Когда с борщом было почти покончено, я доедала хлеб с тремя кусками сала, щедро смазанный горчицей, а Витя собирал остатки борща на тарелке кусочком бородинского, мы услышали крик.

Женский визгливый голос, срывающийся на писк. Но разобрать что-то было сложно, поэтому мы поспешили выбежать на улицу.

– Пожар! Тащите ведра! – визжала какая-то незнакомая бабка.

– Что горит? – спросил Витя.

– Спортивный клуб!

Мы переглянулись и собрались рвануть в сторону спортшколы. Но женщина остановила:

– Ведра хватайте! Пока приедут пожарные, все выгорит к чертям, сухо же!

Во двор выбежала бабушка Шура с ведрами, Витя схватил их, набрал воду из колодца и побежал.

Я ковыляла следом, с абсолютной уверенностью, что два ведра ничего не решат в этой ситуации.

Но я ошибалась. Потому что из каждой калитки выбегали люди: кто с ведрами, кто с баклажками. Мимо проехала машина с цистернами, потом Гриша на велосипеде. Парень на мопеде с бутылями воды. Поток людей в сторону спортивной школы не заканчивался.

Я не успевала за Витей. В глазах щипало от запаха дыма. Когда я пришла к школе, пожар был уже потушен.

– Вовремя заметили. – сказал какой-то то мужик, – А то выгорело бы все к чертям.

– Там был кто-то в школе? – спросила я.

– Нет, занятия позже. Возможно, кто-то из работников. Мужики пошли туда, внутрь.

Я смотрела по сторонам. Вити нигде не было. Я начала нервничать. Предчувствие неминуемой беды висело в воздухе. Среди толпы я увидела Ольгу. Она была белая, как мел. Рядом с ней отирался Гриша. Чуть в стороне стояли владельцы «Желтого дома»: Вероника Максимовна и Алексей Петрович. В тени старого каштана я увидела и ребят, которые нас послали на три буквы. Они были явно напуганы. Рядом с ними стояла Юля.

Когда из здания спортшколы вынесли тело Николая Ивановича, стояла полная тишина.

А потом кто-то громко вскрикнул. Я обернулась.

Юля упала на колени, обхватила лицо руками и затряслась всем телом, громко завывая и всхлипывая. Мальчишки стояли молча. Как будто вросли в землю.

Вокруг Николая Ивановича суетились Витя и Михаил Александрович. Они разложили тело старика на землю и принялись действовать.

Я почувствовала, что кто-то потрогал меня за плечо. Повернулась и увидела Марину.

Я молча уткнулась ей в шею. Она гладила меня по спине и крепко-крепко прижимала к себе. Я вспомнила сцену с дельфином, в тот день, когда я приехала в этот поселок. И испытала яркое дежавю. Два мальчика во взрослых телах пытаются спасти большую рыбину. Великого человека с самыми странными методами воспитания.

Когда приехала скорая и Николая Ивановича забрали, я подошла к Вите.

– Ты знаешь, что произошло?

– Николая Иванович повесился на люстре. На столе лежала записка.

Витя порылся в карманах и достал ее. Мелким красивым почерком было написано:

«Это я во всем виноват».

Я посмотрела на своего товарища вопросительно:

– А школу тоже он поджег?

– Ну, получается. Сразу поджег, потом повесился. Только ему повезло. Цоколь не выдержал его. Так что шансы на жизнь у старикана есть. Хотя он упал с высоты, а в таком возрасте знаешь, даже банальный перелом может стать фатальным. Плюс, он надышался, конечно.

– Ты веришь в эту историю? Что это старикан всех убил?

– Нет, конечно. Но, возможно, он хотел защитить своих детей. Звони своему Максу.

– Зачем?

– Нам надо закрывать это дело.

– А он тут при чем? Тут местные органы вовсю стараются.

– Ты видишь, как они стараются? Тут творится полная херня.

– А что на месте преступления делал Михаил Александрович?

– Тоже, что и мы. Прибежал с ведром.

– Это он нашел учителя?

– Я бы сказал «мы».

Я промолчала. В голове было много мыслей. Я достала телефон и набрала Макса.

– Да, дорогая, – услышала я знакомый голос.

– Макс, приезжай, – сказала я и заплакала от того, что услышала голос друга.

Тишина в трубке. Напряженное молчание. А потом привычное:

– Вот черт! Ты жива?

– Я – да. Витю чуть не убили. И еще одного человека.

– Там же наши в поселке землю роют.

– Не знаю я, что они там роют. Тут творится полная херня. Приезжай сам или вызывай группу нормальных дядек. Которых точно нельзя купить.

– Купить?

– Ты даже не представляешь, что тут за местечко. Тут один за всех и все за одного. Кстати, твоя тетка меня выперла, – я хихикнула. – Приревновала к Вите. Ты знал, что она меня как невесту воспринимает?

Макс молчал, и эта тишина меня смутила.

– Ладно. Постарайтесь больше ни во что не вляпаться. Я сейчас что-нибудь придумаю.

И положил трубку.

Я подошла к Вите и сказала:

– Нам надо поговорить с Юлей. Я думаю, что сейчас – самое время.