Столица произвела на меня не то впечатление, которое я ожидала. Видимо, завышенные ожидания испортили мое восприятие, однако Анзания показалась мне более внушительным городом, чем Дагурия.

— Все так считают, волчица, — хмыкнул оказавшися сзади меня Артайус.

— Нельзя же так подкрадываться!

— Кто сказал? Не припомню, чтобы где-то значились такие нелепые правила.

— Это правила этикета! — прошипела я, изрядно утомленная тем, что он всегда найдет, где вставить свои пять копеек.

— Э-ти-ке-та? — произнес мужчина по слогам и цокнул. — Не знаю о таком.

По прибытию к телепорту он успел переодеться, так что сейчас щеголял в светлых льняных штанах и бледно-розовой рубашке на выпуск. Руки в карманах брюк, щетина явно нескольких дней, да и поза была настолько расслабленной, что по нему и вовсе нельзя было сказать, что он — бог. Скорее, безответственный бездомный полукровка.

— Айвену определенно стоит поработать над твоим умением контролировать выражение лица, — покачал он головой, оглядывая меня с головы до ног.

— А что с ним не так?

— Все твои мысли можно прочитать на твоем лице, Нереа. Для столицы это пагубное качество. Конечно, у тебя есть защита в виде Айвена, но женщины тут порой могут ранить и словом. Так что придется тебе обрасти шкуркой, если ты хочешь обосноваться здесь и чувствовать себя, как дома.

— Как дома? — фыркнула я, едва не закатив глаза. — Везде будет лучше, чем дома.

— Не будь в этом так уверена, — посерьезнел Артайус и даже будто выпрямился, хотя не сдвинулся ни на миллиметр.

— Ты не знаешь, какая у меня была жизнь в стае, так что…

— Ты жива? Здорова? Можешь забыть о прошлом без особых на то проблем? — не желал он никак уняться. — Тогда поверь, это не самое худшее, что может случиться с самкой.

Я промолчала и сглотнула вязкую слюну, увидев в его глазах тьму. Она довольно быстро рассеялась, словно он мастерски прогнал некие воспоминания, а затем медведь беззаботно улыбнулся, да так, что нельзя было сказать о его пагубных недавних мыслях.

Он и правда владел виртуозным искусством перевоплощения. Оттого и казался мне самым опасным мужчиной, что мне довелось лицезреть за всю мою жизнь. Само его присутствие порой вызывало у меня мороз по коже, хоть я и знала, что Айвен не даст меня в обиду.

— Так что со столицей?

Я попыталась вернуться к первоначальной теме разговора, чтобы чем-то заполнить тишину, пока остальные проходили пропускной контроль. Так как мы прибыли из зоны карантина, каждого, несмотря на расу и чистоту крови, жестко проверяли на инфицирование.

— М?

Артайус будто потерял нить разговора и даже зевнул, никак не прикрывая рот ладонью. Вот уж кто точно без комплексов.

— Ты подошел ко мне с фразой “все так считают”. Что ты имел ввиду?

— А. В твоих глазах читалось, что столица тебя не впечатлила. Это больше административный город, в то время как Анзания — торговый. В столице сосредоточена власть, а это значит, скука и серость, а вот в Анзании, уж поверь, проходит вся веселуха.

— Ты в этом мастак, в этом я не сомневаюсь, — пробубнила я себе под нос и отвернулась, выискивая взглядом запропастившегося Айвена, который вел переговоры с начальником телепортационной башни, с высоты которой открывался вид на столицу.

Артайус ничего на мой выпад не ответил, но сзади я услышала его тихий гортанный смех, который не оставлял сомнений, что он прекрасно меня расслышал.

Когда все проверки закончились, и нас наконец пустили в город, часть бойцов сразу же исчезла — кто домой, а кто по заданиям Айвена.

Райдзена и Титуса, которых держали без сознания, еще в здании телепортации забрала местная стража по приказу Совета Старейшин, и с ними же отправились, как сопровождающие, Айко. и Амиран.

Артайус забрал Керука, а Лаисса, Гор и я отправились в дом к Айвену. Пока мы шли по пустынным улочкам окраин, мне удалось поговорить с Айвеном наедине. Как только мы оказались рядом, он сразу же взял меня за руку, переплетая наши пальцы, а затем поставил над нами купол тишины, явно заметив по моим глазам, что я хочу поговорить о чем-то личном.

— А где Эрл? Я не видела, чтобы он отправился через телепорт с нами.

К стыду своему, я только сейчас вспомнила о сыне Айвена. За всеми этими перипетиями, я стала рассеянной и невнимательной, но легче мне от этого не становилось.

— Официально Эрл отправлен на поиски Марильи.

Айвен выглядел спокойным и не напряженным. Его будто не волновала пропажа самки, носящей в утробе Полярника.

— А не официально? — догадалась я, подозревая, что в этой истории что-то явно нечисто. Воспроизвела в памяти тот момент, когда Айвен с Артайусом вернулись в таверну, но Эрла среди них не припомню. В последний раз я видела его, когда он уходил на поимку Марильи вместе с отцом.

— А не официально — отправлен на острова по моему особому поручению.

Айвен не торопился разъяснить мне всё, а расспросить его я не успела. Мы уже подошли к внушительному двухэтажному кирпичному дому. Отчего-то я сразу почувствовала, что это дом Айвена. От него будто повеяло его волчьи духом. И домом. Моим домом.

— Прости, что пока без кольца, птичка. Завтра с утра всё купим, обещаю.

Айвен поцеловал меня в висок и обхватил рукой за талию, помогая подняться по лестнице. Не успели мы подойти к двери, как та вдруг открылась и к нам выскочила черноволосая девушка в темно-синем наглухо закрытом платье.

— Любимый! Ты приехал! — воскликнула она и кинулась Айвену на шею, отталкивая при этом меня так, будто даже не заметила.

Он явно растерялся, но в ответ ее не приобнял. Только похлопал по спине, но в этом жесте я не заметила какой-то нежности или проявления любви, так что моя волчица лишь недовольно рыкнула и весь свой гнев направила на девушку.

Айвен наконец пришел в себя и за плечи отодвинул ее от себя, увеличивая между ними расстояние, что немного уменьшило мою злость.

— Вы заходите пока в дом, — обратился Айвен к остальным, и те понятливо проскользнули мимо нас внутрь. А когда дверь закрылась, обратился к девушке.

— Флора? Что ты делаешь в моем доме?

— Как что? Жду тебя, конечно, — невинным голоском ответила Флора.

— Это я вижу. Как ты попала внутрь?

— Как-как? Мне ключи Ева дала. Ты не переживай, я ее отпустила, чтобы самой тебя встретить. Она убралась и еды наготовила. У нас все выходные только для нас двоих.

— Флора, — чуть предупреждающе произнес Айвен, пока все мы молчали. — Ты получила мое письмо, которое я отправлял с Корвином?

Я навострила уши, припомнив, что его ворона давно не видно, но теперь стало понятно, куда он пропал.

— Письмо? Какое письмо?

— Я вижу, что получила, Флора. Не играй со мной.

— Ладно-ладно, прости, любимый, — ласково произнесла она и погладила его по груди.

Из меня невольно вырвался недовольный рык, который явно все услышали. Флора даже обернулась и недовольно прищурилась.

— А это кто? Новая прислуга? Так это ни к чему. Я свою из папиного дома приведу.

— Лучше помолчи, Флора. Прав был Эрл, надо было с тобой переговорить с глазу на глаз. Письмо, видимо, на тебя не подействовало.

— Так я думала, этот негодник Эрл пошутил. Я давно тебе говорила, что не нравлюсь ему. Он…

— Флора!

— М?

— Я серьезно, Флора. Я встретил свою пару и не смогу на тебе жениться. Отступные я твоему отцу выплачу за неудобства, все украшения можешь оставить себе.

— Но, Айвен… Причем тут отступные? А как же я?

Девушка похлопала повлажневшими глазами и снова потянулась к Айвену. Этого уже не выдержала я и схватила его за руку. Он споро переплел наши пальцы, внушая мне еще больше уверенности в себе.

— У нас с тобой был деловой уговор, Флора. Между нами не было любви. Не нужно сейчас устраивать сцен, словно я разбил тебе сердце.

— Мы можем поговорить наедине? Без этой?

Она кинула на меня мимолетный взгляд и сморщилась, словно увидела перед собой букашку.

— Поуважительнее, Флора. Ты сейчас говоришь о моей жене и истинной паре. Я с тобой добр, но моя доброта не бесконечна. Не заставляй меня забыть о том, что когда-то я тебя уважал. Ты деловая женщина…

— Она не дала ему договорить и вся запыхтела, покраснев.

— Вот именно, Айвен! Я женщина! И мы договорились с тобой, что создадим брак! Ты обещал мне! Только подумай, что будут говорить обо мне в столице! Брошенка!

— Не преувеличивай. Все знают, что масойя — это дар свыше. Все поймут.

— Но мой отец уже разослал приглашения на нашу свадьбу. Он расстроится.

— С ним я сам решу все вопросы. Если это всё, то тебе пора. Нас ждут гости.

Айвен обхватил меня за талию и встал между мной и Флорой, подталкивая к входной двери.

— Отец этого просто так не оставит! — прорычала она, но с места не сдвинулась.

Моя спина так и горела от ее ненавидящего взгляда.

— Ну и вали к своей мерзкой полукровке! — завизжала вдруг она, и я ощутила, как Айвен весь закаменел.

Он развернулся, закрывая меня от взора Флоры, и весь будто покрупнел. От него начала исходить такая мощная волчья энергетика, что меня слегка зашатало. Вот только не от слабости, а от чувственного восторга, охватившего всё мое тело. Волчица отзывалась на его силу и порыкивала в экстазе, желая провести носом по выемке у его шеи, где его мускусный запах наиболее силен.

— Следи за своим языком, Флора, в последний раз предупреждаю! — грубо осадил бывшую невесту Айвен, но когда она уходила, по ее взгляду стало понятно, что просто так она не отступится.

— Прости меня за эту сцену, я не ожидал, что она заупрямится. Скажу сразу, между нами планировался договорной брак, никаких чувств ни с моей, ни с ее стороны, тебе в этом плане переживать нечего, — поспешил меня успокоить Айвен.

— Ну, видимо, она так не считает, — пробормотала я, а сама еле сдерживала рычание волчицы.

— А кое-кто там у нас недоволен, — удовлетворенно произнес Айвен, и его глаза пожелтели, демонстрируя волколака, который не удержался и вышел наружу.

— А ты этому и рад, верно?

— Да ты стала довольно дерзкой, птичкой. Мне это по душе.

— Честно говоря, я не всегда могу себя контролировать. Иногда волчица берет надо мной верх. Так будет всегда? Мне не хотелось бы, чтобы внутри меня были постоянные эмоциональные качели. Я привыкла к себе, когда я спокойная и рациональная.

— По запаху я чувствую, что со дня на день у тебя будет первый оборот. Не пройдет и недели, как ты полностью перевоплотишься. Первое время твое настроение будет скакать, а после, когда вы сроднитесь со зверем, всё станет как прежде.

— Хотелось бы. Кстати, а где твой ворон? Разве он не должен был вернуться из столицы к тебе? Эрл говорил, что ты переживал из-за его исчезновения.

— Он в порядке, я чувствую. Завтра я его верну.

— Что значит вернешь? Его что, держат в плену или украли?

Я прищурилась, чувствуя, что в этом деле все нечисто, и взгляд Айвен это лишь подтвердил.

— Скорее всего, Корвин у отца Флоры. Таким образом он предупреждает меня о том, что желает со мной разговора. Видимо, она уже поделилась с ним письмом, и он знает о том, что я расторг нашу помолвку.

— Выходит, Эрл не зря переживал, что у тебя будут проблемы из-за меня. Ее отец настолько влиятелен?

— Когда Эрл вернется, его ждет неласковый прием. Ему не следовало говорить тебе лишнего и накручивать зазря.

— Он просто переживает за тебя.

— Не стоит. Всё, что тебе нужно — это осваиваться в столице и ходить по магазинам, радовать себя покупками. С утра к тебе придет портниха, снимет мерки. Я буду у старейшин. Скорее всего, они назначат совет на утро, поэтому я распоряжусь, чтобы мой казначей открыл на твое имя счет в банке, и ты могла вместе с Лаиссой пройтись по лавкам. Ни в чем себе не отказывай, птичка, я небедный волк, не разорюсь. А твое хорошее настроение — залог моего спокойствия.

— Хор-р-рошо, — пророкотала я, чувствуя, что волчица донельзя довольна сложившимся раскладом.

Она даже будто повиляла хвостом и пригнулась к земле, приглашая волчару Айвена с ней поиграться.

Мне уже не терпелось ощутить первый оборот и наконец выпустить ее на волю, чтобы она перестала так скулить и дергать мои нервы за ниточки.

Когда мы вошли внутрь дома, я завертела головой, глядя по сторонам, и удивилась тому, как убранство дома соответствовало Айвену.

Всё выглядело даже более роскошно, чем было у Райдзена, хотя у того в нашей стае был самый красивый дом. Обстановка жилища Айыена была выдержана в светлых тонах, хотя я почему-то ожидала, что здесь будут преобладать преимущественно темные дубовые оттенки.

— Как сладко здесь будет звучать топот детских ножек, — вдруг пошептал он, наклонившись ко мне сзади, и я покраснела, лишь представив всю эту сцену, которая мелькнула у него в голове.

— Ты меня смущаешь, да и другие явно услышали, — опомнилась я, вспомнив о Горе и Лаиссе, которые зашли в дом раньше нас.

— Уж поверь, им явно не до подслушивания, они изучают собственные комнаты.

— Так ты же им не говорил, где они остановятся.

— Стеснительностью они оба не страдают, поэтому по запаху определили, где хозяйская спальня, и выбрали себе оставшиеся комнаты по душе.

— А я где буду спать?

Судя по ироничному взгляду Айвена, я спросила какую-то глупость.

Он не стал ничего отвечать, ведь и так было понятно, что мое место отныне рядом с ним, а значит, хозяйская спальня теперь принадлежит и мне. Прошлая я бы постеснялась и не называла бы его комнаты своими, но волчица во мне была довольно дерзкая, и я перенимала от нее часть характера, словно училась заново быть собой.

— Ты голодна? Давай сначала поужинаем, а уже потом отправимся смотреть дом.

— Честно говоря, телепорт будто отнял у меня дополнительные силы. Так всегда происходит?

После перемещения у меня немного кружилась голова, но говорить об этом ему сразу же я не стала, чтобы не беспокоить и не отвлекать от дел. Тем более, что вскоре это головокружение прошло, и мое состояние пришло в норму, а легкая усталость и голод я сочла не такой уж и проблемой.

— Так оно и должно происходить. Все-таки телепорты — это преодоление большого пространства за короткий промежуток времени. Он и должен отнимать силы. Так что идем, я тебя покормлю.

— А Лаисса и Гор?

— Они не маленькие и и сами догадаются спуститься по запаху. Только унюхают, как тут же набегут, поверь.

У меня было дикое желание расспросить у Айвена, почему Гор остановился у него, но я решила пока не поднимать эту тему. Уже догадалась, что у Айвена были какие-то дела со Свайном, и тот явно взял с него обещание позаботиться о Горе. Но сколько бы я не думала, так и не смогла понять, какую роль Гор играет во всей этой истории и для чего приехал в столицу.

Поскольку в доме мы были одни, на стол накрывал сам Айвен. Я порывалась ему помочь, но он усадил меня на стул и запретил работать. Сказал, что это он должен за мной ухаживать, а я — отдыхать. Это было довольно необычно с учетом того, что в нашей стае дела обстояли совсем по-другому. Это самки крутились вокруг самцов, пытаясь угодить им во всем, чтобы получше устроиться в жизни. Даже Райдзен хоть и заботился об Айлин, особо не перетруждался. Такое чувство, будто его заботил лишь один ребенок. Впрочем, теперь, когда выяснилось, что они с Айлин не были истинной парой, все мои знания об истинности оказались ложными. Так что действия Айвена для меня были в новинку, и я воспринимала их, как норму.

Всё то время, что мы были в дороге, он заботился обо мне, а Лаисса смеялась над мои обескураженнным выражением лица и говорила мне наслаждаться тем, что имею. Что не каждой женщине повезло, как мне.

В этом плане я была с ней солидарна. Не видела еще ни одну самку, которая была бы счастливее меня. Даже сейчас, зная, что у него была бывшая невеста, которая устроила сцену перед домом, я ощущала, что Айвен всегда будет выбирать и ставить меня на первое место. Что именно мое благополучие заботит его больше, чем собственное.

Когда я об этом думала, мне становилось немного стыдно. Так как я не знала, как я могу ему отплатить, ведь я в отличие от него ничего не могла ему дать.

Бесприданница, у которой нет влиятельных родственников в отличие от Флоры. Мой отец хоть и был археем, отныне являося практически преступником. И даже моя жизнь зависит от Айвена, ведь по закону я должна быть наказана вместе со своим отцом. Я даже не представляю, чем ему придется пожертвовать, чтобы меня спасти.

Предчувствие говорило мне, что из-за разрыва помолвки у него будут дополнительные проблемы, а я этого никак не хотела.

— А что это вы нас не зовете? Устроили тут междусобойчик, — прозвучал бархатистый голос Лаиссы, возвращая меня в реальность.

Айвен был прав. Как только он подогрел еду и поставил ее на стол, Лаисса вместе с Гором тут же по запаху спустились к нам.

— Домработницы нет, поэтому на сегодня в доме и на кухне самообслуживание. Накладывайте себе сами, дорогие гости, — с ехидством произнес Айвен и распостер руки.

— Да от тебя гостеприимством так и прет, волк, — беззлобно съязвила Лаисса.

Кажется, ей просто нравилось подначивать Айвена.

— Задний двор всегда к твоим услугам, если что-то не устраивает.

— Молчу-молчу.

Тетя подняла руки, сдаваясь и больше не возникая, а вот Гора не было нужды предупреждать и просить дважды. Он быстро сориентировался, что и где лежит на кухне, так что уже сидел за столом и быстро жадно ел, будто не кушал целую неделю.

— Дядя меня предупреждал, что телепорт высасывает силы, но я не думал, что настолько, — пробормотал он в перерыве и снова принялся жадно поглощать мясо.

Я же с удивлением наблюдала за его трапезой. Конечно, я тоже была голодна, но не настолько сильно, чтобы, практически не жуя, глотать еду.

— А я ничего не почувствовала, — пожала плечами Лаисса и запорхала по кухне, делая себе травяной отвар на ночь. Голод обошел ее стороной.

— Эфемероиды лучше переносят телепорты и всё, что так или иначе завязано на магии, — пояснил мне Айвен. — Пожалуй, это единственный минус твоего перевоплощения. Как только ты станешь полноценной волчицей, приобретешь не только все плюсы, но и минусы хтоничества.

— Наверное, к лучшему, что я не знаю всех преимуществ эфемероидной природы. Легче терять то, что так и не обрел.

Я не особо грустила по поводу того, что стану чистокровной волчицей. Наоборот, меня это неимоверно радовало. В конце концов, я всю жизнь прожила среди оборотней, и несмотря на то, какая у меня была жизнь, волки — это моя семья. И вряд ли я бы прижилась среди сильфид, вздумай Лаисса забрать меня с собой в Империю Кедлар. Да и я особым желанием не горела. Конечно, не встреть я якоря в виде Айвена, который заземлил меня и навсегда привязал собой к Содружеству, возможно, я бы ухватилась за возможность сбежать отсюда руками и ногами, но этого уже не узнать.

Когда мы закончили, Гор уже практически лежал лицом в тарелке, так что его мы отправили спать первым. Лаисса упорхнула следом, а немытые тарелки остались стоять на столе.

— Даже не думай браться за это, птичка. Экономка завтра уберет.

— Ева? — спросила я, вспомнив это имя, услышанное из уст Флоры.

— Завтра я проведу с ней беседу. Женщина она неплохая, к тому же, не знала о нашем расставании с Флорой. Она одна воспитывает троих детей, не хочется лишать ее заработка из-за одной оплошности.

— Ты уверен, что мне не следует…?

Я обвела рукой столовую, намекая на то, что раз я хозяйка этого дома, то должна следить тут за чистотой, но ему сразу же не понравился ход моих мыслей.

— Уверен. Ни в чем так не уверен, как в том, что в первую очередь тебе следует отдохнуть. А как освоишься, можешь поменять в доме всё, что захочешь. Отныне ты его хозяйка, но я предпочитаю видеть ее свеженькой и румяненькой.

Я покраснела и опустила взгляд, еще не до конца привыкнув к неожиданному флирту Айвена.

Его пальцы коснулись моего подбородка в желании поднять мое лицо и явно заглянуть мне в глаза, чтобы наслаждаться моим смущенным выражением, но он не успел. Застыл, как только в дверь резко постучали. По ту сторону стоял кто-то весьма нетерпеливый, так как после нескольких стуков зазвучала непрерывная громкая череда ударов кулаков незваного гостя.

— Кого это принесло? — недовольно произнес вслух Айвен и, наказав мне не выходить в коридор, пошел к двери.

Меня удивило, что он не учуял посетителя, а когда я сама принюхалась в воздухе, не почувствовала ни единого постороннего запаха, словно на улице перед домом стоял призрак.

— Птичка, меня срочно вызывают в Совет, так что ты не жди меня и ложись. Спальня третья по коридору справа. Второй этаж. Единственная темно-коричневая дверь, не ошибешься.

— Почему так поздно? Ты уверен, что всё будет хорошо?

Волчица заворочалась от беспокойства за своего волколака, и это лишь усилило мою собственную тревогу.

— С чего бы что-то должно пойти не так? Побег Марильи разворошил это осиное гнездо, да и они наконец поверили в существование угрозы, о которой я предупреждал их столько лет.

— Хорошо, я буду здесь.

Отчего-то у меня возникло желание убедить его, что из дома я не выйду и опасности себя не подвергну. Шерсть на загривке моей волчицы встала дыбом в предчувствии опасности, и я предпочла бы не идти ее интуиции наперекор. Глупо потерять жизнь, когда я только обрела свободу и счастье.

Как только Айвен ушел, я поднялась на второй этаж и сразу же нашла нужную спальню. Внутри царил полумрак. Только раздвинутые портьеры пропускали лунный свет, освещавший темные тона спальни.

— Лепесточек, — вдруг раздался голос Лаиссы из-за угла, — я хотела с тобой поговорить.

Я не успела закрыть дверь, так что услышала ее и вышла из спальни. Демонстрировать убранство комнаты и приглашать ее внутрь я не желала. Во мне взыграло вдруг что-то собственническое.

— Что-то случилось, тетя?

Ее нежное “лепесточек” отозвалось во мне нежностью и теплом. Никто и никогда, кроме Айвена, не давал мне прозвища. Даже Керук лишь сокращал мое имя до Нери.

— Пока нагваль не вернулся, я хотела бы убедиться, что не сделаешь никаких глупостей.

Тетя бесшумно подлетела на уровень моих глаз и прищурилась, будто выискивая на моем лице что-то, что ей может не понравиться.

— Что ты имеешь в виду под глупостями, Лаисса? Я собираюсь пойти лечь спать.

— Я не об этом, Нери. Я слышала то, что сказала эта неприятная девица, как ее там, Фло… Фле…

— Флора.

— Не суть важно, как ее зовут. Это не имеет значения. Я просто хочу убедиться, что ты не будешь воспринимать ее слова близко к сердцу и сравнивать себя с ней. Истинная пара — это гораздо нечто большее, чем деньги и связи. Ни один самец не променяет масойю на суррогат.

— Я и не собиралась…

— Я знаю такой типаж девиц, как эта Флора. Она не успокоится и постарается воздействовать через тебя. Захочет убедить тебя в том, что ты Айвену не пара. А ты должна бороться за то, что считаешь своим. Иначе какой смысл жить? Хочешь, как я, прозябать в дыре столько лет и сожалеть о прошлом?

Тетя поникла и опустила голову, скрывая повлажневшие глаза, а вот я не знала, как ее подбодрить.

— Ты была в плену, Лаисса. Это другое.

— Это результат моих ошибочных решений, основанных на эмоциях. Думаешь, почему я сбежала из Империи? Я… У меня своя история любви, — грустно улыбнулась она и отвела взгляд, скрывая от меня собственные мысли. — Так что не совершай моих ошибок и не иди по моим стопам. Когда-то я тоже посчитала себя никчемной и ничтожной парой для… И вот я тут. Одинокая и несчастная.

— Ты не одинока, Лаисса, — зашептала я, едва сдерживая слезы. — У тебя есть я.

— Да. Ты права, — тихо произнесла она, насилу улыбаясь, но я видела, что это всё наигранно, в то время как в ее душе горела ярким пламенем агония, которую не в силах унять ни я, ни что-либо другое.

Мне вдруг стало по-настоящему страшно, ведь в моей голове и правда мелькали мысли о том, что я Айвену не пара, в отличие от Флоры с ее происхождением и влиятельной семьей за спиной.

— Пообещай мне, что не сделаешь ничего, пока не посоветуешься со мной. Помни, что у тебя есть я, и плохого я тебе не скажу.

Пока Лаисса не выбила из меня клятву, спать не ушла. А вот я, оказавшись наедине с собой и под одеялом, от которого веяло духом Айвена, практически моментально уснула. Сквозь сон почувствовала, как вернулся Айвен и лег сзади, прижимая меня крепко к себе.