Глава 16

Кам

Мы с Каем приняли душ, и, похоже, пока нас не было, Бетти перенесла всю нашу одежду в коттедж. Я был ей за это благодарен. Мне не хотелось оставлять ничего, что напоминало бы о времени, проведенном в том замке. Сняв ту одежду, я вышвырнул её прямо в ебаную мусорку. Не то чтобы сейчас на мне было много одежды. Лишь пара обтягивающих черных боксеров. На самом деле, мы все трое разделись и с нетерпением ждали, когда наша ведьма поднимется сюда.

— Как думаете, она в порядке? — спросил Кай с двухместного диванчика, на котором развалился.

— Думаю, да. Она пережила огромную травму. Кое-что изменилось — теперь я могу читать её эмоции в дополнение к телепатии. Хол всё еще остается пустой зоной, но теперь я улавливаю даже чувства Брама, — сказал Фиш, садясь рядом со мной на кровать.

— Как ты сам? — Я хлопнул его по плечу и сжал. — Ты тоже пережил ебаную травму.

В его глазах заплясали тени, и мне стало тошно от мысли о том, что он, должно быть, чувствовал в момент своей смерти. Наблюдая, как мы уходим от него, зная, что он не только умрет, но и умрет в одиночестве.

— Мы все пережили травму, Кам. Я буду в порядке. Сначала, когда я проснулся, я пришел в ужас, обнаружив Фариса в его собственном теле. Всю свою жизнь я держал его под контролем, думая, что во мне есть что-то темное и смертоносное, тогда как на самом деле это был он. Реальная, отдельная сущность. Теперь, когда у меня было немного времени всё осмыслить, я думаю, что это лучшее, что могло со мной случиться. Я могу быть самим собой, а у Фариса теперь есть оправдание его жажде крови. Он ебаный маг крови. Неудивительно, что он так этого жаждал.

— Ты ему доверяешь? — спросил Кай. Мы оба поняли, что он имел в виду — доверял ли он ему её?

— Раньше я бы сказал «черта с два». Но я думаю, она хорошо на него влияет. И он совершенно одержим ею. Раньше, когда она позволила ему попить её крови…

— Она. Сделала. Что? — прорычал я, в то время как Кай спрыгнул с диванчика и зашагал к кровати.

— Ага. Ему нужна была кровь. Брам предложил свою, но она настояла. Мне это тоже ни хрена не понравилось, мужик. — Он поднял ладони вверх, когда я прищурился. — Попробуй остановить ее, если она что-то вбила себе в голову.

— Вы могли бы попробовать, — голос от двери заставил нас всех повернуть головы к женщине, которая вила из всех нас веревки. — Но я всегда буду делать то, что хочу.

Я моргнул и склонил голову набок.

— Ты сейчас, блядь, серьезно, маленькая ведьма? — Мой голос звучал низко и недоверчиво.

— Ты же знаешь, что да. — Она пожала плечами и скрылась в ванной, оставив дверь открытой.

Мы втроем переглянулись на секунду.

— О, не могу дождаться, чтобы добраться до её дерзкой задницы, — усмехнулся Кай, стягивая боксеры так быстро, что его член на отскоке шлепнул его по животу. Он выпрямился, член торчал вперед, когда он выпятил грудь. Я уже собирался подколоть его, когда он замер, глядя поверх плеча Фиша. Мы с Фишером обернулись в словно замедленной съемке, чтобы увидеть, что же наконец заставило громкого оборотня замолчать.

У меня отвисла челюсть. Там стояла моя ведьма, и на ней не было ни нитки. Её длинные рыжие волосы струились по плечам, касаясь сисек. Её талия восхитительно сужалась, а потом эти умопомрачительные бедра… Пощадите.

— Скажите, что вам жаль, — потребовала она, поочередно глядя на каждого из нас.

Кай двинулся первым, его походка была плавной и хищной. — Детеныш, — пророкотал он. — Мне так, блядь, жаль, что я скрывал от тебя свою профессию, особенно после того, как мы стали парой. Это было подло, и это мучило меня каждый день. Я искренне верил, что так ты будешь в большей безопасности. Теперь я понимаю, насколько ошибался. — Он потянулся к её рукам, глядя на неё сверху вниз с таким обожанием, что мое собственное сердце екнуло.

— Я люблю тебя, Кай, — заявила она, обвив руками его шею и целуя его так, словно завтра не наступит. Спустя несколько мгновений он отстранился с ошеломленным выражением лица.

— Ты любишь меня? После того, что я сделал? — Он покачал головой, словно просто не мог в это поверить.

— Очень сильно. Когда мы были в разлуке, всё мое тело, блядь, ныло от тоски по тебе. По всем вам. — Её взгляд метнулся ко мне и Фишу, затем вернулся к Каю. — Я так боялась, что никогда не смогу сказать тебе этого, что никогда не смогу смеяться над твоими шутками или чувствовать твою кожу на своей…

— Блядь, Детеныш, — выдохнул Кай. — Я тоже тебя, блядь, люблю. И я собираюсь, блядь, показать тебе, насколько сильно. Прямо сейчас. И каждый ебаный день после, — пообещал он, снова припадая к её губам.

Кровать прогнулась, когда Фишер встал и, проведя рукой по волосам, подошел к ним. Сэйдж разорвала поцелуй и улыбнулась Фишу. Он встал позади неё, убирая волосы с её шеи, чтобы освободить себе путь для поцелуя в плечо.

— Гуппи, — вздохнула она.

— Милая, — пробормотал он в её шею. — Мне жаль. За всё. За ложь, за то, что не рассказал о Фарисе. За то, что покинул тебя. — Его голос сорвался, и у меня перехватило горло от осознания того, что он имел в виду. Он извинялся перед ней за то, что умер.

— Не надо, — ахнула она, разворачиваясь между двумя мужчинами и крепко обнимая Фишера. — Я знаю, почему ты это сделал. Я ненавижу это. И ту ебаную боль, которую я чувствовала, видя тебя таким… Зная, что я опоздала. Нет. Ты вернулся ко мне.

— Я всегда буду возвращаться к тебе, милая. В этой жизни и в следующей, клянусь, блядь. — Фиш отстранился, приподняв её за подбородок, чтобы посмотреть на неё. — Когда я лежал в лесу, понимая, что это конец? Моей последней мыслью были твои прекрасные зеленые глаза и то, как сильно я, блядь, тебя люблю. Я люблю тебя, Сэйдж Уайлдс. — Тихий всхлип сорвался с губ нашей девочки, и Фишер наклонился, ловя её губы и проглатывая её звуки. Он целовал её со страстью человека, который потерял всё и получил второй шанс. Это было слияние душ, разбивающее сердце, и это было всем. Я почувствовал, как меня тянет к ним, словно в дело вмешалась магия, но это была лишь любовь чертовски хорошей женщины и зов связи моих братьев.

— Малышка.

Она застонала в рот Фишеру, когда руки Кая обхватили её бедра, и он прижался к её сочной заднице. Фиш с улыбкой отстранился, явно безмерно довольный тем, что она простила его. Кай подтолкнул её в мои объятия, и я навис над её миниатюрной фигуркой. Мои волосы были растрепаны и спадали на спину и плечи, когда я наклонился к ней. Мне нужно было, чтобы она, блядь, увидела меня. Увидела дикое отчаяние, которое я к ней испытывал. Оно никуда не делось. Даже сейчас, находясь так близко, дыша одним воздухом — этого было недостаточно.

Она посмотрела на меня снизу вверх этими большими, обезоруживающими глазами, которые пронзали меня, проникая в темные глубины моей души и видя, кто я есть под всей этой мишурой. Она меня, блядь, видит.

— Мне жаль. Прости, что скрывал от тебя всё. Прости, что не смог защитить тебя. — Я приложил палец к её губам, когда она начала протестовать. Я закрыл глаза и сделал глубокий, очищающий вдох, прежде чем снова открыть их. Мне нужно было видеть её. — Ты так много значишь для меня, маленькая ведьма. Я почувствовал это с самого начала. Это казалось… слишком сильным, слишком быстрым. Но после всего, что случилось, к черту это. Я безнадежно и полностью влюблен в тебя, детка.

Тихий скулеж сорвался с её губ при моем признании, её глаза заблестели от эмоций. Надежда, желание, любовь.

— Я тоже люблю тебя, Кам, — сказала она с легкой улыбкой, тронувшей её пухлые губы. Она любит меня. Меня. Несмотря на все мои недостатки и стены, которые я годами возводил вокруг себя, эта фигуристая богиня преодолела их все и не позволила мне спрятаться.

— Значит ли это, что ты меня прощаешь? — робко спросил я.

Моя маленькая ведьма потянулась ко мне дрожащими руками и убрала мои волосы назад; её ладони легли на мои щеки.

— Я прощаю вас всех. Жизнь слишком коротка, а мы только начали свою. Вместе. Займитесь со мной любовью? — мягко спросила она и повернулась, чтобы посмотреть на Фишера и Кая. — Все вы. Вы все нужны мне сегодня.

Глаза Фишера вспыхнули, чернота стала перетекать в светло-коричневый цвет его радужек. Звериный звук сорвался с губ Кая, когда они оба, словно хищники, подошли к нам.

— В какой позе ты нас хочешь, Детеныш? — прошептал Кай, касаясь губами её шеи. Сэйдж легко и прерывисто вздохнула от этого прикосновения.

— В любой, лишь бы все ваши руки были на мне одновременно, — ответила она; её щеки порозовели, когда она прикусила нижнюю губу.

— Сними с меня боксеры, детка. Мой член изнывает по твоим прикосновениям, — простонал я, поглаживая себя через тонкую ткань. Она посмотрела на меня, и её пальцы скользнули под резинку, стягивая их по моим бедрам. Тихий стон моей ведьмы заставил мои яйца дернуться от непреодолимой нужды в ней.

Мое внимание переключилось на пальцы Кая, которые играли с её затвердевшими сосками; бледно-розовые бугорки темнели от его ласк. Сэйдж начала покачивать бедрами, притираясь задницей к члену Кая, и я бросил взгляд на своего лучшего друга. Я тяжело сглотнул, обнаружив, что его глаза прожигают меня насквозь; его порочные руки дразнили нашу девочку, пока он удерживал мой взгляд.

Сэйдж ахнула, когда Фишер встал рядом с ней, упираясь членом ей в бедро. Он, должно быть, оказал себе честь и разделся сам.

— Хочешь, чтобы мы все дотрагивались до тебя, милая? — спросил Фишер; его голос был хриплым и полным вожделения.

— Боги, да. — Она извивалась в объятиях Кая. — Ты ощущаешься так хорошо, Кай, — сказала она, откинув голову ему на грудь.

— Ммм, вот так, значит? — Фишер опустил руку между её ног, и всё её тело дернулось в ответ. — Такая мокрая малышка… — пробормотал он; его рука двигалась с профессиональной точностью.

— Она непослушная ведьма, — сказал я братьям. — Верно, малышка? — Её голова металась из стороны в сторону; пощипывание сосков и мучительное удовольствие, которое Фишер доставлял ей между ног, явно её заводили.

— Но ты ведь тоже хранила секрет, не так ли? — Я скрестил руки на груди и посмотрел на неё сверху вниз. Да. Мы скрывали от неё вещи. Но на неё, блядь, напали, а она мне ничего не сказала. Никому из нас не сказала. Мне это не давало покоя, и я хотел убедиться, что она это понимает.

— Н-но я думала… — начала она, и я покачал головой.

— Никаких «но». Какой-то ублюдок распустил руки на то, что принадлежит мне. На то. Что. Принадлежит. Нам. Он причинил тебе боль, а ты не доверяла нам настолько, чтобы позволить тебя защитить. Больше такого не повторится, — заявил я тоном, не терпящим возражений. Кай и Фиш уловили мой настрой и внезапно отпустили её, отступив на шаг.

— Что? Нет. — Она посмотрела на них, затем снова на меня широко раскрытыми глазами.

— Не волнуйся, маленькая ведьма. Ты получишь то, что тебе нужно. Сразу после того, как извинишься перед каждым из нас. Своим ртом.

Мои мальчики встали рядом со мной, мы выстроились в ряд, плечом к плечу. Лицо Сэйдж залилось густым румянцем, когда она поняла, что я имею в виду.

— На колени, милая, — приказал Фишер, и я был шокирован властностью в его тоне. Впрочем, моей грязной ведьме это понравилось, и она встала перед ним, опустившись на колени плавным движением.

— Сделай меня мокрым и готовым. Я трахну тебя первым, — самодовольно сказал Фишер, бросив на нас взгляд, который говорил: «бросьте мне вызов, ну же». Я был не против. В конце концов, он, блядь, умер.

При первом же касании её губ к его члену он издал глубокий стон. Его веки дрогнули, а челюсть напряглась, пока она над ним работала. Её тихие стоны удовольствия зажигали огонь в моих венах, и Фиш медленно подавался бедрами, погружаясь всё глубже в её рот с каждым контролируемым движением.

— Блядь. Меня, — крякнул Кай; его рука двигалась вверх-вниз по собственному члену, а глаза были прикованы к губам Сэйдж.

— О, она сделает это. Скоро. — Порочная улыбка растянула мои губы, когда я увидел, как она выпустила Фишера изо рта. Встретившись с ним взглядом, она провела языком прямо по щели его члена, и, клянусь луной… эта женщина.

— Хватит, блядь. Ты заставишь меня взорваться, а для этого еще слишком рано, — усмехнулся Фишер, опускаясь на колени и страстно целуя её. — Обожаю вкус своего члена на твоем языке.

— Как же пошло ты разговариваешь, — похвалила Сэйдж, явно наслаждаясь этим.

— Да, это так. А теперь отсоси член Кама, я хочу посмотреть. — В воздухе раздался шлепок и вскрик, когда Фиш один раз шлепнул её по заднице для поощрения. Мой член был твердым как камень и отчаянно жаждал её. Однако её колени, вероятно, уже кричали от того, что она стояла на твердом полу. Я встал перед ней, взял её за руки и помог подняться на ноги.

— Иди сюда, малышка. Не могу позволить тебе испортить колени, так как я намерен либо сам трахнуть тебя, пока ты на них стоишь, либо смотреть, как это делают мои братья, — сказал я ей, садясь на край кровати. Потянувшись, я схватил подушку и бросил её на пол между своими расставленными ногами.

— Какой джентльмен, — съязвила она, и я глубоко вздохнул.

— Это ненадолго, — предупредил я, приподняв бровь. Она наклонилась, упираясь руками мне в бедра, и лизнула мою нижнюю губу. Я приоткрыл рот и смял её губы в поцелуе, наши языки сплелись. Мой член нетерпеливо дернулся, и я опустил её на колени, не разрывая поцелуя.

— Мне нужно почувствовать тебя, малышка, — тяжело дыша, произнес я. Она улыбнулась, наклонилась вперед и провела языком по нижней стороне моего члена, по всем пяти кольцам пирсинга.

— Бляяяядь, — простонал я, зарываясь пальцами в её волосы, пока она обрабатывала меня своими грешными губами и языком. Когда она коснулась моих яиц, я чуть не взлетел с кровати от разряда удовольствия.

— Вот так, Детеныш. Покажи нашему боссу, как сильно ты любишь сосать его большой член, — промурлыкал Кай, и она заскулила, заглатывая меня глубоко.

— Садись рядом, К. — Я похлопал по кровати, и он, не теряя ни секунды, сел рядом со мной, поглаживая себя.

— Так сексуально, Детеныш, — похвалил он, пока она облизывала мою головку, как ебаный леденец.

— Дотронься до неё, Фиш. Дай нам услышать, как она для нас промокла, — приказал я, и он опустился позади неё, нащупывая её киску; я мог только представить, насколько она была залита соками. Звук его пальцев, входящих и выходящих из неё, был откровенно эротичным, и я стянул её со своего члена за волосы, прежде чем спустить ей в горло.

Она голодно облизала губы и подтолкнула Кая, чтобы он отодвинулся дальше на кровать. Он подчинился, и она поползла за ним, как хищница, её сиськи покачивались внизу. Эта прекрасная задница, поднятая в воздух. Черт.

— Открой рот, — сказал Фишер, и я посмотрел на него, гадая, к кому, черт возьми, он обращается. Он держал три блестящих пальца и пристально смотрел на меня. — Попробуй нашу женщину на вкус, Кам. Слижи её с моих пальцев.

— Клянусь звездами, — одновременно простонали Сэйдж и Кай, внимательно наблюдая за нами. В другой обстановке это было бы смешно. Но здесь не было ничего комичного, только чистый, раскаленный добела жар.

— Тебе нравится эта идея? — спросил я свою маленькую ведьму, и она кивнула.

Я приоткрыл рот, и Фишер встал между моих ног, взял меня за подбородок и просунул первый палец внутрь. Я сомкнул губы вокруг его пальца и глубоко застонал. Её вкус на коже моего брата, блядь. Сэйдж практически задыхалась, наблюдая, как Фишер вводит еще один палец. Мой язык обвил его пальцы, слизывая её эссенцию и делая её моей навсегда. Я перехватил его за запястье и вытащил его пальцы, не упустив из виду вожделение в его глазах.

— Сделай их снова мокрыми, Фиш, и дай попробовать К, пока она сосет ему. А потом, потом мы будем трахать её, и не остановимся, пока она не начнет умолять.

Я внимательно наблюдал, как Фишер покорно выполняет мои приказы; сладкий вкус моей ведьмы всё еще ощущался на моем языке. Кай извивался под ней, пока она заглатывала его член так, словно это было самое вкусное, что она когда-либо пробовала. Фиш надавил ей между лопаток, тем самым приподняв её задницу и киску. Блядь, она выглядела аппетитно.

Снова как следует смазав пальцы, он потянулся и протолкнул их Каю в рот, одновременно погружая свободную руку в её скользкую пизду. Моя малышка теперь стонала по-настоящему, покачивая бедрами взад-вперед, насаживаясь на пальцы Фиша. Поскольку Кай был глубоко в её рту, ей оставалось только наблюдать, как оборотень лижет и сосет её возбуждение, пока Фишер кормит его с рук.

— Думаю, можно с уверенностью сказать, что мы все простили друг друга? — спросил я, лениво поглаживая свой член.

— Довольно точное предположение, — крякнул Кай, когда Сэйдж сильно втянула и выпустила его член с громким чмоком.

Наша ведьма перекатилась на задницу; её волосы растрепались и спутались из-за того, что мы постоянно любили за них хвататься. Её губы были пухлыми и красными, грудь вздымалась от желания.

— Ты — просто видение, Детеныш. Забирайся на подушки и широко раздвинь для нас бедра, — приказал Кай, и маленькая проказница поспешила выполнить приказ. Было время, когда она была более нерешительной. Стеснялась представать перед нами обнаженной. Теперь же в её движениях не было ни секунды колебаний, когда она соблазнительно откинулась назад; её руки скользнули вниз по груди.

— Черт, — прошептал Фиш, а Кай пробормотал ругательство, когда она подразнила свои соски. Эти кремовые мягкие бедра раскрылись, как лучший чертов подарок, который я когда-либо видел, и мы все синхронно застонали.

— Блядь, малышка. Посмотри на себя… — Я замолчал в благоговении. Потому что я испытывал полное и абсолютное благоговение перед этой женщиной, моим сердцем. Мы все трое были заворожены, захвачены зрелищем, разыгрывающимся перед нами.

Выдержка Кая лопнула, он бросился вперед и зарылся лицом между её ног. Одобрительный звук, который она издала, подал мне идею. Фиш прикусил её сосок, и я увидел, как её руки впились в одеяло под ней. Я протиснулся рядом с Каем, и он посмотрел на меня с вопросительным выражением лица. Между её ног было не так уж много места для двух здоровенных парней, но мысли о том, как сильно мы сможем свести её с ума, было достаточно, чтобы я, блядь, придумал, как это сделать.

— Вместе тогда? — хрипло спросил я, когда Кай вытер рот и подбородок тыльной стороной ладони.

— О, блядь, да. — Он по-волчьи ухмыльнулся и нырнул обратно, немного сдвинувшись, чтобы освободить место для меня. Его язык обвел её клитор, а я с легкостью протолкнул два пальца внутрь её тела.

— Да, — застонала она, подаваясь бедрами вверх и вжимая свою киску в рот Кая. Я сделал несколько быстрых движений рукой и согнул пальцы у передней стенки, задевая её точку G. Её ноги уже дрожали, и я знал, что она долго не продержится.

— Сядь немного, милая. Посмотри на двух мужчин между твоими бедрами прямо сейчас, поклоняющихся твоему алтарю. Посмотри, как они вкушают всё, что ты им даешь, — попросил Фишер, когда она приподнялась на предплечьях.

— Звезды мои, — тяжело дышала она, встречая каждый из наших пылающих взглядов и возвращая этот огонь в десятикратном размере.

— Тоже полижи её, Кам, — пробормотал Фишер, поглаживая свой твердый член, пока смотрел это шоу. Это был не приказ, скорее желание. Желание, которое он отчаянно хотел увидеть воплощенным в реальность.

— О боги, — заскулила Сэйдж, когда мое лицо опустилось, чтобы поласкать её клитор. Мой язык коснулся языка Кая — движение, которое она не пропустила и которое ей явно не было противно, судя по абсолютно животному звуку, сорвавшемуся с её губ. Влага буквально заливала мои пальцы, пока наши языки пожирали её. Кай вытащил мою руку из её тела, одновременно подталкивая её колено к её голове. Я с восхищением наблюдал, как её желание стекает из пизды, скользя по заднице.

Блядь, я бы вылизывал её киску вместе с Каем всю чертову ночь, если её это так заводит.

Кай издал звериный стон при этом зрелище, опустив лицо еще ниже, чем раньше, и слизывая эту влагу, прежде чем снова погрузить язык в её тугую киску. Трахни. Меня. Сэйдж непрерывно бормотала поток похвал и ругательств, и я знал, что она близка к взрыву. Фишер подмигнул мне и перекатился к Сэйдж; его рука скользнула от её живота, между грудей и, наконец, легла на горло.

Я знал: в тот момент, когда я коснусь её клитора, она будет готова, поэтому я секунду наблюдал, как Фишер глубоко целует нашу женщину. Его хватка на её горле усилилась, и её руки метнулись к его предплечьям, впиваясь в них ногтями. Не для того, чтобы вырваться, нет, она поощряла его.

— Давай, Кам, — простонал Фиш, и через секунду мой рот нашел её клитор. Я лизал, сосал, выписывал круги и трахал его языком.

— Блядь! Да! — закричала Сэйдж, и всё её тело задрожало от силы оргазма. Её бедра сжались вокруг моей головы; она дико дергалась, ловя свой кайф. Я зарычал ей в кожу; мое лицо было покрыто её запахом. Может, это делало меня пещерным человеком, но я получил от этого огромное удовольствие. От того, что она меня пометила. Медленно её бедра отпустили меня, и я сел на пятки. Она медленно возвращалась с небес на землю с легкими подергиваниями и вздохами. Она была самым прекрасным созданием, которое я когда-либо видел… а видеть её такой? Совершенство.