Вера

Маленький островок, крошечная площадка между двумя сторонами центра. Вот что нас разделяет. Буквально минута, и он настигнет меня. Нужно срочно бежать, пока есть фора, но ноги вросли в пол, не шелохнуться.

— Попалась. Что, как маленькая, сбежала? Не злись, тебе не идет, — вздрагиваю, потому что сбоку меня хватают на плечо и немного дергают на себя. — Ого. Чего глаза выпученные?

Глеб? Что он здесь делает, как оказался рядом? Он ведь мне поможет. Снова спасет. Уверена. Только смелости надо набраться, попросить защиты, пока муж все не испортил. Наглый, ужасный лжец, увидел и побежал за мной, бросив сына и ту, что реально может вышвырнуть крохотного человека из жизни, обрекая на ту же жизнь, которой сама же и жила.

— Вер?

— Поцелуй меня, слова сами срываются с губ, я даже осмыслить их не успеваю.

— Что? — Глеб смотрит на меня немного ошарашено, да я бы и сама на себя так посмотрела.

Ведь не так давно убегала от него, обиженная, оскорбленная, злая, а тут такая просьба. Любой бы был в шоке. Но у меня нет времени ему ничего объяснять. Сама тянусь к нему и целую.

Плевать на все, потом буду грызть себя поедом, обзывать последними словами, что позволила такую вольность с чужим человеком. Мне бы мужа напугать, показать, что я не одна, что рядом со мной большой и сильный человек, который одним ударом его по стеночке размажет.

Ну, же, давай, целуй меня в ответ. Почему стоишь, как истукан. Неужели настолько я тебе не интересна, что на поцелуй не могу рассчитывать? Пожалуйста, прошу, всего один поцелуй, и все закончится. Я буду осторожнее. Только сейчас спаси.

Хнычу через губы, и тут он сдается. Рычит, словно отпускает себя нехотя и так целует, что коленки подкашиваются. Он прижимает меня к себе, я цепляюсь за его плечи, чтобы не упасть и позволяю творить безумие.

Плевать, что мы посреди торгового центра, плевать, что нас видят люди, а мужчина, жадно терзающий мои губы, явно перебарщивает. И самое страшное, что мне нравится его напор, мне нравится его агрессия в желании обладать. Да, поцелуй кружит голову, руки живут своей жизнью, а ниже экватора все у него явно в приподнятом настроении от нашей близости. Во всем этом безумии чувствуется и его страх. Страх, что я дам заднюю и передумаю.

Он хочет удержать, свести с ума, и ему это удается, к моему стыду. Я даже забываю, зачем мы это начали, пока за спиной не раздается грозный крик.

— Ты вообще, что ли страх потеряла, Вера? В девку публичную превратилась, со всеми подряд уже, так? Ах, ты, дрянь! — муж даже рискует попытаться нас разъединить с Глебом, но эту скалу невозможно сдвинуть.

Глеб нехотя прекращает поцелуй. Боюсь, что сейчас возьмет и сдаст меня в руки мужа, а сам уйдет, но, вместо этого, меня задвигают за спину и придерживают, чтоб не сбежала.

— Мужик, че те надо? Шел куда-то, вот и иди, — невозмутимости в его голосе можно только позавидовать. Это же какую выдержку надо иметь?

— Убери руки от моей жены. И вообще, уходи, не лезь в семейные разборки.

— Слышь. Я вот ее только могу в этом вопросе послушать. Муж ты там, или объелся груш, плевать. Пока она за моей спиной, твои культяпки ее не тронут. Все ясно?

Вижу, как муж хочет возмутиться, замечаю, как к нам несется Артемка, а за ним семенит недовольная Ольга. Ситуация накаляется, и, если все столкнутся, грянет буря. Подруга так просто не сдастся, устроит истерику, а может, даже еще и опозорит меня перед Глебом, ведь что-что, а оценивать мужчин и перспективу рядом с ним она умеет на раз.

— Проблемы? — рядом с нами появляется еще один бугай, тот, который, кажется, вломился в клубе к нам с Глебом.

И вот тут муж теряется. Вижу, как недовольно поджимает губы, как сжимает кулаки. Он всегда так делает, когда понимает, что проиграл, что, что-то идет не по его плану.

— Никаких, — зло цедит супруг. — А ты, — смотрит мне прямо в глаза, — погоди, попадешься еще. Потом пожалеешь, что по рукам пошла и не ушла сейчас со мной.

— Ну, все, ты попал, — не успеваю ничего сделать, как Глеб одним быстрым и точным движением бьет бывшего прямо в нос, а тот начинает скулить.

Инстинктивно дергаюсь вперед, все же столько лет жили вместе, и вроде счастливо, пока я носила розовые очки, но потом осекаюсь, когда слышен истошный писк Ольги. Визжит так, словно ее режут, не меньше.

— Вы совсем, что ли? Да я полицию вызову. Что, мстить мне решила, тварь? Я его не отдам. Ясно? — кидается в мою сторону, но против Глеба не попрешь.

Загораживает широкой спиной. Это пугает Ольгу. Она тут же отходит назад и начинает кружить над мужем, пока Артемка мешается им под ногами. Из носа Игоря течет кровь, и сам он поскуливает от боли. Даже нигде не екает. Мне было так же больно, когда он меня ударил, и еще больнее, когда я узнала об измене.

— Ты больной? Ты мне нос сломал. Я засужу тебя.

— Валяй. В «Чемпионе» встретимся, если не за ссышь. Пошли отсюда.

Глеб разворачивается и, взяв меня под локоток, уводит прочь из центра. Рядом с нами идет его друг прямо до парковки. Два черных монстра выделяются среди стандартных легковушек. Рассаживаемся по машинам в полной тишине, лишь мужчины о чем-то переговариваются, когда меня сажают на переднее сиденье.

Мое одиночество длится не долго, буквально минуту. Глеб занимает водительское место и молчит, сложив руки на руле. Не знаю, о чем он думает. Страшно немного.

— Кто это был, Вера?

— Муж, — сминая ремешок сумочки, тихо отвечаю, не глядя на него.

Слышу его недовольное шипение. Представляю, что творится у него в голове, какие образы он рисует. И вот сейчас мне не все равно. Что он обо мне подумает — не все равно.

— Даже так. Я думал, у тебя парень — козел, а тут у вас с мужем ролевики какие-то.

— Ты все не так понял, Глеб. Я понимаю, как это смотрится со стороны, но все.

— Как смотрится? Ты меня целуешь. Сама. На глазах у мужа. Это что за дичь такая? — не смотрю на него, но чувствую, теперь он смотрит, пристально.

— Думай, что хочешь. Подругу рядом с ним и ребенка же не заметил. Это я снова у всех плохая, — чувствую, что готова сорваться и заплакать, но держусь. Надоело лить слезы из-за всяких дураков.

— А ты объясни все нормально. Не дурак вроде, — кривляется, за что хочется его стукнуть.

Смотрю в его глаза и понимаю, что не хочу ничего объяснять. Впервые в жизни хоть кому-то хочу доказать, что я сильная, что справлюсь. Не только себе, но и ему. Да, мы не пара. Мы никогда ей не будем, даже, несмотря на то, что где-то глубоко в душе мне бы этого хотелось. Такая слабачка ему не нужна, из-за которой придется бить другим морды.

— Ладно. Раз не хочешь по-нормальному, будем по-плохому. Со мной жить будешь и из квартиры не выйдешь, пока я не услышу внятный ответ. Все понятно? Все понятно, — сам спросил, сам ответил. Монстр с замашками тирана.

— Ты с ума сошел?

— Нет. Два варианта. Или говоришь, и мы решаем, как поступить, или предыдущий вариант, — он ведь и правда так поступит, черт.

— Я хочу подать на развод, но у меня нет документов, он их не отдает. А женщина с ребенком, которых ты видел, это моя подруга и их совместный сын. Все? Я могу поехать домой?

— А домой, это куда? — с подозрением косится в мою сторону, за что хочется по лбу стукнуть.

— В коммуналку на… Мне помогли с жильем.

Вместо ответа, он заводит мотор и со свистом вылетает с парковки, кому-то набирая. Смотрю на него во все глаза и не знаю, что делать. Мне бы кричать, куда увозит, чтобы остановился, но понятно же, что он упертый баран и его не прошибить.

— Глеб, — молчит. — Глеб, ты не туда едешь, — говорю, пока из динамиков доносятся гудки.

— Алло, — гудки сменяет мужской голос.

— Хата свободна? Мне человеку переночевать негде.

— Ключи на месте. Я все равно пока месяц тут тусить буду, человек может пожить. Тока это, Шах, чтоб баб не водил и без тус. Ок?

— Заметано. Давай. Потом наберу, — снова слышны гудки, а я во все глаза смотрю на своего спасителя. — Я тебя в другое место отвезу. И даже платить не придется. Раз меня боишься.

— Но.

— Молчи. Лучше молчи сейчас. Шмотки, если что, я сам заберу, но завтра. Все, Вер. Твое «сама» каждый раз выливается в какую-то дичь. Меня боишься, не проблема, хата есть. Закрыли тему.

Мне бы возмутиться, но, вместо этого, поджимаю губы и отворачиваюсь к окну. Боюсь, что он увидит мою благодарность и расценит ее не так. Ведь кажется, я начинаю в него… Нет, это только кажется.