До конца рабочего дня я с головой ушёл в бумаги. Анализ документов по бизнес-центру занял уйму времени: не всё было в наличии, так что часть материалов я запросил у Германа, который обещал прислать их завтра с утра. С чувством того, что первый шаг в расследовании сделан, я закрыл ноутбук и отправился домой.

Однако дома меня ждал сюрприз. Только я переступил порог, как в коридор вышли Света и… Марина.

— Привет! — Марина расплылась в улыбке. — А мы тут тебе сюрприз готовим!

— Здравствуй, — я слегка опешил от неожиданного визита соседки. — Сюрприз? Какой именно?

— Борщ варим, — ответила Света, но в её голосе не было и намёка на энтузиазм.

— Борщ? — я искренне удивился. — Какой ещё борщ?

— Вкусный. Домашний. Наваристый! — ответила Марина, сияя воодушевлением. — Света попросила научить, я не могла отказать. Ты давай, переодевайся, отдыхай. Как будет готово — мы тебя позовём. Света, вперёд!

Света вздохнула, вяло бросила: «Да-да…» и поплелась вслед за Мариной, которая уже энергично прошагала в сторону кухни. Когда Марина скрылась за дверью, Света задержалась на секунду, чтобы тихо шепнуть мне:

— Она сама пришла. Час назад. Я ничего не просила.

— Ну и хорошо, что пришла, — негромко ответил я. — Поедим вкусно.

Света посмотрела на меня с укором и сказала:

— Это вы меня сейчас так унизить пытаетесь?

— Вообще нет. Констатирую факт, — ответил я. — Кстати, как у репетитора успехи?

Света заметно оживилась, и её лицо наконец-то осветила искренняя улыбка:

— Круто! Она такие вещи показывает, про которые я даже не догадывалась!

— Ну, в этом, вообще-то, и есть смысл наставничества, — отметил я, направляясь в ванную.

Приняв душ и сменив деловой костюм на домашнюю одежду, я заглянул на кухню. Там вовсю кипела работа. Марина, заняв позицию «главного шефа», руководила процессом.

— Нож ты держишь немного неправильно, — говорила она, указывая на разделочную доску. — Мизинец подожми. И вот так: раз — и отрезала! Пробуй!

Света, сосредоточенно нахмурившись, прижала нож к зубчику чеснока и решительно надавила. По доске скрипнул металл, и ломтик чеснока отделился от зубчика.

— Криво. И толсто, — разочарованно произнесла Света.

— Ничего! — Марина поощрительно похлопала её по плечу. — Старайся, занимайся, и у тебя получится. Давай ещё раз — оп!

Марина взяла нож сама, и в её руках он словно ожил. Пара молниеносных движений, и на доске оказался идеальный, практически прозрачный кусочек чеснока.

— И раз! И раз! И раз! — она явно красовалась, демонстрируя мастерство.

Ломтики выходили один к одному: такие ровные и одинаковые, будто их нарезал запрограммированный кухонный робот, а не человек.

— Теперь ты, — Марина кивнула на нож в руках у Светы.

Та неуверенно взяла инструмент, примерилась.

— И раз… и раз… и… ой! — Света вскрикнула, отдёрнула руку и начала трясти кистью. — Я палец порезала!

Марина, до этого момента излучавшая абсолютное спокойствие мастера, внезапно изменилась в лице. Она вскочила, её глаза округлились от ужаса.

— Илья! Быстрее неси аптечку! Чего ты стоишь⁈

Я сорвался с места, едва не вписавшись в дверной косяк. Через несколько секунд я уже вернулся с пластиковым боксом в руках. Света стояла у раковины, подставив пострадавший палец под холодную струю воды.

Марина профессионально выудила из аптечки пластырь, словно проводила хирургическую операцию.

— Дай руку, — скомандовала она.

Она аккуратно промокнула палец бумажной салфеткой, брызнула антисептиком — Света поморщилась, но промолчала, затем Марина ловко заклеила порез.

— Ну вот, — соседка удовлетворённо улыбнулась. — Как новенькая!

— Можно я сегодня больше резать ничего не буду? — тихо спросила Света, глядя на свой заклеенный палец.

— Конечно же, можно! Но ты не расстраивайся, — Марина примирительно погладила её по плечу. — Сделаем мы из тебя лучшую на свете хозяйку, вот увидишь.

Света опустила глаза; энтузиазма в ней стало ещё меньше.

— Только давайте без ножей обойдёмся, — вставил я, стараясь разрядить обстановку.

— Ну как без ножей? — воскликнула Марина. — Нож — это чуть ли не главный инструмент повара!

Света подняла голову, и в её голосе прозвучало непривычное для неё упорство:

— Я не повар. Я инженер. Робототехник. Будущий.

Марина расхохоталась:

— Ну, брось! Девушка с отвёрткой или с паяльником — это же смешно…

Улыбка сошла с лица Светы мгновенно. Она выпрямилась, став почти на голову выше.

— Тётя Кира — инженер! Причём очень успешный. И ни разу не смешной!

Марина застыла, будто её ударило током. Её глаза округлились, рот чуть приоткрылся.

— А… эээ… — только и смогла выдавить она.

В этот момент раздался звук входящего вызова. Я взглянул на экран смартфона и увидел, что мне звонит «Жена императора».

— Одну секунду, — сказал я. — Сейчас я быстро отвечу.

Я поспешно вышел из кухни, плотно прикрыл за собой дверь в комнату и нажал кнопку приёма.

— Привет! Как поживаешь, Тёмный Лорд? — голос Маши звучал бодро, но с какой-то едва уловимой ноткой усталости.

— Неплохо… — я присел на край кровати, выдыхая. — Хотя нет, если честно — чересчур много событий в жизни происходит.

— Во-о-от! — оживлённо отозвалась Маша. — У меня такая же ерунда. Хочу немного остановиться и отдышаться.

Я прислушался к звукам из кухни, откуда доносилось приглушённое бормотание Марины, и подумал, что «отдышаться» — это та роскошь, которой у меня в ближайшее время точно не будет. Даже в собственной квартире мне не давали покоя.

— Какие планы на вечер? — поинтересовалась Маша.

— У меня тут намечается что-то вроде импровизированных родственных посиделок дома, — ответил я.

— Очень жаль. И их никак нельзя отменить?

— Никак. Они уже у меня в гостях, оккупировали кухню, — Марина моей родственницей не являлась, но объяснить Маше, кто именно пришел ко мне «погостить», было сложно, однако, родственницей являлась Света, и по сути я сказал правду.

— Как обидно! — в голосе Маши прозвучало искреннее разочарование. — А я тебя на СтарКон хотела позвать.

— Куда? — не понял я.

— На СтарКон! Ну, это такая крутая тематическая вечеринка в стиле «Звёздных войн». Сегодня в одном клубе проводится. Быстрее выпроваживай своих родственничков и поехали туда! Будет весело!

Теоретически я вполне мог бы вежливо отправить Марину домой. А Свете просто сказать, что меня сегодня не будет дома по срочным делам. Однако существовала ещё одна серьёзная проблема — моя живописно помятая физиономия.

— Знаешь, у меня тут небольшая проблема… — осторожно начал я.

— Ой, да у меня их тысячи! — легкомысленно отмахнулась Маша.

— Такой у тебя точно нет. Я, скажем так, немного не в форме.

— Да кому это когда мешало? — рассмеялась она. — Пара шотов «Звёздной пыли» на баре, и будешь как новенький! Гарантирую.

— Боюсь, пройдёт минимум неделя, прежде, чем я буду хотя бы отдалённо напоминать «новенького», — мрачно констатировал я, бросив взгляд в зеркало на створке шкафа: лиловый синяк под глазом выглядел ещё контрастнее, чем утром.

В трубке на секунду повисла пауза.

— Ты что, заболел⁈ — тон Маши мгновенно сменился с игривого на встревоженный.

— Можно и так сказать. Мне сейчас просто… не очень комфортно посещать массовые общественные мероприятия.

Маша тяжело вздохнула. В её голосе смешались лёгкая досада и ирония.

— А ты, оказывается, очень ранимая персона, Тёмный Лорд, — сказала она. — Ладно, гуляй со своей роднёй, поправляйся… Созвонимся как-нибудь.

Я вернулся на кухню, прямо в центре стола уже возвышалась большая кастрюля, от которой поднимался густой пар и исходил насыщенный аромат наваристого мясного бульона, овощей и зелени.

— Та-да-ам! — довольно пропела Марина, сияя так, словно только что выиграла кулинарное шоу. — Присаживайся. Я сейчас мигом финальный штрих доготовлю.

Она ловко подхватила маленькую булку свежего тёмного хлеба и быстро нарезала её аккуратными ломтиками. Затем в ход пошёл увесистый кусок ароматного сала с аппетитной мясной прослойкой и перцем. Марина ювелирно уложила тонкие полупрозрачные кусочки сала на чёрный хлеб и с нескрываемой гордостью придвинула тарелку ко мне.

— А у вас водочки нет? — вдруг деловито поинтересовалась она, окидывая оценивающим взглядом кухонные шкафчики.

Света, уже сидевшая за столом с глубокой тарелкой наготове, непонимающе нахмурилась и сказала:

— А нам зачем? Мне рано, а дядя Илья не пьёт.

— Ну вы чего⁈ — Марина всплеснула руками. — Под борщ с чесночком и салом — это же классика! Надо закончить шедевр правильно. Давайте я быстренько сбегаю? Илья, что скажешь?

— Я, пожалуй, откажусь, — ответил я, отправляя в рот первый, действительно превосходный кусок сала на чёрном хлебе.

— Ну не хочешь как хочешь, — сказала Марина. — Всем приятного аппетита!

Мы успели съесть буквально по паре ложек, когда Марина бросила мимолётный взгляд на круглые настенные часы над холодильником.

— Илья, нам долго рассиживаться нельзя! — напомнила Марина. — Ты не забыл, что через сорок минут собрание?

Забыть я, разумеется, не забыл, но идти туда не хотел. Я помнил об этом каждую секунду, и именно поэтому идти туда мне совершенно не хотелось. Мой аналитический опыт давно вывел одну непреложную аксиому социальной динамики: по отдельности люди очень похожи на разумных существ. Индивидуально с ними можно вести конструктивный диалог, оперировать фактами, обсуждать законы и апеллировать к логике.

Но как только эти же самые разумные индивидуумы собираются вместе, происходит удивительная и пугающая метаморфоза: они стремительно глупеют. Рациональное мышление отключается, уступая место поведенческим инстинктам. И чем больше толпа, в которую они сбиваются, тем менее умными, но более громкими и агрессивными они становятся. Коллективный разум всегда деградирует до уровня самого истеричного своего участника.

А учитывая повестку о сносе дома, разделение на два лагеря и то, что ситуацию активно подогревали ребята из «Родного Очага», сегодня во дворе нас ожидало не конструктивное совещание собственников, а классический первобытный хаос. И мне предстояло шагнуть в самый его центр.

Однако избежать собрания я не мог. Я уже один раз оставил жильцов без присмотра. И чем это закончилось? Переездом в глухомань в недостроенный дом. Второго шанса я «Родному Очагу» давать не собирался.

— А у меня, между прочим, есть отличный козырь для собрания, — вдруг заявила Марина, откладывая ложку, и в её глазах вспыхнул знакомый деятельный азарт. — Я сегодня полдня на телефоне провисела.

— И куда же ты звонила? — поинтересовался я, мысленно готовясь к любой неожиданности.

— В Горводоканал! — с торжеством сообщила она. — Удалось пробиться через их диспетчеров прямо к заместителю начальника участка. Так вот, он мне официально подтвердил: горячая вода к нашему новому дому будет подведена не раньше конца года. И это в лучшем случае. У них там какие-то проблемы с подрядчиками и согласованием перекладки труб на соседней улице.

Я на секунду замер, переваривая услышанное. Это был весомый аргумент в нашу пользу.

— Марина, — я посмотрел на неё с искренним уважением, — Это просто отличная новость! Ты молодец! Эта информация нам там очень пригодится, мы сможем грамотно парировать аргументы желающих переехать в новый дом.

Соседка просияла, явно польщённая моей оценкой. Я же, возвращаясь к тарелке с борщом, поймал себя на неожиданной мысли: а ведь эта неугомонная девушка действительно бывает невероятно полезной. За её гипертрофированной эмоциональностью скрывалась настоящая бульдожья хватка: если ей было что-то нужно, она могла пробиться через любую бюрократическую стену.

«Вот если бы она ещё суетилась хоть вполовину меньше, цены бы ей вообще не было», — мысленно отметил я, но вслух, разумеется, ничего из этого не произнёс.

Не обошлось без добавки, но, как бы ни был хорош Маринин борщ, от тарелки пришлось оторваться — время поджимало, нас ждали дела.

Собрание Юлиан решил провести прямо во дворе, на детской площадке. Выбор места был явно продиктован не заботой о гражданах, а инстинктом самосохранения: на открытом пространстве всегда есть пути к отступлению. Беги куда хочешь. А вот в закрытом помещении рассерженные жильцы могли и дверь заблокировать, потребовав ответов с пристрастием.

Никакого президиума или стола организаторы ставить не стали. Юлиан просто вышел к народу, сжимая в руках папку, и откашлялся, привлекая внимание гудящей толпы. Я же, надев тёмные очки, чтобы хоть как-то скрыть живописные последствия встречи с «посланниками застройщика», встал в сторонке у турников. Светиться мне совершенно не хотелось, моя цель была — наблюдать.

— Уважаемые соседи! — начал Юлиан, стараясь придать голосу максимум уверенности. — Я призываю всех не затягивать и как можно быстрее подписать договоры на новые квартиры! Поймите, чем быстрее мы это сделаем, тем скорее сможем создать ТСЖ на новом месте. А уже как законные собственники, единым фронтом, мы легко добьёмся от застройщика устранения всех тех незначительных недостатков, которые там есть!

Толпа, до этого просто недовольно гудевшая, взорвалась.

— Незначительных⁈ — взревел тучный мужчина из второго подъезда.

— Да ты сам-то там был, деятель⁈ — поддержал его женский голос.

— Это не дом, это тихий ужас! Картонная коробка! — завопила бабка, ещё недавно мечтавшая туда переехать.

— Новый дом — один сплошной недостаток! — поддержала её подруга. — Там стены пальцем проткнуть можно!

Юлиан попятился на полшага, выставив перед собой руки, словно пытаясь отгородиться от волны народного гнева:

— Спокойно, спокойно, граждане! Застройщик идёт на контакт! Мне лично обещали, что до нашего переезда абсолютно всё устранят! Всё будет по ГОСТам!

И тут в центр площадки вихрем вылетела Марина.

— А про воду он вам тоже обещали⁈ — звонко перебила она председателя, уперев руки в бока. — Я сегодня звонила в Горводоканал! Так вот, там сказали: горячая вода к новому дому будет подведена не раньше, чем до конца года! А то и позже! Там труб ещё даже в проекте нет!

Над площадкой повисла секундная тишина, после которой грянул настоящий шторм. Соседи были в бешенстве.

— Вы нас в пещеры переселить хотите⁈

— Зимой без воды⁈ Совсем ополоумели!

Юлиан, побледнев и постарался успокоить толпу:

— Я в курсе этой ситуации! Но застройщик понимает проблему! Они обещают всем бесплатно выдать бойлеры! И даже пробить скидку на электричество на этот период!

— Да на кой мне сдался ваш бойлер⁈ — закричала пожилая женщина. — Куда я его повешу? В санузел? Там и так развернуться негде⁈

К возмущению присоединился Семёнович. Он не кричал, но его густой, ровный бас заставил многих притихнуть.

— Юлиан, ты вообще физику в школе учил? — мрачно спросил он. — В этом вашем новом «элитном» курятнике проводка из фольги. Если все квартиры вечером одновременно включат эти ваши бойлеры, электросеть просто не выдержит. И мы останемся не только без горячей воды, но и без света.

Это был контрольный выстрел. Толпа взревела с новой силой. Крики и споры начали переходить опасную черту.

— Да сколько можно нам лапшу на уши вешать⁈

— Гнать его в шею!

— А может, мы тебе сейчас морду набьём, чтобы думал, чьи интересы защищать⁈ — рявкнул кто-то из толпы, и несколько мужиков угрожающе шагнули вперёд.

Юлиан в панике прижал папку к груди.

— Вы что⁈ Бить морду — это варварство! — взвизгнул он. — Это дело подсудное! Я полицию вызову!

И тут Марина буквально взорвалась.

— Ах, варварство⁈ — закричала она. — Ах, подсудное⁈ А Илью, значит, можно было бить⁈ Его бандиты от вашего застройщика в подворотне избили до полусмерти за то, что он наши интересы защищает, а тебе по лицу, значит, незаконно⁈

Все как по команде замерли. Десятки взглядов мгновенно скрестились на мне. Я понял, что прятаться за тёмными стёклами больше нет смысла, и медленно стянул очки, открывая обозрению свой заплывший глаз и ссадины на скуле.

В толпе раздались ахи. На меня посыпался град вопросов:

— Илья, это правда⁈

— Кто это сделал⁈

— Полицию вызывали⁈

Я открыл было рот, но Марина, поймавшая кураж, уже отвечала за меня:

— Да, правда! К нему подослали отморозков! Требовали, чтобы он бросил наше дело! Но он не сдался!

Соседи были в шоке. Возмущение мгновенно сменилось волной искреннего сочувствия и поддержки. Люди подходили ближе, хлопали меня по плечу, женщины охали.

— Илюша, ты только не сдавайся! — участливо бормотала старушка.

— Мы с тобой, Илья! Не отступай! — поддерживали мужики.

Я поднял руку, призывая к тишине.

— Спасибо вам за поддержку! — сказал я, стараясь говорить громко и уверенно. — Я действительно не намерен сдаваться. И я никого не боюсь. У нас есть законные рычаги, есть экспертизы, и я обещаю вам: мы добьёмся справедливости. Нас не загонят в бетонную коробку без воды и света!

Жители взорвались аплодисментами. Это был искренний порыв. А Юлиан, поняв, что он не просто провалил собрание, но и полностью потерял контроль над ситуацией, воспользовался тем, что всё внимание было приковано ко мне. Он быстро ретировался со двора.

Постепенно, обменявшись возмущениями и подбодрив меня напоследок, соседи начали расходиться по домам. Во дворе остались только я, тяжело дышащая после своего бенефиса Марина и хмурый Семёнович.

— Ну, дела… — протянул Семёнович, доставая сигарету. — Ты как, юрист? Кости целы?

— Жить буду, — ответил я. — Но нам надо двигаться дальше. Собраниями и возмущениями застройщика не остановишь. Мне нужно попасть на объект, в этот их новый дом, и провести независимую экспертизу. Но туда просто так не пустят.

Семёнович хитро прищурился, выпуская струю дыма.

— А мы их обманем, — сказал он. — Сделаем так: я скажу, что согласен на подписание договора. Типа сломался старик, устал воевать. Но выставлю условие: перед тем, как поставить подпись, я как собственник хочу лично осмотреть свою будущую квартиру. И возьму с собой специалиста.

— В качестве родственника или доверенного лица? — уточнил я, оценивая план.

— Именно! Прямо завтра с утра поеду в офис к этому девелоперу. Буду играть роль покладистого, но дотошного деда. Протащим мы твоего эксперта внутрь, Илья.

Марина изящность плана не оценила. Она вообще пропустила беседу, высматривая на придомовой территории председателя ТСЖ.

— Сбежал Юлиан, — расстроено выдохнула она. — Ну ничего, в следующий раз поймаем гадёныша!

* * *

Дорогие читатели!

Следующая глава выйдет в ночь с понедельника на вторник.

Мы переходим на график выкладки — 5 дней в неделю (вторник — суббота).

Воскресенье и понедельник прод не будет, так как авторы устали и по субботам и воскресеньям будут отдыхать. Запас глав у нас потихоньку закончился, и пока на дворе лето, надо хоть немного отдохнуть.

Надеемся на понимание.