Спустя час я была полностью готова, как и приказал Алессио.

Боже, как же я ненавижу его за власть надо мной, за то, что должна подчиняться!

Желание прихорашиваться для него было сродни тому, чтобы выпрыгнуть на ходу из несущегося «Феррари», – абсурдным и опасным. Поэтому не стала особо заморачиваться с прической, а просто собрала волосы в высокий хвост, позволив нескольким непослушным прядям обрамлять лицо. Черный смоки-айс и матовая помада в тон, возможно, и не совсем гармонировали с белоснежным платьем, больше напоминая боевую раскраску амазонки, нежели наряд послушной куклы.

Но разве это имело сейчас значение? Если бы я собиралась у себя дома и – что куда важнее – этот выход был моим выбором, а не жестокой необходимостью, я предпочла бы надеть узкие джинсы, шелковую блузку цвета бургундского вина и такие головокружительные каблуки, что они прожгли бы дыру не только в асфальте, но и в мужском сердце.

Я, конечно, не такая любительница наряжаться, как Джулия…

Мысль о подруге заставила сердце болезненно сжаться в грудной клетке. Но я отогнала все это в сторону. Сейчас не время предаваться воспоминаниям и беспокойству.

При необходимости я могла без проблем надеть платье, чтобы выглядеть красиво, элегантно и соблазнительно. И даже где-то в глубине души, в самом потаенном уголке, мне хотелось, чтобы Алессио увидел меня именно такой и чтобы в его темных глазах с оттенком стали, пусть всего на мгновение, мелькнуло не только холодное пламя расчета, но и нечто иное… Но я жестоко задавила предательское желание, загнав его на задворки сознания. Алессио Моррети – враг, чьи мотивы мне не были понятны до конца. Но одно я знала точно: я для него всего лишь инструмент в войне между двумя семьями.

Вздохнув, я окинула критическим взором свое отражение в зеркале и удовлетворенно кивнула.

Неплохо, Марсела. По крайней мере, ты не выглядишь как бледная тень самой себя.

Выпрямив спину и гордо подняв подбородок, вышла из гардеробной и направилась к двери.

Алессио ждал меня у подножия лестницы, небрежно облокотившись на перила. Он поймал мой взгляд, и я невольно залюбовалась им, чувствуя, как предательски учащается пульс.

Моррети выглядел как герой из эротического романа, чья красота несла в себе привкус грехопадения. На нем был идеально скроенный черный смокинг-тройка, подчеркивающий атлетичное телосложение, широкие плечи, узкую талию и длинные ноги, от вида которых у меня, к моему стыду, подгибались колени. А белая рубашка, расстегнутая на две пуговицы, соблазнительно открывала загорелую кожу и тень татуировки.

«Если бы не эти чернила, змеящиеся по его рукам, пронзительный взгляд и аура мрачной власти… он бы сошел за обычного респектабельного бизнесмена, – подумала я, с трудом оторвав глаза от его лица. – Но, должна признать, он идеально вписывается в образ мафиози. Как жаль, что мы по разные стороны баррикад…»

При других обстоятельствах и окажись он на месте очередного претендента на мою руку, я бы, не раздумывая ни секунды, согласилась познакомиться поближе… и не только. Но сейчас мне жизненно важно держать гормоны в узде и не поддаваться на его обаяние. Пусть мы и переспали и по какой-то чудовищно-извращенной причине мне все безумно понравилось, я должна быть хладнокровной, если хочу выбраться из этого кошмара живой и невредимой.

– Ты великолепно выглядишь, Марсела, – раздался низкий, хрипловатый голос Алессио, вырывая меня из пучины опасных мыслей. Его губы тронула самодовольная ухмылка, а в глазах вспыхнули хищные искорки, которые не предвещали ничего хорошего. – Особенно с таким макияжем. Думаю, твой образ отлично подходит к сегодняшнему случаю.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки от его откровенного взгляда, и с трудом подавила желание отвернуться, но постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

– Рада, что удовлетворила твой утонченный вкус, Алессио, – парировала я, с достоинством спускаясь по лестнице. Каждая клеточка моего существа вибрировала от напряжения, но я заставила себя двигаться плавно, грациозно, как и подобает дочери босса семьи де Лука. – И куда же мы отправляемся? Я очень надеюсь, это не то, что я думаю, учитывая… кхм… наши наряды.

– Приготовься к сюрпризу, – уклончиво ответил он, галантно подав мне руку.

Я недоверчиво посмотрела на протянутую ладонь. На тыльной стороне под манжетой белоснежной рубашки виднелся кусочек татуировки – изящные китайские иероглифы. Благодаря обучению различным языкам я знала, что они означают – верность Семье и готовность на все ради ее блага. Несколько секунд я колебалась, борясь с внутренними противоречиями, однако вложила свои пальцы в его пятерню.

– Надеюсь, сюрприз не предполагает мое убийство? – с напускной легкостью поинтересовалась я, в то время как сердце грозило вырваться из грудной клетки.

– Куколка, человеческое тело для меня – открытая книга, и я знаю множество способов, как заставить его страдать или навсегда исчезнуть, – произнес он таким будничным тоном, словно говорил о чем-то обыденном. – Но сегодня я бы предпочел не прибегать ни к одному из них. Но если ты решишь испортить все, тогда мне придется подстроить все так, будто ты стала жертвой несчастного случая.

Алессио, не дождавшись ответа, сжал мою руку, и мы вышли на улицу. Теплый воздух окутал меня, принося с собой запахи жасмина и моря где-то неподалеку. Десятки вооруженных людей в строгих черных костюмах, с бесстрастными лицами и ледяными глазами застыли в ожидании у входа, создавая вокруг нас кольцо.

– Ничего себе! – воскликнула я, не удержавшись от ехидного замечания. – Ты так беспокоишься, что я сбегу от тебя?

Алессио повернул голову, и на долю секунды наши взгляды встретились. В его глазах, казалось, плескалась сама бездна, и у меня перехватило дыхание.

– С тобой нельзя расслабляться, Марсела, – ответил он, его низкий голос прозвучал угрожающе. – Я не идиот и понял на собственном опыте, что тебя учили защищаться. Да и ты не производишь впечатление обычной принцессы мафии. Лучше перестраховаться, чем потом пожалеть.

– Ох, какого высокого ты обо мне мнения. – Я кокетливо улыбнулась, наслаждаясь ощущением силы, которое мне подарили его слова. Я так долго старалась, чтобы во мне увидели нечто большее, чем просто обычную девушку. И Алессио только что, сам того не осознавая, удовлетворил эту зудящую потребность. – Приятно знать, что я вызываю у тебя такие чувства. – Не дожидаясь ответа, я скользнула в распахнутую дверцу черного «Мерседеса» S-класса. Однако следующие действия Алессио застали меня врасплох. Он, склонившись, бережно пристегнул ремень безопасности, а затем закрыл мои глаза плотной черной тканью.

– Будь хорошей девочкой и не снимай повязку, – произнес он рядом с моим ухом, вызвав волну мурашек на коже. – Не думаю, что ты хочешь, чтобы я снова накачал тебя снотворным.

Прежде чем я успела что-то сказать, дверь захлопнулась. Я осталась в темноте, в плену собственных мыслей и ощущений, обостренных до предела. Легкое дуновение ветра слева подсказало, что Алессио занял водительское сиденье. Машина плавно тронулась с места, унося меня навстречу неизвестности.

Куда он везет меня? Зачем показуха с повязкой? Неужели действительно настолько боится, что я запомню дорогу?

Но ответов у меня не было, и что-то подсказывало, что Алессио не собирается объясняться. Оставалось лишь ждать и гадать, что же он приготовил на сей раз.

Поездка казалась бесконечной. Сначала мне хотелось сорвать чертову повязку, вцепиться когтями в лицо Алессио, оставить след, который навсегда напоминал бы ему обо мне и моей ненависти. Но любопытство оказалось сильнее.

Вместо борьбы я попыталась сконцентрироваться на ощущениях. Рев мотора, приглушенный шум города, тихий шелест шин по асфальту, аромат дорогих духов и даже раздражающий ветерок из приоткрытого окна – все сливалось в один сплошной гул, не давая ни малейшей подсказки о нашем местоположении.

Когда машина, наконец, затормозила, я уже была готова выть от нетерпения.

– Ну, вот мы и приехали, куколка. – Голос Алессио прозвучал совсем рядом, заставив меня вздрогнуть.

Алессио вышел из машины, и мгновение спустя я почувствовала, как бриз коснулся моей щеки. Мужчина открыл дверь и, отстегнув ремень безопасности, помог мне выйти, нежно, но властно обхватив за талию. Жар его руки прожег сквозь тонкий шелк платья, и по спине пробежали мурашки.

Когда мои ноги в туфлях на шпильках коснулись твердой брусчатки, сердце екнуло в груди.

– Может, объяснишь, что все это значит, Алессио? – процедила я сквозь зубы, с трудом сдерживая панику. – Где мы и главное – зачем?

Вместо ответа он потащил меня за собой. Я попыталась вырваться, но Алессио сильнее сжал мой локоть.

– Куда ты меня тащишь? – прошипела я, царапая его руку ногтями в надежде заставить мужчину говорить. – Я тебя спрашиваю! Отвечай!

Алессио неожиданно остановился, и я с трудом успела притормозить, чтобы не врезаться в него.

– Ты забыла, кто здесь главный, Марсела? – рявкнул он. – Твое дело – молчать и подчиняться. Не испытывай мое терпение. – Он снова грубо схватил меня и повел куда-то.

Когда мы, в конце концов, остановились, Алессио одним резким движением сорвал повязку. Солнце ослепило меня, перед глазами заплясали черные точки. Моргнув несколько раз, я попыталась сфокусировать зрение. Когда мир вокруг обрел четкость, сердце ухнуло куда-то вниз. Мы стояли перед массивными дверями церкви Ла Марторана – жемчужины норманнской архитектуры, гордости Палермо.

– Серьезно? – закричала я, не в силах сдержать бурю эмоций, захлестнувших меня. Ярость, страх, растерянность – все смешалось в одном звуке. – Ты что, забыл принять свои таблетки от сумасшествия утром? Какого черта ты привез меня сюда?

Осознание происходящего шокировало меня, как удар хлыста. Черный смокинг – на нем, белое платье – на мне, церковь.

– Ты рехнулся, Моррети! – выпалила я, чувствуя, как к горлу подкатывает паника, смешанная с яростью. Меня трясло, как в лихорадке. – Я не собираюсь выходить за тебя замуж!

Алессио иронично приподнял бровь, а уголок его губ изогнулся в самодовольной ухмылке.

Вокруг нас кипела жизнь: туристы щелкали фотоаппаратами, влюбленные парочки ворковали на лавочках, дети гоняли голубей, пожилые синьоры спешили на службу. Но никто не обращал на нас внимания. Именно этим и воспользовался мой мучитель.

Он бесшумно зашел ко мне за спину, встав так близко, что я почувствовала жар его тела, исходящий сквозь ткань дорогой рубашки. Я даже не успела моргнуть, как что-то острое и холодное уперлось в поясницу.

– У тебя нет выбора, де Лука, – хрипло прорычал Алессио мне на ухо. – Если не хочешь, чтобы моей следующей целью стал твой брат, будешь вести себя хорошо. Ты наслышана обо мне и знаешь, что я никогда не промахиваюсь.

Прежде чем я успела возразить, Алессио достал телефон и повернул экраном ко мне.

Фотография, на которую я посмотрела, заставила кровь превратиться в ледяную жижу.

– Видишь? – усмехнулся он, заметив, как изменилось мое лицо. – Микеле и его очаровательная невеста, Серафина Альфьери. Так трогательно… обсуждают детали предстоящей свадьбы. Ты ведь хочешь, чтобы она состоялась, Марсела? И чтобы они оба остались живы?

– Что ты… – начала я, но Алессио сильнее прижал лезвие, заставляя его впиться в кожу.

Боль пронзила поясницу, но померкла на фоне ужаса, сковавшего меня.

– Десятки моих людей наблюдают за каждым его передвижением. И в данный момент один из них держит палец на кнопке. Одно лишь нажатие – и милое кафе взлетит на воздух вместе с твоим братом. Он даже не успеет понять, что произошло.

И как будто его угрозы было мало, Алессио показал мне изображение с камеры наблюдения. Подсобка заведения, коробки с продуктами… и устройство с часовым механизмом. Если бы не логотип на ящиках, ни за что бы не поверила и подумала, что Алессио блефует.

Даже если он все подстроил и это на самом деле неправда, у меня нет ни времени, ни возможности проверить. А значит, есть только один вариант.

Дрожь сотрясала мое тело от этой мысли, но я старалась держаться. Нельзя показывать Алессио свой страх и давать ему очередную причину насладиться моей болью. Микеле – моя вторая половинка, я без раздумий пожертвую жизнью за близнеца. Поэтому, чтобы спасти брата, я должна выйти замуж за Моррети.

Я тяжело вздохнула, собираясь с духом, и сжала руки так крепко, что ногти впились в ладони, оставляя кровавые полумесяцы.

– Хорошо, Алессио, но ты еще пожалеешь, – прошипела я сквозь зубы.

На его губах заиграла хищная ухмылка.

– Я знал, что ты умная девушка и сделаешь правильный выбор. Хотя, честно говоря, надеялся, что мне придется немного побороться с тобой. Чтобы затащить в церковь силой.

Я медленно повернулась и встретилась с ним взглядом. В темных глазах, похожих на осколки обсидиана, читалась смесь торжества и чего-то еще… первобытного.

– Не обольщайся, Моррети, – отчеканила я, вкладывая в голос всю ненависть и презрение, которые испытывала к этому человеку. – Я просто умею выбирать время и место для битвы. – Расправив плечи и сделав глубокий вдох, я направилась к церкви, понимая, что у меня нет иного выбора.

Я сделаю все, чтобы спасти Микеле, даже если для этого нужно стать женой монстра.

Церковь встретила нас прохладой и тишиной. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь витражные окна, рисовали на полу причудливые узоры. Аромат ладана и воска, витающий в воздухе, смешивался с запахом старых книг и чего-то неуловимо древнего, сакрального.

– Твой отец отлично воспитал тебя, Марсела, – прошептал Алессио, слегка наклонив голову в мою сторону, пока мы шагали по проходу. – Готов поспорить, он говорил тебе, что его прекрасная доченька выйдет замуж только по любви. Не как другие принцессы мафии, для которых брак – лишь сделка.

Я резко повернулась к нему, встречаясь с Алессио взглядом. Внутри, как отголосок старого воспоминания, вспыхнул огонь давно забытой мечты. На губах невольно появилась грустная улыбка.

– Если бы ты только знал правду… – прошептала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо, хотя эмоции раздирали меня на части.

В детстве, когда мир казался мне прекрасной сказкой, я, как и все девочки, мечтала о принце и вечной любви. После встречи с ним, моим защитником и героем, эти мечты обрели лицо. Я грезила о нем, о сильных руках, о глазах цвета грозового неба. Маленькая Марси представляла, как он приедет за ней на белом коне, как настоящий рыцарь. Но с годами мои желания… изменились. Я хотела увидеть его снова, чтобы он полюбил меня. Мечтала о том, как мы обвенчаемся в соборе Святого Януария в Неаполе, как будем праздновать торжественное событие вместе с Микеле, Джулией, его друзьями…

Как отец, сдерживая слезы радости, поведет меня к алтарю…

«Но теперь я здесь, – с горечью усмехнулась я. – Одна на Сицилии, в другом святилище, рядом с мужчиной, который был мне насильно навязан. А защитник… он не придет. Моим глупым подростковым мечтам не суждено сбыться».

Снова сжав кулаки, я вонзила ногти в ладони. Боль немного отрезвила, прогнав непрошеные слезы.

Нет, я не позволю себе раскиснуть. Не сейчас. Не перед ним. Я не дам Алессио насладиться победой.

– Помни, Марсела, я всегда получаю то, что хочу, – произнес он, положив руку на мою поясницу.

Я уже поняла, что Алессио действительно не остановится ни перед чем, чтобы достичь цели. Но он ошибается, если думает, что сможет так просто сломить меня.

– Ты можешь вынудить меня надеть чертово платье, притащить к алтарю силой и угрозами, – процедила я, с вызовом глядя ему в глаза, – но это не означает, что я когда-нибудь стану твоей по-настоящему. Никогда. Слышишь, Моррети?

Алессио рассмеялся, и этот звук эхом отразился от церковных сводов.

– О, я люблю, когда ты так на меня смотришь, Марсела, – промурлыкал Моррети, наклоняясь ближе. – В твоих глазах горит огонь, он… разжигает во мне желание. От него я возбуждаюсь прямо сейчас, несмотря на то что мы в церкви. Я хочу сорвать с тебя платье, разложить на алтаре и трахнуть так сильно, что даже Бог услышит, как ты выкрикиваешь мое имя.

Его слова, сказанные с таким спокойствием, резанули по живому, заставляя сердце биться быстрее. Внутри все сжалось от страха и… возбуждения?

Господи, что он делает со мной?

– Если ты не хочешь, чтобы это произошло, не пытайся бросить мне вызов. В конечном счете мы все равно увидим, кто из нас победит, mia cara. Я. Всегда.

– Богохульник! – выдохнула я в шоке.

– Поверь мне, я совершил столько дерьма, что никакая исповедь мне не поможет очистить душу, – продолжал он с циничной ухмылкой. – И я не собираюсь притворяться, что меня это заботит. Но, уверен, для такой хорошей девочки, – с сарказмом отметил он, выбросив руку в сторону, как будто подчеркивая мою «добродетельность», – которая наверняка по выходным ходила на службу, традиции важны. Не стоит благодарности.

Он знал, какие кнопочки нажимать, чтобы вызвать у меня ураган эмоций. Алессио – зверь, который развлекается с жертвой, прежде чем нанести решающий удар. И в нашей странной игре ставка куда выше, чем власть или деньги. На кону стояли моя жизнь, душа, сердце и здравомыслие.

– Если ты пытался запугать меня, то у тебя ничего не получилось, о великий Моррети, – проговорила я, расправив плечи.

Пусть видит, что я не сломлена.

Уголок его губ дрогнул в усмешке.

– Посмотрим, куколка.

Проигнорировав комментарий, я задрала подбородок выше, заставила ноги двигаться и пошла к алтарю.

Пусть думает, что победил. Я приму этот вызов и буду сражаться.