Утром, проснувшись с тяжелой головой, я первым делом выглянула в окно. Серый, унылый день соответствовал моему настроению. С трудом поднявшись с постели, я побрела в душ. Горячая вода немного взбодрила, но мысли о вчерашнем вечере не покидали меня.

Дэмиан, черт бы его побрал.

И чем он меня зацепил? Почему за его грубостью я так хотела увидеть что-то настоящее?

В столовой собрались все девочки. Они весело болтали о чем-то, не обращая на меня никакого внимания. Вот и славно. Я не была готова обсуждать ни с кем вчерашнюю вечеринку.

На тренировке царила напряженная атмосфера. Все чувствовали ответственность за предстоящую игру. Я старалась не смотреть в сторону футболистов, но мои глаза сами собой искали Дэмиана в толпе. Он был сосредоточен и молчалив, как всегда. Казалось, того разговора и не было.

И это, наверное, к лучшему.

– Хватит, Эми, – прошептала Грейс, подойдя ко мне во время перерыва. – Сидни не слепая.

– О чем ты? – включила я дурочку.

– Не прикидывайся. Из-за него ты вчера убежала с вечеринки? Некоторые девчонки видели, как вы оба заходили в библиотеку. Молись, чтобы об этом не узнала Сидни.

Я закатила глаза и села на нагретую солнцем траву стадиона. Как бы мне ни хотелось говорить о вчерашнем вечере, Грейс была моей лучшей подругой. Она заслуживала знать правду.

– Во время матча я узнала, что Дэмиану грозит опасность, и предупредила его. Он разозлился и прочитал мне нотацию в библиотеке.

– Что за опасность? – нахмурилась подруга, присаживаясь рядом.

– Не могу сказать. Это не мой секрет.

«Держи язык за зубами».

Как бы грубо Дэмиан ни разговаривал, как бы ни выводил меня из себя, я не имела права лезть в его жизнь.

– Первый раз слышу, чтобы наш квотербек вообще общался с кем-то, кроме Сидни.

– Поверь, я тоже удивилась.

Грейс молчала, но я чувствовала на себе ее тяжелый, испытующий взгляд. Так она смотрела только однажды, три года назад, когда нашла меня в школьной раздевалке с разбитыми в кровь костяшками и пустыми глазами.

– Прошу тебя, не увлекайся им. Это очень плохая идея. Можешь отрицать сколько влезет, но я вижу, как ты смотришь на него. Дэмиан тебе нравится.

– Нет, – уверенно сказала я, снова взглянув в сторону парня, раздающего указания команде.

Грейс проследила за мной и покачала головой.

– Знаешь, что я вижу? Как ты снова смотришь на парня в футбольной форме. И мне это совсем не нравится. Потому что я помню, чем закончился прошлый раз.

Внутри все похолодело. Я резко повернулась к ней, но в ее глазах не было осуждения, только боль и страх. За меня.

– Грейс…

– Просто будь осторожна, – перебила она, поднимаясь с травы. – Я не хочу снова собирать тебя по частям. Я этого не выдержу.

Она направилась к улыбающемуся Саймону, а я осталась сидеть, совершенно сбитая с толку.

«Собирать по частям».

Грейс не говорила об этом вслух с тех пор, как мы уехали из Реддинга.

– Хорошо, – прошептала я скорее для себя, чем для подруги.

Но хорошо не было.

После тренировки я поспешила в библиотеку. Несколько дней назад профессор Диггори сообщил нам неприятную новость: через месяц сдача проекта по философии.

«Чтобы вам было проще, каждый будет работать со студентом старшего курса. Распределение узнаете позже». Именно такими словами он огорошил нас, ну или по крайней мере меня. Я молилась, чтобы мне не досталась Сидни. Мы перегрызли бы друг другу глотки еще до защиты.

Набрав книг, я устроилась за свободным столом и принялась изучать все необходимые материалы для будущего проекта. В голове царил полный хаос. Я всегда старалась быть прилежной ученицей, но философия так и не стала моим любимым предметом. Оставалось только надеяться, что напарник мне достанется толковый.

Над книгами я просидела несколько часов. Ближе к ночи слова начали расплываться перед глазами, а в животе предательски заурчало. Я со вздохом закрыла тетрадь, положила ручку ровно у края стола – привычка с начальной школы – и направилась к лестнице. Кофейня располагалась на первом этаже библиотеки, в самом конце длинного коридора, и была моим тайным убежищем с первых дней в кампусе.

Обычные студенческие кафешки действовали мне на нервы. Этот бесконечный гул голосов, смех, кто-то обязательно ронял поднос, громко выяснял отношения, а по углам вечно обжимались парочки, которым было плевать на всех вокруг. Здесь же царила благословенная тишина.

Я толкнула тяжелую дубовую дверь и шагнула внутрь. В лицо ударил теплый воздух с нотками корицы и свежесваренного эспрессо.

За стойкой скучала пожилая женщина в очках с тонкой оправой – миссис Клин, кажется? Или миссис Клинтон? Я так и не запомнила. Мы никогда не разговаривали дольше, чем требовалось для заказа. Идеальные отношения: ни тебе «как дела?», ни попыток завязать беседу.

– Добрый вечер. Американо? – спросила она, даже не поднимая головы от телефона.

– Большой латте, пожалуйста. И круассан с шоколадом, если остался.

– Один остался. Приберегла для кое-кого, но это пустяки. Надо было приходить раньше… – Женщина наконец подняла на меня глаза и коротко улыбнулась. Видимо, редкие посетители вроде меня все же отпечатывались в памяти.

Я взяла поднос и направилась в дальний угол, к окну. Отсюда открывался вид на внутренний дворик библиотеки – фонтан, скамейки, аккуратно подстриженные кусты, студенты, спешащие на вечерние занятия.

В такие моменты я особенно остро осознавала, насколько была… другой. Пока ребята тусовались в шумных компаниях, знакомились, флиртовали, строили отношения, я сидела в пустой кофейне, пила латте в гордом одиночестве, и мне это нравилось.

Никто не лез в голову. Не задавал вопросов. Не смотрел на часы в ожидании, когда можно сбежать. Только я, кофе и тишина.

Я достала телефон, чтобы просто убить время, и наткнулась на пару непрочитанных сообщений от Грейс.

Грейс

Ты где? Мы в нашем баре, тут куча народу! Шон уже на втором коктейле, я таю. Приходи!

Эмиииии

Ты опять в своей библиотечной норе?

Я усмехнулась и быстро набрала ответ:

Я

В кофейне при библиотеке. Отдыхаю от людей!

Грейс

Ты отдыхаешь от людей в месте, где полно людей?

Я

Здесь никого. Идеально…

Грейс

Ты неисправима. Ладно, отдыхай, затворница. Но в выходные идешь со мной в клуб, я решила!

Я

Посмотрим!

Я убрала телефон и сделала еще глоток.

Клуб. Толпа. Громкая музыка. Алкоголь. Люди, которые знакомятся, чтобы на утро забыть имена.

Нет уж, спасибо.

Лучше останусь дома с книгой или, на худой конец, с этим дурацким проектом по философии.

Внезапно мое внимание привлек силуэт, мелькнувший в толпе. Это был Дэмиан. Он огляделся, словно кого-то искал, и его взгляд на мгновение задержался на мне. Наши глаза встретились, и я почувствовала, как по телу пробежал легкий озноб. Он скривился, демонстративно посмотрел в небо и быстро скрылся в здании. Эта реакция вызвала у меня отвращение: захотелось срочно помыться, чтобы не чувствовать себя грязной.

Очевидно стало одно: он меня ненавидел. Ненавидел за то, что я знала о его слабости, и боялся, что я ею воспользуюсь. Конечно, он и не подозревал, что я не способна на подобную подлость, но радовать его этой новостью в мои планы не входило.

Я попыталась сосредоточиться на перекусе, но мысли настойчиво возвращались к Дэмиану. Что он вообще здесь делал? Никогда не видела футболистов в библиотеке. Проблемы с учебой? Это вряд ли. Он же всеобщий любимчик. Не сомневаюсь, что оценки ему ставят за выигранные матчи, а не за знания. Неужели решил просто побыть в тишине? Почитать? Точно нет. Его маленькому мозгу разве что комиксы под силу.

Когда я вернулась в библиотеку, то увидела, что за моим столом сидит не кто иной, как всемогущий Грин. Он листал книги и записывал что-то в тетрадь. Вскипев от злости, я подлетела к нему и зло прошептала:

– Это мои книги.

Дэмиан со скучающим видом взглянул на меня и поднял вверх ежедневник.

– Тебе пять лет? Только в этом возрасте популярны поля в цветочек.

– Какого черта ты трогаешь мои вещи? – Я выхватила ежедневник из его рук и прижала к груди. – Проваливай.

– Не ори, капитанша. Это библиотека, – прошипел он в ответ, даже не думая уходить. – Ты забрала все книги по философии. Они мне тоже нужны.

Я скрестила руки на груди, демонстративно показывая, что не собираюсь его слушать. Но любопытство, как всегда, взяло верх.

– Зачем? Подставить под ножку кровати? Неужели ребятам надоело слышать бесконечный стук из твоей комнаты?

– Очень остроумно, капитанша. Обращу на это внимание, когда буду трахаться.

– Боже… – поморщилась я. – Просто забери все, что тебе нужно, и уходи. Мы никогда не общались, и я с радостью готова стереть эти два дня из памяти.

– Увы, но нам придется общаться намного чаще, чем ты думаешь.

– В смысле? – напряглась я.

– Проект мистера Диггори. Списки висят в главном корпусе. Поздравляю, теперь мы напарники.

– Нет, – уставилась я на парня, ожидая, что прямо сейчас он рассмеется мне в лицо.

Увы, хохота я так и не дождалась. Дэмиан смотрел на меня как на идиотку, вращая в пальцах ручку – мою ручку – с сердечком на колпачке. Все это было какой-то ошибкой. Мы не могли стать напарниками. Может, он что-то перепутал? Или решил поиздеваться надо мной? Нужно лично посмотреть на этот список. Если Дэмиана и правда приставили ко мне, необходимо поговорить с профессором. Может, еще не поздно поменять пару.

– Ты так и будешь изображать статую?

– Я думаю, Дэниел, – медленно проговорила я, нахмурившись.

– Если ты пытаешься придумать, как избавиться от меня, Эли, не выйдет, – проговорил он, прожигая меня злобным взглядом. – Я полчаса назад был у Диггори. Он решил, что два капитана в одной связке – это чудесная идея, и запретил меняться.

– Твою мать. – Я села на соседний стул и начала собирать в сумку свои вещи.

– И что ты задумала?

– Напишу все сама. Твоя помощь мне не нужна. Готовый проект отправлю на почту.

Дэмиан усмехнулся, выхватил сумку из моих рук и бросил ее на пол.

– Какого черта? – прошипела я ему в лицо.

– Это совместный проект, и писать мы его будем совместно. Вторник, среда, пятница. Здесь, в семь вечера. Уяснила?

– У нас тренировки в одно время, умник. Ты хоть писать вообще умеешь?

– Тебе знаком термин «невежество», капитанша? Оно может проявляться в трех типах: фактическое незнание – отсутствие знаний какого-либо факта, объектное – незнание какого-либо объекта и техническое – отсутствие знаний о том, как что-то сделать. Вопросы остались?

Я раскрыла рот от удивления. Он что, отличник?

– Ты готовился? Прочитал это перед моим приходом?

– Возможно, ты имела в виду «планирование», которое включает в себя несколько этапов: анализ стартового состояния, установление и формирование целей, создание концепции развития, стратегическое и тактическое планирование, оперативно-календарное планирование, утверждение плана. Завтра в семь, капитанша. Не опаздывай.

Дэмиан встал со стула, прихватив с собой одну книгу, и как ни в чем не бывало пошел к выходу, оставляя меня с миллионом вопросов в голове. Он что, реально разбирался в философии? Вот ведь повезло мне с напарником. Или я попала в настоящую задницу! Второй вариант казался более правдоподобным.

Очнувшись после неожиданного урока философии от гения Грина, я выскочила из библиотеки и рванула в главный корпус, где на стенде был вывешен список от профессора.

– Распределение для выполнения парного проекта… Третий курс: Эмилия Сандерс, четвертый курс: Дэмиан Грин. Тема проекта: «Этика в наше время», – прочла я на доске и застонала.

Ну почему именно он? Лучше бы это была Сидни.

Нет, ну серьезно.

Я и Дэмиан? Этика?

У профессора Диггори определенно превосходное чувство юмора.

Вернувшись в дом, я сразу же пошла на второй этаж, не обращая внимания на щебечущих чирлидерш. В комнате меня встретила Грейс со счастливой улыбкой.

– Мне Шона в пару поставили! – завопила она, обнимая меня.

– А как же план двигаться дальше? – задыхаясь в крепких тисках ее объятий, выдавила я.

– К черту план. Сама вселенная дает знаки, что Шон – моя судьба.

– Рада за тебя, – без эмоций сказала я, вырвавшись из объятий.

– Подожди, только не говори, что тебе в напарники достался…

Договорить она не успела. В комнату ворвалась Сидни, отчего дверь с грохотом ударилась о стену. Размахивая руками, истеричка подлетела ко мне, прожигая своими кошачьими глазами.

– Ты не будешь с ним работать! – завизжала она.

– И кто мне запретит? Ты? – усмехнулась я, сложив руки на груди.

– Завтра же пойдешь к Диггори и попросишь другого напарника.

– С какой стати? Ревнуешь?

Сидни раздула ноздри и наставила свой тонкий палец мне в лицо.

– Только попробуй отбить у меня парня. Я убью тебя, Эмилия Сандерс, и даже глазом не моргну. Он мой, уяснила?

Я снова усмехнулась, схватила ее за палец и выгнула в другую сторону. Сидни зашипела от боли, свирепея еще сильнее.

– Мне глубоко плевать на тебя и твоего качка, – процедила я с такой злостью, что, казалось, могла покалечить психопатку одними словами. – Имей уважение, когда врываешься в комнату капитана команды. Еще раз такое повторится, и ты вылетишь из «Спаркс». Уяснила?

– Да пошла ты, Сандерс, – выплюнула она.

– К твоему сожалению, я останусь, Гроуп. А ты уйдешь.

Я отпустила ее палец и толкнула к двери. Сидни с ненавистью посмотрела сначала на меня, а потом и на Грейс, которая все это время наблюдала за нашим словесным поединком. Поняв, что проиграла, стерва вылетела из комнаты, стуча по деревянному полу каблуками.

– Вау, – только и могла выдавить из себя Грейс, плюхаясь на кровать. – Ты и Дэмиан…

– Ни слова больше, – остановила я ее. – Меня такой расклад совершенно не радует, но выбора нет.

– Он тебе нравится, – заулыбалась подруга. – Ты еще никогда так не разговаривала с Сидни.

– Не выдумывай, Грейс.

Подруга рассмеялась, но, увидев мое серьезное лицо, тут же замолчала. Улыбка сползла с ее губ, сменившись странным выражением: Грейс будто боролась с желанием сказать что-то важное, но никак не решалась.

– Ладно, ладно. Не буду больше «выдумывать». – Она изобразила в воздухе кавычки. – Но все это выглядит как сцена из дешевого ромкома. Главная героиня ненавидит чопорного красавчика, а потом они влюбляются и…

– Грейс, я капитан команды поддержки. У меня есть репутация. Я не влюблюсь в Дэмиана. Это все равно что предать себя.

– А что, если он не такой уж и плохой, как ты думаешь? Вдруг вы сможете найти общий язык? – Подруга игриво подмигнула, явно намекая на совсем другой «язык».

– Грейс, очнись! Да он меня раздражает одним своим видом! Завтра пойду к Диггори. Если он откажется менять напарника, просто убью Дэмиана.

– Эми, – тихо позвала Грейс. – Только не делай того, о чем потом пожалеешь. Ладно?

– Что ты имеешь в виду?

Она отвела взгляд, теребя край одеяла. В комнате повисла тишина, нарушаемая только далекими голосами из коридора.

– Я просто… – Грейс запнулась. – Волнуюсь.

Воздух вдруг стал плотным, и я едва сдержалась, чтобы не раскашляться. Мне хотелось возразить, сказать, что сейчас все иначе, но слова застряли в горле.

– Тот случай был…

– Я знаю, что он был другим. Но суть от этого не меняется, Эми. Понимаешь? Если этот Грин причинит тебе боль, я просто… Я боюсь потерять тебя, подруга.

Она подняла на меня глаза – в них стояли слезы.

Я медленно выдохнула, подошла к кровати и села рядом, взяв Грейс за руку.

– Со мной все будет хорошо, – прошептала я. – Обещаю.

– Ты всегда так говоришь, – всхлипнула Грейс. – А потом я нахожу тебя окровавленной в пустых раздевалках…

Я крепче сжала ее ладонь. Мы молчали, и в этом молчании было больше слов, чем за весь предыдущий разговор. Прошлое висело между нами тяжелым занавесом, который мы обе боялись отдернуть.

– Ладно, – наконец сказала Грейс, шмыгнув носом и вытерев глаза. – Делай, что считаешь нужным. Только… если что – я рядом.

– Знаю. Ты всегда рядом. И еще, Грейс…

– М-м?

– Спасибо.

Она ничего не ответила, только кивнула.

Я поцеловала подругу в щеку и, рухнув на кровать, закрыла лицо руками. Этот день определенно не задался. Сначала философский шок от Дэмиана, потом истерика Сидни, а теперь еще и перспектива работать с ее парнем над проектом. Неужели вселенная решила надо мной поиздеваться?

Это будет самый сложный месяц в моей жизни.

Весь вечер я думала о завтрашнем разговоре с профессором. Нужно было подобрать веские аргументы, чтобы он согласился на замену. Что я ему скажу? Что Дэмиан меня раздражает? Что он встречается с Сидни? Или что я просто не хочу с ним работать? Ни один из этих вариантов не звучал убедительно.

Всю ночь я не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок. В голове роились мысли, смешиваясь в какой-то неразберихе. Под утро мне все же удалось провалиться в беспокойный сон, но он был прерван звонком будильника. С трудом поднявшись с постели, я направилась в ванную, надеясь, что утренний душ поможет мне проснуться и собраться с мыслями.

После завтрака я пошла в университет, первым делом зайдя к профессору Диггори. Его кабинет находился на третьем этаже главного корпуса. Собравшись с духом, я постучала в дверь и вошла внутрь. Профессор сидел за своим столом и что-то писал. Увидев меня, он приветливо улыбнулся.

– Эмилия, рад вас видеть. Что-то случилось?

– Да, профессор. Я хотела поговорить по поводу проекта.

– Слушаю вас.

– Я бы хотела попросить вас поменять мне напарника.

Профессор Диггори нахмурился, его улыбка исчезла. Он отложил ручку в сторону и пристально посмотрел на меня.

– Эмилия, я, конечно, понимаю, что работа в паре не всегда бывает легкой, но не вижу причин для замены. Дэмиан – талантливый студент, и я уверен, что вы сможете найти общий язык. В чем конкретно проблема?

Опять этот чертов «общий язык».

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Нужно было подобрать правильные слова, чтобы убедить профессора.

– Дело не в таланте Дэмиана, профессор. Просто… нам сложно будет работать вместе. У нас разные подходы к решению задач, разные взгляды на многие вещи. Мы не сможем прийти к единому мнению по поводу будущего проекта.

Профессор Диггори слушал, не перебивая. Когда я закончила, он немного помолчал, а затем сказал:

– Я понимаю ваши опасения, Эмилия. Но уверен, что вы сможете справиться с трудностями. Работа в команде – важный навык, который пригодится вам в будущем. Попробуйте найти компромисс, прислушайтесь к мнению Дэмиана или аргументируйте свое. Вы сможете найти решение, которое устроит вас обоих. Даю вам неделю, а если прогресса не будет, поговорим снова.

Выходя из кабинета профессора, я чувствовала себя опустошенной. Неделя в обществе самовлюбленного футболиста казалась смертным приговором. Я знала, что Дэмиан не изменится и все мои попытки сдерживаться обречены на провал. Единственной надеждой оставалось чудо или, возможно, внезапное озарение у профессора.

Вздохнув, я направилась на занятия, пытаясь выбросить из головы скорую встречу с высокомерным придурком.

Шаг.

Всего неделя. Я выдержу, а потом просто забуду.

Еще шаг.

Нас ничего не связывало. Пусть так и останется.

Еще один.

Мир качнулся.

Я не поняла, что произошло. Просто в какой-то момент перестала видеть коридор перед собой. Его поглотила темнота. Вместо воздуха – что-то тяжелое, давящее на грудь. Я снова чувствовала это – холод, прижимающий к стене. Чье-то прерывистое дыхание. Слишком близко. Слишком.

– Думала, ты лучше нас? – шипел кто-то. – Думала, твоя фамилия тебя спасет?

Боль. Резкая, обжигающая боль в костяшках. Моя собственная кровь, стекающая по пальцам. Я не помнила, когда успела вырваться. Помнила только, что не могла остановиться. Что-то внутри сломалось, и ярость хлынула наружу, заливая все вокруг красным.

А потом – пустота. Белый потолок больницы. Писк приборов. Мамины глаза, полные такого ужаса, что мне захотелось исчезнуть.

– Вам плохо?

Я вздрогнула и резко очнулась. Рядом стояла пожилая женщина в форме уборщицы, с тревогой вглядываясь в мое лицо. Я только сейчас заметила, что прислонилась к стене, судорожно хватая ртом воздух. Ладони горели, хотя на них не было ни царапины.

– Все в порядке, – выдохнула я, заставляя себя выпрямиться. – Спасибо. Просто задумалась.

Женщина недоверчиво покачала головой, но отошла, уступая мне дорогу. Я же, не чувствуя земли под ногами, побрела к выходу.

Нас ничего не связывает. Ничего не связывает. Ничего не…

Я повторяла эти слова, как мантру, пытаясь убедить себя, что Дэмиан – просто очередной идиот. Как тот, чье лицо до сих пор снилось мне в кошмарах.

Нас ничего не связывало. И не должно было.

Никогда. Ни с одним из них.