Глава 14

Сэйдж

Мы сидели в густой траве, держась за руки, и радостное волнение висело в воздухе вокруг нас после того, как Фишер сказал, что смог достучаться до Кая. После того как Багги покинул мой разум, я почувствовала такой трепет от перспективы вернуть своих мужчин. Боги, как же сильно я, блядь, по ним скучала. Я не могла дождаться момента, когда снова буду выводить Кама из себя, прижиматься к Каю, когда он вдыхает мой запах, и перебрасываться колкостями со Слоаном. Теперь, когда вся правда вышла наружу, я чувствовала, что как группа мы станем только сильнее. То стремление, которое я испытывал к этому, это чувство целостности, стало для меня сюрпризом. Меня вырастила сильная ведьма, которой никто не был нужен. Я переняла точку зрения Ба на этот счет. Я делала всё сама и сама строила свою судьбу.

Но я быстро усваивала: то, что тебе никто не нужен, чтобы выжить, это ещё не означает, что на самом деле чертовски неприятно не иметь их рядом с собой.

Мои мысли прервались, когда рука Фишера выскользнула из моей, и он безвольно завалился на меня. — О боги, — закричала я в панике. Я уже потеряла его однажды, я не смогла бы пережить это снова. Дым, лес, синяки, его холодное лицо, неподвижность…

— Дикарка, всё хорошо. Ты в порядке. Дыши. Вдох через нос, выдох через рот. — Голос Хола донесся до моего разума, хотя и звучал приглушенно. Словно я была под водой.

— Не могу… дышать, — задыхалась я; мой взгляд метался, пока Брам и Фарис поднимали Фишера с меня. Оба смотрели на меня с беспокойством.

— Он в порядке, Сэйдж. Тебе нужно дышать, — настаивал Хол, убирая волосы с моего лица и заставляя посмотреть на него. Но мои глаза всё еще были прикованы к телу Фишера, и когда я увидела кровь, текущую из его носа, я завыла так, словно меня ударили ножом.

— Кровь, он истекает кровью!

— Отнесите его в постель. Он потратил много энергии и всё еще был слаб после… того, что было раньше, — сказал Хол Браму и Фарису. Он всё еще был слаб после смерти. Вот что он имел в виду. — Брам, будь готов через пять минут. Фишер показал мне, где они, прежде чем отключился. Они будут готовы.

— Пойдем, Сэйдж. Мы можем посидеть с Фишером, пока они сделают то, что должно быть сделано, — сказала Ба, протягивая мне руку. Мое сердце всё еще колотилось, но я больше не чувствовала, что задыхаюсь. Маленькая победа. Хол помог мне подняться на ноги, и я взяла Ба за руку. Он в порядке. Он в порядке. Если я повторю это в уме достаточно раз, это станет правдой, верно?

Оглянувшись, я увидела, что Хол всё еще стоит там и смотрит, как мы уходим. Я остановилась и протянула ему руку с мягкой улыбкой. Его глаза слегка округлились, а на щеках появился едва заметный румянец. Мгновением позже его рука крепко сжала мою, а на лице появилась самая милая ухмылочка. Было немного странно не иметь отца двадцать восемь лет своей жизни… но Хол хотел этого. Он своими поступками раз за разом доказывал мне, как сильно хочет быть мне отцом. К тому же, он дает действительно отличные советы и обнимашки.

На лице Ба тоже появилась улыбка. Думаю, этот угрюмый демон произвел на неё впечатление, хоть она ни за что бы в этом не призналась в ближайшее время. Но её одобрение наших новообретенных отношений много значило для меня.

Оказавшись в доме, я бегом поднялась по лестнице; Мэйвен не отставал ни на шаг. Когда я влетела в комнату, Фарис как раз снимал с Фишера обувь. Гуппи растянулся на моей кровати, его темные кудри упали на глаза. Брам вышел из ванной с влажным полотенцем, и вместе с Фарисом они начали приводить Фишера в порядок, чтобы ему было удобно.

Мое сердце едва не разорвалось от… чувств. Это была не просто любовь. Это было чувство безопасности, тепла, счастья. Несмотря на то, что Фарис был совершенно новым для этого мира в физическом смысле, я не могла отрицать, что чувствую, будто уже знаю его. И мне не терпелось узнать его поближе. Между нами уже проскакивали искры, их просто нужно было разжечь. Брам с озадаченным выражением лица изучал Фариса, вытирая кровь под носом у своего брата.

— Брам, пора. Мы вернемся так скоро, как только сможем, — раздался голос Хола у меня за спиной, и я, совершенно не задумываясь, бросилась к своему папе и крепко обняла его.

— Спасибо тебе за всё, пап, — выдохнула я, уткнувшись лицом ему в грудь. Его руки обвили меня, и он сжал меня в ответ.

— Теперь ты для меня всё, дикарка, — прошептал он, и я сморгнула слезы от искренности в его голосе. Насколько другой могла бы быть моя жизнь, если бы он был её частью с самого начала?

— Златовласка, мы скоро вернемся. Максимум полчаса, ладно? Фарис посидит с тобой. — Брам скептически посмотрел на Фариса, пока не понимая, как относиться к магу крови. В его взгляде читалась недвусмысленная угроза. Обидишь её — я тебя убью. Забрав меня от Хола к себе, он наклонился, чтобы коснуться своими губами моих, и я улыбнулась ему. Боги, этот демон был восхитителен.

— Верни их мне, Брам, — сказала я, взяв его лицо в ладони. — И ради любви луны, будь осторожен!

Оба демона усмехнулись, Брам подмигнул, и они исчезли.

Я выдохнула, пытаясь успокоиться. Всё будет хорошо.

— Иди сюда, Светлячок, — сказал Фарис успокаивающим тоном, похлопав по месту рядом с собой на кровати.

Мы впервые остались наедине, и я внезапно очень остро это осознала. Я просто не знала, как с ним взаимодействовать. Видел ли он в нас пару? Технически, я даже не знала о его существовании до сегодняшнего дня. Словно прочитав мои мысли, он усмехнулся.

— Не нервничай. Мы уже занимались аналом. О чем тут волноваться после такого? — Он приподнял темную бровь, и я рассмеялась.

— Справедливости ради, я думала, что занимаюсь аналом с ним. — Я указала на Фишера и села рядом с Фарисом.

— Ммм, ну, теперь ты можешь заниматься этим с нами обоими. По отдельности. Или вместе, если захочешь.

— Мы правда обсуждаем анальный секс, пока Хол и Брам на спасательной миссии, а Фишер в отключке? — спросила я, качая головой. Но улыбка не сходила с моего лица. У него действительно здорово получалось меня успокоить.

— Если ты предпочитаешь действия обсуждениям, это можно устроить. — Фарис протянул руку, накрутил локон моих волос на палец, затем поднес к носу и глубоко вдохнул. Его темные ресницы дрогнули, и он заметно затрепетал. Я просто смотрела на него; он был до безумия напряженным и в то же время… пиздец каким странным в своих манерах.

Значит, ты хочешь с ним переспать. Моя внутренняя ведьма подала голос, и я покраснела от собственных грязных мыслей.

Нет, это значит, что я нахожу его очаровательным, — поспорила я сама с собой.

Ты хочешь прокатиться на его поезде безумия. И под поездом я имею в виду его большой безумный чл…

Фарис вздохнул, и я резко вернулась к реальности, прогоняя развратницу, жившую внутри. Он потянулся, пронзая меня своим темным взглядом, и о-мои-лунные-девы, это ничуть не помогало. — Знаешь, я в принципе девственник. Не хочешь по-быстрому лишить меня невинности? Просто скажи «анал» еще один раз.

— О мои боги, прекрати, — рассмеялась я и повалилась на спину, отодвигаясь к середине кровати.

— Я буду обнимать тебя. В объятиях я тоже девственник. — Фарис ухмыльнулся, скользнул ко мне и плотно прижал к своему телу. Моя голова легла ему на плечо, его рука протянулась вдоль моей спины, а ладонь обхватила мое бедро так, словно он имел на это полное право. Это ощущалось правильно.

— Фарис? — прошептала я, не уверенная, стоит ли спрашивать.

— Да?

— Мы… вместе? Ну, как я с остальными?

Он замер и сместился так, чтобы посмотреть мне в лицо.

— А ты сомневалась? Я знаю, что только что получил тело и всё такое, но разве ты этого не чувствуешь? Притяжение. Связь? — Он выглядел уязвленным, и я почувствовала себя полной задницей.

— Да, да, конечно, я это чувствую. Просто я не знаю… Мне хотелось знать, чувствуешь ли это и ты, — призналась я. Мои щеки горели, пока он продолжал изучать меня.

— Я чувствую это, Светлячок. Это поглощает меня, — прохрипел он. Наши лица находились на расстоянии одного вдоха, и если бы он придвинулся хоть на чуточку ближе…

— Поцелуй меня, Фарис, — прошептала я; мой голос был хриплым от желания.

Мои глаза закрылись, когда его губы коснулись моих. Мягко и робко. Невинно. От этой мысли я странным образом возбудилась. Я никогда ни для кого не была первой, а теперь у меня был маг, который мало того, что был слетевшим с катушек, плюющим на всё психопатом, так еще и девственником!

Я приоткрыла губы, высунула язык и лизнула его рот. Он вздрогнул от прикосновения и позволил мне проникнуть внутрь, чем я не преминула воспользоваться. Мой язык скользнул по его языку, сначала мягко, давая ему привыкнуть к ощущению. Когда он застонал, я поцеловала его более решительно, и он стал отвечать мне движением на движение.

Резкое ощущение на моем языке заставило меня вздрогнуть, и я начала отстраняться. Металлический, медный вкус наполнил мой рот, и Фарис втянул весь мой язык в свой. Вся эта ситуация была эротичной и порочной… Я никогда не делала ничего подобного. Видимо, можно регулярно трахать пятерых парней и всё равно учиться новым трюкам.

Застонав, я закинула ногу ему на бедро. Я чувствовала, как его член упирается мне в живот, и он потерся об меня бедрами. Не я одна была пиздец как возбуждена.

Слишком скоро он отстранился, тяжело дыша. Его губы были испачканы моей кровью, клыки удлинились. Фарис выглядел как дитя любви между опасностью, рискованными решениями и сексом. Моей внутренней ведьме очень захотелось сесть ему на лицо. Шлюшка.

— Я кончил в штаны, — тихо сказал он, удивленно приподняв брови.

Я не смогла сдержаться. Смешок сорвался с моих губ, и я улыбнулась своему похотливому магу крови. — Значит, ты больше не девственник в поцелуях и петтинге. Отличная работа.

Напряжение заметно покинуло его тело, и плечи расслабились.

— Дай пять? — Он поднял руку, и я с силой хлопнула по ней.

— Ты отлично целуешься, — честно сказала я ему. Для первого раза это было феноменально. Не слишком слюняво. Я вспомнила тех мальчишек-подростков, с которыми целовалась раньше, и то, какими слюнявыми они были. Это подходящее слово? Слюнявыми? Это было отвратительно.

Фарис ухмыльнулся и скатился с кровати. — Я пойду приведу себя в порядок. И какой бы сексуальной ты ни была с кровью, стекающей по подбородку, не думаю, что твои остальные парни это одобрят. Не двигайся, — приказал он, наклонился и вылизал меня дочиста, пока я моргала, как сова.

— Вкуснотища, — пробормотал он, закрыв глаза и наслаждаясь вкусом. — Лучше спустись вниз, Светлячок. Они только что вернулись.

— Что? — взвизгнула я, вскочив с кровати, как ниндзя. Мэйвен завыл и уже мчался вниз по лестнице.

— Увидимся чуть позже. Иди, Светлячок, — поторопил Фарис, развернув меня и подтолкнув к двери шлепком по заднице. Я одарила его последней сияющей улыбкой, прежде чем выбежать за дверь; мое сердце трепетало от предвкушения. Трепет от того, что я наконец-то их увижу.

Мои босые ноги коснулись лестничной площадки, и я побежала на звук голосов. Я заскользила по ковру, резко затормозив. Прямо передо мной стояла моя мать.

Хол держал её за волосы, явно собираясь куда-то отвести. Я не ожидала столкнуться с ней в моем ебаном доме. Только не тогда, когда меня так распирало от эндорфинов.

Я резко вдохнула, когда наши взгляды встретились. Белоснежно-горячая ярость обожгла мои вены, и моя демоническая сущность немедленно вырвалась наружу. Крылья, хвост, рога… и жажда крови.

— Ты! Ах ты, ебаная сука! — закричала я, бросившись на неё прежде, чем Хол успел меня остановить. Я влетела в неё, как лайнбекер, повалив на пол; звук её ужаса питал мою решимость. Ей и должно быть страшно. Пиздец. Как. Страшно.

— Ты убила его! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — визжала я, замахнувшись и ударив её прямо в нос. — Как ты могла? Как. Ты. Могла? — Каждое слово сопровождалось пощечиной или ударом кулака. Я больше не была Сэйдж, я была ведьмой совершенно другого толка. Блядь, я была демонической ведьмой, которая знала, каково это — потерять истинного. Я знала, каково это, когда твоя собственная мать убивает твою пару. Нет, я больше не была Сэйдж. Я была чем-то совершенно иным.

— Почему ты не сопротивляешься? Дерись со мной, сука! — ревела я; слезы свободно текли по моему лицу. Даже превращение в демоническую ведьму не могло остановить слезы ярости.

— Я парализовал её магию, — услышала я голос Хола откуда-то поблизости, а затем тихий плач Ба. Боги, бедная Ба.

— Детеныш. — Я замерла. Этот голос. Приказ. Имя и команда. Остановиться. Подойти.

Я тяжело дышала, когда обернулась и увидела их. Всхлип вырвался из моего горла, прежде чем я смогла его сдержать.

Кам и Кай стояли плечом к плечу со свирепым выражением на лицах. Кай был абсолютно голым и ни капли этого не стеснялся. Я слезла с визжащего тела Лори. Хол уже тащил её по коридору, а Ба шла следом. Слоан стоял в стороне с таким видом, будто ему нужно было срочно сходить по-большому или типа того.

— Малышка. — Хриплый голос Кама вызвал дрожь вожделения, охватившую всё мое тело. Я бросилась к ним обоим и мгновенно оказалась на руках у Кама. Мои ноги обвили его талию как раз в тот момент, когда Кай прижался к моей спине. Зубы Кая прикусили мою шею, а губы Кама впились в мои.

Его язык немедленно проник в мой рот, и я громко застонала, плевать хотев на то, как это звучит. Я услышала мягкий стук, но не разорвала поцелуй. Добрые богини и гоблины, это было слишком хорошо.

— Ребят, какого черта? — раздался откуда-то недовольный голос Слоана. Он мог бы отсосать мне, если думал, что я собираюсь остановить всё это прямо сейчас.

— Мы пиздец как скучали по тебе, Детеныш, — прорычал Кай; его руки скользнули между моим телом и телом Кама в поисках моей груди. Когда он ущипнул мои соски, я оторвалась от губ Кама, чтобы издать поощрительный писк. — Посмотри на эти чертовски красивые крылья, — промурлыкал он, намотав мои волосы на руку и потянув. Моя шея выгнулась, и Кай яростно поцеловал меня; связь истинных между нами радостно завибрировала.

— Ну, ну, ну… Найдется место для еще одного? — спросил Фарис, и я скосила глаза, увидев его стоящим в дверях гостиной. Его волосы были влажными после второго душа, и он выглядел потрясающе.

Я почувствовала, как Кам и Кай напряглись, увидев его. Тихий вздох откуда-то сзади подсказал мне, что Слоан тоже его заметил. Поняли ли они, что это не…

— Фишер, о мои боги. Ты… Мы думали… — Кай запинался, его рот открывался и закрывался, словно он не был уверен, что именно хочет сказать.

Слоан прошел мимо нас троих, его взгляд был прикован к Фарису. Он, без сомнения, думал, что смотрит на Фишера.

И момент был выбран как нельзя лучше. Фишер вышел из-за спины Фариса как раз тогда, когда Слоан собирался его схватить. Кам чуть не выронил меня, а Слоан отшатнулся назад так быстро, что едва не упал на задницу.

— Блядь, как же я рад вас видеть, парни. Скучали по мне? — улыбнулся Фиш, встав рядом со своим братом.

— Какого. Хуя? — спросил Слоан, переводя взгляд с одного мужчины на другого так, словно изучал произведение искусства.

Фишер практически набросился на Слоана, прижав его к себе и уткнувшись лицом ему в шею. Бедный пиромант был в таком замешательстве, когда ответил на объятие. Мэйвен послушно сидел у ног Слоана, явно очень радуясь возвращению своего сварливого друга.

Фиш отстранился от Слоана и обратился ко всем: — Это Фарис. Знаю, это странно. — Он пожал плечами, видя парней с отвисшими от шока челюстями. — Он мой брат. Э-э… Я не был до конца честен о себе. Я думал, что просто немного сошел с ума.

— О чем ты говоришь? — спросил Слоан с удивительной мягкостью в голосе. Я заметила, что он поглаживал Фиша по спине.

— У меня было это, не знаю, сущность? Голос? В голове, сколько я себя помню. Я называл это своей темной стороной. Но я мог с ним разговаривать. И этот «он» — это Фарис. — Фишер указал на упомянутого мужчину.

— Но как это произошло? — потребовал ответа Кам, с подозрением глядя на нового мужчину. Я не была удивлена. Режим папочки в действии.

— Я умер, — тихо сказал Фиш. Лицо Кама потемнело, Кай заскулил, а Слоан ахнул.

— Но ты же здесь. Ты не мертв, — твердо сказал Слоан, теперь уже открыто прикасаясь к Фишеру, словно пытаясь убедиться в этом факте.

Фишер взял Слоана за руки. — Не сопротивляйся. Просто прими воспоминания, — предупредил он, и Слоан сначала напрягся, но затем постепенно расслабился, пока Фиш возвращал всё, что забрал.

— Блядь, — прошептал Слоан, когда всё было закончено. От меня не укрылся стеклянный взгляд его глаз. Фиш тоже это заметил, но это не помешало ему бросить руки Слоана так, словно они горели. Бедный парень стоял там с таким видом, будто его только что сломали. Полагаю, так оно и было.

— Сэйдж вернула нас. Её магия разделила нас и дала мне физическое тело, — вмешался Фарис, прерывая момент, который стремительно становился неловким для его брата. Его ноздри раздулись, и он поднял палец.

— Что ты… — Мой вопрос был оборван. Откуда-то донесся панический писк. Это что, мышь?

— Я чую кровь. Где рыжий демон? — спросил Фарис, и я немедленно шагнула вглубь гостиной. О боги. Нет.

Всё начало двигаться в замедленной съемке. Брам лежал на полу, скрытый от нас диваном. Из его живота торчал нож, кровь стекала под его тело на мой ковер. Только не снова. Я не вынесу.

— Брам! — закричала я, собираясь броситься к нему, но меня перехватили сзади.

— Позволь Фарису помочь ему, милая, — сказал Фишер мне в шею, удерживая меня. — Его силы дают ему способности к исцелению, он сможет залатать его лучше и быстрее, чем кто-либо другой.

С такими темпами я заработаю сердечный приступ еще до того, как мне исполнится тридцать. Я с ужасом наблюдала, как Фарис разрывает рубашку Брама. Кровь сочилась вокруг ножа, и комната накренилась.

— Она сейчас упадет в обморок. Давай, маленькая ведьма, — сказал Кам, подхватывая меня на руки и садясь на диван, крепко прижимая меня к своей груди.

— Как это случилось? — спросил Фарис. Схватившись за нож, он одним резким движением вытащил его из живота Брама.

— Бляяяядь! — взревел Брам; боль была настолько сильной, что вывела его из бессознательного состояния. Он попытался сесть, его глаза были широко раскрыты от паники.

— Ты будешь в порядке, но только если, блядь, ляжешь и перестанешь дергаться. Будь хорошим мальчиком, — скомандовал Фарис и легонько щелкнул Брама по носу.

— Прямо перед тем, как мы телепортировались или что это вообще было, Азраэль сказал Браму, что идет за короной, а потом метнул в нас этот нож. Я думал, мы успели свалить, — объяснил Кам, потянувшись к моим рукам, и только тогда я поняла, что они дрожат. — Я держу тебя, малышка, — прошептал он мне на ухо так, чтобы слышала только я.

— У нас получилось? Все… здесь? — спросил Брам с закрытыми глазами. Фарис прижимал руки к ране, но крови всё равно было дохрена.

— Да, мужик. Мы все здесь, благодаря тебе, — подал голос Кай.

Брам слегка улыбнулся: — Это того стоило. Ради Златовласки. Эй… Кай?

Тот присел на корточки рядом с головой Брама. — Что такое?

— Надень, блядь, что-нибудь, пока не выколол мне глаз.

И затем он тут же снова отключился. Я не смогла сдержать смешок, вырвавшийся у меня; я схватила плед с дивана и бросила его Каю, который бормотал что-то о ханжах, обматывая его вокруг талии.

— Кто-нибудь, спуститесь сюда и зажмите рану, мне нужны руки, — попросил Фарис, и Слоан стянул рубашку через голову и плавно опустился на колени. Не то, чего я ожидала, но ладно…

Фарис, должно быть, тоже этого не ожидал, потому что он свирепо нахмурился на Слоана.

— Как ты собираешься его лечить? — спросил Кай, когда они с Фишером присоединились к остальным на полу.

О звезды, сейчас будут реакции.

Фарис усмехнулся. — На счет три, — сказал он Слоану. — Один, два, три. — Он отдернул руки, и его клыки удлинились. Кай ахнул и упал на задницу, глядя на Фариса со страхом и замешательством. С кряхтением Фарис укусил себя за запястье и прижал его ко рту Брама.

— Видимо, мой брат — маг крови, — сказал Фишер с непроницаемым лицом, и руки Кама крепче сжали мои. Был ли он обеспокоен этим фактом? Черт, он сойдет с ума, когда узнает, что я уже позволила ему пить мою кровь…

— Да ладно? Ни хрена себе, — сказал Кай.

— Многое объясняет, — проворчал Слоан, и Фарис одарил его злым взглядом.

— И что, блядь, это должно означать? — огрызнулся Фарис.

Фишер неловко переступил с ноги на ногу, готовясь к столкновению, нарастание которого, уверена, чувствовали все в комнате.

— Маги крови славятся своим безумием. Нестабильностью. Оторванностью от реальности. Ими движет одержимость кровью и у них фиксация на убийствах. Не делай вид, что не знаешь всего этого, — выпалил Слоан ему в ответ.

Мое тело напряглось на коленях Кама. Я не могла выносить ссоры прямо сейчас. Почти все были в порядке, несмотря на то, что мой демон был смертельно ранен и всё такое, но… Я пыталась мыслить позитивно, черт возьми. Мы были вместе. Это всё, что имело значение.

Звук леденящего кровь смеха вызвал мурашки у меня на руках. — Это похоже на убийство, Слоан? По-моему, это звучит как проекция. У тебя ведь тоже есть парочка одержимостей, верно? Хозяин. — Он выплюнул это слово так, будто оно было мерзким на вкус, а затем вспыхнуло пламя.

— Блядь! — закричала я, спрыгивая с Кама и отталкивая Слоана в сторону. Рубашка горела и через несколько секунд начала бы обжигать Брама. Я почувствовала, как Кам протиснулся рядом со мной, наклонившись близко к пламени. Он поднес руки к жару, и с треском электричества из его ладоней полилась вода. Дождь. Он, блядь, создал дождь своими руками. Хлопковая ткань зашипела и задымилась, когда пламя было потушено.

— Как, черт возьми? — Слоан опешил от сцены перед нами.

— Понятия не имею, — признался Кам, с удивлением разглядывая свои руки. — Я просто знал, что делать. Я никогда раньше не делал ничего подобного.

— Наши силы возрастают, — сказал Кай, глядя на каждого из нас.

— Правда? — спросил Кам.

Брам застонал и приоткрыл глаза. — Голди, — пробормотал он.

— Я здесь, — заверила я его, взяв за руку и сжав её. — Ты, большой идиот. Почему ты ничего не сказал? А ты такой: «Дай-ка я посижу вот тут с ебаным ножом в животе и посмотрю, как моя истинная выбивает дурь из своей мамаши», — начала я ругаться. Он открыл рот, вероятно, чтобы возразить, но я была в ударе. — А потом я просто посмотрю это милое воссоединение, пока моя истинная трется о двух других своих парней, упаду на пол и вырублюсь от потери крови без единого звука!

Я сделала глубокий, судорожный вдох. Шесть пар глаз смотрели на меня так, будто я сошла с ума.

— Ты закончила, Рыжая? — спросил Слоан, глядя на меня своими ледяными голубыми глазами. О, ну уж нет.

— А ты, — я прищурилась, указав пальцем на Слоана, который ответил мне таким же взглядом. Не говори этого, Сэйдж. Не иди туда. — Ты даже не ведешь себя так, будто рад меня видеть!

Кай издал тихий свист в ответ на это обвинение, а Слоан, казалось, впервые с момента нашего знакомства лишился дара речи. Фарис помог Браму сесть, и я наполовину ожидала, что он сбегает на кухню за попкорном для этого шоу.

— Я не думал, что ты будешь рада меня видеть, — сказал Слоан таким тоном, словно не был уверен, как сейчас себя вести. К моему удивлению, его щеки начали слегка краснеть, и я не думала, что это из-за его магии.

Я фыркнула, как настоящая оскорбленная женщина. — Послушайте. Мы все облажались. Наша первая встреча началась весьма нетрадиционно. Да, вы все хранили большой секрет. Огромный секрет. Но теперь я понимаю, что это была часть вашей работы. Для меня было огромной пощечиной в тот день, когда Хол и Брам провели меня через портал. Я думала, что вы всё это время просто играли со мной, — призналась я.

— Как ты могла так подумать, маленькая ведьма? То, что между нами… — Голос Кама затих, и в его тоне слышалась явная боль.

— Знаю, знаю! Но, может быть, я не так уверена в себе, как кажусь, потому что в тот момент я чувствовала себя очень неуверенно и уязвимо. Что еще хуже — я знала, на что способен Брайс, и не предупредила вас. Я позволила ему проникнуть в мою голову, и не могу перестать думать: если бы я была честна в этом, возможно, исход в лесу был бы другим, — тихо сказала я, и на глаза навернулись слезы. Боги, я ходячая катастрофа.

— Что значит, ты не была честна, милая? — мягко спросил Фишер, потянувшись ко мне и притянув меня между своими раздвинутыми ногами.

— Вы возненавидите меня. Но я не знала, кем вы работали, я не знала, насколько вы на самом деле могущественны.

— Златовласка, не надо так. Ты была жертвой в тот день, и никто здесь не будет на тебя злиться, — поддержал меня Брам. Он был прав. Мне нужно было доверять своим парням.

— В ту ночь, когда я пришла домой пьяной, когда меня подвез Брам. Ну, когда он был Джонни. — Все кивнули, вспоминая. — Ранее в тот день я была в продуктовом, и Брайс загнал меня в угол. Он угрожал утопить вас всех во сне, если я расскажу о том, что он сказал или сделал.

— А что он сделал? — тихо спросил Слоан, и от этого я вздрогнула сильнее, чем если бы он зарычал, как обычно.

Руки Фишера обвили меня, а Кай переплел свои пальцы с моими. — В общем, он сказал, что я всегда буду принадлежать ему. Он поцеловал меня и… — Я опустила взгляд на свои колени и уже чувствовала, как меня накрывает стыд.

— Он мертв. Он уже был мертв. Я разорву его на куски зубами, — прорычал Кай, вскакивая на ноги и начиная мерить шагами комнату.

— Закончи предложение, малышка, — приказал Кам. Как ни странно, властность в его тоне меня успокоила. Сильно.

— Он прикасался ко мне. Так, словно имел на это полное право. Вот почему я пила в одиночестве в лавке. А потом появился Брам, и у меня в голове творился полный пиздец. Я так боялась, что он навредит вам, парни… И в конце концов, он всё равно это сделал. Мне так жаль. — Мой голос сорвался от эмоций, и я не могла заставить себя посмотреть ни на одного из них.

— Готов поспорить, Хол мог бы быстренько вернуть нас туда, чтобы мы могли схватить этого сукина сына, — мрачно сказал Слоан, и Фишер закивал, соглашаясь с этим бредовым планом.

— Ни за что. Мы здесь, наконец-то, все вместе. Больше никакой лжи между нами. Если мы снова увидим его, тогда и разберемся, — твердо сказала я им всем. Каждый из моих мужчин выглядел готовым совершить темные и кровавые деяния, защищая мою честь. Я бы солгала, если бы сказала, что от этого мне не стало тепло и трепетно внутри… включая то, что пониже пояса.

— Детеныш, — пророкотал Кай у меня за спиной, и когда я обернулась, его глаза были полуприкрыты, а на губах играла понимающая ухмылка, в то время как плед начал подозрительно оттопыриваться.

— В чем дело, К? Учуял что-то, что тебе нравится? — поддразнил Кам, и я густо покраснела. Этот чертов оборотень, вероятно, понял, что я возбуждена, гораздо раньше меня самой.

Телефон Брама звякнул, прерывая сексуальное напряжение. — Твой отец и Бетти заперли Лори в сарае на улице. Ему нужна помощь, так что я вернусь через несколько часов, — объявил он, вскочив так, словно еще пятнадцать минут назад из его тела не торчал нож.

— Я пойду с тобой, — мрачно сказал Фарис, его глаза сверкнули обещанием крови, и кто знает, какими еще извращениями он увлекался.

— Это плохая идея, Фарис, — сказал ему Кам. — Montague собирает магов и ведьм с редкими склонностями. Сейчас у нас преимущество перед ней, но она хитрая, и если она каким-то образом передаст информацию, я не доверю ей знание о тебе. Чем дольше они не будут иметь ни малейшего понятия о твоем существовании, тем лучше.

Казалось, Фарис понял его объяснение, но это не значило, что оно ему понравилось. Поэтому он плюхнулся на стул и начал слизывать кровь Брама со своих пальцев. Милые лунные девы. Я смотрела, как он отнял руку, изучая её, его глаза загорелись и метнулись к не такой уж незаметной выпуклости в штанах. Ох, черт.

Он вскочил, не понимая, что я за ним наблюдаю. — Я э-э… увижу вас позже. Держите меня в курсе, удачной дороги… — Фарис помахал рукой и выскочил из комнаты.

Не бери в голову, Сэйдж. Он взрослый мужчина, который только что вспомнил, что у него есть полностью функционирующий пенис. Ты бы тоже побежала передернуть.

Выбросив из головы видения того, чем именно Фарис собирается заняться со своими окровавленными руками и совершенно новым блестящим членом, я снова стала серьезной. — Больше никаких ножевых ранений. Никаких смертей. Я серьезно, я больше не выдержу.

Брам поднял меня из объятий Фишера и обнял сам. — Я люблю тебя, принцесса. Я же говорил, что сделаю для тебя всё, что угодно. И вид того, как ты так убиваешься из-за меня, заставляет мое маленькое демоническое сердечко трепетать.

— Не только оно у тебя трепещет, мудак, — усмехнулся Фишер. С его ракурса ему всё было отлично видно.

Брам основательно поцеловал меня, наша связь вспыхнула от восторга, когда наши языки сплелись. Ммм, я счастливая ведьма. Я почувствовала, как Фарис проскользнул обратно в комнату и прижался к моему боку; его рука скользнула мне под подбородок, отворачивая мои губы от демона. Но прежде чем мы с Брамом успели отстраниться, он наклонился и присоединился к нашему поцелую. Блядь святая, блядь святая.

Мой большой демон замер, когда язык Фариса коснулся наших. Я услышала, как Кай говорит что-то о седьмой самой горячей вещи, которую он когда-либо видел. Маг крови отстранился с самодовольной ухмылкой. — Твой демон очень даже ничего, — сказал он мне и подмигнул Браму. И снова исчез. Ублюдок был быстр как черт.

— Сукин сын, — выдохнул Брам с… удивлением? Я хихикнула, увидев ошеломленное выражение на его лице. Я сомневалась, что Брам когда-либо раньше целовал мужчину. Но единственное, что я чувствовала через нашу связь, — это возбуждение. Да, пожалуйста. — Вернусь позже, — пробормотал он, поцеловав меня в лоб и выйдя из комнаты.

— Ставлю пять сотен, что я такого поворота не ожидал, — озвучил Слоан, и все рассмеялись.

— Так, вы с Фарисом? — спросил Фишер, нахмурив брови.

Я переступила с ноги на ногу. — Э-э… да. Между нами что-то есть. Не могу это объяснить. И после того, как я вернула тебя, я отключилась от магического истощения. Я не совсем уверена, может, это был сон, но появилось новое пророчество. И в нем говорилось о шести истинных вместо пяти. В тот момент я не знала, что ты жив, и пришла в ужас. Но теперь мне ясно, что Фарис — именно тот, о ком говорилось в пророчестве.

Фишер напряженно кивнул. — Окей. Я понимаю. Фарис и я… у нас всё сложно. Мне потребуется время, чтобы привыкнуть. Из положительного: я чувствую себя лучше, чем когда-либо, теперь, когда его нет в моей голове. Такое чувство, что я могу справляться с эмоциями других людей, которые перенимаю. Это больше не так душит. Может, это потому, что я могу сосредоточиться на себе, вместо того чтобы делить свое сознание? — Он усмехнулся и покачал головой. — Это всё один большой вынос мозга, милая. От попыток во всём разобраться у меня болит голова. Но я не расстроен, что это случилось. Я всё еще считаю Фариса сумасшедшим и диким, но он также без ума от тебя. Я чувствовал это и раньше.

— Так много всего произошло. Мне нужно немного нормальности. Хотя бы ненадолго. Думаете, нам так повезет? — спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Слышал, Босс? Похоже, наша девочка перегружена. Ты случайно не знаешь ничего, что могло бы помочь снять стресс? — Кай шагнул ко мне, и мое сердце забилось быстрее. Прошло так чертовски много времени с тех пор, как они были со мной.

— Рыжая, — позвал Слоан, и я посмотрела на него. — Как думаешь, мы могли бы с тобой… Могли бы мы поговорить минутку? Наедине?

Я изучала мужчину: то, как опущены уголки его губ, как ссутулились плечи, словно руки весили по пятьдесят фунтов каждая. Он нервничал. Тревожился.

Кам провел рукой по моей руке, привлекая к себе внимание. — Мы пойдем наверх, малышка. Я всё равно хочу в душ. Поднимайся, когда будешь готова. — Он поцеловал меня в щеку и прошептал: — Будь готова, потому что я соскучился по твоей красивой киске и хочу, чтобы ты терлась ею о мой рот.

Писк сорвался с моих губ от его грязных слов. Святые лунные девы… Я превращаюсь в секс-маньячку.

Кай и Фишер последовали за Камом, оставив меня наедине со Слоаном. Мы стояли на расстоянии около четырех футов друг от друга, глядя друг на друга. Хотя сейчас это не ощущалось как вызов, как было в прошлом. В этот момент мы оба были обнажены душой. Я просто надеялась, что он не планирует снова причинить мне боль, потому что я бы этого не вынесла.