— Смотри, здесь уже не только кленовые листья, но и желтые цветы какие-то! — Единорожка ткнула пальчиком вниз.

— Не какие-то, это — форзиция, — назидательно произнёс Елисей. — У нас возле школы такая растет.

— А я первый раз вижу. У нас возле школы только лилии да тюльпаны, — пояснила Серафина.

Скоро дети вышли на опушку, сплошь покрытую форзицией.

Единорожка кинула взгляд на сердце Фей, которое начало ярко светиться тогда, когда девочка увидела первый цветок форзиции.

— Форзиция, форзиция, не хотите ль пиццы вы? — она обращалась то к одному кустарнику, то к другому, придумывая что-то забавное. Елисей наблюдал за Серафиной и улыбался.

Вдруг они заметили, что в центре опушки появился круг из светлячков. А в следующую секунду появилась сама Фея Форзиция.

Она подлетела к Финьке и аккуратно, пальчиком коснулась рога единорога на ее капюшоне.

— Он же не от настоящего единорога, да? — нежным голоском уточнила у Серафины Фея Форзиция.

— Нет конечно! Я друг всех единорогов во всех Вселенных! Он из ткани… — заверила ее Финька.

Фея прищурилась и некоторое время пристально смотрела на девочку.

— С сердцем Фей к нам обычно просто так не приходят, — спустя пару минут она кивнула на светящийся шар у Елисея в руках.

— Да-а, мы не просто так. Моего брата утащил Водяной, и…

— Ясно, все ясно, — перебила его Фея Форзиция все тем же нежным голоском, и сразу после этого на опушке зазвенели невидимые колокольчики.

Из-за кустарников появился невероятной красоты единорог. Настоящий единорог.

Финька сразу же побежала к нему. Из его глаз капали слезы, и, долетая до земли, они превращались в разные самоцветные камни. Сначала девочка гладила его, утешала, но потом, в какой-то миг вдруг потянулась к опалу. Не успела она коснуться камня, как Елисей оказался возле нее и перехватил ее руку.

— Даже не думай, — зашипел он на девочку. — Это слезы единорога, забирать их себе абсолютно точно плохо!

Серафина выдернула руку, и смущенно отвернулась от мальчика, перестав гладить единорога. Ей было стыдно, что она подумала о том, чтобы взять опал без спросу… И все же она сказала вслух:

— Тебе нужны твои слезы? Мне мои — нет. Поэтому я подумала, что и единорогу слезы не нужны.

— Но наши с тобой слезы не превращаются в самоцветные камни, — заметил Елисей.

— Зачем единорогу самоцветы? А я могла бы сделать подвеску…

— Пусть единорог сам решает, нужны они ему или нет, — строго сказал Елисей.

Единорог вновь скрылся в кустах форзиции, а Фея радостно захлопала в ладоши.

— Единорог проверял твои помыслы, Елисей. И помыслы твои чисты. Ты молодец, что чужого не взял и сестре своей не дал взять. А она ещё говорила, что друг всех единорогов во всех Вселенных! — покачала головой Фея Форзиция.

— Она мне не сестра, — смутился мальчик.

— Ооо, просто у вас обоих синие глаза, вот я и решила… Ну да ладно, главное то что? Что кристалл теперь твой, — Феечка положила желтый светящийся камушек Елисею в ладонь. Мальчик благодарно кивнул и убрал его к остальным двум.

— У тебя такие красивые крылья, — сказал он Форзиции.

Финька скривила недовольное личико. А Фея звонко рассмеялась, чмокнула Елисея в щеку и, щелкнув пальцами, отправилась к одному из ближайших кустарников.