До бала великий князь дворец не покидал ни разу, хотя приказы в отношении меня раздавал, и к нам домой ночью приходило еще несколько команд, которые я даже не допрашивал — смысла не было. И без того было понятно, что убить пришли меня и Верховцева, потому что о задании мне сообщали мои шпионы. А выполняли его низовые члены организации, связанной со Скверной. Знали они мало, только то, что им сообщали. Новой информации от них было не получить.

Часть захваченных скверников Валерон переправил в Камнеград, чтобы дать возможность напитаться энергией тамошнему домовому. Были нападающие хоть и сильными, но обычными исполнителями, так что урон носителям Скверны вышел не столь велик, как бы хотелось. Но и божку в этот раз не досталось ничего, что можно было отнести к однозначным плюсам: его противник ослабел, а сам он не усилился.

Наблюдение мой паучиный десант продолжал вести. Записи по сети скверников становились все более и более подробными. Теперь уже одного листа не хватало: на каждого скверника, попавшего в зону внимания паучиной разведки, составлялось целое досье. Сама же схема взаимодействий отдельных членов этой весьма разветвленной организации подозрительно напоминала паутину. Но это было неудивительно: всей бумажной работой заведовал Митя на диво к ней приспособленный. Я даже иногда думал, что из него получился бы идеальный секретарь.

Из-за повышенной опасности до бала мы решили обеими княжескими семьями просидеть под защитой нашего особняка. Во всяком случае женской половиной семей — даже Наташе готовую накидку привезли на дом. Мы же с Верховцевым несколько раз выбирались по делам в его княжество с проверкой, не появились ли новые скверники. В мое наведывался Валерон, поэтому расплодиться злоумышляющие не успевали, а у Верховцева так и не был найден нужный для уничтожения реликвии артефакт, что тревожило нас обоих. Дата-то подрыва была установлена, а значит, артефакт находился уже где-то рядом. Я установил для защиты верховцевского особняка еще четырех каменных стражей и несколько Живых печатей — последнюю на кабинет, в сейфе которого хранилась реликвия. Всё это должно было помешать добраться до вещи, принципиальной для существования княжества.

Верховцев с каждым днем нервничал всё сильнее и, будь его воля, плюнул бы на этот бал и вернулся присматривать за реликвией лично. Но это было недопустимо по ряду причин, не последней из которых было то, что, дай мы понять о своем знании планов противника — и силы на уничтожение будут направлены совсем другие. Еще не следовало забывать о недопустимости пропуска императорского бала. Урон репутации как-никак. Хотя перед кем его ронять? Мнение мое об этих высокопоставленных особах, что будут присутствовать на балу, было не слишком высоким.

В Колманске за все визиты я ни разу не заметил больше никого со Скверной. К сожалению, это вовсе не означало, что такового человека там не было — я проверял только тех, кого замечал, но искомый преступник вполне мог отсиживаться где-то в ожидании часа Икс. Валерона бы туда запустить, но он был пока слишком занят, хотя мы с ним уже договорились, что перед самым балом он пробежится по Колманску в поисках эманаций Скверны, которые чувствовал, и если кого-то найдет — устранит.

Еще я выбирался в поместье — и проверить, как идет дело с автомобилем для патриарха, и начать работать над металлическим летающим пауком, которому было недостаточно только подняться в воздух, он должен был еще и двигаться в заданном направлении. А это не только дополнительные винты, но и система управления. Мысли у меня были, но всё это требовалось проверить на практике. К сожалению, времени на эту работу было совсем мало, поскольку приходилось решать кучу дел.

Часть зданий банков в крупных городах княжества я выкупил и свой банк зарегистрировал, но работало пока всего лишь два отделения: в Камнеграде и Вознесенске. Да и то, были они пока чисто декоративными, чтобы показать, что княжество в принципе развивается. Но я был уверен, что уже в следующем году банк начнет нормально функционировать.

Основания для этого были. Вознесенск уже казался достаточно заселенным, чтобы не выглядеть городом-призраком. Рынок там пока не работал, но Демин открыл лавку, торгующую продовольствием с приличным ассортиментом, так что голод жителям не грозил. Жили там в основном пока только связанные с производством люди, но и кто-то из местных жителей уже вернулся.

В сельскую местность тоже потихоньку потек народ в расчете на урожаи будущего года — на удобренной тварями земле всё росло прекрасно. Думаю, основное переселение случится, когда дороги накатают и везти домашний скарб, дрова и то же сено станет куда проще.

По этому поводу у меня прошел интересный разговор в поместье. Я разговаривал с нашим главным инженером, который уже задумывался о переезде и сообщил о своей озабоченности по поводу питания. В частности, снабжения мясом.

— Так на месте надо хозяйство делать, — внезапно заявила Милкина хозяйка, внимательно прислушавшаяся к нашему разговору. — Можно и курочек завести, и свинок, и коровок. Всё свое будет. Зерно возить куда проще, чем мясо, особливо летом.

В поместье она была главной по прислуге, и порядок там был идеальный. При этом еще и за семьей следила, и коровку свою обиходила. А почему бы ей и не заняться вопросом мяса? Как говорится, чья идея — тому и действовать. В пользу этой кандидатуры говорило еще и то, что ее муж нынче был начальником автопарка, а значит, ему придется переселяться с семьей поближе к Вознесенску. Да и вообще, детей из поместья надо было убирать.

— Это, конечно, интересно, — сказал я. — Возьметесь за организацию?

— Я? — опешила она.

— А почему нет? Организаторские способности у вас есть.

— Дык мужик же у меня туточки, куда ж я от него, Петр Аркадьевич?

В чем, в чем, а в том, что «мужик» за ней поедет как приклеенный, я не сомневался. В том, кто там глава семьи, сомнений не было ни у кого. При этом он и сам был мужиком хватким, хоть и не таким боевым.

— А он как раз переедет вскоре, — продолжил я ее уламывать. — В Вознесенске храм открывают, школа опять же будет для детей. Дом вашей семье выделим нормальный, а не этот закуток в конюшне.

Она подзависла, явно пытаясь понять, нужно ли ей это. Здесь-то уже быт налаженный, дети при деле, перспективы понятны. Точнее, их нет, она сама уже до потолка добралась, зато стабильность, спокойствие, от зоны далеко.

— А большой дом-то? — внезапно уцепилась она за последнее предложение.

— Сами выберете, — предложил я. — У нас пока пустых хватает — много домов там купили. Возьмете лучший.

— Я бы поехала, глянула, — решила она.

— То есть беретесь? Заодно посмотрите, куда можно хозяйство разместить. Чтобы и не в самом городе, и близко.

Она согласилась, хоть и не без задумчивости. Я связался с отчимом и попросил его озадачить строителей еще одним комплексом. Причем даже более приоритетным. Работников надо будет кормить. Летом издалека свежее мясо не довезешь. Не тратить же на это сундуки Макоши? Хотя Демин от такого подгона наверняка не отказался бы.

Рядом с Камнеградом были крупные села, из которых раньше возили продукты в столицу княжества. Думаю, уже в ближайшее время часть переселенцев начнут пробовать чем-то где-то торговать. Рынок открывать пока было рано. Но пару мест организовать рядом с деминскими лавками можно. Хотя он, наверное, предпочтет, чтобы его люди продукты закупали по деревням и торговали сами. Конфликт интересов возникнет. Но мне желательно развитие сельского хозяйства и параллельной торговли, так что Демину придется поумерить аппетиты.

Благодаря Птосу все перемещения были почти мгновенные, и это настолько экономило время, что я успел куда больше запланированного. Даже до просмотра содержимого ячеек от Саморядова добрался. По большей части там находился компромат: как на товарищей по Скверне, так и на тех, чьими услугами он хотел воспользоваться. Артефактов не нашлось вообще, что косвенно подтверждало мои выводы о том, что за изготовлением стоит другой скверник. Зато в одной из ячеек хранились кристаллы с навыками: видящий, воздействие на разум, незаметность, ощущение чужого внимания, нюх на магию, чувство незримого, поиск тайников, вскрытие замков, вскрытие магических охранных систем. Причем часть была отнюдь не в единственном экземпляре — видно, предназначалось для соратников. Сначала Саморядова, а теперь моих. Потому что один из кристаллов с воздействием на разум я отдал Верховцеву, а остальное, подписав пакетики, передал Маренину, чтобы он усиливал дружинников по необходимости. Кроме вскрытия магических охранных систем — этот кристалл, бывший в единственном экземпляре, я использовал сам, справедливо полагая, что при резкой необходимости в таком специалисте смогу передать ему навык, а вот получить еще раз такой же — маловероятно.

Просмотрел я и почти все контейнеры и собрал полностью два из трех типов новых защитных артефактов: «Большую Крепость Велеса», защищающий от магических ударов, и «Большой Оберег Велеса», защищающий от ментального воздействия. Для «Большой Крепости Перуна» не хватало одного кристалла. Всего один — и я бы обзавелся еще одним артефактом.

Новые «Крепость» и «Оберег» оказались довольно сложными и ресурсозатратными схемами, и я провозился с ними до самого бала, но успел сделать для себя и Наташи, решив, что Верховцевым хватит прежней версии. А если не хватит — я и без того сделал для него больше, чем должен был.

В результате все мои навыки очень хорошо подросли, даже те, для которых нужно было сливать кристаллы. Особенно порадовали Адский паяльник и Жар-Птица инженера, доросшие до восьмого и шестого уровня соответственно.

Рубеж в пятьдесят уровней преодолели Вихрь (53) и Теневой сгусток, набравшие пятьдесят три и пятьдесят один уровень соответственно. Парение, которое внезапно начало быстро набирать уровни, остановилось на сорок втором, что тоже было очень и очень неплохо.

Сотый уровень преодолела Теневая стрела, ставшая 126 уровня. Водяной шар набрал всего девяносто третий уровень, но тоже был уже близок к новому рубежу.

Практически все навыки поднялись в той или иной степени. Даже Пространственное хранилище удалось увеличить до десятого уровня. Теперь я могу пронести несколько бомб на императорский бал. Не то чтобы я собирался это делать, но сама возможность успокаивала.

Короче говоря, всё складывалось настолько хорошо, что я начал опасаться, что судьба подготовила мне неприятность гигантских размеров. Подтвердил это и Митя, пришедший с отчетом в день, предшествующий балу:

— Вышел приказ выдвигаться к границе вашего княжества. Несколько диверсионных групп будет. Все места локализации известны.

— Нужно их превентивно того, — устало тявкнул Валерон.

Последние дни оказались для него суровым испытанием, потому что паучиная логистика была завязана на нем. Не спасали даже процедуры в купели Макоши, которую мелкий помощник практически захапал в личное пользование.

— Только у нас?

— Не только. Но мы всех не потянем. У Верховцева нет, но к нему кого-то сильного отправили. Рассчитывают, что пробьет защиту особняка и разобьет реликвию. У него дружина куда меньше нашей.

— К кому еще отправили?

— Часть фамилий не называли, — сказал Валерон с такими честными глазами, что стало понятно: они этот вопрос с Митей обсуждали и решили говорить не всё.

— К Куликовым? — догадался я.

— Петь, не вздумай предупреждать, — обеспокоенно тявкнул Валерон. — Они все равно не удержат реликвию, а ты им никак не объяснишь, откуда знаешь. Еще и тебя обвинят. Их ничуть не жалко.

— Их, может, и не жалко. А людей, которые там поселились?

— Нужно было думать, у кого селиться, — набычился Валерон. — Поддержали Куликовых — сами виноваты.

— Нас это тоже заденет. Потому что пойдет волна мнений, что восстановленные реликвии нестабильны. Если взорвется реликвия Куликовых, к нам не поедут, к Верховцевым не поедут.

И это если удастся предотвратить разрушение верховцевской реликвии. Наверняка выбрали все восстановленные — и сделают всё, что смогут, чтобы их опять разрушить. Княжества в таком случае так и останутся незаселенными. И без того ходят слухи, что у нас опасно.

— Петь, я столько не проглочу, — забеспокоился Валерон. — Даже с учетом подкормки двух духов-хранителей нам этого не переварить. У меня забито внутри все скверниками. Кто пожирней — в стазисе, кто послабее — просто так. Человек десять еще влезет — и все. В остальных только плевать.

— Потравим? — предложил Митя. — У мелких пауков полный заряд яда.

— Потравим, — согласился я. — И желательно как-то вычислить того, кто к Верховцевым направился.

— Мы с Птосом будем караулить, прыгая от нашей реликвии к их, — предложил Валерон. — На Куликовых нас не хватит. Только на потравить, и все. Мы тоже не железные. Ты вон развлекаться на балу собрался, а мы будем как рабы на галерах пахать.

Он стер лапой несуществующую слезу, но мне всё равно стало стыдно. Хотя развлечься там получится вряд ли.

— После бала станет поспокойней, — сказал я, не испытывая в этом уверенности.

— Как же, поспокойней, — проворчал Валерон. — Поспокойней будет, когда великий князь пропадет. Вот тогда наступит полное спокойствие.

Увы, великий князь из дворца носа не казал, только посылал распоряжения.

— Можно часть ключевых персон убрать, — предложил Митя. — Тогда система нарушится.

— И остатки мы будем вылавливать по всей империи? — скептически сказал Валерон. — Ветками надо зачищать.

— Всех все равно не зачистим. Главное — убрать тех, кто контактирует с богами в Лабиринте, — возразил Митя. — Можно из поместья взять пауков на защиту реликвий.

— А можно ими зачистить тех, кто собирается на границах, — оживился Валерон. — Остатки они же закопают. Высадить десант, решить вопрос — и вернуть обратно в поместье. Идеально.

— Нужно пауков с лазерными резаками брать. Их всего пять, — напомнил Митя.

— Мы тебя тоже возьмем, шестым, — предложил Валерон. — Быстренько нашинкуем и вернем всех по местам.

Это были фактически боевые действия в чужих княжествах. Князья, на чьих территориях пройдут разборки, вряд ли это одобрят, если узнают. Да еще разборки таким жестоким способом. Но действенным: лазерные резаки пробивали обычную защиту. А чья защита не пробьется — тех придется глотать Валерону.

И ведь не я это начал: если бы скверники ко мне не лезли, мы бы мирно сосуществовали. Хотя вряд ли мирно: у них задача разрушить реликвии, у меня — не допустить этого. Но постоянно защищаясь, я рано или поздно проиграю, а значит, пора боевые действия переводить на ту сторону. И все же я предпочел бы биться с тварями, а не людьми.

— Петь, так как? — нетерпеливо спросил Валерон. — Одобряешь? Мы бы быстро сгоняли, и я хотя бы до утра выспался. Там небольшие группы диверсионные. Соберем всех мелких паучков, кроме тех, что на великого князя посажены. И всех с резаками.

— Одобряю, — решил я. — Оставлять такое за спиной в боевой готовности опасно.

— Только нужно, чтобы всё это время тебя Щепкина видела, — внезапно сказал Митя. — Чтобы, если что, она могла поклясться, что ты не выходил из дома и развлекал гостей. Рояль, кстати, настроили.

Это было совсем некстати, но мне на самом деле пришлось весь вечер развлекать гостей. Хорошо хоть меня подменяли то Верховцев, то Щепкина, которые тоже неплохо играли на рояле. Но петь все равно приходилось только мне, так что к моменту возвращения Валерона я успел немного охрипнуть. Зато никто не заподозрил бы во мне организатора резни на границах трех княжеств.

Да и без того никто ничего не заподозрил, потому что сделала моя боевая компания всё настолько чисто, что никто не заметил исчезновения нескольких десятков людей. Разве что те, кто и отправлял эти диверсионные группы? Но они точно станут молчать.