Закончив все дела в офисе, я поехал домой. Мне предстояли ещё одни хлопоты, однако на этот раз они носили исключительно приятный характер. Домой я заскочил буквально на минуту. Света встретила меня прямо в коридоре, уже полностью собранная.

— Я уже созвонилась, они нас очень ждут! — едва я открыл дверь, заявила она.

— Отлично, тогда идём.

Мы вышли из квартиры, поднялись на этаж выше и позвонили в знакомую дверь. Открыл её Виктор, сияющий как начищенный пятак.

— О-о-о! Илюха! — сосед радостно расплылся в улыбке и сразу полез обниматься, похлопывая меня по спине. — Проходи, проходи, дорогой! Светка, привет! Не стойте на пороге, заходите!

Едва мы переступили порог и закрыли за собой дверь, Виктор с загадочным видом протянул нам две глупо выглядящие вещицы. Это были яркие картонные конусы на тонких резинках.

— Что с этим надо сделать? — я недоумённо повертел странную штуковину в руках, пытаясь понять её функциональное назначение.

— Как что⁈ Праздновать! — воскликнул Виктор.

Света хихикнула и тут же натянула этот нелепый бумажный колпак себе на голову, закрепив резинку под подбородком. Я абсолютно ничего не понял в этом странном земном обряде, но, чтобы не нарушать местных традиций и не обижать гостеприимных хозяев, тоже натянул бумажный колпак. Выглядел я, наверное, крайне нелепо. Виктор тут же выхватил смартфон и навёл на нас камеру.

— А теперь улыбочку! — скомандовал он и сфотографировал нас. — Всё, проходите скорее в зал, Юля там стол уже накрыла.

— Виктор, вообще-то, я пришёл с важными документами… — я похлопал по своей папке, пытаясь напомнить о первоначальной цели нашего визита.

— Илюха, брось! Бумажки подождут! Сегодня день-то какой! — он отмахнулся и чуть ли не силой затащил меня в зал.

Там над щедро накрытым столом колдовала нарядно одетая Юлия, раскладывающая столовые приборы.

— Илюша, вы такие молодцы, что к нам выбрались! — радостно поприветствовала она. — Сейчас, я только мясо в духовке проверю и приду к вам.

Юлия выпорхнула из комнаты в сторону кухни.

— Я вам помогу! — сказала Света и убежала вслед за хозяйкой.

Я не успел её остановить. У моей племянницы был миллион всяких достоинств, но вот приготовление пищи… Кулинария определённо была её самой слабой стороной. Впрочем, может быть, под чутким руководством опытной Юлии она сможет открыть в себе какие-то скрытые таланты?

Виктор тем временем воспользовался тем, что жена покинула помещение. Он проворно подхватил со стола пузатую бутылку, горлышко которой было обёрнуто в блестящую золотистую фольгу.

— Та-а-ак, — протянул он, аккуратно снимая эту яркую обёртку. — Пока ждём девчонок, предлагаю небольшой тост…

— Я бы не хотел сегодня принимать алкоголь, — вежливо попытался отказаться я.

— Ты что⁈ — Виктор возмущённо выпучил глаза. — Такое великое дело провернули! И не обмыть⁈ Надо обмыть обязательно! Это же святое!

Услужливая память Ильи тут же подкинула мне расшифровку: в местной культурной парадигме ритуал «обмыть» стоял по уровню важности даже выше, чем просто «погостить». Отказ мог быть воспринят как личное оскорбление.

— Мне совсем немного… — сдался я.

— Да это же шампусик, брось! Его много при всём желании не выпьешь! — рассмеялся Виктор.

Он ловко скрутил проволоку и с громким хлопком выбил пробку. Над горлышком поднялся лёгкий дымок. Виктор щедро разлил пенящуюся, шипящую жидкость по двум высоким бокалам и один из них всучил мне.

— Ну! Будем! — он радостно чокнулся своим бокалом о мой, раздался мелодичный хрустальный звон.

— Будем… что? — уточнил я, не совсем понимая формулировку тоста.

Виктор усмехнулся:

— Будем жить долго и счастливо, Илюха! И зарабатывать миллионы!

— Виктор, я надеюсь, вы не собираетесь подвергать Юлию пластическим операциям с целью получения компенсаций? — совершенно серьёзно поинтересовался я, прежде чем поднести бокал к губам.

Виктор, как раз успевший сделать щедрый глоток, громко поперхнулся шампанским. Он согнулся пополам, откашливаясь и прикрывая рот свободной рукой.

— Ты что? Шутишь? — он выпучил покрасневшие глаза и вытер выступившие слёзы, недоверчиво глядя на моё невозмутимое лицо, а затем, видимо, найдя в моей фразе какую-то скрытую иронию, с облегчением рассмеялся: — А-а-а, шутишь! Ну и чувство юмора у тебя, Илюха… необычное! Специфическое, я бы сказал. Но юрист ты от бога, этого не отнять! Чего застыл-то? Пей давай!

Я пригубил искрящуюся жидкость. Напиток откровенно удивил меня своим вкусом. Человеческие рецепторы мгновенно передали в мозг целый спектр противоречивых химических сигналов. Сначала язык обожгло освежающей кислинкой, которая практически сразу сменилась мягкой, обволакивающей сладостью с оттенками перезревших фруктов. Присутствие этанола — слабого природного нейротоксина моментально отозвалось мягким теплом в гортани.

Но самым поразительным оказался не сам химический состав, а физическое воздействие напитка: тысячи микроскопических пузырьков углекислого газа непрерывно лопались и взрывались на слизистой, создавая на языке эффект лёгкого, ритмичного электрического покалывания. Это было странно, противоречиво, но с точки зрения нового сенсорного опыта — весьма захватывающе.

— Настоящее, а не этот кисляк из ларьков! — со знанием дела заявил Виктор и снова до краёв наполнил наши бокалы.

— Будем? — спросил я, поднимая искрящийся напиток.

— Непременно! — с готовностью отозвался он, звонко чокаясь со мной.

— Витя⁈ — внезапно раздался у меня за спиной возмущённый возглас.

Виктор вздрогнул и поперхнулся во второй раз за этот вечер. На пороге комнаты стояла Юлия, уперев руки в бока.

— Ну почему вы нас не дождались⁈ — с упрёком спросила она, глядя на наши бокалы.

Виктор торопливо и слегка виновато поставил свой фужер на стол: — Да мы так… чисто по маленькой, для аппетита.

Юлия шутливо погрозила мужу пальчиком:

— Смотри мне! А у нас для вас сюрприз! Света, заноси!

Она сделала шаг в сторону, освобождая проход. В комнату торжественно, затаив дыхание от ответственности, зашла Света. В цветастых кухонных рукавицах она бережно держала большой противень, от которого по всей комнате мгновенно разнёсся густой аромат пряностей и печёного чеснока.

На противне, тихо шипя и истекая прозрачным соком, покоился огромный кусок запечённой свиной шеи. Мясо покрывала потрясающая глянцевая корочка из румяной медово-горчичной глазури с надрезами, в которые были вставлены бутончики гвоздики. Вокруг этого гастрономического великолепия теснились дольки запечённого до золотистого цвета картофеля и яркие красные помидоры черри, кожица которых лопнула от жара духовки. Венцом композиции служили несколько душистых веточек розмарина.

— Ставь прямо на середину стола, — скомандовала Юлия Свете, с гордостью глядя на их творение, и тут же заботливо подложила под горячее деревянную подставку. — Вот так! Аккуратнее, не урони.

Света аккуратно опустила тяжёлый противень на деревянную подставку, и Юлия сделала широкий, гостеприимный жест:

— Всё садимся за стол!

— Прошу прощения, — вежливо произнёс я, оставаясь стоять, — но прежде чем мы приступим к трапезе, давайте уладим оставшиеся формальности.

— Илюха, ну хорош душнить! — театрально простонал Виктор, плюхаясь на стул и придвигая к себе тарелку. — Давай уже праздновать…

Однако Юлия неожиданно встала на мою сторону.

— Илья прав, Витя. Перед тем как начнём отмечать, надо закончить все дела. Так спокойнее.

— Именно так, — согласился я, открывая замок своей папки. — Деньги вы получили?

Юлия радостно затрясла сжатыми кулачками, её глаза засияли неподдельным счастьем.

— Да! Упали на карту! Но главное — мы эту стерву наказали!

— И мы можем считать, что наша компания выполнила все условия договора?

— Конечно! Мы так тебе благодарны! — горячо воскликнула она.

От избытка волнения она непроизвольно подмигнула мне правым глазом. Её нервный тик после благополучного завершения истории с клиникой почти полностью прошёл и теперь проявлялся крайне редко — лишь в моменты резкого эмоционального напряжения. В том числе и от искренней радости.

— Тогда давайте подпишем акт выполненных работ, — я достал из папки распечатанные акты, положил их на край стола, подальше от жирного мяса и протянул ручку. — Вы же не имеете к нам никаких претензий?

— Какие могут быть претензии? Ты что? — Юлия с тёплой улыбкой переглянулась с мужем. — Мы тут вообще думали тебе ещё сверху премию закинуть в знак благодарности.

— Это совершенно лишнее, — спокойно отказался я, пресекая этот порыв человеческой щедрости. — Салон «Афродита» в рамках заключённого мирового соглашения уже выплатил нашей компании весь гонорар.

Виктор заметно расслабился, облегчённо выдохнул и красноречиво посмотрел на жену:

— Ну вот! Я же тебе говорил, что с ними уже полностью рассчитались.

Я пододвинул к Юлии бумаги и аккуратно указал ручкой на нужную графу в самом низу страницы. Она, даже не вчитываясь в стандартные формулировки, размашисто поставила свою подпись на обоих актах.

— Это ваш экземпляр, — я передал ей один лист, — а этот остаётся у нас.

Я аккуратно убрал подписанный акт выполненных работ обратно в папку, защёлкнул замок и убрал её со стола. Юридическая точка в деле о неудачной пластической операции была официально поставлена.

— Ну всё, бюрократия окончена! — радостно провозгласил Виктор, потирая руки и глядя на остывающее мясо. — Теперь-то мы можем наконец приступить к главному? Илюха, давай тарелку!

Я сел и протянул Виктору тарелку, но тут моя рука слегка дрогнула.

[ НАПОЛНЕНИЕ ЯДРА ИСТИНЫ: 2,014% ]

У меня появился второй повод, который можно было отпраздновать.

Я взял нож и вилку, аккуратно отрезал небольшой кусок запечённой свинины и отправил его в рот. Мои вкусовые рецепторы мгновенно зафиксировали идеальный баланс: нежнейшая текстура правильно приготовленного мяса, пикантная сладость медовой глазури, лёгкая острота чеснока и глубокий аромат розмарина. Это было настоящее гастрономическое наслаждение.

— Юлия, мои вам искренние поздравления, — произнёс я, откладывая приборы. — Это невероятно вкусно. Просто высший пилотаж.

Виктор победно засиял и энергично закивал, нарезая солидный ломоть в своей тарелке:

— Во-о-от! И я о том же! А я Юльке давно говорю: бросай ты свой нудный офис к чёртовой матери, иди в шеф-повара! Открывай свой ресторан! Она меня каждый божий день такими шедеврами угощает, что ни в одном кулинарном шоу по телевизору не увидишь! Ты пробуй-пробуй, это пять мишленовских звёзд!

От такой неприкрытой похвалы Юлия даже слегка зарделась.

— Витя, ну прекрати, — смущённо отмахнулась она, опуская глаза. — Там всего три звезды дают максимум.

— А у тебя — все пять! — безапелляционно заявил муж, отправляя в рот очередную порцию.

С Виктором действительно сложно было не согласиться. Идеально выверенная термическая обработка и выигрышная комбинация специй делали своё дело. Человеческая пища порой представляла собой удивительный набор химических реакций, но этот конкретный шедевр превосходил любые ожидания. Я окончательно распробовал блюдо и, нарушив все заложенные в меня принципы рационального потребления калорий, протянул пустую тарелку, чтобы попросить добавки.

Виктор с готовностью отрезал щедрый ломоть запечённой шеи и переложил его на мою тарелку. Затем он извлёк графинчик с чем-то покрепче и разлил по двум небольшим рюмкам тягучую янтарную жидкость — мне и себе. Юле он галантно долил искристого вина, а Свете плеснул в стакан лимонад.

— С такой закуской просто грех не выпить чего-нибудь серьёзного, — глубокомысленно изрёк Виктор. — А у меня как раз и тост созрел. Давайте же выпьем за то, чтобы вся эта эпопея с нашим домом закончилась нашей безоговорочной победой!

Юлия слегка привстала со своего места, чтобы дотянуться через стол и чокнуться с нами.

— А я даже не сомневаюсь, что Илья этих гадёнышей-строителей на мелкие куски разорвёт! — с искренней гордостью и абсолютной верой в мой профессионализм заявила она. — Уж если он с самой Милорадовой так виртуозно справился и заставил её раскошелиться, то эти ему вообще нипочём!

— Кстати, Илья, — поинтересовался Виктор, с аппетитом прожевав мясо, — мысли есть насчёт дома какие-нибудь?

— Для начала съезжу к застройщику, — ответил я, орудуя ножом и вилкой. — Объясню нашу позицию, посмотрим, что они смогут предложить. Не найдём консенсуса — пойдём в суд.

Виктор одобрительно кивнул и снова потянулся к графинчику с янтарным напитком.

— Вот это настрой! Правильный! — он с уважением посмотрел на меня. — Знаешь, мне кажется, ты себя хоронишь в этой конторке.

Я попытался проанализировать сказанное, совершенно не понимая, как именно связаны между собой ритуал по захоронению биологических останков в землю и моя текущая работа в юридическом агентстве «РеалLex».

— В каком смысле? — спросил я.

— Ну что у вас за компания? — снисходительно пояснил Виктор. — Ты да шеф твой. Мелкий калибр! Тебе надо на большую зарплату идти, в крупную компанию. С такой-то светлой головой будешь хорошо зарабатывать!

— Не слушайте его, дядя Илья, — тут же авторитетно заявила Света. — Лучше работать с Олегом Борисовичем. Просто вам расширяться надо!

— Расширяться? — переспросил я.

— А мелкая дело говорит! — оживился Виктор. — Больше клиентов, больше прибыли. В особняк какой-нибудь переедете, людей наймёте. И не придётся тебе самому, как савраске по всему городу мотаться. Будешь сидеть в кожаном кресле, только важные бумаги подписывать и стратегии выдумывать.

— И клиентов надо серьёзных подобрать! — добавила Юлия. — Ну… таких, как мы!

— Вот-вот! — назидательно поднял палец Виктор. — А то тратишь своё драгоценное время на всяких придурков, типа наших соседей. А что ты взамен от них, кроме головняков, получаешь?

— Вот именно! — горячо поддержала его Света. — Знаете, сколько раз я дяде Илье говорила, что ему нормальная реклама нужна?

— А он что? — поинтересовался Виктор.

— А ему всё некогда! — пожаловалась племянница, всплеснув руками. — Дела, дела, сплошная работа. Постоянно кого-то защищает, из проблем вытаскивает, а про себя забывает!

— Ну, так дело не пойдёт, — Виктор налил нам ещё по рюмке. — Дела делами, но о себе думать надо, и о своём будущем тоже.

Он хитро прищурился, выдержал театральную паузу и повернулся к жене:

— Ну что, поможем нашему спасителю?

— А… а как⁈ — опешила Юлия и подмигнула.

— Ну, ты же у нас теперь звезда интернета, — сказал Виктор. — А у меня… Сидите, сейчас всё покажу!

Он быстро вышел из комнаты и буквально через минуту вернулся, держа в руках небольшую белую коробку, запаянную в плёнку. Ловко сорвав упаковку, он открыл крышку.

— Та-да-ам! — Виктор торжественно продемонстрировал новенький, переливающийся отблесками смартфон и протянул его жене. — Вот, купил тебе по случаю победы.

— Ой, какой красивый! — ахнула Юля, бережно принимая гаджет. — Дорогой, наверное⁈

— Не из дешёвых, — гордо выпятил грудь Виктор. — Но мы себе теперь можем это позволить. Камера у него — просто улёт. Искусственный интеллект, стабилизация, все дела. Можно хоть фильмы для кинотеатров снимать! А мы сейчас возьмём и снимем мощную рекламу. Тем более что звезда наша уже при полном параде и готова к кадру.

От таких комплиментов Юлия густо зарделась. Виктор тем временем быстро распределил роли:

— Сейчас я сценарий быстро накидаю и начнём записывать. Я снимаю, Юлька блещет красотой и красноречием. Света — ты по Сети быстро раскидываешь.

— А я? — поинтересовался я.

— А ты отдыхай. Заслужил, — отрезал новоявленный режиссёр.

Я не стал оспаривать его решение. Человеческая физиология брала своё: в голове приятно и расслабляюще шумело от выпитого алкоголя, а плотно набитый желудок настойчиво перераспределял кровоток, настраивая организм на отдых и даже на лёгкий сон. Позёвывая, я откинулся на спинку стула и с интересом наблюдал за суетой, которую развёл Виктор.

Он отодвинул тарелки, выставил телефон на импровизированный штатив из стопки книг и начал давать жене последние наставления.

— Значит так, Юлек. Главное — побольше напирай на чувства! — инструктировал он супругу. — Эмоции нужны! Говори, что благодаря Илье Сергеевичу и его высочайшему профессионализму у тебя глаз больше не дёргается. Что всё прошло как страшный сон. Поняла?

Юлия поправила причёску, сделала серьёзное лицо и уверенно кивнула:

— Хорошо, поняла. Я готова!

Виктор нажал кнопку записи на экране новенького смартфона.

— Мотор!