— Эль-Кей! Ты лучшая! — налетели на нас Дебби и Агнешка. — Ты всех во Фроггере раскатала! И вообще, они считают неправильно! Мама говорит нам завтра обратно ехать, такая веселая поездка вышла!

Линда стоически и даже с улыбкой выдержала церемонию награждения, где получила сертификат-приглашение на телефинал и ноль долларов призовых. И только оставшись со мной наедине, разрыдалась, разом выплеснув всё нервное напряжение.

— Крис, я провалилась! Ты меня предупреждал, что надо во всех играх хотя бы средний результат, а я провалила многоножек! Я жалкая, мне не стоило и пытаться соперничать с ними.

— Ты говоришь это парню, занявшему последнее место. И кто сказал, что ты провалилась? Ты вышла в финал, там и наверстаешь. Что такое жалкие четыре процента?

— Если бы я удвоила результат во Фроггере, как раз бы их отвоевала! А я посчитала, что достаточно. Этот павлин Билли и половину моего счета не показал! А ты… ты просто не тренировался! И в Миллипид ты не последний, в самой сложной игре.

До самого вечера друг дружку подбадривали. А утром проводили в дорогу миссис Ковальски и фанклуб Эль-Кей, после чего нас подобрал рыжебородый викинг-ветеринар и отвез в аэропорт, и все круги самолетного ада начались по новой итерации. Отличие в том, что летели в этот раз мы вместе с Билли Митчеллом. Ему ведь тоже в Калифорнию.

— Отличная игра, крошка, — подошел он к нам с Линдой в зале ожидания в Де-Мойне, — я бы постарался получше во Фроггере, если бы знал, что кто-то способен показать высокий результат. Кто мог знать, что ты окажешься так хороша? А вот ты, амиго — ты ведь лузер. Почему такая девчонка встречается с подобным хромым недоразумением? Ты достойна лучшего. Я имею в виду себя.

Есть у мистера Митчелла хорошая сторона — у него отменный вкус на женщин. И к Линде клеится, и журнал с Трейси у него из сумки торчит. Знает толк в красоте.

Моя девушка подкат не оценила, но и конфликта не допустила.

— Вот, Флэппи Бёрд для Коммодор Вик-20. Пока не наберешь тысячу очков в ней, ты вообще не имеешь права называть себя геймером! — протянула она Билли аудиокассету, порывшись в сумочке.

— Он не сможет, — сказал я. Инфа сотка, сама Линда пока таких рекордов не поставила.

— Наберу — и ты будешь со мной встречаться, крошка? — взял кассету юнец.

— Нет. Но уважать начну.

— Вызов принят? — спросил я у Билли. — Справишься до ТВ-финала?

— Справлюсь! Крошка, дай свой телефончик, чтобы я позвонил и рассказал.

— Мистер Митчелл, я еще не говорил вам, что такое безумие? — спросил я тоном злого русского. — Безумие — это точное повторение одного и того же действия раз за разом в надежде на изменение. Пытаться приставать к девушке в присутствии ее парня — тоже безумие.

По памяти записал ему номер рабочего телефона, одной из двух протянутых линий.

— Что? — Билли с опаской посмотрел на меня, как на психа. Но бумажку с номером взял.

— Уточка разъяснит тебе о безумии всё, — улыбнулся я по-доброму. Но парень не оценил и отсел от нас. И только после этого Линда тихо рассмеялась, спрятав лицо в ладонях.

Перелет, пересадка, перелет. Я сотню раз поблагодарил ветеринара Эрика за удобные теплые шапки. Тот же маршрут, примерно такие же самолеты. И если кормежка на ночном рейсе мне показалась хорошей, то на дневном я как в отличном дайнере пообедал. Полноценный горячий обед из трех вкусных блюд. Понятно, что всё за немалую стоимость билета, но все равно приятно.

На нашу Тойоту на многоуровневом паркинге никто не покусился и к вечеру, хоть и после наступления темноты, мы уже ужинали дома и отвечали на звонки от родни, друзей и знакомых.

— Хеджин беременна, — ошарашенным тихим голосом сказала мне Линда после звонка мистеру Киму. — У меня будет братик!

— Чудесная новость, — сказал я.

— Да… наверное… в голове не укладывается. Это же Хеджин!

— Аргумент!

Несмотря на то, что мачеха Линды декларировала, что ей хочется нормальной семьи и своих детей, в роли заботливой мамочки я эту фурию представить никак не могу.

Настала моя очередь родне звонить и я номер Елены набрал. Выслушал короткий и полный эмоций рассказ о том, что Гектору доверили собственного коня, Елена с ним познакомилась и четвероногий дьявол едва не укусил ее за руку, когда угощала морковкой. А в остальном у них всё хорошо.

— А сам он где сейчас? — уточнил я.

— На рыбалку поехал, на озеро, со своим хефе. Это по работе, они с туристами. Тобалито, позвони сеньору Уильямсу, он говорил, что у него для тебя новости, когда заезжал ко мне подстричься. И ты видел уже сериал Трейси? Орале! Эта чикита умеет подать свои чичис так, что даже я залюбовалась. Она сказала, что отправила вам кассету по почте!

— Почта! — сообразила Линда и выбежала к почтовому ящику, на ходу сменив домашние тапочки на уличные сланцы. Наплевала даже на то, что на улице всего градусов 15.

А внутри дома, к слову, вполне себе тепло. У нас в России есть стереотип о том, что буржуи мерзнут в своих фанерных домиках, едва наступают холода. Пожалуй, для трейлера это даже справедливо, но арендный дом в Эль-Серрито начал дуть теплым воздухом из вентиляционных щелей в первую же холодную ночь.

В отдельной каморке-котельной у нас тут висит газовый котел, а в прихожей имеется крутилка термостата, позволяющая балансировать между комфортом и жадностью. В моем случае победил комфорт. Я люблю ходить по дому в коротких шортах и футболке, а мерзнуть мне не нравится. Спросив про цены на отопление у соседей, получил ответ, что в тридцать баксов всегда вмещаются. Это вместе с оплатой газа для накопительного бойлера-водогрея. Вообще ни о чем расходы! Вот мне и дрожащие от холода буржуины! Если такие и есть, то не в этом штате и другой эпохе.

Линда вернулась с кассетой, упакованной в бумажный конверт и благодаря чудесному изделию японской электронной промышленности — видеомагнитофону, мы поглядели серию Рыцаря Дорог с участием Пенелопы Смит, упомянутой в титрах именно под этим именем.

Майкл Найт и его робот-автомобиль Китт присоединились к труппе автомобильных каскадеров и выделывали невероятные трюки. Трейси сыграла дочь владельца автошоу, нанявшую главного героя подменять ее выбывшего из строя отца. И это все еще один из моих любимых сериалов. Эх, не успел я черный Понтиак Фаерберд купить! Сделал бы моддинг с красными светодиодами… и смотрелся бы со стороны чудаковатым косплеером. Но не пофиг ли? А теперь всё, цены на модель взлетят в небеса.

Сыграла наша подруга прямо хорошо. По ней заметно, что слегка нервничала, но текст выдавала уверенно, а в обязательной сцене с финальным поцелуем любой нормальный мужик Дэвиду Хассельхоффу бы позавидовал, столько страсти удалось девушке показать. Бедняга Эдди, наверное, весь извелся, если уже видел эпизод.

Глянув на часы, набрал-таки домашний номер Кена в Корсголде. Девять вечера — детское время.

— Кен, привет. Мне Елена передала, что ты просил перезвонить.

От извечного «сэр» в общении с издателем я начал понемногу отказываться, так как никто больше его не использовал. Ни за кем не замечал. То есть — так не принято.

— Привет, приятель. Да, у меня хорошие новости. Бери свою задницу и жду тебя у себя в Оукхерсте на ближайших выходных. Слышал про Старкрафт?

Ступор! Оторопь! Конечно, я слышал про лучшую реалтаймовую стратегию девяностых. Сотни часов в нее с друзьями и коллегами наиграл. По-честному, есть еще несколько игр, претендующих на звание самой-самой RTS. Эпоха Империй, Варкрафт, Казаки, Ред Алерт. Но выделить какую-то одну из них у меня не выходит. Все они лучшие! Каждая по-своему. Старкрафт уникален тем, насколько прочно он киберспортивную нишу занял… но, во имя Омниссии, какой Старкрафт в 1982-м? Неужели еще один попаданец начал плагиатить игры, причем более успешно, чем я?

— По твоей заминке, понимаю, что не слышал, — хохотнул Кен, — это один из крупнейших издателей на японском компьютерном рынке. Их делегация приезжает в Оукхерст, чтобы договориться о портировании наших игр на японские компьютеры и издании в их стране. По правде, я скептичен, но выйти на международный рынок всегда хорошо.

Вот оно что! Интересно девки пляшут. Забавно название совпало.

— Это не Нинтендо, не Сега и не Конами? Чисто компьютерный издатель и консолями не занимается, — уточнил я. О Император! Денди, которая NES, она же Фамиком, выйдет в Японии совсем скоро. Как бы не в этом году. В следующем точно. Выпустить Тетрис в числе стартовых игр на ней — озолотиться.

— Исключительно компьютерный издатель, — подтвердил Кен, — но когда твой хит всех времен выстрелит, через них можно будет попытаться выйти и на производителей аркадных автоматов. По большому счету, твоё присутствие необязательно, но очень поспособствует построению доверия между нами и самураями. Понимаешь, о чем я? Хочу показать им Тетрис. О секретности уже не волнуемся, отгрузки оптовикам пошли на всю страну.

— Вау! — одними губами произнесла Линда, подслушав разговор.

— Мы приедем! — легко пообещал я. — Выезжаем в пятницу вечером.

А в пятницу днем мне предстояло принять у Монти почти готовый билд эрошашек, еще без полного набора картинок. Линда пока что закончила лишь первую девушку, срисованную с мисс Июль. Черный фон, белые линии, никакой заливки, градиентов, мелкой детализации, но получилось неплохо. Эротично на всех этапах, даже первом, где модель полностью одета в глухой комбинезон с карманами. На Эйприл из «Черепашек-ниндзя» похожей получилась. Ту самую версию Эйприл из восьмидесятых, где она рыжая ирландка и чичис-чичис-чичис-чичис-Технодром! Настоящий секс-символ для мальчишек из 90-х, наравне с Гаечкой из «Чипа и Дейла». Ну а по мере выигрыша в шашки пуговки на комбезе постепенно расстегивались. И оставалась версия сначала в купальнике, а далее и без него. Синклер пока демку показывал, аж весь покраснел, хотя, казалось бы, чего ему смущаться, у него целая Селеста под боком.

— Вот таким получился финальный билд. Осталось дождаться файлов с… иллюстрациями к остальным этапам игры и можно считать работу законченной, — закончил демонстрацию Монтгомери.

— У меня почти готово, — пообещала Линда от графического планшета, — если бы не тренировки и турнир — уже закончила бы.

— Пока и так хорошо, — похвалил я, — представим мистеру Уильямсу в выходные. Монти, хочешь съездить с нами? Не уверен, восстановили ли там джакузи, но познакомишься с полезным человеком и японцами.

— Увы, нет, мы с мисс Скай участвуем в студенческой театральной постановке. Я, как… хороший сосед, обязан присутствовать.

С Джоном созвонился, пригласил в те же выходные показать Кену Каналья Эдитор. Не то, чтобы требовалось посвящать его в наши дела, но мистер Уильямс поступил, как нормальный мужик, отпустив программиста учиться и заслужил получить обратную связь. Увы, не смог приехать, в другой раз.

В пятницу днем у меня в расписании стоял практикум по программированию на Си. Оставив Линду работать над рисунками, поехал в университет, прихватив с собой посещающую тот же курс Бренду. Зашел в лабораторию и увидел на преподавательском месте его — невысокого и плотного, с бульдожьими щеками и безупречным пробором на седой голове. Вести занятие пришел Брендон Эс Стерлинг. На меня, занявшего место за терминалом, препод посмотрел особенно пристально, но комментировать никак не стал.

— Класс, ваш прошлый преподаватель, мистер Гарланд, перевелся к другому научному руководителю и больше не может вести ваш курс. До того, как появится новый аспирант, ваши занятия придется проводить мне.

Наглый плагиатор подошел к грифельной доске и написал ровным почерком свои имя и фамилию.

— В чем-то вам повезло. Оплатив курс, для которого достаточно аспиранта, вы получили доктора, автора множества публикаций. У нас с вами серьезный курс. Язык Си создавался для операционной системы Юникс и ее утилит. Ими мы и займемся. Тут у меня перечень стандартных программ, каждый подойдет ко мне и получит задание реализовать собственную версию одной из них. Прошу. Кто первый по алфавиту? Андерсон? Далее Бойл.

Неплохая учебная задача. Целиком одобряю. Помнится, нам в политехе давали курсовую — написать собственный эмулятор терминала с поддержкой большинства команд. Но меня, чувствую, будут валить.

Мистер Не-Томас Андерсон получил поручение создать простейшую утилиту ls — перечисление списка файлов в каталоге. Бренде досталась df — вывод свободного места, а мне — grep, поиск текста по регулярным выражениям. И окажись я обычным студентом, только записавшимся на курс, это оказался бы тот еще попадос — задача, невыполнимая в то количество машинного времени, что выделяет университет. Да и мне, опытному фулл-стек разрабу, за оcтавшиеся пару академических часов сегодняшней лабораторной «греп» не написать.

Я в целом слегка недолюбливаю регулярки, но понимаю, как они работают. Но как-то царапает каждый раз задумываться на несколько секунд, чтобы понять, что выражение делает. Да и производительность у них хороша по меркам двадцать первого века, а не лохматых восьмидесятых. Но в целом ничего нереального. На одну ночь, может быть, на две. Оно мне вообще надо?

— Профессор, готово! — отрапортовал Андерсон.

— Со всеми ключами? — спросил Стерлинг.

— Эээ… нет.

— Я не принимаю половину работы. Ваше задание на несколько занятий, не нужно спешить, обратитесь ко мне, когда закончите. Ожидаю полного соответствия спецификации.

На следующие десять минут лишь стук пальцев по клавишам стал окружающей музыкой. Я нацепил наушники и перемотал кассету на Глаз Тигра. Хотя бы начну набрасывать утилиту, ради любви к программированию. А там… идея! Нужно зарелизить весь инструментарий Юникса и сделать частью Каналья Коммандера. Чтобы любой юниксоид комфортно чувствовал себя в моей оболочке. Однозначно благое дело. Виндово-досовская командная строка, на мой вкус, громоздкая и неудобная.

— Мистер Колон, — прорвался сквозь музыку голос Стерлинга, — снимите наушники, ваш плеер мешает остальным. Выйдите вместе со мной в аудиторию напротив, там никто не помешает нам поговорить.

Бульдожьи щеки при этом колыхнулись. Я профессору очевидно не нравился и это у нас взаимно. Может мне с ним в шахматы сыграть? Сомневаюсь что поможет. По большому счету могу просто бросить курс но как-то это не по пацански.

В небольшом классе через коридор, доктор плагиаторских наук щелкнул позолоченной зажигалкой и закурил. Мне не предложил. Это не батька Кен, что каждый раз приглашающе пачку протягивает.

— Мистер Колон, судя по враждебному взгляду, у вас сложилось неправильное впечатление обо мне. Вы, видимо, считаете, что я присвоил вашу и мистера Гарланда работу и приложили усилие, чтобы донести свое мнение до академических кругов, из-за чего у меня временные проблемы с аспирантами и приходится самому тратить время не на науку, а на ведение лабораторных.

— А разве вы не присвоили? — не сдержался я.

— Я сделал то, что должен, юноша. Оптимизация ресурсов — вот религия любого программиста. Под доработку алгоритма известным ученым университет получил бы грант от правительства или военных. Результат труда вольнослушателя и аспиранта выделяющим деньги чиновникам не интересен. Правда жизни, молодой человек. Вы считаете, меня самого не вычеркивали из написанной мной статьи по тем же соображениям? Или доктора Кнута та же участь, по-вашему, избежала? Академический мир суров и вы либо принимаете правила игры, либо не играете.

Aperture science: we do what we must, because we can!

— Значит, я не играю, — угрюмо буркнул я.

— Зря, мистер Колон. Я вижу в вас большой потенциал. Место вольнослушателя вас разве устраивает? Вы даже не студент, а могли бы построить научную карьеру. Доктор Кнут получил премию Тьюринга в тридцать шесть. Кто знает, может, вы справились бы до тридцати. Всего лишь нужно не перечить старшим. Скажу, чтобы вы не строили иллюзий: потеря нескольких трусливых аспирантов моему положению вреда не нанесла, мой контракт с университетом — вечный.

— Вы что, меня вербуете?

— Да, — коротко пожал плечами профессор.

У евреев есть такой термин — «хуцпа». Это наглость, выходящая за все границы разумного. Вот у Стерлинга она эпических размеров, вероятно, видимая с Луны.

— Простите, я откажусь. Надеюсь, это не помешает мне закончить ваш курс.

— Из юношеского максимализма?

— Нет, просто я хорошо знаю, что тортик — это ложь.

Наверное, я профессору чокнутым показался. И это хорошо. У опасных сумасшедших не воруют.