— Эй, хватит разлёживаться. А то караван без нас уйдёт. — раздалось у меня над ухом. Говорил сержант, я его голос сразу узнал.

— Мы отбились от улыбанов? — произнёс я, с трудом приподнимая голову. Болело всё, от пальцев ног до глазных яблок.

— Конечно отбились. — ответил Кайлос, и в его голосе я услышал усмешку. — порубили на куски. Точнее ты разорвал последнего улыбана, на две части. Не знаю, какой силы был удар, но шкура зверя не выдержала, а мачете больше непригоден.

— Что со мной? — задал я следующий вопрос, а сам в этот момент попытался подняться.

— С тобой? Обычный отходняк после первого использования силовой способности, полученной от мутации. И если учесть, что эта способность очень мощная, воспользоваться ей повторно получиться нескоро. Минимум через сутки. Представь, что у тебя все мышцы получили сотни, если не тысячи микроповреждений. Я, конечно, поставил тебе лечебно-восстановительный коктейль, но он вряд ли справится со всеми повреждениями. Придётся дня два-три помучиться.

— И что, у всех так? — поинтересовался я, осторожно поднимаясь. Боль была терпимой, скоро привыкну. — Я про активацию способностей.

— Из активного списка все. Первые разы бывают мощные повреждения.

— Что значит — из активного? — уточнил я, осматриваясь. Улыбаны уже были препарированны, сержант успел добыть мутаген. Так же в одном месте лежала целая гора оружия. Хм, это сколько же я провалялся неподвижно?

— Все возможности, что нам дают мутации, делятся на активные и пассивные. Например, мутация черного падальщика четвертого ранга опасности адаптирует наш метаболизм под условия Антиматы. Внутренние органы частично изменяются, и ты остаток жизни сможешь употреблять в пищу большинство местной органики, без угрозы твоему организму. Исключения — яды тварей выше пятого ранга опасности. Эти изменения организма действуют на постоянной основе, и относятся к пассивному списку. Например ты теперь всегда будешь распространять запах, от которого большинство тварей станут шарахаться в ужасе. К сожалению для тебя, как для охотника, это крайне неудобно. Надеюсь, я понятным языком объяснил?

— Более чем. — ответил я. — И следуя аналогии, активные способности мутаций, это те, которые срабатывают, как мой рывок?

— Рывок, говоришь? Хм, а ведь подходит название. Но ты прав, этот самый рывок и есть активная способность. У меня, например, из таких — резкое усиление. Могу оторвать от земли разом около полутонны, и отбросить в сторону. Поначалу мог пользоваться этой способностью раз в неделю, сейчас где-то раз в сутки. Нужно регулярно тренироваться, как только выпадает такая возможность. Других способов развития мутаций не существует.

— То есть, теперь после каждого использования рывка буду падать без сознания? — уточнил я. — Пока организм не окрепнет?

— Нет, сознание ты больше не будешь терять. — улыбнулся сержант. — Но самочувствие после каждого рывка будет отвратительное. Рекомендую перед самой активацией ставить себе обезболивающее и восстанавливающее инъекции.

— Спасибо за совет.

— Да не за что. Вот, держи, это твоя добыча. — Кайлос протянул мне стандартную стеклянную капсулу с мутагеном жёлтого цвета. — Добыча достойная, за такую можно много чего полезного получить у корпорации.

— А что с этим делать? — я указал на гору оружия. В основном это был холодняк, но имелось и несколько стволов, причём разных — похоже космодесантники имели право использовать трофеи.

— Спрятать конечно. — ответил Кайлос. — До лучших времён. Сейчас космодесы злые, если увидят у нас оружие своих товарищей, начнётся бойня. А вот через несколько дней можно будет с караваном прийти сюда, и забрать. Так что давай попробуем утащить всё это. Я даже носилки приготовил.

* * *

К стоянке каравана мы вышли уставшие, я так и вовсе еле на ногах держался. Трофеи мы спрятали в небольшой роще, в трёх разных местах. Где-то дерн подрезали, где-то в гуще кустарника скрыли, но в целом остались довольны.

А затем у нас был забег до места расположения каравана, чтобы успеть хотя бы немного отдохнуть перед выходом. Не знаю, как Кайлос, а я имел большие сомнения, что легко преодолею дневной переход пешком. Усталость накапливалась, организм требовал отдыха. И это, похоже, мой удел на всё время контракта. Даже верхом не смогу ездить, всё пешочком придётся делать.

Повезло — начальник каравана принял решение задержаться до рассвета, так как посчитал, что не ездовым животным требуется отдых. Спать я завалился в любезно предоставленный Кайлосом спальный мешок. И тут же вырубился, обнимая свою винтовку. В этот раз обошлось без странных снов — сознание просто провалилось в черную яму без сновидений.

Разбудил меня Батыр. Это я понял по характерному толчку в спину — только он знал этот способ. Откыл глаза, пошевелился всем телом, проверяя самочувствие. Хм, в целом нормально.

— Доброе утро, командир. — произнёс друг. — Меня в вашу группу назначили. Так что подстрахую тебя. Сержант рассказал про активную способность мутации. Так что поздравляю…

— Это хорошо, что ты с нами, а то я что-то подустал. Вода есть?

Я протянул руку, принимая флягу, и сделал несколько жадных глотков. Только сейчас понял, что меня мучает жажда. А ещё голод. Зато усталость не столь сильная, как ожидал. Глядишь, на своих двоих доберусь до базы.

Следующие полчаса ушли на гигиену и завтрак, состоящий из прессованных плиток пищевого концентрата. Так себе еда, но мне было не привыкать, так что съел за раз тройную норму. Пусть организм получит больше энергии для восстановления.

Затрубил рог, оповещающий, что караван выдвигается. Вздохнув, я засунул последнюю плитку в карман рюкзака, поднялся. Накинув лямки на плечи, подхватил винтовку, и осмотрелся. Батыр уже был готов к выходу, Кайлос получал какие-то указания от начальника каравана, выжившие космодесантники построились в колонну по трое. Видно, что с дисциплиной у бойцов всё отлично.

— Если им повезёт, и на нас не будет нападений, то большинство выживут. — сообщил Батыр. — Так говорят старожилы.

— Согласен с ними. — кивнул я, и перешёл на русский язык: — Мы нашли группу космодесантников. Так вот, они все не смогли ничего противопоставить трём зверям, ранг опасности которых был седьмым. Батыр, те парни все были вооружены серьезным холодным оружием, у них имелся рабочий огнестрел, но это грёбаное мерцание лишило бойцов силы. В итоге их просто прикончили, как каких-то червей.

— Хреново. — покачал головой друг. — И это… Ты не забывай, что мы здесь не единственные земляне. Я тут узнал, только в нашем караване есть два китайца. И находятся здесь уже давно, около года.

— Нужно будет найти земляков. — озвучил я то, что само просилось на язык. — Ты же говорил, что здесь могут быть наши общие знакомые, возможно даже боевые товарищи.

— Вот и я про то же говорю. — Батыр указал рукой в том направлении, куда мы должны были выдвинуться: — Думаю, если встретим на базе наших, узнаем много интересного, о чём никто просто так не расскажет. К тому же у нас будет, чем рассчитаться. Я тут поговорил с охранниками — личные вещи из контейнера, что достанутся нам, реально дорого стоят. Особенно они интересны тем, кто здесь находится очень долго.

— Снайп, Батыр, выдвигаемся. — прервал нашу беседу Кайлос. — Нам нужно выдвинуться вперёд, и постараться найти одну группу космодесов, ушедших в направлении базы. Батыр, принимай новое оружие, а свой старый игломёт можешь использовать в качестве запасного.

— О, наконец-то нормальное оружие выдали! — обрадовался мой друг.

— Ты особо не восторгайся. — осадил его сержант. — На базе придется за оружие заплатить. И вообще, не по статусу оно тебе. Это сейчас у нас обстоятельства сложились так, что используем все ресурсы.

Кайлос умолк, так как в этот момент затрубил рог. Что-то прокричал начальник, и караван наконец пришёл в движение.

— Всё, выходим. — приказал сержант. — Придется ускориться.

* * *

Третью группу космодесантников искать не пришлось. Попав под воздействие мерцания, они остановились прямо на дороге. А вот дальше… Дальше всё пошло по самому нехорошему из возможных сценариев. Среди бойцов появились заражённые.

Я первым увидел приближающиеся фигуры, о чём тут же сообщил сержанту. Кайлос тут же использовал бинокль, чтобы получше рассмотреть, кто это идёт нам навстречу, а я сделал то же самое через прицел винтовки.

— Что-то с ними не так. — само собой вырвалось у меня. — Сержант, они все в крови с головы до ног.

— Проклятье! — выругался Кайлос. — Приготовиться к бою. Снайп, как только будешь уверен, что гарантированно попадёшь в них, открывай огонь. Это уже не люди, а зараженные мерцанием. Хорошо, если они не успели сильно мутировать, не хотелось бы доводить до рукопашной.

— Заражённые? — забеспокоился Батыр.

— Они самые. — ответил сержант, осматриваясь по сторонам. — Черт, укрытия никакого нет.

— Да в чем дело? — мне начала передаваться тревога старшего охранника.

— Молитесь своим богам, чтобы зараженные не успели отожраться до той степени, когда их шкура покрывается роговой чешуёй. — вместо ответа произнёс сержант. — Тогда нам точно конец. Снайп, стреляй по центру группы, Батыр — левый фланг. И да поможет нам Вселенная!

Стрелять из винтовки в положение стоя, без опоры — это идиотизм. Но я всё же открыл огонь, целясь в корпус приближающихся заражённых. Их было семеро, и попасть в эти быстрые, двигающиеся рваными рывками цели оказалось непросто.

Первые два выстрела ушли мимо, хотя расстояние было меньше двухсот метров. Третьим выстрелом я попал в грудь противнику, вот только результата не последовало. Вместо того, чтобы рухнуть замертво — снаряд точно прошил зараженного насквозь, враг лишь дёрнулся и немного отстал от остальных. Что ж, попробуем хотя бы замедлить.

К стрельбе присоединились Кайлос с Батыром. Я тут же увидел, как тяжёлые металлические снаряды бьют по набегающим зараженным. Противник начал спотыкаться, падать, но тут же вставать и двигаться дальше. Расстояние между нами продолжало стремительно сокращаться.

Я попробовал стрелять в голову, выбрав в качестве цели противника, вырвавшегося вперёд. Выстрел, второй, третий… Есть, попал! Вот только зараженный продолжил забег, хотя его лицо превратилось в кровавую кашу.

Пришло понимание, что с противником что-то сильно не так. Их не останавливают критические повреждения, и они явно не чувствуют боли. Единственный способ, который мог остановить их, или хотя бы замедлить — это лишить возможности бегать. Так что я опустился на землю, поставил винтовку на сошки, и стал стрелять по ногам нападающим, целясь по коленным суставам.

Расстояние до заражённых было уже меньше сотни метров, так что моя стрельба стала эффективнее — теперь я попадал каждым вторым выстрелом. И наконец-то увидел результат. С простреленным коленом не побегаешь, против физики не попрёшь.

— Стреляйте по ногам! — скомандовал я, продолжая вести огонь. Плевать, что командир отряда — Кайлос, от него сейчас мало толку. И это странно, если честно. Неужели охранников не инструктируют по поводу заражённых?

— Принял! — отозвался Батыр, и тут же опустился на колено, продолжая вести огонь короткими очередями. Кайлос, кстати, тоже прислушался ко мне.

Я успел расстрелять два магазина, прежде чем все заражённые лишились возможности бежать. Правда они продолжали ползти, и это, если честно, было жуткое зрелище. Дальше я не знал, что делать, и потому, поднявшись в полный рост, обратился к старшему:

— Сержант, как их можно прикончить?

— Да я не знаю! — со страхом в голосе ответил Кайлос. — Это каждый раз рулетка, зараженные могут мутировать тысячей разных вариантов.

— Да бошки им поотрубать, и всё. — заявил Батыр. — Доставайте мачете. И это… Я бы ещё и руки поотстреливал этим тварям. Они же заговорённые какие-то.

— Нельзя к ним приближаться, пока они живы. — покачал головой сержант. — Можно попасть под заражение, и это плохо кончится. Нужно найти слабое место у этих тварей. Проклятье, совсем близко подползли. Отступаем, держим дистанцию в десять метров. И стреляем по рукам, ногам, нужно их обездвижить. Главное, чтобы боеприпаса хватило.

Лишь когда я почти расстрелял четвертый магазин, нам удалось найти слабое место у зараженных. Для начала нужно было перебить позвоночный столб, причём у основания шеи. А затем отсечь голову. Последнее проделывал Кайлос, так как у него у единственного был самый защищенный бронекостюм. При этом сержант наносил удары таким образом, чтобы его не забрызгало, и при этом приговаривал тоскливо:

— Сколько кредитов на дороге останется, это же целое состояние. А у нас нет ни одного бывалого охотника в караване, и спецсредств для сбора мутагена из зараженных.

— Что за спецсредства? — поинтересовался Батыр.

— Охотникам выдают. После подтверждения соответствующей квалификации. Эх, жаль мачете, придётся выкинуть…

Пока мы с Кайлосом добивали последних заражённых, Батыр по приказу сержанта развернул на дороге специальный знак, и установил его прямо перед местом сражения, ругаясь про себя, что у нас в караване есть люди, не получившие мутацию. Я уже успел понять, что без мутаций любое живое существо на Антимате превращается в потенциального заражённого. И мне хватило увиденного в только что закончившемся бою, чтобы понять, насколько это опасно.

— Сержант, а в чем главная опасность заражённых? — спросил я, отстреливая последний снаряд. Всё, магазины пусты, а для перезарядки нужно дожидаться караван.

— Первое, и самое главное — каждый из заражённых способен развиться до суперхищника, всего лишь хорошо питаясь. — пояснил Кайлос, нанося резкий рубящий удар. Освободив клинок, он продолжил: — Им не нужны какие-то особые условия, они просто жрут и становятся сильнее. А второе, это их стайные инстинкты. Если суперхищники предпочитают одиночество, то заражённые часто объединяются в стаю, с вожаком во главе. Хорошо развитая стая легко уничтожит наш караван, не понеся потерь.

— Хреновая у меня профессия. — пробормотал я, в очередной раз осознав, на что подписался, заключив договор с Фармгалактикс.

— Это ты зря. — отозвался сержант. Он только что добил последнего зараженного, и брезгливым движением отшвырнул от себя мачете. — У вас есть спецбоеприпасы, дальнобойные винтовки, так что шансы на выживание у охотника очень высоки. Ну и незаметность. Это караван шумит на всю округу, а подобные тебе двигаются бесшумно, и как правило используют специальные мутации. Я не интересовался, не мой профиль, но ходят слухи, что в вашем арсенале бывает всякое. Мимикрия, запредельное усиление чувств, и так далее.

— Караван близко. — произнёс Батыр. — Минут через пять будут проходить мимо.

— Они обойдут это место. — отмахнулся сержант. — Так что выдвигаемся вперёд. Нужно посмотреть, что произошло с остальными космодесами. У зараженных очень разный инкубационный период, так что впереди могут быть и другие. Нужно поскорее закончить с этим.

* * *

Базу мы увидели, когда интенсивность света от местной звезды начала ослабевать. Дело шло к вечеру. Слава всем богам, после столкновения с зараженными никакие происшествия не омрачили наш путь. Единственное место, где пришлось задержаться, это у останков космодесантников. Будь на нашем с Батыром месте Владимир, его бы вывернуло наизнанку от увиденного.

Мы тоже не стали приближаться, обогнули место кровавого пиршества стороной, и ускорились. Как сказал Кайлос, от таких мест лучше всем держаться подальше.

— Знаете, что я вам скажу, парни? — поинтересовался сержант, когда мы уже отдалились от места происшествия. — Обычно новички видят всю изнанку Антиматы не сразу, а через год. Ну, охотники чуть пораньше, но все равно сначала проходят несколько месяцев в качестве помощников у старших по званию товарищей. Но лично вы успели за несколько дней повидать всякое. Даже то, что мне не доводилось. И знаете, что я обо всём этом думаю? Вы крайне везучие, сумели выжить там, где остальные погибли. И вот еще что хочу сказать — среди сотрудников корпорации и заключённых бытует мнение, что здесь, на Антимате, без везения не выжить.

Остаток пути мы преодолели в относительном молчании, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами. Все устали, как физически, так и морально, и потому берегли силы.

Наверное поэтому ни я, ни Батыр — оба не почувствовали ничего, когда впереди показалась высокая черная стена, перед которой раскинулось выжженное какой-то химией пространство.

— Знакомьтесь, это наша четвертая база. — произнёс Кайлос. В отличие от нас он явно взбодрился, даже голос его стал тверже, веселее. Оно и понятно — человек добрался до своего дома. Пусть не постоянного, не личного, но всё же.

Я использовал прицел, чтобы поближе взглянуть на техногенное сооружение, и от увиденного почувствовал лёгкое разочарование. Ожидал узреть неприступную крепость, а там…

— Сержант, чем база отличается от поселения заключённых?