Пейтон

Сейчас, ноябрь

Мы покинули кладбище незадолго до того, как на улице стемнело. Хотя Сара и попросила вернуться к ужину, мне пришлось позвонить и сообщить, что мы не сможем составить ей компанию. День был слишком сложным, и я просто хочу провести время со своими мальчиками.

В итоге Чейз принял предложение Сары остаться ночевать в старой комнате Нейта, а Мейсон забронировал для нас номер в маленьком отеле всего в паре кварталов отсюда.

Сейчас уже немного за девять часов вечера, и мы входим в гостиничный номер. Я держу Дитона на руках, а Мейсон несет манеж. Он быстро все расставляет, а когда я подхожу ближе, раскладывает на полу последнее одеяло. Я осторожно укладываю Дитона, и он мгновенно сворачивается в маленький комочек. Мейсон накрывает его любимым одеялом.

С улыбкой я поворачиваюсь к своей сумке, но чувствую, как ладонь Мейсона прижимается к моему бедру.

Он притягивает меня к себе, и я оказываюсь лицом к нему. Затем он подходит еще ближе, вынуждая меня отступать, пока моя спина не упирается в стену. Его пальцы крепко сжимают мою кожу.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но он качает головой.

– Нет, – шепчет он хриплым голосом, его взгляд прикован к моим губам. Я закрываю их, и уголки его губ приподнимаются в легкой улыбке.

– Вот так, Прелесть, – говорит он, приподнимая мой подбородок большим пальцем. – Сегодня я принимаю решения.

Он наклоняется ко мне, и я вздрагиваю, когда Мейсон утыкается носом мне в шею.

– Я так долго ждал, когда ты окажешься в моих руках, – говорит он.

Его ладонь нежно скользит по моим ребрам, опускаясь ниже, пока не сжимает мою ягодицу. Он издает стон, и моя грудь вздымается от глубокого вдоха.

– И будь я проклят, если не найду время, пока ты здесь, – шепчет он, касаясь моей челюсти зубами. Я сжимаю его плечи в ответ. – Я приготовлю тебе ванну с пеной, детка, – говорит он, поднимая голову и крепко целуя меня в губы. Когда он отстраняется, я слышу шипение, и его лоб соприкасается с моим.

– И ты не выйдешь, пока не кончишь как минимум дважды.

Он отталкивается от стены и исчезает за углом, оставляя меня задыхающейся и плавящейся от желания.

Прислонившись головой к стене, я ощущаю, как мое тело оживает от его слов, а в голове проносятся яркие образы, заставляя меня дрожать от предвкушения.

– Пейтон, – слышу я, чувствуя, как меня охватывает волнение.

Я подпрыгиваю, и на моем лице расцветает улыбка, когда я следую за ним. Заворачивая за угол, я вижу, как он с особым вниманием проверяет воду в огромной круглой ванне. У ванны есть двойной кран, поэтому она быстро наполняется.

Мейсон вскрывает небольшую упаковку и высыпает содержимое в горячую воду. Воздух мгновенно наполняется ароматом лаванды. Затем он добавляет немного геля для душа, и я с восторгом наблюдаю, как на поверхности воды начинают появляться пузырьки.

Он отступает на шаг, долго смотрит на ванну, прежде чем повернуться ко мне лицом.

– Это не идеально, но на сегодня сойдет, – говорит он.

– Этого более чем достаточно, – шепчу я.

– Нет, недостаточно, – возражает он, подходя ближе. Его пальцы касаются края моего свитера. – В следующий раз я буду лучше подготовлен.

– Мне нравится, что есть следующий раз, – отвечаю я.

– М-м-м… – произносит он с согласным стоном, одним быстрым движением снимая мою футболку через голову. Его взгляд встречается с моим, и он прижимается ко мне. – Сегодня вечером я буду любить тебя, – обещает он.

– Завтра я собираюсь тебя погубить, а послезавтра? – Его голос становится ниже на десять октав, и он прикусывает мою нижнюю губу. – Детка, послезавтра… Я собираюсь тебя немного наказать. – Он прикусывает чуть сильнее, заставляя меня ахнуть, а затем опускается на мою грудь, облизывая ее, и протягивает руку назад, с первой попытки расстегивая застежку. – Тебе это нравится, моя сладкая девочка?

– Да. – Это все, что я могу сказать, но ему и не нужны другие слова.

Мейсон спускает лифчик с моих рук, и я дрожу, когда кончики его пальцев давят на мою кожу.

Он отстраняется. Его взгляд находит мой, а затем, впервые за долгое время, опускается на мою обнаженную грудь. Он резко втягивает воздух сквозь зубы, и мой пульс учащается. Мейсон, не сводя с меня своих темных блестящих глаз, подносит свой рот к моему соску.

Я не могу оторвать от него взгляд, не в силах разрушить чары, которыми он меня околдовал. Когда его язык скользит по моему соску, я вскрикиваю. Зрачки Мейсона расширяются, и он издает стон, быстро перемещаясь на другую сторону и отстраняясь. Он с удовлетворением наблюдает, как мои соски превращаются в острые бусинки.

– Так чертовски идеально, – хрипит он, скользя ладонями ниже.

Он проводит ими по моему мягкому животу, и я ожидаю, что во мне проснется застенчивость, но этого не происходит.

Мое тело уже не то, что до беременности. Сейчас оно стало больше, мягче, но Мейсу, кажется, все равно. На самом деле, даже наоборот, нравится.

Он с благоговением вглядывается в мои изгибы, осыпая мою кожу поцелуями и покусывая ее, пока его пальцы нежно скользят под пояс моих леггинсов. Его горящие глаза встречаются с моими глазами, и он медленно, но уверенно снимает леггинсы с моего тела, пока я не оказываюсь перед ним обнаженной.

Видеть его стоящим на коленях передо мной, с сияющими глазами – это почти слишком.

Это слишком много, но и недостаточно, потому что я, как и он, ждала этого момента.

Протянув руку, я провожу пальцами по его темным волосам, и его глаза на мгновение закрываются, а в груди рождается урчание.

Когда он вновь открывает их, его пристальный взгляд задерживается на мне, а затем медленно опускается, устремляясь к самой чувствительной части моего тела.

Его зубы впиваются в нижнюю губу, а грудь вздымается. Правая рука нежно скользит вверх по внешней стороне моего бедра, в то время как левая стремительно перемещается к внутренней стороне, и я задерживаю дыхание, ощущая его ладони все выше.

Я дрожу от возбуждения и нежно тяну его за волосы, вызывая его стон. В следующее мгновение его указательный палец скользит между моими ногами, погружаясь в тепло, и я издаю стон в ответ.

– Такая красивая, – шепчет он. – И такая влажная для меня.

Мои конечности начинают дрожать, и его глаза медленно поднимаются к моим, почти черные от страсти.

Его пальцы двигаются, и вот он уже у моего входа. Он приближается, скользит внутрь, и я, задыхаясь, прижимаюсь к его руке, умоляя о большем. Глубже.

Мейсон качает головой, на его лице появляется дьявольская ухмылка, и он медленно вынимает свой палец.

Я протестующе скулю, не в силах произнести ни слова, и он усмехается, весь такой серьезный и непристойный.

– О, малышка. Ты думала, это будет так просто? – шепчет он, поднимаясь на ноги и нежно массируя мои груди. Его язык скользит по моим губам. – Я сказал, что ты кончишь как минимум дважды, но ты кончишь, только когда я тебе позволю.

– Господи. – Я зажмуриваю глаза.

Его рот…

Какой удивительный сюрприз.

– А теперь иди в ванну, детка, – говорит он.

Я открываю глаза и наблюдаю, как он раздевается до трусов, дрожа в предвкушении того, что скрывается под ними. Но он просто перелезает через ванну и опускается в воду, ясно давая понять, что имел в виду именно то, что сказал.

Это все для меня, и он позаботился об этом… Даже если бы я предпочла, чтобы он не усложнял.

Мое разочарование, должно быть, заметно, потому что Мейсон ложится на спину в горячую воду, его руки соблазнительно скользят по груди, пока он не обхватывает себя сквозь трусы.

– Иди сюда, Пейтон, – говорит он. – Ты знаешь, какой был уговор.

По моей спине пробегает дрожь, и я киваю:

– Дважды, а потом…

– А потом, – бормочет он, на мгновение закрывая глаза и поглаживая себя. – Поторопись, детка. Я так чертовски возбужден.

Я подхожу к ванне, и Мейсон поднимает свободную руку, чтобы я вложила свою ладонь в его. Мы опускаемся в воду, и он разворачивает меня, опуская так, чтобы моя голова лежала у него на груди.

Он прижимается ко мне, и я, издав стон, прижимаюсь в ответ.

– Чувствуешь это, Прелесть? Чувствуешь, как сильно я тебя хочу? – шепчет он.

– Да, – отвечаю я.

– Все это твое, – уверяет он.

И я с готовностью соглашаюсь:

– Да.

Его пальцы скользят по моим рукам, приподнимая их, и начинают медленно массировать мою шею. Его зубы впиваются в мое предплечье, а затем его ладони скользят вниз по моему животу.

– Я собираюсь трахнуть тебя своими пальцами, малышка. Сначала один, потом другой, и, если ты будешь хорошо себя вести, я растяну тебя третьим.

У меня поджимаются пальцы на ногах, и я стискиваю зубы, горячее отчаяние заполняет каждую клеточку тела.

– Мейс. Пожалуйста.

– Пожалуйста, что?

– Пожалуйста.

– Скажи это. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой. Скажи мне, что тебе нужно.

– Я… – В моей груди вспыхивает пламя. – Я хочу кончить.

Он рычит мне на ухо, а затем его палец проникает в меня, а другой рукой он теребит мой сосок.

Мои бедра мгновенно изгибаются, мое тело жаждет всего, что он ему даст.

Второй палец проникает внутрь, и я вскрикиваю, дрожа, когда он берет мои руки и кладет их на мои груди.

– Поиграй, детка, – бормочет он, а затем его вторая рука присоединяется к первой у меня между ногами.

Его пальцы внутри двигаются ритмично, медленно и идеально синхронно с тем, как он потирает мой клитор. Прежде чем я осознаю, что делаю, мои ладони сжимают мои собственные груди.

Я стону, поэтому пробую что-то еще, сначала слегка покручиваю соски, но когда ощущения, смешанные с движениями Мейсона между моими ногами, посылают жаркие искры по спине, я делаю это жестче, дергаю, и мое тело содрогается.

– Моя девочка нашла что-то новое, что ей нравится? – Он целует меня в шею.

– Д-да.

– Ты хочешь кончить прямо сейчас?

– Пожалуйста.

– Хорошо, детка. – Он поворачивается. Другой палец вжимается в меня, и в то же время он сильно сжимает мой клитор, и во мне вспыхивает жар, разрываясь и разливаясь по всему телу.

– Мейсон, – стону я, мое тело бьется в воде.

Его имя, сорвавшееся с моих губ, заставляет его застонать мне в ухо. Он прикусывает губу, и вторая волна оргазма накатывает на меня.

Он позволяет мне пережить это, его тяжелое дыхание у моего уха, соблазнительный, мучительный звук, который я хочу услышать еще. Он хриплый и густой, пьянящий.

Мейсон не забывает о своих губах, прижимаясь ими к моему пульсу на шее, и когда он сосет, я извиваюсь еще сильнее.

Он такой твердый подо мной, и если я буду двигаться правильно, то…

Рука Мейсона обхватывает меня поперек живота, удерживая меня на месте.

– Я так не думаю, детка. Я предупреждал тебя. Я главный, и прямо сейчас я говорю, что я все буду делать для тебя.

– Но это было бы для меня…

– Нет.

– Я хочу тебя, Мейс, – умоляю я.

Он удовлетворенно хмыкает, приподнимаясь в воде и увлекая меня за собой. Он прижимается ко мне, сдвигается так, чтобы ему было удобно меня целовать, и подхватывает мою ногу рукой. Его губы захватывают мои медленным, методичным движением, от которого я обмякаю в его объятиях. Это похоже на медленный танец языков, и я тянусь за продолжением, когда он мягко отстраняется.

– Я буду твоим, но сначала мне нужно, чтобы ты кончила. Ты можешь дать мне то, что мне нужно, Прелесть?

Боже, его голос пропитан сексом, и мои бедра снова сжимаются.

Его низкий смешок говорит мне, что он знает, как на меня влияет. Он намыливает руки и нежно массирует мои плечи, его огрубевшие от тренировок пальцы скользят по моим ключицам и спускаются к груди.

Он дразнит мои соски, сначала нежно, потом грубее, прежде чем совсем оставить их.

Мейсон моет каждую частичку меня, до которой может дотянуться, разминает мне кожу головы и ополаскивает нас новой волной горячей воды.

Я стонущее желе в его власти, а он, кажется, наслаждается каждой секундой, наслаждаясь тем, что заставляет меня чувствовать себя так хорошо.

– У тебя действительно хорошо получается.

– Это всего лишь разминка перед игрой.

У меня вырывается тихий смешок, его дерзкий ответ такой же горячий, как и его непристойный шепот.

– Так мы разминаемся перед стартом?

– О нет. – Он отодвигается, так что теперь его большое тело нависает надо мной. – Мы собираемся на Суперкубок, детка, и ты увидишь, как я привезу главный приз домой.

Его бицепсы вздуваются, когда он хватается за край ванны рядом с моей головой, а взгляд опускается на мою грудь.

Я приподнимаюсь для него повыше, не сводя с него глаз, пока Мейсон скользит губами по моей влажной коже.

– Ты покраснела, детка, – хрипит он, вынимая одну руку из ванны и нежно сжимая мое бедро.

– Тебе это нравится, не так ли?

– Можешь не сомневаться. – Он целует меня в живот. – Интересно, во сколько оттенков розового я смогу окрасить твою кожу.

Мейсон поднимает меня из воды, усаживая к себе на колени, и если раньше я краснела, то теперь стала как помидор.

Чертов дрожащий помидор.

Я на виду, как никогда раньше, и, хотя это немного нервирует, это возбуждает меня совершенно по-новому.

Его рука перемещается к моим бедрам, его понимание меня не имеет себе равных, что подтверждается тогда, когда он шепчет:

– Можно?

Мне не нужно спрашивать, что он имеет в виду, поэтому я говорю ему нечто большее, чем «да», то, что, я знаю, ему понравится. Я наслаждаюсь той смелостью, которую придает мне его присутствие, и еще немного отклоняюсь назад, приподнимая бедра чуть выше.

– Ты будешь первым.

На моих глазах все его поведение меняется.

Его взгляд становится нежным, а рука – легкой, как перышко.

Когда его плечи опускаются дюйм за дюймом, я улыбаюсь ему.

– Первым, – выдыхает он, его взгляд скользит по моему лицу, прежде чем опуститься мне между ногами. Его большой палец поднимается, скользя по моему клитору, и я прижимаюсь к нему. Медленно его губы изгибаются, и свет, который был мгновение назад, гаснет. – Я могу первым подарить тебе этот опыт.

– Ты подарил мне много первых опытов, и ты даже не подозреваешь об этом.

Мейсон стонет, его торс изгибается, когда он принимает нужную позу.

– Мы составим список позже, но прямо сейчас… Я собираюсь попробовать тебя на вкус, и ты кончишь мне на лицо.

Он не дает никакого другого предупреждения, кроме этого, проводя языком между моими складочками, вверх и по клитору, а затем берет его в рот.

Все мое тело оживает, когда он посасывает мой клитор губами, его язык вытворяет дикие вещи внутри, и мои бедра вибрируют. Внизу живота образуется жаркий комок. Так жарко, что даже глаза жжет, и это только усиливается, и с каждым движением мои нервы напрягаются все сильнее.

Мейсон скользит пальцем внутрь, прижимаясь ко мне, а затем его зубы дразнят мой клитор. Он прикусывает его, и я задыхаюсь. Он лижет, и я дрожу.

И когда он снова накрывает меня своим ртом, я кончаю.

Мои крики громкие и вырываются сами по себе, мое тело дрожит, взрывается, и это не прекращается. Он продолжает сосать, а я продолжаю извиваться, и не успеваю я опомниться, как мои бедра обхватывают его голову, сдавливая, мои пальцы тянут его волосы, и он рычит в меня, умоляя о большем.

Это продолжается вечно, и только когда я превращаюсь в мешок с костями, неспособный держать голову над водой, Мейсон отпускает меня.

Я замечаю довольную ухмылку на его влажных губах, и он вылезает из ванны, поднимая меня на руки.

Он вытирает меня полотенцем, расчесывает мне волосы, а затем укладывает на кровать и ложится рядом со мной.

– Спи, детка. Я могу обещать тебе, что тебе понадобится отдых.

Я отрубаюсь через несколько секунд.

Мейсон

Я вздыхаю, облокачиваюсь на локоть и улыбаюсь двум моим любимым людям. Мы сидим на берегу ручья, который протекает возле дома моих тети и дяди. В это время года здесь слишком холодно для купания, но это не мешает Дитону стараться залезть в воду изо всех сил.

Мы провели в Алрике уже два дня, и Пейтон наконец захотела выйти на улицу. Впрочем, мне и дома взаперти нравилось, пока мы были вместе. Я ничего так не хочу, как проводить время с ней и Дитоном. Видит бог, я и так уже слишком многое пропустил, но мне доставляет удовольствие быть рядом с ними, вместе с моей семьей.

– Это, должно быть, рекорд.

Я оборачиваюсь и вижу, что Чейз ухмыляется, лежа рядом со мной.

– Что?

– Ты вздохнул раз десять за последние десять минут.

Посмеиваясь, я приподнимаюсь и сажусь, упираясь локтями в колени.

– Наверное, я чувствую себя изрядно сентиментальным. – Я сглатываю, признавая: – Я уже начал думать, что этого, – я показываю на Пейтон и Дитона, – никогда не случится…

– Ты зря волновался, дружище, – мягко говорит Чейз. – Она никак не смогла бы уйти, даже если бы захотела. Это настолько очевидно, что я не понимаю, как другие не заметили этого давным-давно.

Мои губы растягиваются в улыбке, и я оглядываюсь на воду, на свою маленькую семью, но слова Чейза звучат у меня в голове, и я смотрю в его сторону.

– Когда ты узнал?

– Когда я пришел к ней домой той ночью, а ты уже был там. – Он отводит взгляд. – Я понятия не имел, почему она так расстроилась. Я предположил, что у нее был тяжелый день и ей нужен был кто-то, и я мог понять, что к чему, поэтому я забежал домой после тренировки, собрал кое-какие вещи и отправился к ней. Когда я впервые увидел тебя, я подумал, что она попросила тоже тебя прийти, но ты просто опередил меня. Я подумал: «Ладно, круто, не так уж плохо, что я так долго добирался сюда», а потом ты ушел.

Чейз качает головой, садится и повторяет мою позу.

– Я был чертовски сбит с толку, но она плакала, так что я не стал поднимать эту тему. Позже я узнал, что она вообще тебе не звонила, и это было как раз тогда, когда она сказала мне, что прошел ровно год с тех пор, как Дитон скончался. В ту секунду, когда она это сказала, я подумал: «Черт. Я хотел поддержать ее, но после всего, что случилось в прошлом году, чувак…»

Чейз вздыхает, глядя мне прямо в глаза.

– Я люблю тебя. Ты мой брат, и я просто не смог, поэтому ушел. Только когда я был на полпути к дому, я понял, что совершаю еще одну гребаную ошибку. Я же хорошо тебя знаю. Ты злился из-за моего присутствия, злился из-за того, что она позвонила мне, и не понимал почему. Но все это не имело значения – ты бы все равно хотел, чтобы я остался, чтобы она не была одна. – Он отводит взгляд. – Клянусь, кажется, что в последнее время у меня одна лажа за другой. Начинаю думать, что это все, что я могу.

– Это не так, чувак, и ты смог ее поддержать.

Он снова смотрит мне в глаза с виноватым выражением лица.

– Ты был рядом с ней, когда она не давала мне помочь ей, хотя я и вел себя как придурок из-за этого…

– Даже несмотря на то, что ты напомнил мне, как больно ты бьешь правым хуком. – Он заставляет себя ухмыльнуться.

Я тоже хмыкаю.

– Несмотря на это, ты поддерживал ее. – Благодарность переполняет меня, в горле образуется комок, и я отвожу взгляд. – Вот именно поэтому ты мой брат.

Его рука опускается на мое плечо, сжимает, и я делаю глубокий выдох.

– Не могу поверить, что я чуть не провалился по учебе и поставил под угрозу свою стипендию. Я никогда не прощу себе, если подведу вас, ребята. – Я сглатываю. – Или ее. Их.

Чейз кивает, не оправдываясь, а говоря:

– Да, ну, по крайней мере, ты вытащил голову из задницы, пока не стало слишком поздно.

Я хихикаю, и на этот раз, когда он протягивает руку, он слегка толкает меня, и я падаю на землю. Развернувшись, я бросаюсь на него, и мы боремся так, как боролись годами, но сейчас у меня есть преимущество над ним.

– У кого-то появились новые приемы, – со смехом замечает он, переворачивает меня и падает сверху, но я подсекаю его под колено и обхватываю за шею.

– Это «колыбель», парень. Коронный прием Большого Ди.

Он заливается смехом и стучит по земле, сдаваясь. Мы падаем на спины, и тут же каскад светлых волос падает мне на лицо, а идеальный маленький человечек бросается мне на грудь.

Я хмыкаю, смеясь, и поднимаю его в воздух. Опустив его на землю, я целую его в щеку и поднимаю взгляд на свою девочку.

– Пора домой?

Она нежно улыбается нам обоим, и я не упускаю из виду, как румянец проступает из-под выреза ее свитера.

– Да, пора домой.

Мы прощаемся с моими тетей и дядей, садимся в машину и уезжаем.