— Я уже говорил, что местных аристо не красит неумение представляться? — поинтересовался я, глядя на нашего недовольного визави.

— А я уже говорил, что совать нос не в своё дело не красит людей в целом? — с усмешкой ответил он: — Елисей Стрелков. Третий курс. Одиннадцатое место Совета Элит. Скажу сразу — Силуянов, Корягин и Смирнов меня не интересуют. А вот Цареградцев… — Стрелков буквально сверлил меня недовольным взглядом: — .. с тобой я хочу поговорить. Так сказать, перетереть по душам.

— Простолюдины так не разговаривают. К тому же я, так-то по девочкам.

— Неужели? — Елисей недовольно скрестил руки на груди: — А ты у нас шутник, Царь? Занятно. Но в любом случае — я не отниму у тебя много времени. Садись в машину.

— Воу-воу! Ребята! — Эдик поднял руки: — Давайте обсудим всё в спокойной обстановке?

— Заткнись, шавка Симоновой. — рыкнул Стрелков: — Я разговариваю не с тобой.

— А вот это уже было оскорбление. — строго ответил я.

— Да? И что ты мне сделаешь? Бросишь вызов? — усмехнулся Елисей и похлопал по крыше своего «Мерседеса»: — Садись, Царь. Разговор важный. От этого зависит не только твоё будущее… Но и в целом будущее Харитоновки.

— Извиниться не хочешь?

— Неженка. — Стрелков перевёл взгляд на Эдика: — Прости, приятель. Я реально не люблю, когда кто-то встревает в разговор. Так лучше?

— Мне не хватило искренности. — с издевкой ответил я.

— Садись. В машину. Моё время слишком дорого стоит!

— Окей. — я вышел из ларька, а водитель выскочил и услужливо открыл передо мной заднюю дверь. Однако — сервис.

— В ближайший переулок. — строго произнёс Стрелков. Водитель кивнул, и объехав местный пятачок, припарковался между двумя домами. А я чувствовал себя персонажем из фильма про мафию. И по правде говоря, меня разъедало любопытство, о чем же хочет поговорить этот загадочный персонаж?

— Хот-доги, гамбургеры, шаверма… Донер. — начал Елисей, внимательно глядя на меня: — В детстве я считал, что это корм для нищих. Не более того.

— Вау… И дальше-то что?

— Учитель всегда говорил, что люди — не равны между собой. Мы все разные. Кто-то зарабатывает больше, кто-то физически сильнее, кто-то красивее… А кто-то — умнее. Это вполне естественная ситуация. Ты слышал про то, что всего один процент от населения нашего мира управляет всем?

— Конечно. Это стандартная политическая система.

— Вот! Меня воспитывали быть умнее, сильнее и лучше всех. Понимаешь? До шестнадцати лет я искренне верил, что именно один процент является самым важным во всём мире. И что именно этот один процент… буквально рисует деньги. О… как же я ошибался. Без них… — Стрелков указал на прохожих: — Мы — никто. Пустое место.

— Это очевидно.

— Для тебя — да. Ты вырос в мусорном бачке, приятель. А я же из тех, кто родился с платиновой ложкой в заднице. И как только до меня дошло, что значит быть настоящим аристократом… весь мой мир перевернулся! Проекты клана Новиковых. Мощнейшие предприятия клана Пинских. Огромные сети клана Симоновых… Я могу продолжать перечисление элитных заведений ещё очень долго. Однако суть заключается в том, что банальная столовая, зачастую зарабатывает в разы больше дорогущего ресторана. Почему? Да потому что туда ходят они. — Елисей вновь указал на прохожих: — Их банально больше. Они не такие избалованные, как мы… И для поднятия боевого духа простому народу достаточно стандартного перекуса. А когда дело доходит до хот-догов и прочего хрючева, такие, как ты — просто сходят с ума! Вы же обожаете уличную еду. Она ароматная. Жирная… С огромным количеством специй. Стимуляция вкусовых сосочков на лицо.

— Слушай, Елисей… Я понимаю, что ты такой весь Аль Капоне…

— Кто?

— Да, так. В общем, крутой чел. Я понимаю. Но давай ближе к делу? У меня ещё важная встреча сегодня.

— Я хочу сказать, что из ста ресторанов, получают хорошую прибыль от силы пять штук. Ещё тридцать — кое-как держатся на плаву. Оставшиеся работают либо в ноль. Либо себе в убыток. Ты же имел дело с подобным в Сочи. Верно?

— Да. Было. И что дальше?

— Моя семья… Отец уже совсем не тот, что раньше. Братьев у меня нет. А все эти клановые рестораны… Их выручка смехотворна! И тут я встретил его… Альберта Зинкевича. Хозяина сети «Мясопотамия». Он чисто по дружбе отдал мне одно из заведений для экспериментов. И всё шло хорошо… Пока не появился Синицын. Поначалу я не переживал. Даже подкупил тех милых ребят в спортивных костюмах, чтобы они кошмарили его… Но потом явился ты с бандой своих прихвостней. Я долго думал, как же мне убрать Синицина… Маркетинг. Качество блюд. Ты хорошо постарался, чтобы раскрутить этого простачка. Честно, я был в замешательстве. Пока Альберт Зинкевич не рассказал мне историю, как они открывали дешманскую хот-дожную в начале нулевых. Это был идеальный вариант! Ничто так не подкупает массового посетителя, как низкая цена. Мы три дня были на коне. Три дня! Я искренне верил, что нам удастся размазать Синицина. Но потом опять явился ты с бандой своих прихвостней. И снова провал! Не день, а сокрушительный удар по моему самолюбию.

— Если ты думаешь, что я прекращу — можешь не надеяться. Мне плевать, как ты будешь дальше развивать свой клан. Хоть всю столицу хот-дожными утыкай! Но отсюда мы не уйдём. Во-первых, я ненавижу, когда аристо давят обычных предпринимателей. Во-вторых, что мне мешает прямо сейчас прийти к ректору и сдать тебя со всеми потрохами? Елисей… Я уже начал сомневаться в тебе. Неужели ты настолько везучий, что выиграл лотерею по распределению хромосом? Зачем ты, вообще, подошёл?

— Потому что я видел, как ты пытался за мной проследить, олух. К тому же, ты можешь спокойно рассказывать об этом, кому угодно! Хоть иди к Симонову на ковёр. Амелия уже давно под меня копает. Нарушением больше — нарушением меньше… Совершенно никакой разницы. Однако прежде, чем мы подойдём к точке невозврата — я хочу сделать тебе предложение.

— От которого невозможно отказаться?

— Почему? Я считаю, что выбор должен быть у каждого. Тем более, у тебя своя голова на плечах. — усмехнулся Стрелков: — Дело в том, что я вижу твой потенциал. Ты имеешь все шансы стать новым богом кулинарного Олимпа. Новым. Но не очередным. Поэтому я хочу пригласить тебя к себе. Сообщество ресторанного маркетинга. Мы наблюдаем за современными тенденциями и берём проекты, которые нуждаются в помощи. Всё максимально официально.

— Кроме «Мясопотамии».

— Это исключение из правил. Каждый повар болен любопытством и жаждой инноваций. «Мясопотамия» — мой маленький незаконный глоток свободы. Но сейчас это неважно. Послушай, Искандер… Харитоновка уже совсем не та, что раньше. Я предлагаю тебе не просто присоединиться к «кружку по интересам». Я предлагаю стать тебе частью, чего-то большего! Ведь присоединившись к нам, ты придёшь в Совет не голодранцем, а полноценным кадром. Важным кадром! А ещё у нас самые полезные связи со всем ресторанным миром Империи. Это тебе не захудалые кружки неудачников Корягина и Силуянова. Я покажу тебе, насколько глубока кроличья нора ресторанного маркетинга! Ведь недостаточно хорошо готовить и иметь прекрасную слаженную команду. Продвижение — это ВОСЕМЬДЕСЯТ процентов успеха твоего потенциального бизнеса! Я научу тебя всему. Поверь, мы поднимали с колен столько самых разных проектов… Начиная от вполне себе неплохих ресторанов и заканчивая убитыми бутербродницами. И всё это будет твоим. Только руку протяни.

— Красиво стелишь, Елисей. Только вот, у меня своя дорога.

— Что⁈

— Говорю — у меня своя дорога. Да, продвижение — это круто. Это важно! Я даже не сомневаюсь. Но у меня есть свои принципы.

— Хех… Гордость? Знаешь, она не оплатит тебе счета. И явно не поможет открыть собственный ресторан. А быть гордым голодранцем — не так уж и приятно. Согласись?

— С чего ты взял, что я буду голодранцем?

— Потому что в тебе нет коммерческой жилки. Ты намеренно упускаешь взаимовыгодное сотрудничество.

— «Взаимо» — тут явно лишнее. Спасибо за предложение, Елисей. Но я буду продираться, как-нибудь сам. По старинке.

— Ты утонешь.

— Никогда. — я строго посмотрел на Стрелкова: — Слышишь меня? Никогда не говори то, чего ещё не наступило.

— Глупец! Я протянул тебе руку, но в итоге… Совет сожрёт тебя.

— Зубки не сломайте и не подавитесь, уважаемые. — усмехнулся я, похлопал Елисея по плечу, а затем вышел из машины: — Ах да! У тебя три дня, друг.

— В смысле? Какие ещё три дня⁈ — раздражённо спросил он.

— Три дня, чтобы рассказать Симонову про «Мясопотамию». Если не скажешь ты, то я сам о тебе позабочусь.

— Я же сказал, что это неважно. К тому же… Ты хоть понимаешь, кому угрожаешь?

— Это не угроза. Констатация факта. Тик-так, тик-так, Елисей. — я показал на часы, а затем закрыл дверь и направился обратно к ларьку.

«Мерседес» истерично взвизгнул покрышками, а затем скрылся в сумерках вечерней Москвы.

— Ну, что там? — взволнованно спросил Колян.

— Ребята… — я облокотился на стенку ларька: — Чует сердце — у меня закручивается новый роман.

— Со Стрелковым⁇!! — ужаснулся Венчик.

— Похоже, что со всем Советом Элит. — усмехнулся я в ответ: — Астрологи объявили неделю усиленной подготовки. Есть очень большая вероятность, что в ближайшее время «номернутые» пойдут в атаку.

* * *

— Госпожа Полторашка?.. — Каролина с недоверием посмотрела на Кьяру, а затем перевела взгляд на Кнопку: — Не жирно ли ей будет в центре нашей… группы?

— Не жирно! — в комнату зашёл Эрнесто — он же «Бирюзовый весельчак», он же «Фотограф», он же «И вы называете это стилем⁈».

Выглядел он, как типичный садовник из любовного романа. Смуглая кожа. Чрезмерно слащавое лицо. Мускулы. И кислотно-бирюзовые волосы… Кнопка сразу отметила, что такой цвет был, мягко говоря: ни к селу, ни к городу. Причём общался Эрнесто очень манерно, словно был выпускником танцевальной школы. Что-то связанное со стрипластикой… Или бальными танцами.

К девчонкам Фотограф относился, как к чему-то совершенно неинтересному… Скорее даже — раздражающему. Однако к Кнопке он испытывал крайне тёплые чувства. Что-то типа отца к дочери. С чем это было связано — никто не знал. Возможно, из-за того, что Эрнесто видел в ней некий скрытый потенциал, о котором сама Кнопка даже не догадывалась. Или же из-за того, что миниатюрная демоница была единственной, кто называл Фотографа по имени. А, может, и вовсе из-за того, что у них обоих были волосы очень неестественных цветов.

Но Кнопка предпочитала об этом не задумываться. Вообще, работа модели — это, как армия у Короля Тьмы. Нельзя думать. Можно только слушать и выполнять.

— Ещё чего? — нахмурилась Ли: — Это же будет, какой-то отстой… Совершенно некрасиво!

— Захлопни варежку, китайский подъёмный кран. — холодно ответил Эрнесто: — С приходом в нашу группу Кнопы — заказов стало больше! А значит, что? Правильно! На здоровенных кобыл никто смотреть не хочет. Вы приелись, товарищи небоскрёбы!

— Слышь, Сизый? Тебя давно били? — прорычала Каролина, сжав кулаки.

В коротком чёрном платье, с могучей рыжей копной на голове и босоножках с подвязками почти до самых колен, она выглядела словно настоящая амазонка, что вот-вот накуканит злобного Фотографа.

— А тебя это волновать не должно. Раз менеджера у нашей группы до сих пор нет, а дела идут в гору, то значит парадом буду командовать я.

— Мечтать не вредно, Сизый! Ты же у меня сейчас договоришься…

Пока Каролина спорила с Эрнесто, Кнопка ловким движением проскочила сквозь локти Ли и Кьяры, двоих столпов (или столбов?) модельного мира, и первой добралась до кофе-машины.

— Куда⁈ — возмутилась китаянка.

— Туда. — маленькая демоница налила себе кофе и взяла самый аппетитный пончик: — В большой семье клювом не щелкают!

— Чёртова микроволновка! А ну убери руки от пончиков!!!

Утро в модельном отделении «Саншайн» начиналось, как обычно. Лёгкая паника, запах лака для волос и взаимные подколы.

Кнопка заметила, что взаимные подколы тут — это часть необходимой повседневности. И чем больше ругани, тем качественнее контент.

Модельная жизнь напоминала вечный ураган. Торнадо из различных мероприятий. Тут съёмки для рекламы йогуртов. Здесь видео для компьютерной игры. Там выступление для будущего фестиваля косплея.

Однако сегодня Кнопку решили испытать по полной. Эрнесто подумал, что девочки-небоскрёбы слишком много лежат… Вернее — пытаются лежать на диванах, раскидав километры своих ног. Поэтому решил отснять сразу всё, что утром притараканил Воробыч. Каталог, рекламная кампания и — финальным аккордом — обложка популярного глянца. Расписание было плотнее, чем пиво со вкусом клубники и томата у новой крафтовой пивоварни.

— Ловите Фродо!!! — воскликнула китаянка, когда Кнопка стащила ещё несколько пончиков и шмыгнула в сторону Эрнесто.

— Ли! Ты чего такая ершистая⁈ — возмутилась Кьяра.

— Да поди опять утром мастурбировала в душе. — хохотнула Каролина и ловко перехватила Кнопку, подняв, словно котёнка.

— Чего⁈ — китаянка резко подскочила с пуфика. Вот эта вестибулярка! Даже голова не закружилась от подобной высоты: — Я вам сейчас так помастурбирую тут!!!

— Держи свои грязные фантазии при себе. — Каролина поставила Кнопку обратно на пол.

— Ли! — Фотограф матом посмотрел на китаянку: — Вернись на пуфик. Живо! И не беси меня.

— Сизый, я же тебя и ударить могу.

— Выключи режим «карате-пацана» и сиди тихо. — Эрнесто повернулся к Кнопке: — А ты, дорогая, должна сегодня сиять ещё ярче! Это очень серьёзный проект… И есть шанс, что мы доползём до уровня Летти.

— Толстожопая нам не уступит. — хмыкнула Каролина, поправив рыжую копну: — Ходят слухи, её белобрысый дружок из «Адской кухни» хочет пристроить к нам свою подружайку. А это значит, что коллектив опять поплывёт.

— Ничего не поплывёт! — возразил Фотограф: — Давай без упаднических настроений. Кнопа только улучшила ситуацию.

— Ага… Сегодня впервые не опоздала и пришла вовремя…

— Видишь? Кнопка прогрессирует. Так что, новенькая в теории тоже может нам помочь.

— Угу… — рыжая амазонка повернулась к Кнопке и недовольно сузила глаза: — Кстати, говорят, вы переехали?

— Ну, да. А что?

— Куда на этот раз? Опять пафосный район?

— На самом деле…

— Так! Поболтаете в свободное время! — строго произнёс Фотограф: — А сейчас — за дело, бабоньки! Пришло время почесать макушками небо.

Съёмка началась с традиционного построения на каблуках. Одно дело — когда у модели 182 сантиметра без обуви. И совсем другое, когда 157 уже в туфлях.

Рост Кнопки даже на шпильках выглядел так, будто заблудился на экскурсии по Европе среди фасадов многоэтажных домов. Миниатюрная демоница подошла к своей стойке, искоса глядя на начищенные до блеска шпильки соседок.

— Построение! Равнение на меня! — командовал Эрнесто, вооружившись дорогущим фотоаппаратом: — Кнопа в центре! Отлично! Так…

— Я же говорила, что это смешно. — фыркнула Каролина: — Ну, что? Сизый, ты так и будешь спорить?

— Я не спорю. Я констатирую факт!

— Факт того, что ты лошара?

— Факт того, что я сейчас сбегаю за стремянкой и выдам тебе леща!

— Ой, а кто это у нас опять Сюткина включил…

— Чего? Я за равноправие. — гордо заявил Фотограф, прицелившись через видоискатель: — К тому же… Вы себя видели? «Подъёмный кран» и «девушка» — вещи очень далекие друг от друга.

— Боже мой, Микроволновка! Ты можешь хотя бы одну фотку не стоять на носочках? — обречённо поинтересовалась Каролина.

— Могу! Но тогда в кадре будет только мой фирменный стиль — «брови и задор».

— Всё хорошо! — поспешил успокоить Эрнесто: — Кнопа, ты умница! Не слушай этих небоскрёбов. Они ничего не понимают в красоте.

— Оп-па! — усмехнулась Ли: — Выходит, Сизый у нас ещё и любитель хоббитов?

— Ну, давай! Пошути ещё… Вылетишь отсюда прямиком в вольер к жирафам. Сородичи будут очень рады тебе. — щёлкая с неимоверной скоростью, ответил Фотограф: — Так… теперь первая проходка! На старт! На старт! Клином выходим за Кнопой.

— Ты издеваешься⁈ — возмутилась Каролина: — Это же не эстетично!

— Молчать! Это я здесь парадом командую! Отлично! Пошли-пошли! На меня! На меня! Ваня! — Эрнесто позвал своего круглого ассистента-видеографа: — Давай-давай-давай! Не тормози! Девочки! Томный взгляд! Как на здоровенный и чёрный… «Роллс-Ройс»! Вот так! Вот так!

На первой проходке Кнопа героически вела за собой отряд небоскрёбов прямо по разметке подиума. Вовремя разминувшись с Каролиной, она даже ухитрилась не рухнуть на Ваню.

Однако на развороте паника взяла своё. Шпилька уехала на крошке мусора, и вся утренняя грация превратилась в изящный кульбит. Корректно. С минимумом звука. Только розовые хвостики вспорхнули в воздухе, словно крылья фламинго.

— Возмутительно хорошо! — завопил Эрнесто, мгновенно встав на стул для лучшего ракурса.

— Разве падения запланированы? — уточнил Ваня.

— Лучшая модель — та, что умеет падать с изяществом! — со знанием дела заявил Фотограф, продолжая щелкать развалившуюся Кнопку.

— Ты живая? — Кьяра быстро собрала миниатюрную демоницу в кучу и поставила на ноги.

— Угу… — ответила Кнопка, приходя в себя.

Вот, вроде демоница, а на копытах ходить не умеет. Вся мифология коту под хвост!

Второй выход «микро-модель по-русски» решила посвятить стилю «глаза в пол, улыбка в потолок». Её фирменная поза: «неуверенная лань среди роскошных буйволов» была настолько трогательной, что даже суровая Ли, вроде бы закалённая показами в Милане, чуть заметно сморщила губы в улыбке ледяного восторга.

Кнопка прошла дорожку от и до, на минуту притворившись, что она не в Москве, а где-нибудь под дождём в Париже. Несёт сумку с книгами через мост. А за демоницей гордо маршируют великаны. И только ей — маленькой бунтарке — позволено идти вперёд семенящими шажками, не теряя достоинства.

Правда, и в этот раз без приключений не обошлось. После очередной проходки, тоненькие ножки новоиспечённой модели не выдержали. Кнопка вновь полетела вниз, но в отчаянной попытке спастись, совершенно случайно ухватилась за чёрное платье Каролины. В итоге, миниатюрная демоница всё же рухнула на пол, но быстро поднялась, с удивлением глядя на чёрную ткань в своей руке.

— Ты… — протянула рыжая амазонка, прикрывая вполне себе секазные грейпфрутики руками: — Да я тебя сейчас освежую!!!

— Бабья драка!!! — восхищённо закричала Ванька, за что тут же получил леща от Эрнеста и прекратил снимать.

— Это… — Кнопка изо всех сил пыталась оценить масштаб катастрофы и придумать, как грамотно извиниться перед двухметровым воплощением горячего секса. Причём сделать это так, чтобы филейная часть не была сильно раздербанена: — Знаешь… А у тебя такая миленькая татушка в виде щупальца осьминога. Любишь морских животных?

— Маленькая противная дрянь!!! — густо покраснев, выдохнула Каролина, и выхватив остатки платья из рук демоницы, едва ли не в слезах убежала переодеваться.

— Технический перерыв! — сообщил Фотограф, и все двухметровые барышни тут же устремились к кофемашине.

Увы, воспитание Кнопки не позволяло так просто оставить ситуацию. Конечно, для девочки, которая вечно шутит про мужские письки и коитус — реакция на внезапное обнажение слишком бурная. Но кто знает? Люди — существа странные и непонятные.

Вот она такая вся Королева Минета, как Бриджит Джонс. Но на деле это оказывается просто защитной маской. Это как у Бэтмена. Он боялся летучих мышей и сам стал таковым. А, может быть, Каролина боится секса, и сама стала таковой?

Подойдя к двери в гримёрку, Кнопка осторожно постучала, а затем заглянула:

— Ты как?

— Никак. — сухо ответила Каролина, подкрашивая ресницы.

— Я это… Прости меня. Честно, не хотела такого расклада.

— Как будто я этого не понимаю. Вот честно… Кнопа, зачем ты пришла к нам?

— Потому что очень хотела.

— Врёшь.

— Нет же!

— Ты постоянно опаздываешь. Относишься к Сизому, как к говну. И смотришь на нас… с такой жалостью, что у меня всё внутри сжимается. Ты меня дико раздражаешь. И знаешь, почему?

— Почему?

— Хех… Инженер из мелкой строительной компании и нянечка из детского сада очень хотели мальчика. Такого озорного… Чтобы бегал и будил их по утрам. Чтобы копался с батей в старом «Форде». Чтобы возвращался с прогулок с фингалами под глазами. Чтобы девчонкам под окнами серенады пел. Чтобы в баскетбол играл на городских соревнованиях. И вот это вот всё… Но вместо мальчика родилась я. — Каролина грустно улыбнулась: — Огромное рыжее несчастье. Но родители не отчаялись. Они дико любили меня. И продолжают любить. Однако мечты — такие мечты. Люди никогда от них не отказываются. Поэтому я бегала и будила их по утрам. Копалась с батей в старом «Форде». Возвращалась с прогулок с фингалом под глазом. Пела серенады девчонкам, потому что лучший друг не поёт… А пытает. Жестоко пытает звуками. Играла в баскетбол на городских соревнованиях. И вот это вот всё… Но как бы мои любимые родители не мечтали убить во мне женственность — я всё равно оставалась девочкой. Где-то глубоко в душе.

— Можно я схожу за шампанским?

— Сиди, дура! Я для кого тут душу изливаю⁈

— Поняла. Продолжай. — Кнопка села поближе. На самом деле, ей очень хотелось дослушать эту историю до конца.

— Когда я впервые влюбилась в парня, то долго не могла признаться ему в своих чувствах. Мы с ним вместе ходили на секцию по плаванью в старших классах. Он был нашим капитаном. Крутой… Сильный! Я не могла оторвать взгляда от него!

— А ещё у него было огромное количество поклонниц, которых он реально замечал. А тебя нет…

— Именно! — тут же закивала Каролина: — А я улыбалась. Давала ему советы, как подкатить к девчонкам… Была его самым лучшим и верным другом. Но потом собрала все силы в кулак и призналась ему. Прямо на выпускном.

— А он улыбнулся и сказал: «Хорошая шутка». — к горлу Кнопки подкатил неприятный комок.

— Именно так. — по щеке Каролины прокатилась маленькая слезинка: — Я рыдала дня три. Мне казалось, что моя жизнь закончилась! Но потом к нам в гости приехала моя двоюродная сестра. Такая вся красивая. Такая женственная! Она работала моделью бренда нижнего белья. У неё было столько поклонников… Я помню, как меня впечатлил момент, когда она отшила парня просто потому, что ей не понравился оттенок лепестков в букете!

— Сучка.

— Согласна! Но тогда на меня это произвело неизгладимый эффект. Возможно, это было от боли… А, может, я просто хотела НАКОНЕЦ-ТО стать настоящей девушкой. Я поступила в институт. И одновременно — в школу моделей. Три года ада, чтобы прорваться в «Саншайн». Три года отказа от всего, чтобы слушать команды Сизого и смотреть в спину всеми любимой Коллет Левински. Я буквально прогрызала свой путь, чтобы стать Роном Так Себе, вместо Ким Пять С Плюсом. А ты… Ты просто пришла сразу сюда. Без мучительных проб и нервного ожидания. Без истерик. Без жестоких диет, уничтожающих твой ЖКТ! И смотришь на всё это так, словно тебя притащили силком. Заставили… И Летти — такая же! Чёртова Левински просто воспользовалась связями и сразу заняла первое место. Ходит теперь со своей свитой… Королева Толстожопых. И ты такая же!

— Ну, начнём с того, что у нас с ней… Сложные отношения.

— Правда? И чего же сложного? Я видела, как вы мурлыкаете в ресторане…

— Она лучшая подруга парня, которого я дико люблю. У неё был шанс захомутать его… А она… Она в итоге предала его. Я всё это видела. С одной стороны — я ненавижу эту стерву. С другой… Она хорошая. Реально хорошая! Я узнала её поближе и… теперь мы реально подруги. Правда, я её постоянно подставляю… Но это мелочи. А сюда я пришла, потому что устала быть обузой. Если ты думаешь, что я не выкладываюсь… То я тебе стукну.

— Стукнешь-стукнешь. — улыбнулась Каролина: — А тот парень… У вас с ним всё взаимно?

— Так же, как с капитаном твоей команды по плаванью.

— Почему не забьёшь и не переключишься на другой вариант?

— Потому что… лучше него — варианта нет! К тому же, я не против быть второй женой. Третьей женой… Господи, да хоть десятой! Я бы с удовольствием стала для него просто любовницей. Но нет. Он видит во мне «просто друга».

— Вот из-за таких, как ты — у меня нет веры в наших женщин.

— Потому что… Ты сама такая же.

— Мелкая. Вездесущая. Омерзительная. Букашка. — с этими словами рыжая амазонка подняла Кнопку и прижала к себе: — Спасибо, что выслушала… Я эту историю ещё никому не рассказывала. Теперь даже легче на душе.

— Не вопрос… — прокряхтела миниатюрная демоница, чувствуя, как её ребра покрываются трещинами.

— Ладно, мелочь пузатая! Я рада, что ты пришла. Но, а теперь… мне надо в туалет. Всегда, когда стрессую — бегаю по-маленькому.

— Давай.

Каролина быстро вышла из гримёрки, оставив Кнопку в гордом одиночестве. И, возможно, «будущее светило модельного бизнеса» тоже пошла бы на своё рабочее место, но её взгляд привлекла маленькая книжечка с чёрной обложкой.

Конечно, бывшая помощница Короля Тьмы была слишком воспитанной, чтобы поддаться любопытству. Но целлюлозная чертовка заставила демоницу поступиться своими принципами.

Раскрыв книжку, она тут же обратила внимание на рисунок щупальца. Такая же была наколота на боку Каролины и… Внутри Кнопки всё похолодело.

Она начала листать страницу за страницей. Это же ежедневник рыжей амазонки!

Только между делами тут были записки. Этакие комментарии о прошедшем дне. А ещё дьявольские планы.

«…заказала этой тостожопой сучке огромный бургер! Пускай её жопа станет ещё шире!»

«…Я Тьма! Абсолютная Тьма! Запугать толстожопую сучку вымышленным сталкером…»

«…костюм горничной? Да! Отлично. Латекс самое оно!»

«…мелочь пузатая! Ставленники Императрицы дико бесят. Надо её выдавить отсюда…»

— Твою ж мать! — выдохнула маленькая демоница и выронила ежедневник из рук.

Книжка упала и раскрылась именно на том моменте, где большими буквами было написано:

«…ОТБИТЬ БЕЛОБРЫСОГО СЛАДУСЬКУ У ТОЛСТОЖОПОЙ!!! ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!!! Но на следующей неделе!». И дата вчерашняя.

Кнопка пока не знала, что из увиденного её больше шокировало: дикая игра на несовпадениях? То, что все вокруг всерьёз думают, что у Летти и Дерека — роман? Или то, что Владыку хотят отжухать даже долбанные небоскрёбы⁇!!?

Ну и жуть…