Изображая непринуждённый вид, шеф Моретти и шеф Пикард достигли пассажа обсерватории. В холодном, пустом коридоре им повстречался блуждающий, как Луна без курса, Филиберт Трумэн. Сложив руки за спиной, он расхаживал в раздумьях, то и дело меняя траекторию.
- Эй, Берти! Что случилось? – окликнул его шеф Моретти.
Трумэн лишь слегка сбавил ход, и даже не подумал оборачиваться. Недовольно ворча, он потупил взгляд себе под ноги, не желая смотреть кому-либо в лицо.
- Ничего не случилось, кроме того, что мир науки крошится как мяклый сухарик! Мы прошли точку невозврата, долой академии – откроем в этих бесполезных учреждениях бистро и похлёбочные! Всё отлично! Всем всё равно... И мне всё равно, раз всем всё равно!
- Здесь что-то не то, Филиберт – если ты не падаешь в обморок, значит никакой опасности. Ты взбешён, у тебя истерика – но от чего?
- А как я должен себя чувствовать, Пополь, если я подобен третьему гребцу в крошечной лодке?!
- Берти, ты так и не рассказал нам о своём открытии. – попытался перевести тему шеф Моретти.
- Так, ерунда, глупость, пустяшная возня. Электра 07-17-48-12. Но кому теперь какое дело, когда я потерял её навсегда?
- Электра? Ты имеешь в виду счёт за электричество? – удивился Пополь.
- Нет. Я говорю о звезде, моей прекрасной звезде! Сначала я назвал её Оливией, в честь моей мамы, но вдруг вспомнил, что она не любит ничего такого яркого и броского. А моя звезда очень яркая. Она воистину прекрасна и удивительна! Таких звёзд на всём небе не сыщешь, только она одна так пленительно сверкает… Как мне жить дальше? Наверное, я решусь на крайний шаг. Да, решено: брошу науку, отращу бороду и уйду высоко в горы, выращивать оливы и виноград.
- Э, Берти, не хочу тебя расстраивать, но оливы и виноград не растут высоко в горах. Не веришь – спроси у Марио.
- Вот, ещё и это! Мне даже податься некуда. Я неудачник, друзья. Я не смог защитить своё открытие и своим безрассудством погубил науку.
Шеф Моретти слегка подустал от нытья Филиберта, и вспомнив разговор с мисс Астор, перешёл к важному вопросу:
- Берти, я так полагаю, ты имел причины ненавидеть Эвана Фоука?
Трумэн поднял перепуганные глаза:
- С чего вы решили, друзья? Я не настолько чёрств. Но и не настолько безгрешен, потому непрестанно думаю о науке несмотря на то, что случилось такое ужасное действо. Просто порой мне неловко признаться даже самому себе, что поднявшись над землёй, я легко смог бы жить среди звёзд и лунатиков, если таковые существуют, и так же легко я бы ужился среди рыб и кораллов, если бы спустился глубоко под воду. А на земле, среди людей, жить я не умею! – высказался Трумэн и вышел прочь, блуждать дальше, по снегу между корпусов и сколоченных домиков, в тягостных раздумьях и лебяжьих тапочках.
- Бедняга. Я ему верю, Марио, верю! – покачал головой шеф Пикард.
Вскоре послышались отдалённые голоса – репетиция была окончена, и «перетрудившиеся» звёзды неторопливо отправлялись на покой. Мисс Гудберри опередила всех, выскочив из зала, чтобы спешно поведать о новостях.
- Вы слышали? – на лету бросила Нора. – Фуршет переносится на день. Режиссёр Олеандро Росколли решил посвятить завтрашний день дню рождения мисс Астор!
- Ого! Вот так неожиданность! В целом, это делает ему честь… – призадумался шеф Моретти.
- Неожиданность, Марио? Это для кого-как. – ухмыльнулся шеф Пикард, вспоминая найденные улики.
- Да! Он объявил это в микрофон, после спустился в зал за мисс Астор и отпустив овации в её честь, даже поцеловал её руку! Она так смущалась! Но это было так мило с его стороны!
Увы, разговор пришлось прервать: в коридоре показался Гарфилд Брант, злобно зыркавший в их сторону, следом за ним плёлся самодовольный Тони Эн, которому явно было тяжело идти в своём эстрадном костюме – потому под руку его поддерживал Оливер. Дальше прогулочным шагом выходили воркующие режиссёр Росколли и цветущая пышнее миндаля мисс Астор, между которыми пытался встревать погружённый в себя Винни Вилмар.
Мисс Гудберри вдруг сильно всполошилась, так как увидела в конце коридора воинственно настроенную даму в венецианской маске.
- Это мисс О’Хорн! – шёпотом бросила Нора. – Простите, мне пора идти! Не хочу, чтобы она видела, как мы секретничаем.
Одеяние мисс О’Хорн вызвало очень смешанные чувства у не привыкших к эпатажу кулинаров. Шеф Моретти не удержался, чтобы не задержать Элинор Гудберри за руку, спросив:
- Погоди, Нора: почему она в таком виде?
- О, это её новое амплуа! – с восхищением сказала Нора. – Мисс О’Хорн выступает исключительно в венецианской маске, так как постановка в её обновлённой программе тематическая.
- И какая тема? Маскарад в Венеции? Или зоопарк в Бергамо? – подшутил шеф Пикард.
- Вовсе нет, тема постановки – пасхальные выходные в Риме!
Ответ Норы сразил Марио наповал:
- Ну да, совсем одно и тоже. Право, у американцев превратное представление об Италии…
Можно было подумать, что в одном из куполов через телескоп наблюдает Берти, и его дурной глаз стал виновником небольшой катастрофы: режиссёр Росколли внезапно рухнул на пол, поскользнувшись буквально на ровном месте. Следом за ним рухнула и мисс О’Хорн – её изящные туфли на тонкой шпильке разъехались на север через юг. Началась невиданная суета, все бросились подымать в первую очередь свою кормящую руку – Олеандро Росколли. Все, кроме певца Тони. Он просто не смог согнуться в своём костюме, который сидел на нём как литая броня и если бы он сдвинулся с места хоть на шаг, то рухнул бы третьим. Конечно, Нора бросилась к Глэдис, как и Оливер, бросивший на произвол судьбы своего «окаменелого» идола…
Из-за угла выглядывала запуганная уборщица Дина Доу, прижимая к себе железное ведро, наполненное пенистой жидкостью. В ужасе она выронила его из рук, от чего хохотавший над суматохой Вилмар почти умылся в пене и стал похож на Санта Клауса.
- Мисс Доу! Сколько могу говорить, прекратите вощить пол! – завопил Винни, избавляясь от пенной бороды рукавом. – Если вы не перестанете это делать, я закатаю вас в восковой кокон и подвешу на ёлке вместо рождественского шара!
Мисс Доу прикусила губу и виновато пролепетала:
- Простите, мистер Вилмар!
- Что «простите»?! Зачем всё время извиняться, но ничегошеньки не делать! На днях я чуть не убился, причём два раза, сейчас наш дорогой плательщик чуть не откинул концы прямо посреди арендованного им имущества! Если он откинется, кто выдаст вам зарплату за последние четыре месяца?! Вы подумали об этом, нет?! И вообще… У нас здесь серьёзная организация, а не портовый бар. Сделайте что-то с собой, наденьте чистый фартук, чтоб вас!
- Я больше не буду так с полом, раз вам не нравится, да и мне не понравится сидеть в коконе на ёлке… - то ли рыдая, то ли жалуясь протянула Дина. – Мистер Вилмар, ваш галстук выглядит не очень чистым, разрешите мне его отстирать! У меня как раз в ведре много пены…
Костлявые руки Дины Доу потянулись в сторону Вилмара, но, прежде чем она успела сделать полшага в его сторону, он отскочил, как пришибленный ударом молнии, спрятавшись за шефом Пикардом.
- Не нужно мисс Доу, умоляю, не прикасайтесь ко мне! Вы… вы можете запачкаться. Я отмою сам свой галстук. Отойдите подальше, во-о-о-он туда. Мне так вас лучше видно, я боюсь на вас наступить. Всё, мисс Доу, вы и ваше ведро можете быть свободными. Уходите, быстрее!
- Хорошо, мистер Вилмар. Я могу убраться в вашем…
- Да-да, убирайтесь отсюда и поживее!
Когда нерасторопная Дина исчезла из горизонта, Винни шепнул Пополю на ухо: «По правде говоря, я бы не отказался от прачки, но эту я откровенно боюсь! Есть в ней что-то… людоедское».
К концу дня
Сегодня отбой был ранним. Почти прошедший день оставил после себя осадок какого-то разочарования и предчувствие наступающей бури. Будем надеяться, что снежной бури. Внезапная перемена планов Росколли заставила помрачнеть певца Тони и его конферансье Гарфилда Бранта, от чего те просто загоняли бедолагу Мидоуларка по своим дурацким поручениям. Чего уж было говорить о гидре О’Хорн: она просто отказалась от ужина и заперлась в своём домике, запретив мисс Гудберри с кем-либо контактировать. Берти заставил переживать своих друзей из-за ночной прогулки на лыжах: как ещё он мог куда-либо уйти, оставив свои тапочки в обсерватории? Мисс Астор не особо пеклась по этому поводу. Или всё же, переживала, раз отказалась разделить коктейли с Росколли в его домике? Зато после неприятной стычки с уборщицей-людоедкой, мистер Вилмар начал запирать двери фургончика на два замка…
Пока Оливер гонял воздух по пустым капризам Тони Эн, у шефа Моретти и шефа Пикарда была возможность без лишних ушей похвастаться своим «уловом» и обсудить сложившуюся непростую обстановку.
- Марио, ты думаешь Берти был в расстроенных чувствах из-за того, что Росколли подбивает клинья к мисс Астор, потому и сравнил себя с третьим в лодке?
- Не думаю, Пополь, мне кажется, мисс Астор для него всего лишь добрый друг и незаменимый секретарь, не более.
- Всё равно, не нравится мне это! Этот Росколли – подлец, зачем она ведётся на его ухаживания? Ему явно что-то от неё нужно!
- Согласен. А я ещё хотел перед ним извиняться…
- Извиняться?! Марио, ты спятил?! За что?!
- За креветки. В тот день, когда я взял первый заказ у Росколли, я не думал, что он такая сволочь. Он безосновательно обругал моё блюдо и вернул его, чем несказанно вывел меня из себя. Когда я нёс эти злосчастные креветки обратно, мне под ноги случайно бросился Оливер. Что говорить дальше, я обронил и тарелку, и креветки прямо в снег…
- И что?!
- Дело в том, Пополь, что я не переделал блюдо, как это положено. Я просто подал те же креветки, тем самым нарушив святой канон кулинарии: не важно кто заказчик и как он себя ведёт, в первую очередь повар должен оставаться поваром и держаться достойно. Мой поступок был низок…
Выслушав откровения Марио, Пополь брезгливо фыркнул:
- У нас тут дурдом под колпаком продолжается, а он нашёл чем голову забивать! К твоему сведенью, Марио, если бы этот Росколли узнал, то он был бы в восторге! Помнишь, Винни говорил, что эти клоуны с экрана визжат от всего гадкого. Потому ты более чем угодил.
- Это меня успокоило Пополь, спасибо.
- Лучше вернёмся к делу, Марио! Итак, наш итог: Вилмар был задействован в угрозах Берти. Это раз. Второе – у него лежала ведомость работников обсерватории. Ты знаешь, что мисс Астор зовут вовсе не Астрой? Её настоящее имя – Атрия Астор!
- Но почему Берти называет её Астрой? Да и она ни разу его даже не поправила!
- Не знаю. Может, он просто не знает. Или это не важно ни для него, ни для неё… - задумался шеф Пикард.
- Думаю, Пополь, нужно последовать совету комиссара и сделать список всех, кто может быть причастен к убийству мистера Фоука, как бы мне не хотелось этого делать…
- Марио, обязательно запиши туда своего проходимца-комиссара Мюллер-Штрассе – его голос не внушает мне доверия!
Тихонько постучав, на пороге очутилась Астра, вернее, Атрия – она принесла горячую печь на ночь и очень быстро исчезла. Вернее, даже улетела на «розовых крыльях», едва не врезавшись во вновь возникшего и крайне поникшего Оливера. Бедняга не мог найти себе места. Возможно, из-за Норы, которая продолжала не замечать его…
Оливера донимала бессонница, он никак не мог заснуть. Шеф Моретти и шеф Пикард, кстати, тоже. Марио с блокнотом и ручкой наперевес перебирал в голове самых «прочных» кандидатов в убийцы, а шефа Пикарда почему-то мучала загадка настоящего имени мисс Астор.
Когда Пополю было уже не в мочь слушать вздыхания и стенания Мидоуларка, он вызвался помочь, вспомнив рецепт от бессонницы, которому научила его бабушка – стакан тёплого молока, добрая ложка цветочного мёда и мускатный орех на кончике ножа. Но в сложившихся «спартанских» условиях, найти хотя бы молоко – уже было подвигом…
На подходе к кухне
Шеф Пикард желая сделать доброе дело, да и заодно развеять дурные мысли, похоже оказался не в том месте не в тот час: из приоткрытой двери кухни доносилось заливистое хихиканье Зельды Претцель и вальяжный баритон Гарфилда Бранта. Притаившись ниже травы, Пополь начисто позабыл о сне после увиденного: бравая тирольская пастушка смущённо заигрывала перед деловитым коротышкой, щекотавшим её подбородок.
- Хэллоу, цыплёнок! Поворкуем? Большой босс – это я! Поняла? Смотри, голд, бриллианты! – мистер Брант пытался увлечь даму, демонстрируя свой солидный перстень с большим камнем. Но дамочка всё ещё смущалась, хоть ей и нравилось такое повышенное внимание от Гарфилда. – Ты и я, светит луна, понятно? Я большой начальник в крупной организации под названием «мафия», андерстанд?! Крутой, деньги, мани-мани! Ну, так что? Не веришь? Смотри сюда!
Раскрыв пиджак, мистер Брант показал своё «обмундирование» - пистолет в кожаной кобуре. Но вопреки ожиданиям «крутого» парня, увидев оружие Зельда пришла в негодование, и попросту огрела этого олуха скалкой.
Безбожно ругаясь на старо-тирольском, Претцель гордо покинула кухню, а следом за ней уполз побитый Брант с париком набекрень…
Шеф Пикард резво забежал на кухню, налил в сотейник чего-то белого и чего-то пахуче-сыпучего, быстро перелил почти свернувшийся молочный жир в неподходящую креманку. Запыхавшись, он торопился как мог – с жареной новостью и наспех вскипячённым напитком.
- А где Оливер? – чуть не выронив креманку, возмутился Пополь с порога.
- Ушёл. – процедил сквозь зубы шеф Моретти, не отрываясь от своих списков. – Сказал, прогуляется перед сном – свежий воздух благотворно влияет на сон. Будем надеяться, что горная болезнь попустит и ему полегчает. Где тебя носило, ты доил горных коров?
- Каких коров, Марио! Можешь выбросить свои бумажки, Гарфилд Брант – настоящий бандит и первый кандидат в убийцы! Я застукал его и нашу тирольскую пастушку, они любезничали посреди кухни. Всё шло хорошо, пока он не показал ей свой пистолет! Я просто не знаю, Марио, сначала Оливер и Нора, потом мисс Астор и Росколли, теперь этот Брант с Претцель. Да это какое-то любовное сумасшествие!
- Это нехватка кислорода, Пополь, только так можно объяснить такое поведение в столь нерасполагающих к любви условиях. В горах это особенно сильно ощущается.
- Марио, я вот всё думаю… Комиссар сказал, что угол выстрела крайне нетипичен. Чтобы это могло значить?
- Он же объяснял, Пополь! Либо кто-то стрелял лёжа на полу, либо… Вот оно! Либо стрелок имеет невысокий рост. А среди всех самый низкий как раз у мистера Гарфилда Бранта.
- Но вот незадача, Марио: пистолет Астры, то есть, Атрии, имел запах пороха. И выстрел был всего один. Стреляли явно с её пистолета, и кто как не она!
- Это ничего не значит, Пополь. Всё же, мы не профессиональные сыщики. Она могла стрелять с него раньше, к примеру, в воздух, отгоняя медведей по пути к корпусам или подавать сигнал в буран.
- Ты прав… Вот что я понял, Марио: у нас трое подозреваемых.
- Четверо.
- Четверо? Ах да. С Винни четверо. Это Гарфилд Брант, мисс Астор и наш Оливер. Увы, двое последних меня особенно огорчают.
- Меня тоже, Пополь. Будем надеяться, что мы ошибаемся…
Вскоре вернулся Оливер, и судя по его грустным глазам и бледной коже, он ещё раз попытал счастья у домика, где была заточена мисс Гудберри. И увы, его ещё раз настиг провал: бросая камушки по дымоходу, ему удалось подозвать Нору к окошку, но увидев его, она лишь безмолвно погасила свет.
Ночью Пополь проснулся от капель конденсата, капавших со стеклянного потолка. Печь погасла, от того началась сырость и в комнатушку вновь ворвался жуткий холод. Шеф Пикард начал энергично протирать глаза – не только от капель, но и от слепящих бликов Луны: небесное светило слишком интенсивно рассеивало свой платиновый свет. К тому же, снаружи доносились какие-то выкрики, или даже лозунги – возможно, тирольцы позволили себе расслабиться и среди ночи закатили пирушку. Оливера снова не было, а беруши на этот раз забрал Марио…
«Нет, это просто какое-то дьявольское испытание! Это чего же такого нужно было нахлебаться, чтобы так горлопанить в мороз?!», ругался про себя шеф Пикард, утепляясь пуховиком и шапкой. Он был настроен крайне воинственно, и даже был готов вступить в схватку с захмелевшими тирольцами ради права на сон в тишине и спокойствии.
Пока Пополь добрался до крыльца обсерватории, пьяная демонстрация успела затихнуть. Вместо неё началась протяжная, печальная песня, вероятно та самая, индийская, о которой рассказывала Нора.
Вскоре грустная мелодия сменилась весёлым военным маршем, после и вовсе, словно под стук барабанов по ветру начали разноситься африканские напевы в стиле калипсо. Укутавшись в капюшон, Пополь шагнул в сторону заснеженных куполов, стараясь обнаружить нарушителя тишины. Подняв голову наверх, шеф Пикард к своему изумлению увидел человека на вершине купола Луны-Солнца. Рассмотреть певца было невозможно. Над горными вершинами легко, словно пёрышко витал его голос и отражался размытый ареол на фоне сверкающей Луны. Шеф Пикард застыл на месте, поражённый столь необычной картиной и ещё более необычной, но такой красивой песней…
Песня прекратилась сразу, как только мгла затянула лунный диск. Силуэт человека был больше незаметен. Зато в домике Росколли загорелся свет. У режиссёра были поздние гости, или даже гость. Грех не воспользоваться случаем, и шеф Пикард подкрался поближе. Двери домика приоткрылись, и голоса стали слышны громче:
- Конечно я заинтересован! – бил себя в грудь режиссёр Росколли. – Иначе бы стал я тащиться в эту глушь если бы не наша сделка?! Тем более, что для съёмок я приобрёл самую настоящую ракету, так как институт космологии не дал мне её в аренду. А вы знаете, сколько она стоит?!
Собеседник режиссёра был явно не настроен на любезности, скрежеща зубами он сурово парировал:
- Слушай, Росколли, если ты вздумаешь нас обмануть, то ты пожалеешь! И если ты не вернёшь нам Солнце, то мы отправим тебя на Луну!
- И с чего ещё мне вас обманывать? Вообще-то, я ещё ни разу не подвёл вашу организацию! А вот вы, в свою очередь, всё продолжаете кормить меня завтраками. Когда я наконец увижу её?
- Это ещё зачем? – возмутился неизвестный мужчина.
- Что значит «зачем»?! Я должен знать, за что плачу такие деньги! Может, мне не понравится манера её игры. И вообще, я хочу побольше расспросить её об опыте работы, о снятых картинах, какой был самый большой куш за прокат, с каким инвентарём она предпочитает работать?
Неизвестный на минуту замолчал. Но после, смягчившись, был даже как-то рад поделиться подробностями:
- Ну, насчёт манер гарантии не даю, но опыт у неё – и правда, будь здоров! На её счету столько снятых картин, что тебе, Росколли, и не снилось! В самые худшие времена мы снимали по картине в неделю. А за один прокат в одном городишке мы вынесли почти сорок тысяч долларов! Инвентарь любой сгодится, тут без закидонов, всё просто. Да и у нас всё своё, можешь не тратиться.
- Как интригующе! Это то, что нужно! Просто великолепно! Но… а что с райдером?
- С этим в завязке, Росколли, прости. – смутился неизвестный.
- И всё же, я должен сперва увидеть её. Это простая формальность, хоть я и уверен, что она бесподобна! И вот ещё: мне нужно двое, а лучше трое надёжных каскадёров. Завтра получится уладить этот вопрос?
Незнакомец нервно щёлкнул пальцем, после чего бросил:
- Ладно, чёрт с тобой, Росколли! Я всё организую. Главное, достань Солнце, окей? И помни, что Луна у нас в кармане.
Дверь домика Росколли скрипнула, и быстрым шагом некто, вероятно, прошмыгнул обратно в обсерваторию. Притаившийся за брёвнами шеф Пикард чуть ли не зарылся в снег боясь, что его могут увидеть. Про себя он почти всё время думал, как ни странно, о Луне: «Боже, бедняжка Луна, все то и дело хотят её использовать в своих грязных замыслах, а теперь ещё и на Солнце посягнули!».
Когда всё было «чисто», шеф Пикард смог вернуться в свой «спартанский отель». Отряхнув пуховик от снега, он украдкой бросил взгляд на пол и был просто сбит с толку: Мидоуларк, как ни в чём не бывало, храпел в своём спальном мешке, а на холодной печи стоял стакан с водой…