Шеф Моретти недолго пребывал в расстроенных чувствах. Он просто вспомнил вдохновляющие напутствия комиссара, как сразу же собралась новая мозаика. Точнее, версия.
- Я уверен, что здесь орудует банда, главарь которой – Гарфилд Брант. И его банда состоит из этой горе-троицы каскадёров. Они всё время оставались в тени, давно вынашивали этот план и были связаны с Росколли. Поэтому нельзя отбрасывать версию инсценировки его похищения – он всё ещё в числе подозреваемых.
- Как и кое-кто ещё… - подозрительно прищурился шеф Пикард, поглядывая в сторону директора Вилмара.
Такой неприкрытый намёк не остался незамеченным: Винни гневно сжал консервный ключ в руке, едва сдерживая свою злость:
- Эй, Попл, на меня намекаешь?!
- И не без оснований! Как насчёт писем с гнусными угрозами?!
На минутку Вилмар задумался, сделав умный вид и почти сразу растопил улыбку на своём лице:
- Так я не отрицаю, что писал их Трумэну! Я просто хотел встряхнуть его, чтобы он почувствовал собственную значимость, как и я, когда вступил в должность! А что, угрозы – это хорошая мотивация. Ну помогло же, он сделал открытие, причём первое за полвека существования обсерватории!
- Более идиотского оправдания я ещё никогда не слышал. – ворчал Пополь, сомкнув брови.
Шеф Моретти прекратил спор:
- Мы теряем время, погода портится, на счету каждая минута! Берти, где можно получить сводки о буране на ближайший час?
- Нужно подняться в купол и оценить обстановку, прежде чем делать какие-то шаги, Марио. Вилмар, что расселись? Я не могу один смотреть в два телескопа! Бросайте ваши кольца Сатурна и идите за мной.
Тяжело вздыхая, притихшая Элинор также поспешила удалиться:
- Иду заманю мисс О’Хорн на кухню, хотя бы на скромный ужин, за весь день она так ничего и не съела. Мсье Пикард, если вдруг будут новости, в смысле, если я вам буду нужна…
- Конечно-конечно! Идите, дорогая мисс Гудберри и да поможет вам Бог. Главное, не впускайте эту кровожадную тлю в кладовку – мы храним там английский картофель.
Каждый отправился разрешать свои задачи. Шеф Пикард, желая немного помочь Норе, наспех поджарил ржаной тост и сварил крепкий фруктовый чай, покинув кухню, дабы не раздражать и без того взбешённую гидру. Шеф Марио отчаянно пытался дозвониться в участок – хоть и с помехами, но гудки проходили исправно. Просто снова никто не подходил к телефону…
Прошло полчаса…
Маршируя по коридору от окна до окна, Пополь роптал на неистово разбушевавшуюся погоду. К тому же, генератор начал выходить из строя, тусклая лампочка мигала всё чаще и чаще…
- Эх, Марио, бросай обрывать провода. Твой комиссар – жулик, он не ответит на звонок.
- Ты прав, Пополь. Я теперь уже и сам не знаю, что думать. Ведь под маской комиссара Мюллер-Штрассе мог быть абсолютно любой – от Гарфилда Бранта до Оливера. Получается, я снова хожу по кругу…
Словно пылающий метеор, Винни с галстуком набекрень выбежал в коридор:
- Вы двое, эй, скорей сюда! У нас тут обморок!
- Бедняга Берти! – всплеснул руками Пополь.
- Нет, Попл, ты опять не догоняешь! Берти вытолкал меня из яйца, бранясь на языке эльфов, видите ли, я его нервирую. А обморок у нашей распрекрасной Глэди. Идите посмотрите, она лежит посреди кухни прикрытая салатным листом, так страшно и смешно одновременно!
Что правда, то правда: Глэдис О’Хорн была похожа на томлёное филе трески, изысканно дополненное зелёным салатом. Эту малосольную рыбину пыталась привести в чувство Нора, плеская ей в лицо куриным бульоном вместо воды. К ней присоединился шеф Пикард, разыскивая по полкам чесночное, или любое другое резко пахнущее масло вместо нашатыря. Винни просто стоял в ступоре, пытаясь понять, где её голова, а где – хвост. И только шеф Моретти был спокоен: окинув взглядом «скромный» ужин на столе, он с видом академика заключил:
- Ну конечно! Чёрствый хлебец, половина замороженной морковки, какая-то еле тёплая фиолетовая водичка в стакане… Пополь, это твой клиент – накорми её нормальной едой!
По всей обсерватории зазвенели окна от раскатистого звука шлёпающих заснеженных тапочек, смешанных с неразборчивыми воплями: астроном Трумэн сделал ещё одно открытие. Но теперь уже на земле.
- Бандиты! Бандиты идут сюда! Я увидел в телескоп, как на плато оказались двое: коротышка и долговязый, они волокут пленника – очень похожего на Оливера! Теперь они станут торговаться с нами за его жизнь, нам придётся сдаться! – переступая через изголодавшуюся мисс О’Хорн, как через декоративный барьер, Берти снова заложил руки за спину и погрузился с головой в демагогию. – Что происходит в мире, людей воруют чаще, чем леденцы в лавке! Стоило мне только шагнуть в сторону от науки, как я оказался обезоружен перед жестокостью реальной жизни…
- Берти, хватит причитать! Как они далеко?
Шеф Пикард ухмыльнулся:
- Как они далеко? Оглянись, Марио…
На пороге, позади шефа Моретти уже стояли те самые «бандиты»: высокий и худощавый в пальто цвета кофе и крайне приземистый в чёрном шерстяном тренч-коте. Долговязый медленно потянулся в карман, не сводя глаз с оторопевшей публики. Вопреки самым худшим ожиданиям, он достал две заламинированные карточки с гербом швейцарского городка, гордо выставив их на показ.
- Комиссар Рихарди Мюллер-Штрассе Второй и мой первый помощник Герхард Ланс. – торжественно объявил коротышка.
Шеф Моретти был несказанно счастлив это слышать:
- О, комиссар! А я почти потерял веру в то, что вы существуете!
- Так это вы вели расследование по моей инструкции?
- Так точно!
- Прекрасно! Я доволен вами и ходом следствия. Извините, что немного поводил вас за нос – мне нужно было время для проработки плана действий. А это – ещё одно тело? – с любопытством спросил комиссар, заглядывая под салатный лист.
- Нет-нет! Обычный женский обморок! Больше убийств не было, но, к сожалению, у нас двое похищенных и один заблудившийся.
- Вы обязаны что-то предпринять! – нервно встрял Берти. – Моя жизнь зависит от вас – похитили моего личного секретаря, настоящего пионера астрономии и знатока моих вкусов. Я не продержусь долго, если вы не поможете вернуть принадлежащее мне по закону!
- Хорошо, хорошо! Не шумите. Мы пришли не с пустыми руками, может, вы ищите именно его. Ланс, заноси. Извините, чтобы не смущать вас ещё больше, мы сложили его в вашей прихожей.
Долговязый помощник Герхард Ланс, подобно строительному крану перенёс на кухню застывшего, как клюквенный кисель бедолагу.
- Это же режиссёр Росколли! Где вы его нашли?! – не поверил глазам Пополь.
- Мы нашли его в снежном сугробе. – ответил Ланс.
Увидев Олеандро в таком необычном состоянии, Нора испуганно вскрикнула:
- Комиссар, неужели он мёртв?!
- Нет, всего лишь оглушён. Бандиты выкинули его как тряпку посреди нижнего плато.
- Ещё один перемёрзший клубень… - процедил сквозь зубы Вилмар, обиженно отвернувшись в другую сторону.
- Значит, его зовут Росколли… Ланс, запиши это имя. Он, знаете ли, не представился, но много болтал о случившемся пока его зубы окончательно не примёрзли между собой. И да, по пути к вам нам удалось отыскать следующие улики: очки, пистолет, кольцо и возможно, документы. Ланс, покажи улики для опознания.
Долговязый вновь запустил руки в свои непомерные карманы, и одна за другой сложил на столе улики, добавив:
- Сомневаюсь, что нечто из этого будет вам полезно. Как по мне, обычный мусор. Очки сломаны, кольцо – грубая фальшивка, пистолет так вообще бутафория – там даже нет курка затвора. Наверное, единственная настоящая вещь – это кобура, стопроцентная кожа, аж хрустит на пальцах. И вот ещё, какая-то размякшая, пёстро раскрашенная разорванная бумажка, очень похожая на вырезку из комикса или журнала.
Астроном Трумэн был рад выдохнуть: главное, что очки не принадлежали Атрии. С большим любопытством Нора потянулась к картинкам, и забрала их с собой, тихо присев в уголке. Шеф Пикард сразу узнал кольцо и пистолет с кобурой – всё это «богатство» когда-то было при мистере Бранте. В это время Олеандро Росколли начал немного оттаивать, и как показалось остальным, бредить о какой-то «сверкающей звезде», которая померкла в тот же час, когда он её увидел, оказавшись набитым трухой чучелом.
- Его лихорадит?! – всполошился Пополь. – Комиссар Мюллер-Штрассе, может лучше сдать его на попечение врачей?
- Что вы, мой друг! Он говорит правду. Хоть и крайне несуразную, но всё же, правду. Когда вы позвонили мне, сообщив об убийстве в вашем заведении, я сразу понял, что к этому причастны «Три поросёнка».
- Кто-кто?! Вы ничего не перепутали, комиссар? – скептически прищурился шеф Марио.
- Это наименование банды, мой друг! Мы давным-давно пытаемся выйти на их след, но у них сильный главарь, личность которого мы так и не смогли раскрыть. Всякий раз им удавалось убежать с добычей, оставив нас и наших коллег по всему континенту в дураках.
Шеф Моретти воспрял духом: его мозаика сложилась как нельзя лучше:
- Так вот что имел в виду тот «каскадёр», рассказывая о «снятых» картинах и «прокатах». Вот так номер! Комиссар, значит, наш режиссёр всё же связан с этими грязными поросятами?
- Косвенно, мой друг. Оказалось, что этот ваш Росколли не понял намёков банды и подумал, что ему предлагают артистку экстра-класса по имени Электра Оливия, а не какой-то экстра-громадный алмаз, потому он вложился в дело через некоего пропащего учёного Эвана Фоука. К тому же, этого красавца-итальянца не убили только по просьбе таинственной мисс Астор, которая пообещала пойти на жертву и отдать Солнце взамен на его жизнь. Что можете сказать по этому поводу?
Берти рассвирепел до предела, швырнув себе под ноги свой собственный колпак, и бросился трепать размякшего режиссёра:
- Ах ты ничтожество! Ты должен был отказаться и пожертвовать собой! Я требую вернуть его откуда он был взят! Вставай тряпка, вон отсюда, вон!
Олеандро Росколли и вправду напоминал тряпку, которая то и дело падала и стелилась по полу. Не особо сопротивляясь нападкам учёного, режиссёр вяло протянул:
- Отстаньте от меня, я так замёрз... Марко, ты здесь? Скорее, подогрей мне грог и сжарь дюжину креветок, у меня ужасная простуда, я словно камыш, побитый градом...
- Простите синьор Росколли, но это как-то в другой раз! Комиссар, сказанное вами подтверждает мои догадки, что вторая часть была у мисс Астор! Им нужно Солнце!
Отбросив в сторону мяклого режиссёра, Берти Трумэн едва не упал в обморок:
- Солнце?! Марио, что ты такое несёшь?! Как я принесу им Солнце?! Да я бы целую Солнечную систему принёс, если бы это было в моих силах! Но это не только невозможно, это просто антинаучный БРЕД! И вторая часть чего, Марио?!
- Координат Электры! Мисс Астор очень умна. Я не ошибусь, если скажу, что именно она своровала координаты звезды.
- Конечно она умна, она самая умная женщина в пределах этого земного шара. Но зачем, зачем она это сделала?! Это очень, очень разумно! Но в тоже время так неразумно…
- Чтобы защитить тебя, Берти. Таинственные угрозы сбили её с толку, и она решила, что тебе угрожает опасность из-за твоего нового открытия. По сути, она опередила Эвана и завладела координатами раньше него. Когда в её руках оказались координаты Электры, она порвала записку на две части, одну часть спрятала в фильтр телескопа Луны, а вторую – Солнца. Об этом на экскурсии догадался Эван Фоук. И это объясняет, почему его наручные часы оказались не на своём месте. Дело в том, что добраться до фильтров телескопа очень тяжело, потому Фоук переодел часы на другую руку. Как итог, он крадёт координаты, и успевает надёжно их спрятать. Ну, почти надёжно. Одну часть всё же находит его убийца, а вторую – Мисс Астор уже после его гибели. Так уж вышло, что в день убийства Фоука Атрия на минуту разминулась с его убийцей.
Комиссар Мюллер-Штрассе с гордостью посмотрел на Марио:
- Вот видите, мой друг, я ведь говорил, что вы докопаетесь до правды! Представляю, как попали впросак бандиты с вашим режиссёром. Они были уверены, что им помогут украсть уникальный бриллиант, а в итоге оказались актёрами чужой мыльной оперы.
- Но остаётся ещё один вопрос, комиссар – откуда они взяли, что в обсерватории может быть где-то спрятан бриллиант?
- Это всё моя вина! – вновь схватился за голову Берти. – Я просто предположил, что моя Электра-Оливия может состоять из алмазов! Я не думал, что говоря об этом открытии вслух, могут возникнуть такие гнусные идеи у столь гнусных людей. Меня лично больше интересовали интенсивность её сияния и расстояние в световых годах! Я лишь обмолвился, что её сыпучий грунт возможно покрыт слоем алмазоподобных камней и вероятно это самая дорогая звезда в мире. К тому же, добраться до моей Электры можно всего лишь за 4 дня и сделать это можно только сегодня – когда Луна пойдёт на убыль, траектория удлинится на целых 4 месяца…
- О, Берти, как ты невнимателен! Теперь видишь, к чему это может привести? – с укором бросил шеф Пикард.
Пока на кухне шло бурное обсуждение, Нора Гудберри тихо проливала слёзы. И без того размокшее послание в картинках стало ещё мокрее – на него вылился почти галлон солёного дождя. Две небольшие открытки, перевязанные алой ленточкой, донесли главное лучше любых слов. На одной была изображена балерина в корзине воздушного шара, несущегося над штормившим океаном, на другой – роза с человеческим лицом, которую укрывал потрёпанный зонтик в горошек от палящих солнечных лучей. Под каждой картинкой каллиграфическим шрифтом были выведены слова «Я» и «Тебя», и пускай не доставало третьей части, и так было понятно, что и кому хотел сказать художник.
- Вывод один: мы должны задержать Бранта, комиссар! – продолжил шеф Моретти. – Именно он – главарь вашей неуловимой банды. Но как узнать, куда он направился…
- Это не проблема, мой друг! Я вызову поисковую вооружённую бригаду на лыжах и сосредоточу группы по всей горной долине. О, мы развернём масштабную операцию по поимке опасных преступников! Пускай пройдёт не одна неделя, месяц-другой, но я твёрдо уверен: мы их достанем. Все границы перекрыты ещё с полудня. Они не просочатся сквозь наши горы!
- Это конечно хорошо, комиссар Мюллер-Штрассе, но мы не можем рисковать нашими друзьями. Мисс Астор грозит опасность, как и Оливеру Мидоуларку.
Едва услышав его имя, у мисс Гудберри перехватило дыхание:
- Кажется, я знаю где прячется мистер Брант! Когда я заходила за мазью для лыж, Брант расспрашивал у одного из тирольцев о деревне Штраус-Хоф. Его интересовало, насколько трудный туда спуск и как долог путь. Я думаю, это неспроста!
- Штраус-Хоф? – переспросил Винни. – Как раз на эту отмель послал меня наш итальянский болван за ракетой для его съёмок. Я должен был встретить груз и распорядиться о его доставке в сухой ангар. Может, они и её собрались спереть?
- Штраус-Хоф! – буквально прорычал комиссар. – Значит, логово банды именно там! Отличная работа, мы перехватим его! Скорее за мной! И вы, мой друг, ваше логическое мышление мне может пригодится!
Перед уходом шеф Моретти подбодрил Нору, протянув свой носовой платок.
- Не переживайте, мисс Гудберри! Главное, чтобы сегодня не было туманной дымки на небе, Оливер – лунатик, он поёт во сне. Даже если он и заблудился, или находится в плену, мы услышим его по пению.
Комиссар Мюллер-Штрассе быстро организовал походную группу, которая должна была проложить путь к деревне. Из числа добровольцев, как всегда, ринулись бесстрашные тирольцы, а упряжка, запряжённая первоклассными псами, была как нельзя кстати. Вопреки всем уговорам, Филиберт Трумэн не стал никого слушать, и отправился в Штраус-Хоф вместе с шефом Моретти, комиссаром и его людьми. Обсерватория осталась на попечении Норы, Винни, шефа Пикарда, а также трёх замороженных святил искусства…
Дело шло к вечеру…
Винни Вилмар продолжал уплетать ананасы, будто ни в чём небывало, изредка посматривая в сторону кладовки, где по своим мешкам были уложены Росколли и Тони. Шеф Пикард во всю корпел над ужином для мисс О’Хорн, в ход шли лучшие продукты, которые только попадались на «звёздной» кухне. Запечённая в рукаве курочка в ананасах, густое картофельное суфле на бараньем жирке и самый настоящий, без всяческих эпатажных выходок классический шоколадный фондам были главной скрипкой сегодняшней застольной оперетты. Пополь был полон решимости пригрозить мисс О’Хорн, что если она и на сей раз выкажет неуважение его меню, то кастрюля с куриным бульоном окажется у неё на голове. Когда Глэдис в полуобмороке заприметила сочную куриную ножку, аппетитно прикрытую ананасом, она без единого звука набросилась на угощения, попутно проглотив испечённые вилки и ложки. Забыв об этикете и своей суровой диете, она не оставила ни одной крошки – откинувшись на стуле, она впервые улыбнулась, и даже сказала искреннее «спасибо» своему повару. После чего, довольная и сытая Глэдис отключилась прямо за столом. Шеф Пикард с облегчением выдохнул и даже перекрестился, ведь его работа наконец была оценена по заслугам. Поборов гидру, он сразу принялся за следующий бедствующий объект, подогревая сливки с набором пряностей, без разбору бросая их от досады за бедняжку Нору, которая битый час не сдерживала рыданий.
Увы, она даже не притронулась к живительному напитку шефа Пикарда, продолжая моросить слезами.
- Ну что вы, Нора, так нельзя! Сделайте хотя бы глоточек, вам сразу станет легче!
- Это не поможет, шеф Пикард! Как я могла так поступить… Я ведь знала, что он чувствует ко мне. Но не могла ответить ему взаимностью из-за боязни потерять шанс выступить на сцене. Теперь, в сложившихся обстоятельствах я могу сказать правду: мисс О’Хорн уже давно не выходит с номерами в свет. Я заменяю её на каждом концерте, взамен на её обещания, что когда-нибудь она представит меня публике. Поэтому приходится прятать своё лицо за венецианской маской… Смог бы Оливер понять эту ложь?!
Пополь печально закивал головой.
- Бедная моя мисс Гудберри, мне так вас жаль! Я, сказать честно, что-то такое предполагал. Поверьте мне, у Оливера положение ещё более незавидное, чем у вас, и безусловно, он бы абсолютно всё понял и не отверг ваших чувств. Отвлекитесь, хотя бы на минуточку! Я принёс вам в утешение средство «от плохого настроения». Давайте его пролистаем, мне тоже, отнюдь не повредит. А вот и снова «Большая прогулка». Помните, в какие передряги попадали герои? Но выбрались же! И мы все выберемся. Найдём выход! Точнее, скрестим пальцы, чтобы его нашёл Марио. Он всегда всё и всех находит. Я не сомневаюсь в его логических умозаключениях, даже комиссар подметил его сообразительность.
Рассматривая сквозь слёзы постеры с любимыми киногероями, Нора, подобно солнцу, пробивающемуся через чёрные тучи, начала понемногу улыбаться. Перелистывая страницу за страницей, Пополь и Нора вспоминали самые яркие моменты тех или иных фильмов, курьёзы и ляпы актёров, а также потрясающие наряды минувших лет. Перелистнув очередную страницу, совершенно случайно у шефа Пикарда что-то щёлкнуло. Отбросив альбом в сторону, он соскочил с места, испугав Нору и Вилмара. Зависнув на минуту, Пополь ударил себя по лбу, закричав:
- О Боже, они пошли по ложному следу!