Дамиан

Думал ли я когда-то, что вступлю в светлый брак? Я бы рассмеялся в лицо любому, кто такое предположил. Я темный, я мужчина, я глава рода и я ввожу жену в свою темноту, никак иначе. Но с птичкой все по-другому.

Я чувствовал это, когда она смотрела на меня, когда она шептала моё имя в темноте. С ней я забывал о своей темной природе, о своей репутации, о том, что я должен быть сильным и несгибаемым. С ней я был просто мужчиной, который любил женщину. 

Грех было жаловаться. Её светлый дар не раз помог мне в те моменты, когда я терял себя. И сейчас я с наглым самодовольным видом переступал порог дома семьи Райвуд. Даже приоделся, чтобы птичке было не стыдно за меня.

Для нее отец был важен и я обещал, что не буду перегибать палку и провоцировать. 

Чего только не пообещаешь за один поцелуй и возможность нырнуть под юбку.

Мисс Райвуд поставила меня на колени и, чёрт возьми, я чувствовал себя отлично у этих стройных ножек. Но об этом знать никому не нужно. Свои слабости ни в коем случае нельзя показывать. Для всех пусть я и дальше остаюсь злодеем, хищником, что сцапал в свои когти хрупкую светлую пичужку, обрекший её на страдания и мучения. Но мучения ей светили только одни – подо мной в нашей постели. И я знал, что она не будет жаловаться.

— Я доложу мистеру Райвуду о вашем визите, — сказал старый слуга, и в его голосе послышалась лёгкая настороженность.

— Поторопитесь, добрейший, — усмехнулся я.

Я вошёл в холл и тут же встретился взглядом с Кассией, которая, как девчонка, выглядывала с лестницы, не в силах удержаться. Её глаза блестели, щёки порозовели, и я видел, как она волнуется. Я расплылся в улыбке при виде нее. Прошло несколько часов с нашего расставания и я уже соскучился по своей девочке.

Она явно переживала перед предстоящим разговором. Но причин для волнений не было. У меня на руке красовалась метка их светлой Богини и стоит закатать рукав рубахи, как все объяснения отпадут. Но Кассия хотела, чтобы я нашёл общий язык с её отцом, и я это сделаю. Ради неё. 

Лорд Райвуд был светлым до мозга костей. Но правильным светлым. Он воспитал удивительную дочь, значит, не все так плохо. Уже за это можно было сказать ему спасибо и немного потерпеть.

— Проходите, — сказал слуга, открывая дверь в кабинет, а я подмигнул спрятавшейся Кассии.

Мой тесть был напряжён. Он стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на меня с холодным, оценивающим взглядом. Не каждый день в гости заглядывают тёмные изгнанники-убийцы.  

— Мистер Монтре, — кивнул он мне, и его голос звучал сухо, официально. — Я удивлён вашему визиту и у меня нелестные предположения относительно него.

— И вам, мистер Райвуд, светлого дня. Так же у вас говорят?

— Я бы так не сказал, — он прищурился, — Не знаю, зачем вы здесь, но явно не для светлых пожеланий.

— Отчего же? — я закинул ногу на ногу, — У меня, как ни странно, прекрасный день. 

А ночь была еще прекраснее, и я желал бы повторить, а не сидеть здесь.

— Вы что-то задумали, — он сел напротив меня, и его голос стал твёрже, — И, сдаётся мне, это связано с Советом и моей дочерью.

— И да, и нет, — я покачал головой, чувствуя, как он пытается просчитать мои ходы, — Возвращение в Совет меня сейчас мало интересует. Я искоренил заразу и немного успокоился. Кто у нас там метит на место Главы? Старина Ройс? Он возмужал после смерти Уоррена. Его кандидатура меня пока устраивает. Надеюсь, ему хватит ума учиться на ошибках предыдущих. И я даже с радостью поделюсь с вами компроматом на него, чтобы он и дальше вёл себя хорошо.

Кассия была не слишком похожа на отца, но вот острый взгляд, которым он сейчас направил на меня, всё же достался ей от него. Но я без труда его выдержал.

— Я откажу вам.

— Я ещё ничего не предложил, — усмехнулся я.

— Если Совет вас не интересует, — он подался вперёд, — То интересует моя дочь. И я не позволю вам использовать её в своих целях. Этого я допустить никак не могу.

— Всё верно, — я не стал лукавить. — И хочу не использовать, а жениться на ней.

— Я для Кассии желаю счастья. И вы, уж простите, не лучший кандидат в мужья.

— Ну что вы. Какие обиды. Но так уж вышло, что мы с вашей дочерью любим друг друга, и она была бы счастлива, если вы не станете чинить препятствий, а одобрите её выбор.

— Бред! — он вскочил с места, — Вы в своем уме ли, юноша? Когда вы успели её полюбить? И способны ли вы на подобное чувство?

— Юноша… — я рассмеялся, — Так меня давненько никто не называл. Да, я тёмный, но, как оказалось, ничто человеческое мне не чуждо.

Я повернул голову к двери.

— Касси, дорогая, зайди, — сказал я громко, — Ты наверняка подслушиваешь. Я чувствую тебя.

Дверь приоткрылась, и в неё заглянула красная пташка, испуганно посмотрела на меня, потом на отца.

— Дочь, зайди, — сказал Райвуд, и его голос смягчился.

Она несмело шагнула в кабинет, сжимая руки перед собой, останавливаясь около нас.

— Мистер Монтре утверждает, что ты в него влюблена, — сказал ее отец с насмешкой, абсолютно уверенный, что услышит опровержение моих слов.

— Папа… Прошу, только не волнуйся… 

Райвуд неверяще уставился на птичку, оседая в свое кресло, демонстративно хватаясь за сердце. А это он еще стонов моей птички не слышал. Я предусмотрительно поберег его нервы. Но он все равно решил подпортить мне предложение. Кассия бросилась к нему, опускаясь на колени.

— Девочка моя, что он сделал? Он просто оморочил тебя… Ничего, милая, — он погладил ее по голове, — Я не дам тебя в обиду.

— Я вручаю вам свое поместье пока мы будем в отъезде. Как и мои предприятия. У меня хорошие управляющие, но все же контроль на месте не сравнится с местным. Так что…

— Дамиан, — Кассия посмотрела на меня укоризненно, не давая закончить.

— Все с твоим отцом хорошо, — отмахнулся я, — Сердечный приступ выглядит не так. Ему просто нужно время на осознание, что его дочь выросла.

— Папа…

— Девочка моя, он ужасный человек… Ты не понимаешь. Он использует тебя.

— Я знаю, папа. Но он не такой, как вы все думаете, — вступилась за меня птичка, — И я правда его люблю. Очень сильно.

— Ну раз у нас тут такие сентиментальности. То я клятвенно обещаю заботиться и никак не обидеть вашу дочь. Могу поклясться хоть сейчас. Где у вас нож?

Райвуд перевелся взгляд с дочери на меня.

— Вы не обманете меня, — заявил он.

— Нет. И не собирался.

— Тогда идемте, — ее отец встал, как и не было плохо, — Я выведу вас на светлую воду.

— Как вам будет угодно, — поспешил за ним. Чтобы он там не придумал, мне не о чем было беспокоиться. А если он так угомонится, то пожалуйста.

— Дамиан, куда вы? — заволновалась птичка.

— Не волнуйся. Мы нашли общий язык. Скоро вернусь, — подошел и поцеловал ее.

— Может, просто показать ему метку.

— Еще успеется, — мне даже стало интересно, что задумал тесть.

— Ты невыносим.

Я знаю. Но она сама хотела, чтобы мы с ее отцом пообщались. А я привык выполнять обещания.