Представление о том, что сельское хозяйство породило цивилизацию, является лишь одной из теорий. Существуют и другие взгляды, некоторые из которых основаны на недавних находках внушительного масштаба руин церемониальных сооружений, предшествовавших по возрасту сельскому хозяйству и городам. Рождало ли сельское хозяйство города, затем породившие духовные мифологии и религии в ходе цивилизационного процесса, или же духовные мифологии привели к оседлой жизни и городам?

Это не столь уж несовместимые теории, оба процесса могли иметь место, поскольку сельское хозяйство способствовало глобальному распространению урбанизации за счет ускоренного роста населения, состоящего из более сильных и здоровых людей. Скорее всего, в нашем понимании развития и распространения человеческой цивилизации будет еще много уточнений. Одна из захватывающих теорий основана на двадцатилетней работе покойного немецкого археолога Клауса Шмидта, производившего раскопки на объекте Гёбекли-Тепе в горах Турции в верховьях реки Евфрат, недалеко от сирийской границы с видом на Плодородный полумесяц. Гёбекли-Тепе, внушительное сооружение с расположенными концентрическими кольцами большими каменными колоннами, не связано с какими-либо городами и, как полагают, использовалось для религиозных церемоний. Что делает Гёбекли-Тепе необычным, так это его возраст: комплекс действовал ранее 10 000 лет до н. э., то есть он предшествовал гончарному делу, колесу и городам, возникшим в результате сельскохозяйственной революции[96]. Это может говорить о том, что оседлый образ жизни и цивилизация развивались из ритуальных центров и стремления жить вблизи священных ритуальных мест. Согласно этой теории, мифология сначала организовывала население в отдельных местах, а затем эти общины, чтобы обеспечивать себя, обращались к сельскому хозяйству. Но обсуждаемые здесь закономерности естественной истории не согласуются с этой гипотезой. С позиции естественной истории, одомашнивание представляется продуктом коэволюционных взаимодействий, аналогичных отношениям между цветами и их опылителями, а не изобретением уже сложившегося сообщества. Хотя, как представляется, существуют и другие подобные Гёбекли-Тепе досельскохозяйственные центры, но исходя из четкого представления о том, что мифология ведет к конфликту цивилизаций, наряду с нашими знаниями о центральной роли сотрудничества между организмами, сельское хозяйство было эволюционным фактом, а не творческим актом.

Так как же нам быть с Гёбекли-Тепе? Возможно, это след ранней культуры шаманства, возникшей благодаря опытам с психотропными растениями и явившейся одним из первых материальных проявлений религиозной мифологии. Если это так, это будет означать, что мифология развивалась одновременно с одомашниванием растений, особенно психотропных растений, и таким образом это вписывается в детерминистическую, эволюционную концептуальную модель. Кроме того, церемониальные центры, первобытная религия и эксперименты с определенными растениями могли играть гораздо более важную роль в ранней цивилизации, чем считается в настоящее время. Сочетание психотропных экспериментов и иерархического порядка цивилизации может стать почвой, на которой выросли высоко стратифицированные религии, долгое время контролировавшие цивилизации через правящие семьи царей и священников[97].