— Живо вставай и иди к господину, он ждёт, — приказывает тётушка и выходит из комнаты.

Поджимаю губы и сжимаю кулаки.

Ждёт он!

Недостаточно ещё поиздевался надо мной сегодня?

С огромным трудом встаю с кровати, потому что спина невыносимо ноет, а ноги и руки трясутся из-за слабости. Даже сил переодеться нет, поэтому просто подвязываю фартуком тонкую ночную рубашку и надеваю туфли, которые больше похожи на колодки для пыток.

Смотрю на двух девушек, уже сладко спящих в постелях, и очень им завидую. Но вопроса, почему именно я должна идти к дракону, не задаю. И так всё понятно!

Мерзкий тиран!

Ненавижу!

Желает посмотреть на меня униженную и раздавленную! Но я не доставлю ему такого удовольствия! Ни за что!

Однако ловлю себя на том, что несмотря на злость, я буду рада снова увидеть его.

И это злит меня ещё больше!

Словно черепаха, поднимаюсь по ступеням, держась за стену. Каждое движение причиняет мне боль и отнимает последние крупицы сил.

— Скоро утро наступит, а ты всё ещё не в комнате господина, — бухтит тётушка Норт, встречая меня наверху. — Это полотенца, — говорит она, накрывая моё плечо несколькими тряпками, — это вода. — Ставит передо мной деревянный таз.

У меня распахиваются глаза.

— Я должна тащить бадью до спальни Дрей… господина?

— А кто должен? Я? — парирует мне надзирательница.

Сверкаю на неё глазами, тяжело вздыхаю и поднимаю таз, до краёв наполненный водой. Пока иду, думаю о том, чтобы хорошенько наплевать в неё. Однако я так устала, что даже слюна не вырабатывается.

Не знаю через сколько, наверное, целую вечность, я всё-таки добираюсь до спальни, которая ещё совсем недавно должна была стать моей т̶ю̶р̶ь̶м̶о̶й̶.

Жалею ли я, что всё так вышло? Да, жалею. Но лишь о том, что меня поймали, а не о том, что попыталась. Я буду бороться за себя снова и снова, до последнего вздоха, никогда не опущу руки.

Несмотря на мои мучения сейчас, это всего лишь физическая работа, к тому же временная. От неё моё тело станет крепче и сильнее. А если бы я согласилась на требование Дрейка стать его любовницей после развода, моя душа ежедневно, медленно, частица за частицей, заживо сгнивала от потери самоуважения и собственного я.

Если бы Дрейк любил меня, или хотя бы дал нам шанс на полноценные отношения, то всё было бы совсем по-другому. Однако он лишь желает заполучить новую игрушку. Но сколько бы дракон играл в меня? Красота не вечна. Я, как в прошлом тридцатилетняя женщина, знаю об этом не понаслышке. Только п̶о̶д̶п̶и̶с̶а̶н̶н̶ы̶й̶ ̶к̶о̶н̶т̶р̶а̶к̶т̶ официальный статус даст гарантии, что когда цветок увянет, его из хрустальной вазы не выбросят в помойное ведро.

Поставив таз на пол, стучу.

— Входи! — приказывает Дрейк, и я открываю дверь.

Снова с трудом поднимаю деревянную ёмкость, руки дрожат, и часть воды выплёскивается мне на грудь. Чертыхаюсь про себя, но вида не подаю. Наоборот, лишь вздёргиваю подбородок.

Дракон в белоснежной нижней рубашке и военных брюках, заправленных в сапоги, вальяжно сидит в огромном кожаном кресле перед камином. Китель висит на специальном вешале.

Подхожу и опускаю таз к ногам Дрейка, в то время как его взгляд блуждает по области моей груди, на которой красуется мокрое пятно. Ткань неприятно прилипла к коже, отчего соски немного просвечивают. Скрещиваю руки. Это больше не для него!

— Что стоишь? — усмехается он и взглядом показывает, чтобы я опустилась перед ним на колени.

Умом я понимаю, что по-другому сложно будет выполнить работу, но гордость запрещает мне это делать. Поэтому я наклоняюсь, пытаясь в таком положении дотянуться до его сапог, чтобы их снять. Однако через минуту поднимаю глаза и понимаю, это была плохая идея — дракон внимательно разглядывает мою грудь в горловой вырез ночной рубашки и уже даже тянет к ней руку.

Резко выпрямляюсь. Гневно поджимаю губы и сжимаю кулаки. На мгновение закрываю глаза и, понимая, что другого выхода нет, всё же опускаюсь на колени к ЕГО ногам. Меня всю трясёт, а в голове проносятся разные способы убийства. Как жаль, что ни один из мне доступных не подействует на дракона!

Грубо стаскиваю с него сапоги и отшвыриваю их, подворачиваю штаны. Опускаю ступни Дрейка в воду и одной из тряпок начинаю их протирать.

Глубоко дышу, сдерживая гнев. Я, в прошлом успешная карьеристка, добившаяся всего сама, даже купившая квартиру без ипотеки, а в настоящем — первая красавица Дракариса, вынуждена ползать на коленях перед драконом, да ещё и ноги его мыть, как рабыня!

Знаю, он делает это специально, но я не должна показывать, что меня задевает. Не хочу, чтобы он наслаждался моим временным падением. Иначе придумает что-нибудь ещё для продления удовольствия. Поэтому заставляю себя немного успокоиться и надеть на лицо маску полного безразличия, продолжая тереть его пятки.

Случайное прикосновение к коже дракона прошибает меня, словно током, и мгновенно разносит по телу сладостную волну, но я не поддаюсь, продолжаю выполнять порученную работу, делая вид, что мне всё равно.

Дрейк молча наблюдает за мной, переводя взгляд то на лицо, то на грудь, то на руки, скользящие по его ногам. И меня это устраивает. Не желаю с ним разговаривать.

Однако совсем неожиданно, отчего я нервно вздрагиваю, раздаётся прямо мне в ухо:

— Соскучилась?