Стоянка извозчиков нашлась на соседней улице. Здесь, в тени старого храма с облупившейся штукатуркой, имелись повозки на любой вкус: от грубых телег до крытых фургонов. Ситранис выбрал двухколёсный фургон, запряжённый низкорослым гнуром с печальными глазами. Возница, сухонький мужчина в выцветшем плаще, спросил, куда едем. А узнав, что нам нужно во второе кольцо, заметно нахмурился.

— Во второе кольцо? А разрешение есть? — он покосился на нас с сомнением.

Ситранис молча показал перстень-печатку. Возница присмотрелся, кивнул и достал из-под сиденья кусок выделанной кожи, где уже было нацарапано несколько строк и стояли чьи-то печати.

— Тогда прошу регоя написать маршрут и поставить печать! — сказал он, протягивая кожу. — Такие правила. Без этого во второе кольцо не пускают.

Ситранис взял протянутый уголёк, быстро набросал что-то на коже и приложил печатку. Возница проверил, удовлетворённо кивнул и спрятал документ обратно. Мы забрались в фургон, и повозка, скрипя колёсами, тронулась.

— Вот так и живём, — сказал Ситранис, откидываясь на жёсткую спинку сиденья. — Смотри, есть, брат, преимущества в жизни аристократов, да?

— Есть и недостатки, — заметил я, глядя в окно.

— Какие? — удивился регой.

— Например, тебя могут убить лишь за то, что у тебя не та семья, — напомнил я.

Ситранис открыл рот, хотел возразить, но потом закрыл и помолчал. После чего, наконец, выдал в своей обычной манере:

— Нет, меня убить нельзя! Я и сам кого хочешь убить могу!

Я в ответ на это только головой покачал. Самоуверенность Ситраниса могла соперничать разве что с его общительностью. Впрочем, и ему иногда хотелось чуть-чуть помолчать. Так что дальше ехали без разговоров. Каждый нашёл себе занятие по душе. Я, например, смотрел в окно. И отмечал, как меняются кварталы по мере движения вглубь Ферунда.

В Ферунде я раньше не был. Кстати, есть в этом какая-то прелесть: познавать новый город, впитывать атмосферу, смотреть на его лица и личины. Особенно хорошо это из удобной повозки делать.

Миновав ворота внутренней стены, мы въехали в третье кольцо. Здесь было куда тише и просторнее, чем в четвёртом. Дома уже не лепились друг к другу, как испуганные танаки, а стояли ровными рядами. В основном, они были каменными, в два-четыре этажа, с аккуратными фасадами. Много храмов, большие общественные здания. А вот людей на улицах было заметно меньше, но при этом одеты они были лучше.

После короткой проверки на воротах мы въехали во второе кольцо. И здесь картина изменилась ещё разительнее. Особняки, каждый со своим двориком и оградкой. Кованые ворота. Мощёные дорожки.

Я смотрел и не верил своим глазам. Не укладывалось у меня в голове, как можно в городе так неэкономно использовать землю. Я привык к городам на окраине Края Людей. Там любой скачок внутри стены застраивался так, чтобы вместить как можно больше жителей. Даже в богатых кварталах старались дома ставить поплотнее.

А тут каждый особняк мог вместить с десяток больших семейств. Сразу вспоминались густо застроенные кварталы четвёртого кольца. И спящие под открытым небом за внешней стеной беженцы.

Люди везде одинаковы. Всегда готовы выпятить положение и богатство. Вот только жителям Ферунда я бы завидовать не стал. Стоит орде добраться до города, и все здесь превратятся в таких же бездомных, как те беженцы, что остались за стенами.

— Здесь я выхожу, — сказал Ситранис, когда повозка поравнялась с большим зданием. — Городское Управление. Пойду в архив искать наших.

— Удачи, — кивнул я. — Если что, встретимся у Гильдии.

— Заеду за тобой, — пообещал регой и выпрыгнул из повозки. — Раньше, чем через пару гонгов, не жди. Тут бюрократии, как грязи в четвёртом кольце.

Я хмыкнул, а он захлопнул дверцу. Фургон покатил дальше. Я спросил возницу, как поедем. Не оборачиваясь, тот пояснил: через первое кольцо нас всё равно не пустят, нужны особые разрешения. Так что в объезд, а потом выберемся в третье кольцо на севере. Я кивнул и откинулся на сиденье.

Фургон катил по мощёным улицам, мимо особняков и храмов. А я впервые за долгое время просто смотрел в окно, ни о чём не думая.

Снова миновав арку ворот, мы выехали в третье кольцо и покатили по просторным улицам. Возница то ворчал на зазевавшихся прохожих, то ласково понукал гнуров. А я сидел и в кои-то веки наслаждался спокойствием.

Наконец, возница остановился перед пятиэтажным зданием из серого камня. Над входом висела вывеска с изображением кривых мечей и монеты. Старый символ Гильдии. Расплатившись с возницей, я спрыгнул на мостовую и направился ко входу.

Дверь оказалась заперта. Я толкнул створку, потом ещё раз, сильнее. Затем дёрнул на себя — снова без толку. Тяжёлая, обитая железными полосами, она даже не дрогнула. Пришлось громко стучать металлическим кольцом ручки.

Через пару мгновений в двери открылось небольшое окошко. Оттуда на меня выглянуло лицо охранника. Широкое, с приплюснутым носом и цепкими глазами.

— Имя? Цель визита? — голос был под стать внешности, глухой и недоверчивый.

Впрочем, разговаривал охранник вежливо. Мог бы и без словесных кружев спросить: «Чё надо?». А в Илосе частенько и вовсе не спрашивали: ждали, когда сам доложишься. Выпрямившись, я ухватил ностальгию за хвост и произнёс то, чего не произносил уже давно:

— Наёмник номер триста пятнадцать Гильдии наёмников Илоса, по имени Ишер. Пришёл отметиться и зарегистрировать свой отряд.

Охранник моргнул. Перевёл взгляд на мою руку, которой я протягивал к окошку печать. Осмотрел её, одобрительно хмыкнул и со стуком захлопнул окошко. Послышался скрежет засова, дверь гостеприимно отворилась.

— Проходи. Стойки на первом этаже. Любая свободная, — радушно ощерился охранник, отступая чуть в сторону.

«Ишь ты вежливый какой!» — подумал я.

«Это в Приречье наверняка в порядке вещей! Это ты илосская деревня!» — ехидно подначил внутренний голос.

Я шагнул внутрь и остановился, на мгновение забыв, куда шёл. Гильдия наёмников Ферунда выглядела так, будто её строили не для воинов, а для царских советников. Огромный общий зал с высоким сводчатым потолком. Светильники под потолком, не масляные, а нашёптанные. Горевшие на удивление ровным, чуть голубоватым светом.

В стороны расходились широкие коридоры. Полы при этом были выложены полированным камнем. Лестницы — широкие, с резными перилами — вели наверх, в недра бюрократического аппарата Гильдии. На стенах висели гобелены с вышивкой, изображавшей животных, города и сцены сражений. А где-то вдалеке, за одной из арок, слышался приглушённый гул голосов.

Впрочем, в длинном зале хватало людей. Осмотревшись, я почти сразу понял, что и в самом деле «деревня» для Ферунда. Несмотря на отличный доспех, я тут не слишком выделялся. Хватало вокруг таких же богатеньких. Впрочем, немало мелькало и простых воинов, видимо, таких же выходцев из других краёв, как я сам.

Я прошёл вглубь, разыскивая свободную стойку. Большинство из них были заняты: где-то сидели наёмники, оформляя контракты, где-то жарко спорили о цене. В конце концов, мне повезло.

Ближе к концу зала, за одной из стоек, скучал молодой человек в тунике с символом Гильдии.

Перед ним не было не было посетителей, и я просто не мог, видимо, из лютой зависти, смотреть на его блаженное ничегонеделание. Поэтому подошёл и, оборвав этот счастливый марафон, поздоровался:

— Тени вам в полдень.

Сотрудник встрепенулся, поправил тунику и натянул дежурную улыбку:

— Да не оставит тебя Арахамана в знойных песках без своей милости, наёмник! Меня зовут Альтан. По какому вопросу к нам?

— Ишер, наёмник из Илоса, номер триста пятнадцать, — представился я в ответ. — Хочу зарегистрировать себя и свой отряд.

— Никаких сложностей, — кивнул Альтан. — Сколько человек в отряде?

Вместо ответа я вытащил из-за пояса свёрток с листами из тонкой кожи и, раскрыв, выложил на стол. Альтан, увидев их количество, даже на миг самообладание потерял: хрюкнул, но тут же смущённо извинился. Взял в руки один лист, пробежался взглядом по строчкам… Потом второй… Третий…

— Позволь, номер триста пятнадцать… — он отложил листы и уставился на меня нечитаемым взглядом. — Это же не отряд. Это небольшое войско.

— Да, так случайно вышло, — подтвердил я. — Не умею отказывать людям. Особенно хорошим.

Альтан усмехнулся и покачал головой:

— Я работаю здесь пять лет, но такое вижу впервые. Обычно приходят с отрядами в сто-двести человек. А тут…

— Это вызовет сложности с регистрацией? — прямо спросил я.

— Никаких, — он взял себя в руки и вновь стал чиновником до кончиков ногтей. — Процедура та же. Но понадобится время, чтобы изготовить глиняные таблички для посещения города. На каждого бойца. Я отправлю заказ к гончарам. Думаю, что к утру сделаем.

— У Гильдии свои гончары? — в свою очередь, удивился я.

— Нет-нет! — Альтан улыбнулся. — Отправим списки в четвёртое кольцо, в мастерские, с которыми сотрудничаем. Они всё быстренько сделают. Только это денег будет стоить, само собой. Куда доставить?

Я объяснил, где мы встали лагерем: к югу от города, у просёлочной дороги, что ведёт к переправе. Альтан записал, кивнул. Я выложил на стол золотую водянку, рядом — несколько серебряных и медных монет. Дороговато, но что делать?

— Теперь насчёт заказов, — сказал я. — Что-нибудь есть? Для хорошего человека и его такого же хорошего отряда.

— Большую часть заказов и задач сейчас ставит командование войск, пришедших из Междуречья, — покачав головой, разъяснил Альтан. — Оборона стен, патрулирование, вылазки… Заказчики сами на вас, когда им понадобится, выйдут. А мелкие заказы вам не грозят, ввиду численности. Так что поручения будут, похоже, серьёзные…

Я кивнул, соглашаясь с мыслью, и начал подписывать выданные документы. Стандартные формы, ничего принципиально нового. Пока подписывал, решил ещё, пользуясь моментом, расспросить чиновника:

— Что вообще слышно? Куда сейчас чаще отправляют?

— В последнее время всех гонят на юг, — охотно принялся рассказывать тот. — Говорят, демоны подступают к Губуну и Хархану.

— А линия Заречный-Сапрон? — уточнил я.

— Там успели возвести временные укрепления. Накопали валов с помощью рабов. Даже ров какой-то прокопали от Тихой… Но, говорят, демоны всё равно прорываются! — понизив голос, охотно поделился слухами чиновник. — У нас тут собираются войска, чтобы укрепить линию… Но многие в городе не уверены, что наши успеют. А вашему отряду, триста пятнадцатый, уже доводилось с демонами встречаться?

На последнем вопросе парень аж в струнку вытянулся от любопытства. А я мысленно досчитал до десяти и пожелал Альтану длинной спокойной жизни.

— Я так-то Долгую Осаду прошёл, — спокойно ответил вслух. — А часть моих людей со мной ещё из Илоса идёт.

— Точно, ты же наёмник из Илоса… Конечно, ты видел демонов! Прости!.. — сконфузился чиновник и, покраснев до ушей, принялся внимательно изучать списки.

Какое-то время мы занимались каждый своим делом. А затем чиновник снова заговорил:

— У вас есть пехота и всадники?

— У меня все на переханах, — ответил я.

— Удивительно… — покачал головой чиновник. — А, кроме того, у вас не все наёмники, да?

— Часть — бывшие ополченцы Илоса. А часть бойцов присоединилась в Приозёрье. Основная масса — лучники-кочевники из ханств, сохранившие веру, как там говорят, в старых богов, — обстоятельно ответил я на вопрос.

— Удивительно! — снова изумился чиновник, после чего традиционно замолчал.

Вскоре я сдал подписанные документы и хотел было прощаться. Однако вспомнил, что надо ещё дождаться Ситраниса, и спросил:

— Где у вас можно посидеть? Харчевня или что-то вроде.

— Гостевой дом Гильдии, первый этаж. Как из дверей выйдешь, сразу направо! — Альтан махнул рукой куда-то влево.

— Направо — это куда ты рукой указал? Или туда, куда обычное направо? — преисполнившись терпения, уточнил я.

— Куда рукой указал! — снова смутился Альтан и тут же вперил взгляд в документы.

Ошибся, конечно. Гостевой дом был справа. Но я чего-то такого и ожидал от восторженного чиновника из большого города. В гостевом доме было тихо и полутемно. Столы, масляные светильники. И, естественно, сами наёмники, рассевшиеся в зале и тихо переговаривающиеся.

Я сел в углу, заказал поесть и попить. Есть не хотелось, но требовалось чем-то занять время. Я знал, что Ситранис наверняка задержится. По его же словам, бюрократия в Городском Управлении ещё хуже, чем в Гильдии.

Я ел, пил и слушал. Долетавшие обрывки разговоров были привычными. Кто-то спорил о цене, кто-то жаловался на командира, кто-то обсуждал новости с севера. Ничего нового услышать так и не удалось.

А через гонг я выбрался на улицу и встал неподалёку от двери Гильдии. Вскоре появился Ситранис. Вид у него был усталый, зато довольный. Узнав, что рядом есть харчевня, он предложил зайти и посидеть. И я, хоть уже посидел, не стал отказываться.

— Что-то узнал? — спросил я, когда мы уселись за тот же столик, а Ситранис почти мгновенно получил свой немудрёный заказ.

— Кое-что, — он с довольным видом отпил из кружки и зажмурился. — Наших нет в списках беженцев, стоящих в очереди. И нет в списках тех, кто прошёл переправу. Но я выяснил, что в первые дни списки никто не составлял. В это время много беженцев получили документы и успели пройти без упоминания. Мне обещали доставить список тех, кто получил документы в первые дни. Привезут прямо в лагерь. Не бесплатно, конечно, но возьмут недорого.

— Хорошо, — кивнул я.

— А что там в Гильдии? — уточнил Ситранис.

— Нас зарегистрировали. Завтра принесут эти таблички для посещения Ферунда, — ответил я. — А заказы… Заказы раздаёт военное руководство, и они сами, когда им надо, в лагерь приходят. Как-то так, значит.

— И что, возвращаемся и ждём? — вновь отхлебнув, спросил СИтранис.

— Возвращаемся и ждём, — подтвердил я.

— Ну и хорошо. Люди хоть нормально отдохнут! — радостно заключил регой.

Я только кивнул. Когда Ситранис закончил с кружкой, мы снова пошли искать повозку. На обратном пути я внимательней приглядывался к городу. Первые впечатления улеглись, и теперь я видел то, что ускользало от внимания раньше. Славный город Ферунд ветшал. И происходило это, видимо, довольно давно.

Прекрасные особняки и храмы. Мостовая с плотно подогнанными камнями. Всё это великолепие несло на себе следы увядания и ветхости. То ли власти не справлялись, то ли местным ремонтникам не хватало навыков.

Сложно было сказать наверняка. Такое случалось и в моём прошлом мире. Цивилизации появлялись, развивались, ветшали… Разница только в том, что местное человечество не было слишком уж раздроблено, а местная система получила огромный запас прочности.

Однако и он не бесконечен. Рано или поздно общество приходит в упадок. А потом случается новый рассвет. Ещё ярче. И ещё на одну ступеньку выше в плане технологий. Зато на ступеньку ниже в плане дара шёпота.

И если я верно понял Дарана, именно это и следовало повернуть вспять. Ну или хотя бы замедлить. Дар шёпота был даром богов. Даром, который мог вернуть миру жизнь и заставить пески отступить.

И, возможно, тогда даже величественный Ферунд покажется потомкам захолустной деревенькой. А чтобы это светлое будущее наступило, оставалась сущая мелочь.

Придумать, как остановить сразу четыре орды, пожирающие людей со всех сторон.

Ну или хотя бы три. Ведь на Западное Приречье накатывали три из четырёх орд. И сколько бы войск ни бросили люди в топку бесконечного сражения, орда выйдет из него, став ещё сильнее.

А значит, людям в любом случае придётся отходить за Тихую, отдавая плодородные земли на разграбление демонам. И ведь орда уничтожит всё подчистую… Вырежет фауну, вытопчет флору, и тогда снова придут пески, которые ничто не будет сдерживать. Вряд ли кто-то позаботится в этом хаосе о том, чтобы захватить образцы растений и животных на другой берег Тихой.

В общем, тянуть с изгнанием демонов было нельзя. Вот только как? Как остановить это наступление, перемалывающее всё на своём пути?

Я не знал. Надеялся, что боги знают, пусть я в них и не верю. Да и не боги они, в полном смысле слова. Просто люди. Да, лишённые многих привычных недостатков. Да, живущие очень и очень долго. В это мне поверить, кстати, гораздо легче, чем в каких-то богов, которые вообще неясно откуда взялись. Впрочем, про веру речь уже не шла. Я точно знал, что местные боги существуют.

Оставалось надеяться, что они понимают, чего от меня просят.