К тому моменту, как Айвен вместе с медведем вышел из таверны, народ разошелся, явно успокоенным происходящим, и я не обнаружила ни Айко, ни Лаиссу. Принюхавшись, отправилась по запаху на второй этаж, прямо к комнате старейшины, откуда раздавались их голоса.

— Можно? — спросила я после стука. Подул легкий ветерок, а затем дверь вдруг медленно открылась сама.

Женщины сидели за столиком у окна, так что это явно была сила Лаиссы.

— Присаживайся, Нери, ты как раз вовремя. Айвен с Артайусом уже ушли? — последовал от нее вопрос.

— Ты знаешь, куда? — с интересом спросила я у нее.

— За источником заражения, пока ее не обнаружили власти Анзании.

— Что?

Судя по выражению лица старейшины Айко, она уже была в курсе всего, а вот я присела на край кровати с неподдельным интересом во ззгляде. Вот только Лаисса не спешила просветить меня и спокойно закусывала чай печеньками размером почти с ее тело.

— Я ведь не просто так осталась в лесу, Нери, — наконец, продолжила она. — Ощутила отголоски знакомой энергии, и не зря полетела по следу. Случайно обнаружила логово зараженных, и не только. Одной из них оказалась одна известная нам всем знакомая.

Лаисса говорила загадками, но соображала я довольно туго, уже голову сломав над всей этой ситуацией.

— Не томи, Лаисса, — чуть поторопила я ее, едва не дергая ногами от нетерпения.

— Марилья.

— Марилья? Так получается…

Я прикрыла глаза, прокручивая в голове моменты ритуала, и едва не застонала, коря себя за забывчивость. Марилья ведь была одной из тех, кто оказался с нами под куполом, и она вполне могла разнести заразу по округе Анзании, как только обосновалась здесь. У нее было несколько дней форы, чтобы добраться сюда, особенно в волчьем обличьи.

— Так ее тоже… того? — просипела я, громко сглотнув.

Одно дело услышать, что убили незнакомых мне ликантропов-волков, и совсем другое — знать, что могут ликвидировать ту, кого ты знаешь с самого рождения. Пусть она никогда не была ко мне добра, но и прямого зла мне не делала, да и смерти я ни ей, никому другому не желала.

— Это был бы оптимальный вариант, но это невозможно ближайшие девять месяцев, так что нет. Ее будут содержать под особой охраной, чтобы предотвратить возникновение новых эпидемий.

— Девять месяцев? Марилья беременна?

До меня только сейчас дошло то, что сказала Лаисса. Это то, о чем бы я вряд ли подумала.

— Да. И раз у нас тут прокатилась волна ликантропии, родить она должна Полярного Волка, — флегматично ответила Лаисса, и таким обыденным тоном, словно это всё неважно.

Я промоолчала, не представляя, что сказать, ведь такого исхода не предполагала, хоть мы с Айвеном и обсуждали подобное буквально недавно.

— И что же делать? — спросила я обескураженно.

— Что-что? — пожала плечами Лаисса. — Лечить.

— Лечить? Разве от беременности лечат? Или вы про… Про аборт? Но я никогда не… Этим всегда занималась Марта, я не могу…

Я всегда была слишком чувствительна к подобному, и Марта, за что я ей особо благодарна, никогда не привлекала меня к подобным делам, но травы, вызывающие выкидыши, я прекрасно знала благодаря хорошей памяти.

— Избавиться от ребенка в утробе не выйдет. Сила Полярника слишком велика, чтобы мы могли как-то повлиять на беременность.

— Так что тогда ты имеешь в виду под лечением?

— То, что мы обсуждали с тобой сегодня утром, Нереа.

— Лечение ликантропии?

Я нахмурилась, постукивая по коленям пальцами и начиная всё больше нервничать.

— Всё верно. Марилья — источник заражения, который нам нужно купировать.

— И как это поможет в том, чтобы Полярник не возродился?

Этого я никак не могла понять, так как нигде о таком не слышала, впрочем, как и о ритуале до недавнего времени.

— Никак, — покачала головой старейшина Айко.

— Но что тогда делать? — обескураженно переспросила я.

— Ничего, — как-то печальо ответила она. — Этим вопросом будут заниматься Совет Старейшин.

— А вы знаете, что они могут предпринять?

— К сожалению, да. Но убить они ни ее, ни ребенка не могут, так что наверняка будут держать в заточении, а когда мальчик родится… Боюсь даже представить, какие идеи могут прийти им в голову.

— Так может нам не лечить ее?

Это первое, что пришло мне на ум, но то, что я сморозила глупость, поняла почти сразу.

— Тебе не стоит жалеть ребенка. Это не невинная душа, а кровавый бог, который утопит мир в войне. Если мы не купируем ликантропию сейчас, то вскоре эпидемия охватит всё Содружество, и с каждым месяцем зараженных начнет становиться больше.

— А это армия Полярника, которая будет защищать его любой ценой, уничтожая всякую угрозу для него. Так что жалость в этой ситуации — неуместное чувство. Забудь о нем сейчас же.

Голос старейшины Айко стал строже и грубее, приобретая нотки властности, и я выпрямилась, вспоминая наконец, кто она такая. За эти дни я так расслабилась, что воспринимала ее, как обычную старушку, позабыв, что она — одна из уважаемых старейшин стаи. Просто так кого угодно на такие должности не назначают.

— Я поняла, старейшина, — согласилась я и кивнула. — Когда мы будем этим заниматься? По прибытию в столицу?

— Времени нет, так что как можно скорее. Когда Айвен и Артайус схватят Марилью, за нами пошлют Керука, и мы проведем лечение до отъезда. Нельзя везти ее в таком состоянии в столицу. Если там хоть кто-то заразится, начнется паника, и неизвестно, что случится.

Пока Айко говорила, Лаисса беззаботно наслаждалась овощами и улыбалась так, будто вокруг нас царили тишь да благодать. Словно ее не волновали мирские проблемы.

— Но это невозможно. У нас нет многих трав, которые нужно собираться ночью во время их цветения.

— Всё готово, — вдруг ответила Лаисса. — Или ты думаешь, я просто так слонялась по лесу всё это время?

— Да вы прямо читаете мысли друг друга, — удивилась я, а они лишь загадочно переглянулись и ничего не сказали, оставив этот вопрос висеть в воздухе.

Я бы, может, и устроила им допрос в порыве любопытства, но в этот момент раздался деликатный стук в дверь.

— Пора, — произнесла в гробовой тишине старейшина Айко и направилась к выходу первая.

Я встала и не сразу поняла, как сильно у меня дрожат колени. Серьезность ситуации выбивала меня из колеи, и я была не готова к такой ответственности. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы здесь и сейчас с нами находилась Марта. Я привыкла быть ее подспорьем, а никак не главной травницей, от которой зависело лечение такой опасной болезни.

— Старейшина, а как вы… Вы же волчица и можете заразиться.

Я опомнилась лишь на выходе из таверны, наклонилась к женщине и обратилась к ней шепотом, хотя это было бесполезно. У оборотней отличный слух, и любой, если бы прислушался, мог услышать меня.

— Я помогу вам лишь на стадии приготовления зелья, а после уйду. Около Марильи останутся только те, в ком течет иная кровь.

— А я…

— В тебе еще чувствуется сильфида. Именно поэтому мы также и торопимся. Если будем медлить, нагваль никогда не даст добро на твое участие. Побоится, что ты можешь заразиться ликантропией.

— Нам нужно торопиться, Айко, — внесла свою лепту Лаиссу и села мне на плечо, видимо, устав летать.

Место, куда нас привел Керук, находилось довольно далеко от таверны, но дорога из-за стресса показалась мне недолгой.

— Хорошее место. На краю заброшенной части города не будет слышно ее криков, — тихо сказала старейшина, и у меня вдоль позвоночника от ее тона прошла неприятная липкая дрожь.

Меня всю трясло, и я никак не могла унять свое взбудораженное состояние, как бы ни пыталась, так что когда мы зашли в один из бараков, всё еще была напряжена. Вот только внутри находился один Артайус, без Айвена и Марильи.

— Будете готовить зелье здесь. Исключим риск заражения старейшины и Нереи.

— Но я ведь не должна… — растерянно ответила я, уверенная, что мутаген мне не страшен.

— Айвен настоял на твоем минимальном участии, иначе не соглашался вообще допускать тебя.

— Это всего лишь варка зелья. Что может случиться?

— Ты даже не представляешь себе, сколько историй начиналось с этой фразы, — усмехнулся Артайус и приглашающе махнул рукой. — Давайте не будем терять времени. У нас его и так мало. Надеюсь, здесь есть всё, что вам нужно. Котелок хоть и не новый, но выбирать не приходится.

Место было хоть и заброшенным, но всё выглядело более-менее целым. Мародеры пока не успели разграбить дом, так что даже окна не были разбиты, что было довольно удобно, скрывая за ними то, что мы будем здесь делать.

— Что мне делать, дядя? — раздался вдруг голос Керука, когда мы прошли вглубь дома, ближе к кухонное зоне.

— Следи за тем, чтобы никто не приближался. Лишние глаза и уши нам тут ни к чему.

— Будет сделано.

Керук бесшумно вышел, прикрывая за собой дверь, а я удивилась его беспрекословному подчинению медведю. Видимо, он и правда считает его авторитетом и делает всё это добровольно. Никогда не видела, чтобы он кому-то так заглядывал в рот. Вот только это меня радовало, ведь я желала ему только самого лучшего. А что может быть лучше обретения семьи? Мало что для таких полусирот, как мы.

На столе уже были разложены пучки трав, а Артайус уже успел развести огонь в печи, так что всё, что нам оставалось, это следовать рецепту.

Я оглянулась на старейшину Айко и Лаиссу, и первая вытащила из-за пазухи смятый листочек.

— Вот, Нери.

Я приняла рецепт с благоговением, ведь складывалось ощущение, что меня посвящали в некое таинство. И хоть внутри я понимала, что всё дело было лишь в том, что я одна из нас троих умела делать зелья и имела в этом опыт, приятно было осозновать, что я внесу неплохой вклад в лечении ликантропии.

— Когда вам нужна будет моя кровь?

Грубоватый баритон Артайуса вывел меня из оцепенения, и я бегло прошлась взглядом по рецепту.

— В самом конце. Через три часа, не раньше.

— Может, дадите склянку какую? Я оставлю там кровь и пойду на подмогу Айвену. Там от меня всяко больше пользы.

— Нельзя, — покачала я головой. — Она должна быть свежая и только из тела. Ты можешь пока отлучиться и вернуться к самому концу варки. В твоем присутствии пока нет никакой надобности.

Артайус долго раздумывать не стал и ушел сразу же, как только получил на это добро, оставляя нас троих самим заниматься приготовлением лекарства от ликантропии.

— Говори, что нам делать, Нери. Дополнительные руки тебе не помешают.

Старейшина Айко закатала рукава своего платья и подошла ближе, наклоняясь над столом и разглядывая разложенное. Видно было, что всё это ей в новинку и чуждо, но она искренне желала помочь. За что я ее уважала, так это за то, что она никогда не чуралась работы во благо волколаков, несмотря на ее высокую должность, не предполагающую физического участия во многих делах.

— Нужно измельчить семена ячменя и пшеницы до состояния мелкого помола. Я удивлена, что удалось достать их в это время года.

— Это же город, Нери, не наша мелкая деревушка, — пожала старейшина плечами. — Здесь у них целые зернохранилища для обеспечения города припасами, так что таких проблем с провизией, как у нас, у них нет и не предвидится.

— Повезло, — произнесла я, вспоминая тугую жизнь в стае. Зимой нам часто не хватало продуктов с Мартой, и нас спасало лишь то, что многие воины, которые приходили к ней лечиться, расплачивались кто продовольствием, кто дичью.

— Лаисса, ты можешь высушить некоторые травы с помощью своей воздушной магии? — обратилась я к тете, которая подлетела и встала на стол, с деловитым видом оглядывая пучки. — Обычно мы с Мартой делали это естесственным путем, развешивая на веревках или оставляя их сушиться под солнцем, но сейчас у нас есть только вариант с печью, но я боюсь, как бы из-за спешки не спалить их вовсе. Сомневаюсь, что мы сможем достать их в срок, если некоторые травы испортятся.

— Конечно, Нери. Я рада, что могу внести хоть какой-то вклад в наше общее дело, — кивнула тетя и взлетела, после чего и травы взмыли вверх вместе с ней. Они закружились в водовороте вокруг нее с помощью воздушной магии, которая никак не задевала нас с Айко.

— Я пока начну первый этап варки.

Я отделила рыхлые метелки цветков таволги и смахнула их в подготовленный заранее котел, после чего добавила туда немного воды из кувшина и начала непрерывно помешивать деревянной лопаточкой. Когда резкий запах усилился, добавила туда листья мяты, которые будут успокаивать Марилью, чтобы мы могли без проблем влить ей в рот зелье. Нельзя, чтобы хотя бы капля пролилась мимо. Конечно, мы приготовим нужный отвар в большем количестве, но с учетом того, что все мы занимаемся этим впервые, риск был слишком уж не оправдан.

— Старейшина! — воскликнула я, понимая, что мы не предупредили Артайуса о самом главном.

— Что? — чуть испуганно откликнулась она и даже будто подпрыгнула, отрывая ступни от земли. Вид у нее был всколоченный, глаза как-то лихорадочно блестели, и мне ее состояние не понравилось.

— Что с вами? Вы не заболели?

Я потянула свободную левую руку, чтобы тронуть ее лоб, но Лаисса вдруг отвлеклась, резко подлетела ко мне и оттолкнула меня с такой силой, явно не соответствующей ее габаритам.

— Не подходи к ней, Нери, — кинула тетя мне, а затем подлетела к старейшине. — А ты, Айко, иди скажи Керуку, чтобы отвел тебя в гостиницу, тебе больше нельзя здесь находиться, если не хочешь пополнить ряды инфицированных.

— Со мной всё хорошо, Лаисса, ты преувеличиваешь. Я не могу уйти, это мой долг, — покачала головой Айко, но даже я видела, что ее уже лихорадочно потряхивает, а со лба течет пот.

— Как старейшина, ты должна радеть за благое дело против зла Полярника, так что твой долг сейчас — сберечь себя и не добавить нам лишней работы.

Воцарилась недолгая тишина, после чего Айко оставила ступу и сделала шаг назад от стола.

— Ты права, Лаисса. Мое присутствие — лишь проблема. Но ты не переживай, Керук должен остаться охранять вас, я дойду сама, дорогу знаю. В конце концов, волчье чутье приведет меня к своим.

Она поплелась к выходу, еле переставляя ногами, и ко мне подкралось беспокойство, волнами окутывая мою грудную клетку.

— Нам надо предупредить Керука, чтобы он проследил за ней и оставил кого-то за ней присматривать, Лаисса.

— Ты права, Нери. Я предупрежу еще и Артайуса на всякий случай. Ты справишься сама? Я всё доделала, что ты просила, да и Айко почти закончила.

— Да, конечно. Тут осталось только правильно закончить варку в котле, так что не беспокойся и займись делами.

Лаисса кивнула и ушла вслед за старейшиной. Судя по шагам, Керук ушел вместе с ними, так что в хижине я осталась одна.

Несмотря на то, что за окном царил день, тишина и безлюдность действовали на меня угнетающе, но я старалась не думать об этом, чтобы спокойно завершить приготовление лекарства.

Время потекло для меня незаметно, когда я наконец сосредоточилась на помешивании зелья в котле, так что когда входная дверь повторно хлопнула, я вздрогнула и напряглась, но голос Артайуса вывел меня из оцепенения.

— Как продвигается, Нереа?

— Почти всё готово, — произнесла я, а затем вдруг вспомнила, что именно забыла сказать Айко. — Скажи, вы ничего не давали Марилье для успокоения?

— Нет. А надо было?

— Наоборот. Это хорошо. Будет лучше, если она будет в полном сознании. Всё-таки болезнь больше магическая, чем физическая, так что если она поможет нам в этой борьбе, это ускорит процесс выздоровления.

— Что мне делать? — спросил медведь, подойдя ближе к котлу.

— Сделай надрез на ладони. Нужно, чтобы в котел попало три капли крови. Три. Ни больше, ни меньше. Справишься?

— Обижаешь, красотка. Нет ничего, чтобы я не мог сделать рядом с женщиной.

Игривый голос сопровождался подмигиванием, но я даже не покраснела, так как благодаря Айвену приобрела иммунитет к чужому флирту.

— Надеюсь на это, Артайус.

— Можно просто Артис.

— Думаю, Айвену это не понравится.

— Ну а мы ему не скажем, м?

— Пора. Режь.

Мой голос стал более грубоватым и сосредоточенным, так как время, действительно, поджимало, и я чувствовала невероятную ответственность. Боялась всё испортить.

Я кивнула на нож на столе, но Артайус отрастил ноготь на указательном пальце правой руки и сделал легкий надрез на левой ладони, после чего в котел филигранно отправились всего три капли крови, после чего надрез вдруг взял и зажил, словно его и не бывало.

Я сдержала удивление и продолжила равномерно помешивать почти готовый отвар.

— Ждем полчаса, чтобы немного остыло, а потом нужно будет перелить всё в эту тару.

Всё то время, что мы ждали, Артайус продолжал со мной флиртовать с таким видом, словно у нас не было никаких проблем.

— Поражаюсь твоей способности закрывать глаза на происходящее. По тебе вообще не угадать, что ты хоть как-то беспокоишься.

— Потому что я не переживаю, Нереа, — пожал он флегматично плечами.

— Почему? Или это потому, что твоя раса заразиться ликантропией не может?

— Почему же? Может. Во многих медведях есть капля волчьей крови, смешение рас — не редкость. Просто проблемы есть всегда, а жить нужно здесь и сейчас, понимаешь?

— Не очень.

— У тебя будет много лет, чтобы осознать, что беспокоиться и тратить нервы на каждую проблему — лишняя трата времени.

— Хотя ты же бог, бессмертный, так что сравнивать немного неуместно, как-то я об этом не подумала.

— Скоро и ты поймешь мою позицию. С Айвеном умереть, как смертная, от старости, тебе не грозит.

Я хотела о многом расспросить его, так как о бессмертности самого Айвена еще не думала, но в этот момент зелье булькнуло, говоря о том, что пора его переливать, так что я быстро взяла тару и сказала Артайусу поднять и наклонить котел. Руки у него росли откуда надо, так как почти всё содержимое попало аккурат внутрь тары, не пролившись ни каплей на пол.

А когда мы закончили, внутрь влетела Лаисса, напевая себе под нос какую-то песенку.

— Уже всё? Стой, Нери, не закрывай. Еще один секретный ингридиент.

— Еще один? Но в рецепте не было ничего больше написано.

— Конечно, не было. На то это и секретный ингридиент. Думаешь, почему я так настояла на том, чтобы Айко ушла в гостиницу? Нельзя, чтобы посторонние знали, что кровь сильфид — завершающий этап лекарства. Не хватало еще, чтобы на нас открыли кровавую охоту.

В ее словах был резон.

— А моя кровь могла бы использоваться для отвара? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как она споро сделала надрез на ладони, капли упали в тару, после чего вся жидкость засияла, не оставляя сомнений, что вот теперь всё готово.

— Теоретически — да, но в будущем уже нет. Кровь сильфиды ослабевает, так что сама понимаешь, риск был бы оправдан лишь в том случае, если бы меня рядом не было.

Как только мы накрыли крышкой лекарство, его в руки подхватил Артайус, но нам следовать за ним запретил.

— Ты в зоне риска, Нери, а я наблюдать за этим не хочу. Мало приятного в ликантропии и ее проявлениях.

Я видела перекошенные лица и покореженные тела озверевших только на страницах книг, и зрелище было не самое лицеприятное, так что особого желания пойти наперекор Айвену у меня не возникло.

— А что там со старейшиной Айко, Лаисса? Она в порядке?

— Да что с ней станется.

— Но ликантропия и ее жар…

— Слишком большая дистанция между нами и Марильей. Просто я слегка наколдовала, чтобы грамотно ее спровадить.

— Но разве ты не доверяешь ей? Вы так дружны.

— Дам тебе совет, племянница. Доверять в этой жизни нельзя никому. В твоем случае, положиться ты можешь только на Айвена. Даже мне не верь. Ясно?

— Звучит грустно.

— Это правда жизни. Ты же не хочешь, как я, в плену на столько лет оказаться? Не хочешь. Так что прими мой совет без особых вопросов.

Я не стала продолжать разговор, так как лицо Лаиссы омрачилось явно от не особо приятных воспоминаний.

В таверне на первом этаже на удивление было малолюдно, а я проголодалась, так что время мы решили скоротать за ужином, не дожидаясь прихода мужчин.

Постепенно вниз начали спускаться и остальные, но их лица сливались для меня в какое-то серое пятно.

Меня начало клонить в сон, так что оставшееся время в ожидании я провела в постели. Из сна меня вырвало резко, словно кто-то толкнул в плечо. За окном уже стемнело, внизу, судя по звукам, царил ажиотаж, и я спустилась вниз. Весьма вовремя, так как в этот момент двери таверны открылись, и внутрь вошли Айвен с Артайусом.

Я вытянула голову, но Марильи среди них не увидела, что меня сильно удивило, но я промолчала, оставшись стоять на ступеньках лестницы.

Айвен подошел к своим бойцам и щелкнул пальцами, накрывая себя и их куполом. Вот только я при этом всё слышала.

— Марилья сбежала, так что по прибытию в столицу уведомите Старейшин о ее побеге и направьте волков на ее поиски. А пока уведомите наших, чтобы готовили арестованных и привели их к телепорту. Через час отбываем.

— Как скажете, нагваль, — кивнул один из бойцов, после чего они тихо вышли из таверны.

Айвен поднял взгляд на меня и дернул уголком губ. Лицо у него выглядело донельзя уставшим и изможденным, но тревоги из-за побега Марильи я там не увидела. Впрочем, если она выздоровела, угрозы для общества отныне не представляет.