Королевство Лантарис было настолько огромным, что на Земле легко заняло территорию половины Европы, а герцогство Леомвиль было больше Франции. Хотя не всё оно заселено, но в данный момент только деревень существует около двух тысяч, ещё примерно двести городов и других населённых пунктов.

Всё это делало труднодостижимым быстрые реформы, и кое-где оставались земли, до которых руки Виктора не дотянулись.

Ко всему прочему, масштабное истребление знати привело к нехватке квалифицированных кадров, и герцогство существовало как тлеющий лес, в котором без конца возникают мелкие очаги административного «пожара», куда направляются команды для решения срочных вопросов.

Сильвия старалась делать всё, чтобы исправить ситуацию, но ей не хватало ни сил, ни времени на это.

Из Ширано регулярно прибывали маги, присланные на помощь, но их самих приходилось обучать управлению территориями, ведь то, что они образованы, не значит, что могут сразу занять пост чиновника, управлявшего владениями из поколения в поколение.

Однако в ясный осенний день, когда дети отправлялись в школы, построенные даже в самых удалённых землях, в небольшой город на западе Леомвиль прибыл красивый и на вид крайне дорогой экипаж из столицы герцогства Тиамант.

Остановившись у ворот особняка лорда, являвшегося районным центром, он привлёк внимание простолюдинов, которые начали стекаться с прилегающих улиц и очень скоро плотно окружили его.

Кучер спрыгнул на землю и, грозя людям в грязной старой одежде хлыстом, подошёл к экипажу и открыл дверь, а следом из неё вышел молодой мужчина лет двадцати, одетый в бежевый костюм-тройку, с тростью в одной руке и котелком в другой.

Оказавшись снаружи, утончённого вида человек надел головной убор и, улыбнувшись местным, огляделся по сторонам.

— Управляющий не встретит нас? — спросил мужчина, изучающе разглядывая лица простолюдинов и невысокие каменные дома вокруг.

Кучер с извиняющимся лицом глубоко поклонился.

— Барин, не могу знать. Доложено было, что Вы прибудете сегодня. Я так гнал лошадей, и мы прибыли чуть раньше.

— Это не твоя вина… Я хотел осмотреться, поэтому предпочёл карету, а не корабль. Хорошо, что вообще успели доехать так быстро. Это твоя заслуга.

Довольный извозчик расшаркивался как мог, лишь бы угодить молодому джентльмену.

Вскоре из особняка выбежал упитанного вида мужчина и, быстро перебирая ногами, направился к экипажу, которых тут отродясь не видели.

Роскошная карета явно принадлежала если не герцогу, то как минимум графу, а значит, и пассажир должен быть очень важный.

Завидев толстого человека, простолюдины стали быстро расступаться, то ли от страха, то ли из уважения, и образовали живой коридор.

Запыхавшийся толстячок на вид лет двадцати пяти, подбежав, поклонился в пояс, даже не зная, кто перед ним.

— Фу-у-у-х… Ва-ваше пре-превосходительство… Простите мою невнимательность… Но я, фу-у-у-х, не ждал гостей в нашем захолустье. — С трудом поприветствовав, он поднялся во весь свой невысокий рост, выпятив живот вперёд, и только затем представился: — Барон Кулин Налки, мэр города Салия, к вашим услугам!

Молодой человек внимательно оценил его с ног до головы, изучая одежду, манеру держаться и поведение, как учил отец.

— Можете обращаться ко мне Игги Леомвиль.

Кулин, услышав фамилию, побелел как простыня, а в его голове пронеслись миллионы мыслей, и, словно перед смертью, он смог увидеть всю свою жизнь: как жил, кому вредил, что украл и где обманул.

Сын самого герцога находился прямо перед ним, и, хотя мужчина понятия не имел, что в захолустье забыл человек, который должен блистать на приёмах в столице, он не сомневался, что ничего хорошего это не сулит.

Пока Игги с усмешкой следил за тем, как толстячок перед ним старается не упасть в обморок, простолюдины все как один опустились на колени.

Коленопреклонение давно отменили, но в удалённых владениях ему следовали, а учитывая, что вассалы прежнего герцога не особо способствовали продвижению новых идей, кое-где даже не слышали о том, что крепостное право отменено.

— Поднимитесь. — приказал молодой человек и перевёл взгляд на мэра, всеми силами пытавшегося прийти в себя. — Вам приходил заказ на постройку ангара… Надеюсь, он построен?

Кулин, как рыба, оказавшаяся на суше, хватал ртом воздух и кивал, а когда встретился взглядом с сыном герцога, резко поклонился.

— В-ваше высочество, всё готово! Мы построили его, как и полагается! Не пожалели ни сил, ни средств! Даже полы залили бетоном! — радостно отчитался мужчина.

«Если бы знал, что это просьба сына герцога, я бы золотом там всё залил и закрасил!» — подумал мэр.

Игги огляделся на стоящих на коленях людей.

— Поднимитесь и больше никогда не вставайте на колени. Закон герцога Леомвиль гласит: ни один человек не должен вставать на колени, перед кем бы они ни находились. Опускаясь на колени, человек принижает себя, а вы являетесь гордыми жителями герцогства. Соответствуйте своему статусу.

Толпа зашептала, и вскоре люди нерешительно начали подниматься на ноги, переглядываясь, чтобы убедиться, что это не какая-то злая шутка дворянина.

Тем временем Иггдрасиль жестом приказал мэру показать дорогу к ангару, и когда Кулин побежал вперёд, он, постукивая тростью, последовал за ним.

Образ, использованный древом жизни, был взят из детективного романа о Шерлоке Холмсе, который его мать записала на бумаге, и издательство в Балтес распространяло гигантскими тиражами.

Мальчику настолько понравился Доктор Ватсон, что он стал его самым ярым поклонником, а в академии магии даже создал целый клуб, посвящённый спутнику Шерлока Холмса.

Хотя Луна отговаривала сына, но тот изменил свою марионетку, сделав её старше, чтобы она лучше подходила под новый образ. Единственное, на чём удалось настоять женщине, так это не делать марионетку слишком взрослой, и Игги согласился на возраст примерно восемнадцать-двадцать лет.

Для того, чтобы скрыть резкие перемены, мальчик долгое время не появлялся в обществе и практически не покидал лес, а когда всё же решил выйти в свет, разведка Леомвиль пустила слух, что из-за чрезмерного количества маны, оказавшейся в его теле, Звёздные маги ускорили рост, чтобы тело поспевало за развитием драконьих жил.

Так был оправдан резкий скачок от ребёнка, которому на вид не больше тринадцати лет, к мужчине, которому уже ближе к двадцати.

На самом деле делать это было совсем не обязательно, ведь внешность и возраст детей герцога мало кому известны, и их редкие появления на публике не дают посторонним много информации.

До сих пор жители Лимеи не знают, сколько именно детей у Виктора и кто из его жён является матерью того или иного ребёнка.

Мэр Кулин и вовсе не мог знать таких подробностей, ведь на должность он попал совершенно случайно.

Лишь услышав фамилию, мужчина, не проверяя документы и не пытаясь удостовериться, кто перед ним, бежал по брусчатой дороге, разгоняя простолюдинов, направляясь к кирпичному зданию в конце улицы.

Когда двое оказались перед типовым складским строением, Игги внимательно осмотрел его снаружи, а затем вошёл в дверь, по пути отдав приказ:

— Приведите всех детей школьного возраста. — Сразу после этих слов он закрыл за собой дверь и прошёл в центр помещения.

Топнув ногой, молодой человек заставил пол вибрировать, а следом бетон покрылся трещинами, через которые начали подниматься корни его древа. Пока мэр сломя голову бежал в другой конец города, где находилась наспех построенная из брёвен школа, в складском помещении сотни корней пробивались через бетон и тут же начали создавать кресла, с помощью которых можно было попасть в Сеть.

Игги стоял с закрытыми глазами, стараясь не отвлекаться, пока десятки кресел не были закончены, и когда это произошло, он понял, что кто-то упорно зовёт его, громко стуча по запертой двери.

— Ваше высочество! Ваше высочество! — кричал Кулин, явно встревоженный шумом и отсутствием ответа.

Придя в себя, Иггдрасиль подошёл к двери и, открыв, выглянул наружу. К его удивлению, перед дверями стояли около тридцати мальчиков и девочек от пяти до пятнадцати лет в грязных старых лохмотьях, а рядом с каждым женщины и мужчины в потрёпанных одеждах.

Также со всего города сюда сбегались и другие люди, судя по их причитаниям и слезам, являвшиеся родственниками детей.

Молодой человек не понимал, что для этих людей дворяне являются самой страшной угрозой их существованию, а когда дело касается детей, они понимают, что никак не смогут защитить их, и это угнетает простых родителей, у которых нет ни силы, ни власти.

В это же время в лесу Иггдрасиль в Балтес Луна, сидящая на поляне с книгой в руках, у Лунного озера под Древом жизни, услышала в своей голове голос сына.

— Мама, ты видишь это? Почему они так встревожены? Я что-то сделал не так? — спросил он.

Женщина сложила книгу и по-доброму улыбнулась.

— Они просто боятся за детей. Пусти их внутрь, чтобы они могли быть рядом и защитить детей в случае чего. Так им будет спокойнее.

Игги, стоявший в проходе, широко открыл дверь и показал рукой, что все могут войти.

— Не стоит волноваться. Мой отец попросил меня продемонстрировать детям, что им даст учёба. Они получат шанс увидеть своё будущее и осознать, как это важно. — успокаивающим голосом произнёс он.

Естественная аура древа жизни влияла на все живые существа, и только что с тревогой прибежавшие родители стали успокаиваться и, даже не осознавая, что на них что-то влияет, стали входить в помещение вместе с детьми.

Конечно, их не успокоили полностью слова молодого человека, ведь помещение напоминало какую-то пыточную с множеством кресел, но они не смели просить о чём-либо ещё, кроме как быть рядом с детьми.

Перешёптываясь, около сотни человек вошли в помещение, а когда все дети оказались внутри, Игги закрыл дверь и указал на кресла.

— Дети, вам нечего бояться. Сегодня вы увидите волшебный мир и, если захотите, в будущем сможете создать его своими руками. Это шанс, который вам даёт мой отец, вы ведь знаете, кто это? — спросил он.

Маленький мальчик, кивавший сильнее всех, поднял руку, как учили в школе, и, когда ему разрешили, писклявым голосом сообщил всем:

— Его светлость герцог Леомвиль!

Игги ухмыльнулся.

— Верно, и…

Молодой человек хотел продолжить и похвалить ребёнка, но тот явно не всё сказал.

— Герцог Леомвиль является защитником детей! А ещё он женат на её светлости Сильвии, святой покровительнице детей! Мама говорила, что если хотим, чтобы у нас всё было хорошо, мы должны помолиться госпоже светлости перед сном!

Иггдрасиль с широко раскрытыми глазами слушал ребёнка, потому что понятия не имел, что ходят такие поверья среди простых людей.

Однако это была правда, и действия Сильвии, касающиеся приютов, не остались без награды в виде людской благодарности. Она стала неким существом, вокруг которой формировался ореол святой. Люди начали верить, что молитва за её здоровье и долгую жизнь помогут ей, однако очень скоро они стали молиться не за неё, а на неё.

Молодой человек после слов ребёнка долго стоял в ступоре и, наконец опомнившись, откашлялся и указал на кресла.

— Кхм, молодец. А теперь занимайте места, которые вам больше нравятся, и я покажу вам волшебный мир. — мягко призвал Игги.

Дети, бросив взгляд на родителей и выслушав их напутствия, стали занимать кресла, а когда последний занял своё место, вокруг их голов начали формироваться шлемы из корней.

В это же время родители начали вздыхать и даже вскрикивать, желая броситься вытаскивать своих отпрысков, но сдерживались сами или их останавливали рядом стоящие.

Тем временем в Сети, на поляне перед современным городом, появилось тридцать два ребёнка в белых чистых одеждах, испуганно разглядывающих шумный мегаполис, в котором прямо сейчас находилось около двух тысяч различных существ.

Как только они появились здесь, перед ними предстала Луна, также одетая в белое платье, и, подойдя ближе, она присела на корточки перед испуганной девочкой и, глядя на неё своими бирюзовыми глазами, нежно погладила по голове.

— Не стоит волноваться. Вы скоро вернётесь домой. Просто посмотрите, как тут всё устроено, и вернётесь к папам и мамам. — сообщила она.

— У-у… У меня нет папы. — почти плача ответила девочка.

Луна продолжала нежно улыбаться и поглаживать ребёнка, а затем поднялась и, взяв её за руку, повела в город, а за ней и всех остальных детей.

Видя перед собой невероятные чудеса, все оказавшиеся в Сети, в одно мгновение забыли о своих тревогах и следующие четыре часа провели в увлекательнейшем путешествии.

Им показали устройство машин, станков, лабораторий. С ними общались эльфы, дворфы, демоны и остальные расы, а также их встретили Миранда и Шона, пообещавшие обязательно лично посетить их деревню.

Конечно же им показали не только то, что можно получить учась в школе, но и то, что может стать с человеком, пошедшим по неправильному пути. В Сети был создан обучающий центр, в котором демонстрировали наркозависимых, религиозных фанатиков и преступников. Хотя они являлись лишь проекцией, но это чётко дало детям понять, чего нужно избегать, чтобы не стать такими же.

Метод кнута и пряника, который разработала Луна, должен позволить детям в герцогстве понять, к чему нужно стремиться. И первый эксперимент был проведён сегодня во многих деревнях и городах по всей территории, как и над этими мальчиками и девочками.

Конечно, им не показывали совсем жестоких вещей, ведь садистов в семье Виктора не было, но даже такое позволило детям вблизи увидеть, к чему приведёт неправильно выбранный путь и путь выбранный правильно.