Глава 27

Кам

В тот момент, когда мы с Брамом приземлились перед домом Миранды, царил хаос. Брам немедленно исчез, чтобы начать поиски. Лучшая подруга Сэйдж была одна в слепой панике, расхаживая взад-вперед по тротуару и заламывая руки. Одного взгляда на дом было достаточно, чтобы понять — спасти его не удастся. Тем не менее, я поднял руки к небу и закрыл глаза. Ветер закружил с небес, и разряд молнии разорвал тьму наверху.

Магия пронзила мое тело, и я почувствовал связь с окружающим воздухом, он был частью меня. Не только потому, что давал мне жизнь, но и потому, что мы словно были единым целым. Я позволил напряжению внутри нарастать до тех пор, пока это не стало дискомфортно, заставляя кожу чувствовать себя так, будто она вот-вот лопнет от переполняющей силы. Резко опустив обе руки с намерением, я осветил ночь молнией, и на дом обрушился проливной дождь.

— О, Кам, слава богам, — крикнула Миранда, перекрывая крики людей и почти оглушительный шум галлонов воды, плещущихся вокруг нас.

— Где Хол? — крикнул я в ответ, чтобы она могла меня расслышать.

— Он там. О боги, он не смог её найти, — всхлипнула Миранда, и я поймал её как раз в тот момент, когда её колени подогнулись.

Наконец появились Багира и Фарис; маленькая мышка на спине Багиры выглядела так, будто её сдуло ветром по дороге. Затем надо мной возвысился Кай, пока я сидел на тротуаре с дрожащей Мирандой. Фарис протянул ему шорты, и он быстро их натянул, как раз когда подбежал Брам.

— Что происходит? — рявкнул Кай, готовый принимать приказы.

— Хол внутри. Буря уже делает свое дело. Огонь медленно угасает, — объяснил Брам; его тело было сжато как пружина и готово к действию. Я посмотрел на него и вопросительно приподнял бровь, безмолвно спрашивая, нашли ли они девочку? Он покачал головой. Блядь.

Через несколько минут, пока мы ждали, когда дождь укротит пламя, подъехал Фишер на внедорожнике, выпрыгнул из машины и подбежал к нам. — Я пойду внутрь, если там еще кто-то есть, я смогу их почувствовать. Кай, ты тоже должен пойти. За дело. — Фиш сорвался к дому, не дожидаясь ничьей реакции, поэтому Кай перекинулся и помчался за ним.

— Я тоже иду. Я смогу залить остатки пламени, — сказал я, быстро обняв Миранду и вскочив на ноги.

— Будь осторожен, — крикнула она мне вслед, когда я вошел в дом.

Дым был густым и разъедал глаза, но я создал водный барьер под ногами и вокруг себя, чтобы не обжечься блуждающим пламенем. Я позволил воде бить из ладоней и потушил несколько небольших очагов, которые всё еще горели. Переходя из комнаты в комнату на первом этаже, я сосредоточился на тушении огня и не переставал искать девочку. Движение наверху подсказало мне, что парни тоже усердно работают.

«Кам, здесь никого нет. Крыша обрушилась в задней части дома. Дождь делает свое дело, продолжай в том же духе. Хол спускается к тебе», — сообщил мне Фишер с помощью телепатии.

Когда Хол показался сквозь дым, я помахал ему рукой. Его одежда была подпалена, а волосы торчали во все стороны, словно он запускал в них руки сотню раз. Черт, наверное, так оно и было.

— Энни здесь нет, Кам. Боги проклятые! — взревел он, пнув журнальный столик, который и так был на три четверти уничтожен.

— Блядь. Думаешь, за этим стоит Азраэль? — спросил я, но уже знал ответ. Конечно же, это был он.

— Я выпотрошу его, как должен был сделать это годы назад, — поклялся Хол; его рога удлинились и закрутились, придав ему поистине устрашающий вид. Его тело, казалось, вибрировало от ярости, и клянусь, он стал выше дюйма на три. Пугающий ублюдок.

— Дом уже не спасти — давай убираться отсюда, пока он не рухнул. Обсудим планы на улице, где мы сможем, блядь, нормально дышать. — Я перешагнул через столик, который он пнул, но остановился, увидев альбом для рисования. Сверху он был немного подпален, но его, возможно, удастся спасти для Энни. Я не сомневался, что мы её вернем, но когда это произойдет, все её вещи будут уничтожены. Меньшее, что я мог сделать — это спасти один из её альбомов, поэтому я засунул его под мышку, чтобы уберечь от дальнейших повреждений.

Багира и Фишер пронеслись мимо нас, направляясь к выходу. Увидев их спешку, мы побежали за ними, и как раз вовремя: одна из стен дома рухнула в тот самый момент, когда мы выскочили в ночную темноту.

— Блядь, это было близко, — тяжело дыша, произнес Кай, вернувшись в форму мага. Мы все собрались на тротуаре.

— Что вам известно, сэр? — спросил Фишер у Хола. Старые привычки умирают с трудом. Я заметил, что Хол убрал свои демонические черты. Это было, пожалуй, к лучшему. Горожане бы до усрачки перепугались, если бы увидели его таким, каким он был внутри.

— Мне позвонил один из агентов, которых я прикрепил сюда ранее. Сэйдж рассказала мне о файле, который ты нашел. — Он посмотрел на Кая. — Кто-то застал мою команду врасплох. Я до сих пор не знаю всех подробностей. Я немедленно переместился сюда, а дом уже горел. Первым делом я проверил комнату Энни, но она была пуста. Способность к телепортации позволила мне уклоняться от пламени, слава богу. Жар был невыносимым. Когда я появился в спальне Миранды, я нашел её лежащей лицом вниз на полу. Дым был слишком густым и едким, чтобы она могла выбраться сама. — Хол был в ярости, я не понаслышке знал, что этот человек не терпит неудач.

— Я схватил её и вывел нас обоих на улицу. Когда она поняла, что её дочери с нами нет, она попыталась броситься обратно. Этого, разумеется, я не мог допустить, так что я попытался её удержать, а она ударила меня коленом по яйцам.

Глаза Кая чуть не вылезли из орбит при этих словах, и он бросил взгляд на Брама, у которого было такое же ошеломленное выражение лица. Миранда — просто зверь.

— Именно тогда я заставил Миранду позвонить вам, ребята. Это был ебаный хаос, и огонь распространялся так быстро, что это просто чудо, что я вообще успел добраться до неё вовремя. Еще минута или две там наверху, и она бы не стояла сейчас вон там, сверля меня взглядом. Вот, в общем-то, и всё, — вздохнул он. — Пойду поговорю с ней, пока она не убила меня своими метающими кинжалы взглядами.

Фарис и Брам присоединились к нам, когда Хол заключил Миранду в объятия. Она не пошла к нему добровольно. Она отбивалась от него, как дикая кошка, пытаясь вырваться и побежать к дому. Принимая на себя основной удар её ярости, он позволял ей бить его; её маленькие кулачки колотили его по груди, пока она просто… не выдохлась. Когда она разрыдалась, он поднял её на руки и пошел с ней вниз по улице. Спасатели побежали за ним, крича о том, что им нужно задать вопросы, но когда он обернулся и откровенно зарычал на них, они отвалили.

— Я никого не почувствовал, — сказал Фиш с покрасневшим лицом. Было ли это от жара или от желания убивать — я не мог сказать наверняка. Скорее всего, и то, и другое.

— Кто-нибудь получал весточку от Златовласки или Слоана? — спросил Брам, и мы все проверили свои телефоны. Ни у кого не было ни сообщений, ни пропущенных звонков.

— Надеюсь, они сейчас отдыхают, — сказал Фишер, не сводя глаз с дымящегося дома.

— Давайте поговорим с теми полицейскими. Узнаем, что известно им, расскажем, что знаем мы, и поедем домой. Сегодня ночью мы больше ничего не сможем сделать. — Меня бесило это чувство безнадежности. Тот факт, что Азраэль снова попытался убить чьего-то родителя, чтобы похитить ребенка. И у него, возможно, всё получилось бы, если бы не команда, которую Хол приставил наблюдать за её домом. Они, должно быть, бросились в бой при первой же искре, иначе дом бы уже превратился в кучу пепла, но, к сожалению, кому-то удалось проскользнуть мимо них и схватить девочку.

В течение следующего часа я помогал пожарным, чтобы огонь не перекинулся на соседние дома, пока ребята разговаривали с другими агентами и персоналом. Они старательно избегали упоминания Азраэля при опросе. Это были азы шпионажа. В ситуации, когда паутина предательства становилась всё более запутанной, было почти невозможно понять, кому можно доверять какую информацию. Миранде придется решать, какой путь она выберет; это её дочь. Я знал, что Хол направит её и сделает всё, что в его силах, чтобы вернуть Энни. Любому, у кого есть глаза, было очевидно, как он смотрит на Миранду.

Я отправил Слоану сообщение, что мы возвращаемся. Детали приберег для личного разговора. Сэйдж будет убита горем. Энни была ей как племянница, и я знал, как сильно она её любит. Хол позвонил и сказал, что Миранда останется с ним в квартире над лавкой. Он не хотел упускать её из виду, пока мы не получим больше подробностей о том, что произошло. Это была чистая удача, что агенты ПССВ только что прибыли в город для ареста Лори, когда начался пожар. Я поговорил с руководителем их группы, и она заверила меня, что они заглянут к нам как можно скорее, чтобы взять Лори под стражу.

Больше делать было нечего, поэтому мы впятером загрузились во внедорожник и отправились в коттедж.

— У меня плохое предчувствие, — одновременно сказали Кай и Брам, и атмосфера в машине изменилась.

— Что вы имеете в виду? — спросил Фарис, его голос понизился на несколько октав, до спокойного и ровного тона, обещающего насилие.

— Что-то не так, — сказал Кай, и я взглянул в зеркало заднего вида, увидев, как он закрывает глаза.

— Слоан говорит немедленно возвращаться в дом, — сообщил Фиш мгновением позже, использовав свои телепатические способности.

— Гони, — рявкнул я Браму, и он исчез в мгновение ока. Моя нога вдавила педаль газа в пол, и мы помчались по проселочной дороге, ведущей к коттеджу. Шины взвизгнули, когда я на скорости заложил правый поворот и понесся по ухабистой подъездной дорожке. Фишер резко втянул воздух, когда фары осветили двор, выхватив из темноты Слоана без рубашки и Сэйдж, на которой была только его порванная футболка и не было штанов. Брам держал Сэйдж на руках, и я судорожно вздохнул, увидев грязь и кровь, покрывавшие их обоих.

Ударив по тормозам и переведя коробку передач в режим парковки, мы все выскочили из машины и бросились к нашим людям — нашей семье.

— Что, блядь, произошло? — огрызнулся я и тут же пожалел об этом, когда моя маленькая ведьма вздрогнула.

— Это долгая история. Можем мы, пожалуйста, зайти внутрь? Нам с Рыжей нужно в душ. И вам тоже. Вы воняете, — сказал Слоан, и я понял, что бы ни случилось, это было нечто серьезное. Сделав глубокий вдох, я напомнил себе, что они здесь, значит, всё уже позади. Я кивнул и зашагал к двери, придерживая её, чтобы все могли войти. Мэйвен выскочил из леса и прошмыгнул внутрь прямо за Брамом.

Кай теперь держал Сэйдж на руках, утыкаясь носом ей в шею, а потом он замер. Клянусь богами, если бы у этого парня была шерсть на загривке, она бы сейчас стояла дыбом.

— Где. Он? — прорычал он, бросив на Слоана взгляд, который ясно говорил: «говори сейчас же, или я порву тебя на куски».

— Где кто? — спросил Фарис, явно считывая атмосферу в комнате и чувствуя приближающуюся драку по тому, как глаза Кая сверкали желтым, а его кулаки были крепко сжаты за её спиной.

Слоан открыл рот, но Сэйдж заговорила прежде, чем он успел.

— Мертв. Брайс мертв. Слоан оторвал ему член, запихнул ему в глотку, сбросил со скалы, а потом поджег его тело, пока он падал на землю.

Шесть пар глаз уставились на неё, и я уверен, что у всех нас отвисли челюсти.

— Этот ублюдок был здесь? — прогремел Брам, его крылья с треском раскрылись, рога вылезли наружу, а хвост хлестнул по воздуху. Второй раз за ночь я увидел настоящего демона, который позволял гневу подпитывать зверя внутри.

— Мне просто… мне просто нужно в душ. Я больше не хочу об этом говорить. Я вымотана, — вздохнула Сэйдж, и её тело обмякло.

— Хорошо, детка, всё что захочешь. — Я притянул её к себе и поцеловал в макушку.

«Говорите тише. Я не знаю, что произошло, но каждый раз, когда кто-то из нас повышает голос, от неё волнами исходит страх». Голос Фишера прозвучал в моей голове, и я огляделся, поняв, что он смог достучаться до каждого из нас, судя по разной степени смущения на лицах парней. Брам умерил свою демонстрацию демонического доминирования и прислонился к стене.

— Миранда в порядке? Энни? — спросила она, обводя нас взглядом в поисках ответов.

Фишер прочистил горло. — Миранда с твоим отцом. Энни пропала.

Мое сердце сжалось от вздоха моей маленькой ведьмы. — Нет…

— Мне так жаль, милая. В доме не было никаких её следов. Всё, что мы знаем на данный момент, — это то, что она не погибла в огне, — мягко сказал Фиш, а затем поморщился. Я уже видел это выражение лица раньше, и обычно оно появлялось, когда его захлестывали сильные эмоции окружающих.

Фарис подошел сзади к нашей девочке и начал разминать ей плечи. Слезы текли по её грязному лицу, размывая красные и коричневые пятна.

— Миранда с Холом? — спросила она, вытирая лицо ладонями.

— Да, Росточек. Она в безопасности. Она не в порядке, но она в безопасности. Мы сделаем всё возможное, чтобы вернуть Энни, — пообещал Кай, и Сэйдж судорожно вздохнула.

— Слоан, я знаю, что ты хочешь в душ, но я надеялась, что ты сможешь ввести всех в курс дела? Прости, я просто… не могу этого сделать, — прошептала она, и он кивнул. Мягкость его взгляда, устремленного на неё, была чем-то, что я не привык видеть. Что бы там ни произошло, это сблизило их; динамика их отношений изменилась, и, похоже, в лучшую сторону.

— Конечно, Рыжая. Иди в душ, а потом сразу в кровать. — Это был приказ, но произнесенный так, что в нем читалось желание убедиться, что она заботится о себе. Я заметил, как расслабились её плечи. Казалось, указание Слоана принесло ей чувство спокойствия. Я перевел взгляд на озадаченного Фишера: его глаза бегали от Слоана к Сэйдж и обратно.

Без лишних слов она направилась к лестнице, а мы все смотрели ей вслед, как влюбленные щенки.

— Мы действительно позволим ей подняться туда одной? — резко спросил Фарис.

— Конечно нет, мы же не идиоты, — ответил Кай и цокнул языком. Наполеон высунул свое пухленькое тельце из кармана баскетбольных шорт Кая и плюхнул свою мышиную задницу ему на ладонь.

— Твоя задача на ночь — охранять свою lionne féroce (свирепую львицу). Немедленно докладывай мне, если что-то будет не так. И отвернись, пока она принимает душ. Я узнаю, если ты этого не сделаешь, Наполеон, — строго сказал он, и мышь оживленно запищала в ответ, явно оскорбившись последним заявлением Кая.

— Ладно. Прошу прощения. Я знаю, что ты профессионал высочайшего класса. Можешь идти, — Кай опустил руку, и Наполеон убежал, скрывшись в щели, в которую животное его размеров ни за что не должно было пролезть.

— У меня есть вопросы, но я не буду задавать их прямо сейчас, — сказал Фарис Каю, а затем развернулся на каблуках и направился на кухню.

Мы все потянулись за ним, готовые выслушать всё, что нам собирался рассказать Слоан.

— А блядь, скоро же агенты ПССВ приедут, — напомнил нам Брам, и Слоан покачал головой.

— В этом больше нет необходимости.

Он рассказал нам всё, что произошло, пока нас не было, и я был уверен, что на кухне сейчас звуки напоминали змеиное логово, стаю бешеных волков и монстров из самых страшных кошмаров. Я достал телефон и отправил сообщение агенту, с которым разговаривал на пожаре, сообщив ей о побеге. Она ответила, что они направят людей для прочесывания местности.

— Она ударила его в член камнем? — Фарис жутковато улыбнулся, приложив руку к сердцу.

— О да. Она дралась как фурия. Она была так чертовски прекрасна, — ответил Слоан, прежде чем сменить свое влюбленное выражение лица на то, что больше напоминало того засранца, которого я знал и любил.

— Но он не… В смысле, ты успел туда до того, как… — Фиш запинался, но его вопрос был ясен.

— Нет. — Лицо Слоана потемнело. — И у него больше никогда не будет шанса попытаться снова.

— Он сбросил её со скалы? — процедил Брам, и мне пришлось положить руку ему на плечо, когда он попытался встать со стула.

— Он мертв, мужик. Сядь.

— Пойду найду некроманта, чтобы он оживил его тело, тогда я смогу сдержать клятву, данную ей, и снова его, блядь, убить…

Теперь уже Фарис смотрел на Брама глазами-сердечками, и я решил, что нам всем действительно нужен хороший ночной сон.

— Да. Он сбросил, а я не знал, что в неё выстрелили чертовым магическим транквилизатором, поэтому я бросился за ним, думая, что она просто взлетит обратно, — сказал Слоан, и буквально у всех отвисли челюсти, когда мы осознали всю тяжесть этой ситуации.

Кай сорвался. Рык, больше похожий на адскую гончую, чем на пантеру, вырвался из его груди, когда он начал мерить шагами комнату. Я мог представить, как хвост Багиры со свистом рассекает воздух, словно кнут.

Мои собственные кулаки были сжаты так крепко, что костяшки побелели от напряжения.

— Так скажи на милость, как же она осталась жива? — спросил Фарис. Я почти ожидал, что он набросится на Слоана с яростью, но он казался искренне заинтригованным.

— Она рассказала мне, что когда падала, из ниоткуда появился старший демон, поймал её, сказал, что она в безопасности, и вернул обратно. Я стоял спиной и не видел его. А потом он просто исчез, растворился в воздухе. Я не знаю, кто, блядь, это был, но я рад, что он оказался там. — Плечи Слоана напряглись, и я понимал, что он винит себя за всё это дерьмо. О многом говорило то, что он сейчас стоял здесь с нами и вел этот разговор. Раньше он бы ушел в саморазрушение и полностью закрылся.

— Эй, Скорч, — обратился Брам к Слоану, используя его старое прозвище, которого я не слышал с тех пор, как он появился в Изумрудных Озёрах под именем Джонни. — Ты отлично справился, мужик. — Брам пристально смотрел на Слоана, пока тот не кивнул в знак признательности.

— Он прав. Ей повезло, что ты был с ней сегодня, брат, — заверил я его. Увидев, как он нервно перебирает пальцами, я понял, что ему некомфортно от такого внимания, поэтому бросил ему спасательный круг, переведя разговор на таинственного спасителя. Никто не знал, что и думать об этом, но мы решили поговорить с Бетти об установке защитных барьеров, похожих на те, что они с Сэйдж использовали, когда Сэйдж практиковала астральную проекцию. На данном этапе любая дополнительная защита не будет лишней.

— Так что еще там произошло? — спросил Фишер, осушив половину бутылки с водой.

Слоан продолжил свой рассказ, упомянув про дракона, и мы все охренели от этих новостей. Но он, кажется, был этому рад. Засранец. Да, конечно, звезды, давайте теперь дадим этому вспыльчивому мудаку еще и силу дракона. Звучит как надежный план.

— Мой отец умер. — Слоан бросил эти слова, и все замерли. Шумная атмосфера испарилась так быстро, что можно было бы услышать, как Наполеон пукнул в соседней комнате.

— Что ты только что сказал? — прошептал Кай.

— Мой отец… Из тюрьмы звонили. Он мертв, — повторил Слоан, и Кай метнулся через стол, опрокинув Слоана вместе со стулом назад.

— О мои боги, Слоани Болони. Это же отличные новости, правда? В смысле, он получил то, что заслужил. Жаль только, что у меня не было возможности сделать это самому, как я обещал, — сказал Кай, утыкаясь носом в подмышку Слоана и мурлыча.

— Слезь с меня, извращенный кошак. От твоего мурлыканья у меня мурашки по коже, — проворчал Слоан, отталкивая Кая.

Именно Фишер протянул Слоану руку и помог ему подняться.

— Ты в порядке? — Фиш склонил голову набок и внимательно посмотрел на Слоана. Между ними что-то промелькнуло, и Слоан глухо охнул, когда Фиш бросился к нему и крепко обнял.

— Да, на самом деле я чувствую себя отлично. Единственное — мне нужно съездить в тюрьму, забрать его прах и подписать какие-то бумаги, а потом я официально буду свободен и независим от этого старого ублюдка, — объяснил он, проведя рукой по волосам, как только Фиш отпустил его. Это подсказало мне, что он чувствовал гораздо больше, чем показывал — но то, что происходило сейчас, то, что он доверял нам и открывался? Это был огромный шаг для него.

— Когда мы выезжаем? — спросил Фишер, и я заметил, как Слоан напрягся от этого вопроса.

— Э-э, я планировал выехать после душа. Это не займет много времени, может, часов восемь, — ответил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Ерунда, — сказал Брам. — Я могу переместить тебя туда, и мы вернемся через час.

Слоан покачал головой. — Я ценю предложение, но я хочу повести машину. Считайте это… не знаю, чем-то вроде дурацкого духовного очищения. — Он потер шею сзади, глядя на нас. — Я поеду один.

Он тут же поднял руку, потому что, как он и предполагал, никто из нас не был согласен с этим решением.

— Я пытаюсь практиковать это… общение. Быть честным в том, как я себя чув… — Его лицо побледнело, и я честно подумал, что его сейчас стошнит, но он справился с этим. — Как я себя чувствую. Это то, что мне нужно сделать, и я прошу вас всех уважать мое решение. Мне нужно начать с чистого листа.

— Мне это не нравится, но я понимаю, — первым подал голос Брам. — Иногда человеку просто необходимо самому смыть с себя пятно своего отца. Делай то, что должен.

— Будешь отзваниваться каждый час, ровно в ноль минут. Одна минута задержки — и Брам придет за тобой, — пригрозил я, а Брам подмигнул Слоану.

Фишер не шевелился, пока Слоан объяснялся, а когда Слоан потянулся к нему, он отстранился. Ауч. Прежде чем Слоан успел что-либо сказать, Фишер уже вышел из кухни, и лестница заскрипела под его весом, когда он поднимался наверх.

— Значит, каждый час, — ответил Слоан, изо всех сил стараясь не выглядеть задетым реакцией Фишера. — Мне нужно собираться, а вам, парни, стоит немного отдохнуть до того, как появится Хантер.

— Ведите себя тихо, когда пойдете наверх, я уже слышу тихое посапывание Росточка, — Кай грустно улыбнулся, несомненно думая обо всем, через что прошла наша женщина. Мне хотелось завернуть её в пупырчатую пленку и, возможно, спрятать в какой-нибудь пещере или вроде того. Но, наверное, это бы не одобрили.

Я задержался на кухне и подождал, пока Слоан спустится. Когда он появился, на нем были темные джинсы и темная футболка, кожаная куртка перекинута через руку, а на плече висел рюкзак.

— Всё готово? — спросил я, и он остановился, удивленный, увидев меня прислонившимся к стене.

— Ага.

— Слоан, надеюсь, это действительно то, о чем ты сказал, — прошептал я и шагнул ближе.

— О чем ты?

— О том, что ты едешь забирать прах отца. И это не твой побег от нее. От нас. — Я говорил ровным голосом, но мое сердце бешено колотилось.

— Я еду забирать его прах, — прошипел он. — Хотя не жди, что я привезу его с собой. Знаешь, с одной стороны, я могу понять твои сомнения. А с другой? Пошел ты, Кам.

Он показал мне свой любимый средний палец и протиснулся мимо меня, а я последовал за ним на улицу.

— Ты не можешь винить меня за то, что я хотел убедиться, Слоан, — крикнул я, хватая его за руку. Он обернулся, и я обхватил его руками, крепко прижав к себе. — Мне чертовски жаль насчет твоего отца. Не то, что он мертв. А то, что он вообще был твоим отцом. Что тебе пришлось жить с этим монстром. Не оставляй нас, — прошептал я, внезапно по-настоящему испугавшись, что именно это он и собирался сделать.

— Заткнись, идиот. Никуда я не убегаю. Вы, парни, от меня никуда не денетесь. У меня теперь не только самая крутая сила, но мне еще и сообщили, что у меня прошел апгрейд члена.

Я отстранился и одарил его взглядом «какого хуя».

— Это узел для всех. Узел не заметить, если хорошенько не присмотреться. Этот узел то, над чем я бы стал шутить. Мой член — это узел… (It's knot for everyone… игра слов: not — нет, knot — узел)

Я ударил его в плечо и рассмеялся от души. — Проваливай отсюда, засранец. Будь осторожен. Звони каждый час, — напомнил я ему и смотрел, как он садится во внедорожник. Он помахал мне, а затем снова показал средний палец; его улыбка была, пожалуй, самой яркой из всех, что я видел на его лице с самого детства.