сугрива со своим войском вызволит её из плена. Считайте его своим слугой.

Рама сказал Лакшману:

— Мне кажется, что этот вестник благороден и речь его искренна. Кто знает, может быть действительно с помощью Сугривы мы достигнем своей цели. Пойдём познакомимся с ним.

Вместе с Хануманом оба брата поднялись на гору. Сугрива вышел им навстречу и принял их с большим почётом. Он проводил гостей в своё жилище и усадил их рядом с собой.

— Какой сегодня знаменательный день! — сказал Хануман. — Рама, благочестивый раджа Айодхьи, — в гостях у Сугривы, раджи города Кишкиндхи. Объединившись, вы станете теперь так сильны, что против вас не устоит никто. Вы оба находитесь в одинаковом положении, и вам обоим необходимо помогать друг другу. Сугрива будет искать Ситу, а Рама убьёт Бали и поможет Сугриве вернуть трон и жену. Поэтому вы оба призовите в свидетели бога Агни[21] и поклянитесь, что будете помогать друг другу, как бы вам ни было это трудно.

Немедленно развели огонь. По обычаю, перед ним сели Рама и Сугрива и поклялись помогать друг другу. Затем их беседа продолжалась.

— Вам известно, — спросил Сугрива, — кто похитил Ситу? Если бы вы знали его имя, то, вероятно, я бы легко мог узнать, где Сита.

— Это узнал и сообщил мне Джатаю, друг! — сказал Рама. — Её похитил владыка Ланки, бесчестный Раван. Он, обманув нас, схватил Ситу и увёз её в своей колеснице.

Тут Сугрива вспомнил украшения, которые, вероятно, Сита выбросила из колесницы. Потребовав, чтобы их принесли, он разложил всё перед Рамой и сказал:

— Посмотрите, не принадлежат ли эти кольца и браслеты Сите. Некоторое время тому назад здесь пролетала колесница, и какая-то женщина выкинула их из неё. Мне кажется, что это и была Сита, которую увозил Раван. Вероятно, когда она пришла в себя, она сбросила на землю эти украшения в надежде, что, может быть, вы придёте сюда и мы расскажем вам обо всём этом и укажем, где она находится.

При виде украшений на глазах у Рамы навернулись слёзы. Было время, когда эти кольца, ожерелья, браслеты сверкали на Сите. Теперь к ним прикасаются чужие руки! Мучительная боль сжала сердце Рамы, он не мог смотреть на них и, отвернувшись, сказал Лакшману:

— Брат, посмотри, пожалуйста, чьи это украшения, — не твоей ли невестки?

— Господин мой, — ответил Лакшман, — я ничего не могу вам сказать об этом ожерелье и наручных браслетах, потому что я никогда не осмеливался разглядывать свою невестку. Что же касается этих колец с пальцев ног, то они принадлежат Сите. Я видел эти кольца ежедневно, когда, приветствуя Ситу, склонялся к её ногам. Несомненно, эти вещи принадлежат достопочтенной госпоже.

— Ну, тогда Сита, конечно, на юге, — сказал Сугрива. — Как только вы поможете мне вернуть моё государство, я немедленно пошлю на юг своих подчинённых. Но не забывайте, брат мой Бали очень силен и блестяще владеет военным искусством. Как я буду рад, если вы поможете мне победить его! Знаете ли вы, что он одной стрелой сразу пробивает три дерева!

Под горой стояли в ряд семь деревьев. Рама, положив стрелу на свой лук, спустил её и пробил все семь деревьев сразу. А стрела его снова вернулась в колчан. Сугрива увидел такое необыкновенное искусство Рамы и сразу поверил, что он победит Бали.

На следующий день Сугрива вооружился, смело направился к Бали и закричал:

— Выходи, притеснитель! Сейчас между мной и тобой будет последняя встреча. Ты изгнал меня из царства без всякой причины. Теперь я пришёл отомстить тебе за это!

Раньше часто бывало так, что более сильный Бали избивал Сугриву до полусмерти и только по просьбе Тары, жены Сугривы, оставлял его в живых. Услышав теперь такой дерзкий вызов, он вспыхнул от гнева и сказал:

— Ну, кажется, твоя смерть пришла. Видно, тебе надоела собственная жизнь! Иди, пока не поздно, и прячься, подобно вору, в горах! Я не хочу марать руки твоей кровью.

Тогда Тара тихонько сказала ему:

— Я слышала, что Сугрива и раджа Айодхьи Рама в большой дружбе. А ты ведь знаешь, что Рама необыкновенный герой. Согласись лучше вернуть Сугриве небольшую часть его царства. Сейчас неподходящее время для войны.

Но Бали был совершенно ослеплён своей силой. Поэтому он бесстрашно ответил:

— Пусть Сугрива позовёт себе на помощь не одного, а целых сто героев — это меня ничуть не испугает. Даже на самого Равана я не обращаю внимания, так что́ мне за дело до какого-то Рамы. Я пытался вразумить Сугриву, но, если он всё же принудит меня к бою, это будет его величайшим несчастьем. Я не пощажу его на этот раз. Нужно когда-нибудь положить конец нашему спору.

А Сугрива по-прежнему стоял и вызывал Бали на бой. Тогда Бали поднял свою дубину и бросился на Сугриву. Тот отступил, увлекая Бали к тому месту, где укрылся в засаде Рама. Сугрива надеялся, что Рама одной стрелой прикончит Бали, но его надежды не оправдались — никакой стрелы не было, а Бали нападал на него всё более злобно и беспощадно. Тогда Сугрива повернулся и пустился бежать, спасая свою жизнь. Добежав до гор, он спрятался в пещере, а Бали важно направился обратно, считая ниже своего достоинства преследовать убежавшего противника.

Некоторое время спустя Рама подошёл к Сугриве, и тот стал сердито его укорять:

— Ай-ай! Я по вашей вине чуть было не простился с жизнью! Вы же мне сказали, что сокрушите Бали из засады. Если вы так боитесь Бали, то зачем же послали меня сражаться с ним? Лучше бы я скрывался здесь! Мне и в голову не могло прийти, что вы не сдержите своего слова. Подумать только: если бы я не убежал, то Бали убил бы меня без пощады!

Рама смущённо ответил ему:

— Нет, Сугрива, я своего слова не забыл и нисколько не боюсь сильного Бали. Но дело в том, что вы оба так похожи друг на друга, что я издали не мог различить, кто из вас Сугрива, а кто Бали. Я боялся, что выстрелю в Бали, а попаду в тебя. Вот видишь, как это всё получилось. Завтра ты надень на шею ожерелье и снова сражайся с ним, но я уже узнаю тебя без ошибки и одной стрелой прикончу Бали.

На другой день Сугрива вновь явился к Бали и стал вызывать его:

— Вчера я тебя отпустил только потому, что уважаю тебя, как старшего брата, а то уж совсем было хотел убить. Я надеялся, что ты оценишь моё доброе отношение, станешь сговорчивее и вернёшь мне мою половину государства и мою жену. Но ты оставил без всякого внимания мою доброту. Поэтому сегодня я вновь вышел сражаться с тобой. И не намерен с тобой мириться ни на каких условиях!

Бали появился немедленно. Теперь хвастовство Сугривы рассердило его ещё больше. Оба вышли снова на то же самое место и начали биться. Очень скоро Бали сбил Сугриву с ног, сел к нему на спину и уже собрался отрубить голову. Вдруг неизвестно откуда примчалась меткая стрела и пронзила грудь Бали. Он упал, и кровь его окрасила землю. Он не мог понять, кто пустил стрелу: в его государстве не было такого сильного стрелка.

Бали ещё корчился на земле, оглашая лес воплями и проклятиями, когда к нему подошли Рама и Лакшман, вооружённые луками и стрелами. Бали понял, что он пал от руки Рамы, и воскликнул:

— О махараджа! А я-то слышал, что ты справедлив и храбр! Разве в твоей стране удар из-за угла называется геройством? Зачем ты в меня стрелял? Ведь я тебе ничего плохого не сделал!

Рама ответил ему:

— Я стрелял в тебя не потому, что ты мой враг, а потому, что ты притеснял своего родственника и взял к себе в дом его жену. Тебе не следовало так плохо относиться к своему родному брату. Убить такого злодея, как ты, — не преступление. Ты сам во всём виноват. Правитель до тех пор может считаться истинным правителем, пока он великодушен и справедлив. Когда же он сходит с пути добра, то каждый человек, у которого достаточно силы, имеет право покарать его. Кроме того, Сугрива — мой друг, а враг моего друга — мой враг. И я считаю своим прямым долгом помочь другу.

Бали был смертельно ранен. Когда он понял, что жить ему осталось немного, он приказал позвать своего сына Ангада и сказал:

— Сугрива, я ухожу из этого мира. Считай осиротевшего Ангада своим сыном. Это моя последняя просьба к тебе. Плоды всех моих злых дел обратились против меня. Я на тебя не жалуюсь. Когда два брата воюют, чего же можно ждать, кроме истребления и гибели! Забудь всё плохое. Не мсти этому сироте за моё плохое отношение к тебе, не издевайся над ним. Извлеки урок из того, что случилось со мной, и иди дорогой правды и добра.

Сказав это, Бали скончался. Сугрива стал правителем государства обезьян Кишкиндхи, а Ангада он назначил своим наследником. Красавица Тара снова вернулась в дом Сугривы.