Отличная погода, птички и благодать, посылаемая главным игг-древом круга. Целая толпа собралась посмотреть на наш таран и лично потрогать. Из сего творения мы давно выпрягли тауро, отправив пастись рядом на травке, разумеется, предварительно сняв защиту. Впрочем, прятать изобретение не стали, а разложили рядом с боевой деревянной махиной. Тут собралась огромная толпа. Народ не поленился подняться на гору, которая вела к порталу с входом в домен, чтобы лично поговорить, пощупать, потрогать, восхититься, а возможно, и узнать некие секретики. А мало ли, вдруг однорукому командиру столь удачливой и мощной армии, вздумает в голову зайти, например, в соседний домен? Лучше знать об этих планах заранее. Помимо тарана, очень большой интерес вызвал металлический паук. Рунные существа не из живой плоти были редким, но не уникальным секретом, и было очень интересно посмотреть именно на героя битвы.

Утром настало время входа в домен. За наш транзит я вчера справедливо рассчитался, оставив целый мешок разных полезненностей. Звездные монеты, которыми рассчитывались за руны и прочие предметы восхождения, стоили дорого. А вот в обычных расчетах тех, кто не имел доступа к восхождению, в качестве денег использовали небольшие ценные минералы, трупики сушеных звёздных зверьков, орехи, тоже со звёздной кровью, и какие-то камни, из которых получались защитные амулеты. Это было лёгким, компактным и ценным, что отлично заменяло деньги. В любом месте этого круга все эти вещи с удовольствием обменивались или годились в качестве оплаты.

Тарантула я отзывать не стал. У него было ещё несколько дней для путешествия вместе с нами. Призвать его смогу только через десять дней, но возможно он пригодится нам гораздо быстрее. Азалана через сутки опять ушла в руну, и я её вызвал снова перед самым заходом в домен. Были свои соображения. Первое, это ей просто неплохо погулять, тем более у нее теперь был третий призыв, и я им мог воспользоваться в любую секунду, и именно его держал в резерве, а во-вторых, я хотел показать, что и боевой паук, и женщина-змея, которую отлично запомнили местные во время штурма, в строю и готова снова резать сухожилия всем, на кого я укажу. Третье — это то, что серебряная змеюка всегда была самостоятельной, находила себе отличные занятия, а местность впереди изобиловала мелкими речушками, озерцами, болотцами, и представляла собой довольно извилистую дорогу, порой проходившую между водных преград. В ближайшие полдня предстоял переход по хорошей дороге, а вот окружение состояло из водных преград водоемов, а серебряное существо, адаптированное именно для водной среды, будет контролировать эти воды как нельзя лучше. У меня, конечно, была наемница, и в своём теле рыбообразной всегда может нырнуть и посмотреть, что в глубине, но Длань была занята над общим руководством каравана.

За прошедшие сутки удалось найти ещё два тауро. Шесть здоровенных быков тащили припасы, ненужное пока оружие и просто необходимое. Но и все остальные были загружены. Путь предстоял неблизкий, поэтому организация охранения, обеспечение привалов, кормление и ещё много чего было именно на моей супруге, которая фактически являлась начальником нашего штаба. Все остальные тоже не сидели без дела, и, пожалуй, только мне оставалось делать гордый вид и следить за перемещением Тарантула. Это единственная работа, которую было невозможно делегировать.

Через взятую вчера крепость, победоносная армия прошла молча, не встретив ни единого человека. Я чувствовал присутствие людей, но все местные просто ушли к другой части поселения и ждали, пока мы уберёмся подальше. Следом предстояла дорога, которую отлично знали, мы шли к одному племени. Хотелось попробовать там набрать немного воинов. В этих местах любили строить крепости, а там, где не получалось или не хватало ресурсов, строили небольшие заграждения вокруг поселений. Надо было увеличивать армию. Скорее всего, постоянно так везти не будет, и если придётся воевать по-настоящему, то моей скромной армии явно недостаточно.

Сам поход прошел совершенно без проблем. Пару раз из воды пытались напасть хищники, но выглядело это странно, и на что рассчитывали выскочившие небольшие зверюги, совершенно непонятно, кроме возможности пообедать вместе с моими воинами в качестве основного блюда. Азолана шныряла повсюду, перемещаясь в разные места, неожиданно выныривая и также уходя под воду. Змее-женщина своей верхней половиной тела, доставляла очень большое эстетическое удовольствие парням, но при этом все прекрасно знали, что серебряная змея умеет не только строить глазки, но и то, что отрезается быстро, а отрастает очень долго.

К вечеру мы пришли к намеченной цели. Довольно большая территория, огороженная забором, с неким подобием сторожевых вышек, а внутри поселения, состоящее из просторных полустационарных шатров. Сооружения массивные, из шкур и огромных палок, которые можно перевести на крупных тягловых животных или повозках, но не походный вариант для простого пешего человека.

Аудиенция с риксом состоялась почти сразу. Помимо этого поселения, рядом находились ещё немало принадлежащих этому народу, который был многочисленен и занимал обширные территории. Я рассказывал о том, что иду наказать подлого фламина по заданию наблюдателя, о своих сомнениях по поводу странностей и непонимания целесообразности применения червивой руны под игг-древом, а вернее последствий. Всё было нормально, мне были готовы дать неплохой отряд в обмен на долю в справедливой добыче, пока к разговору не подключилась старшая жена рикса.

Любимая серебряная восходящая, которой можно всё. Так бы я, наверное, охарактеризовал эту тётку. Хотя странно, до серебра ещё дожить надо, и как она его достигла с такими-то характером и мозгами? Из-за её вмешательства всё резко поменялось. Вместо помощи воинами нам пообещали только безопасный проход, дать еды и заботу о раненых, если кто выживет и сможет до поселений доползти. Мне оставалось только кивнуть:

— Я завтра своих людей поведу без вас. Если хотите, присоединитесь, не захотите, останьтесь здесь, я найду тех, кто будет мне помогать.

— Никто не согласится, — огрызнулась жена главного.

Я пожал плечами:

— Значит, я пойду в другой домен. Например, у центрального древа полно капитанов, которые имеют сильные команды, а у меня есть чем платить.

От серебряной супруги местного владетеля получил демонстративный отворот головы и фыркающий презрительный звук. Да будь у меня задание просто захватить домен, без всяких риксов и славы, я бы просто продал золотые руны, что подогнал небесный восходящий, а на вырученные деньги набрал орду отморозков и всех убил. Или вовсе выжег бы пару доменов связкой своей чёрной руны и золотом, а оставшиеся в живых приползли бы мне колени целовать. Наверняка мне подарили что-то очень неслабое. Я ещё не выяснил, что попало мне в скрижаль, но точно не руны усиления или развития.

— Ты надеешься на тех, кто продаст тебе клятвы? — продолжила отгавкивать из-за плеча мужа взбалмошная дура.

— Проданная клятва надежнее, чем те, кто не собирается помогать, а просто увязался посмотреть со стороны на мои подвиги. Пусть лучше со мной будут продавшие своё обещание. Я буду знать, на что рассчитывать, и лучше иметь верную бронзу, чем глупое серебро.

— Жалкое дерево! — выхватила нож жена рикса, поняв, что я именно её имел ввиду, хотя без конкретики, и выражение можно считать образным, и приписать мне оскорбление формально нельзя.

Она была серебром, но в её голове явно гулял ветер, а ко лбу оказался приставлен штурмовой комплекс. Оружие Длань успела выхватить раньше, чем злобная тётка смогла приставить ко мне нож. Убивать меня жена рикса точно не посмела бы, а вот подержать клинок у моего горла и сказать пару грозных слов, с неё станется, но не задалось. Наверное, всё-таки в черепной коробке взбалмошной дамы ещё что-то осталось. Штурмовые комплексы здесь не в ходу, но догадаться, что это оружие несложно. По крайней мере она убрала клинок, сделав это с неимоверным презрением и чувством собственного превосходства. Если что-то выхватили и направили в лоб, скорее всего, ничего хорошего голове от этого не будет. Возможно, восходящая по выражению лица наёмницы поняла. Не смотря на перегруппировку, и отход, словечко перепало и в сторону подруги:

— Жалкая бронза, — аж прорычала она, но нарываться не хотела.

Я положил руку на укороченный «Суворов» и опустил ствол:

— Каждый принимает решение сам. Лучше не подходи к нам, а то те, кто охотятся на меня, подумают, что ты со мной и могут случайно напасть и убить. Если вы хотите жить в мире, то просто останьтесь в стороне. Я пришёл не за вашими жизнями. Я обойдусь и без вашей помощи. Если хотите, то можете идти с нами или остаться дома. Меня хотели убить под главным игг-древом, нарушив фионтар и применив червивую руну. Я иду не только за местью, но и за правдой. Я хочу знать, почему фламин народа не побоялся гнева наблюдателя. Не беспокойтесь. Когда я отгрызу руку предателю и узнаю истину, обязательно расскажу. Вам не надо никуда ходить. Просто подождите дома.

Народ рядом одобрительно загудел, а я получил ещё немного славы. Кстати, пока тётка истерила, сообщений о потере столь ценного параметра не поступало. Возможно, все знали о непростом характере дамы сердца местного владыки и просто было интересно понаблюдать за истерикой и как женщины на людей кидаются.

— Я сама о себе смогу позаботиться, — выплевывая каждое слово, произнесла жена рикса и на секунду глянула в сторону своего мужа.

Никаких внешних реакций со стороны главы народа не было, его лицо осталось невозмутимым, но я ощутил чувство одобрения и даже восхищённые отголоски обожания, промелькнувшие в эмоциях рикса. На языке вертелось: «да дорогая», — но я тоже был невозмутим и промолчал. Хотя она являлась лучшей из воительниц среди женщин племени, но с характером явно не задалось.

Попадаются же дуры, что иногда проще прибить, чем объяснять. Я прилёг в шатре. Длань и здоровяк ушли с детворой в ночь, натаскивать молодых своим премудростям. Разместившись на лежанке, приказал симбионту спать. Тут же увидел сон про то, как я встал с топчана, приготовил руну иллиумовый коготь сна, готовый запустить её в любой момент. В своём реальном сновидении я проходил мимо людей, не обращающих на меня никакого внимания. Окружающие в такой ситуации на меня никогда не реагировали, и я это давно выяснил. С помощью иллиумового когтя мне уже удавалось приреза́ть восходящих. Когда я убил одного из риксов народа Древа, золотую обезьянку, то обратил внимание ещё на одну особенность. Мне удалось её уничтожить первым же ударом в средоточие, и она погибла мгновенно, но я потом разрезал тело и отрезал хвост. Мне пришлось быть в контакте с мёртвой представительницей народа Древа, но рун не получил. Я увидел глифы и звёздочки звёздной крови только тогда, когда проснулся.

Ещё один раз мне удалось прирезать резервное тело Победоносного, которое он хранил во сне. Я мгновенно уничтожил средоточие тела, и тоже нужно было нанести тяжкие повреждения уже мёртвому двойнику. Тогда древний на меня среагировал, но даже так звёздной крови я не получил. Все руны и звездная кровь остались на трупе обезьяны и на теле древнего, когда нас разделяла такая эфемерная составляющая, как сновидение. Единственный раз, когда получал во сне руны, это когда дрался с безликими кел, закрытый в домене Говорящей Головы. Но тогда меня специально затаскивали в сновидения, и мои противники тоже были в одной со мной реальности.

Вот в этом и был мой план. Прирезать дуру через сон. Один удар иллиумового когтя в средоточие и уйти. Желательно со спины. Пусть себе валяется, а потом её найдут, и увидят удар похожий на кинжал. Руны и звездная кровь останутся на месте. Всегда есть вероятность, что кто-то ударит в средоточие, даже, возможно, специально, и попадёт, но оставленные руны укажут на невосходящего. Почти наверняка соприкасаться с телом и не забрать руны мог только простой человек без гвоздя в запястье. Очень сложно убить серебряную восходящую кинжалом, и при этом не тронуть искорки восхождения. И ещё один момент. Если это не восходящий, то простой человек, кто мог ткнуть лезвием и убить, должен быть из ближайшего и доверительного круга, которого к телу подпустят. Просто так ткнуть или даже ногой пнуть женщину серебряного развития очень непросто. Вот пусть и думают кто это сделал. По крайней мере, все сильные из моих были восходящими, а простых людей, что к моей банде справедливых примкнули, в шатёр главной жены рикса обычно не пускают. По крайней мере без предварительной договорённости с самой хозяйкой шатра.

Ложась спать, я не задергивал полог шатра, оставляя себя в поле зрения соглядатаев местного главы народа. То, что за мной наблюдают, абсолютно точно, и именно сейчас конкретно я сплю и проснусь нескоро. Я уже подходил к шатру, намереваясь выполнить корпоративную подставу в духе лучших управленцев, претендующих на кабинет начальника, но увидел силуэт знакомой птицы. Огромный дрейк с прижавшимся к нему всадником взмыл вверх. Раздались крики и вопли. Люди куда-то побежали, а летающий ящер, сделав разворот, повернул к лесу. Вслед ему полетели руны, выпущенные стрелы. Копья я не считаю. С такого расстояния это бесполезно, но выстрелено и кинуто было немало. Птица прижалась к верхушкам деревьев и через несколько секунд исчезла в чернеющем небе, скрывшись за деревьями. Полёт проходил максимально низко, и времени среагировать, пока тень не ушла за кроны, было минимум. Единственное, что теперь можно было делать, это посылать вслед улетевшему фламину ругательства.

Ещё через некоторое время забегали люди, поднялся шум уже по всему лагерю, и я решил, что лучше проснуться у себя в шатре, чем подозрительно спать, когда всё поселение на уши вскочило. Команда симбионту — и проснуться у себя в шатре.

Делая максимально сонную рожу, выполз из жилища, явно не понимая, что за суета, начал прислушиваться, соображая, где и что. За мной наблюдали, но всё это время я просто спал у себя и ничего такого в этом не было. Ночь, ужин давно прошёл, что ещё делать и где мне быть?

Сориентировавшись на вопли и основной источник шума, пошёл к шатрам в центре лагеря. В поселении началась суета, и я двинулся туда. Меня вначале вовсе хотели прогнать, зло выкрикивая что-то на местном наречии, но после окрика рикса, нехотя указали куда мне идти. Кто-то явно озаботился эстетикой и комплексами не страдал. Кровью было измазано всё, от верхушки до низа. Кому принадлежало жилище сразу понял по разбросанным украшениям, кусочкам одежды, подвешенным рукам, ногам, висевшим по отдельности, и голове на входе, которую укрепили на специально приспособленной палке. Жилплощадь принадлежала той самой серебряной жене. Свирепая воительница в развитии если и уступала мужу, то несильно, но её выпотрошили, а ещё и разделали с чувством и расстановочкой, разделив на части и развесив демонстративно-показательно, в лучших традициях мясной лавки, при этом тихо и быстро.

Наверное, всё, что я раньше называл «демонстративно-показательно», следовало называть как-то проще, а вот тут был именно тот случай. Руки, ноги, выпотрошенное тело, личные вещи и голова были в строгой геометрической пропорции и образовывали некую инсталляцию, при этом вместо развивающейся копны волос были сплетены аккуратные косички, с пышными яркими бантами, нарезанными из тряпок, которые были разбросаны по шатру. Яркие вещи из тонких и приятных тканей привозили торговцы, и многие местные носили такие одежды, совмещая со свирепыми шкурами и бронёй. А теперь главный вопрос мироздания: кто это может сделать с серебряной восходящей, чтобы быстро, тихо и с такой эстетикой? В том, что виноват фламин и это все знают, я никого не разубеждал. Во всех делах должен быть козёл отпущения, но всё же?

— Ты сюда пришел, и от твоих слов идёт только смерть, — начал могучий воин, нависая надо мной.

Я молчал и смотрел в глаза риксу, не отводя взгляда. Пауза была долгой, а потом он, отвернувшись и глядя на выпотрошенное тело, сказал уже совершенно спокойным тоном, из которого ушли все эмоции:

— Я был неправ. Пока мы будем ждать, стая волкеров станет только больше. Как бы далеко не находилось логово, но если живёшь, где охотятся звери, то рано или поздно они нападут. Чем дольше тебя не трогают, тем большая стая придёт к тебе однажды ночью. Хищник обязательно нападет, просто сделает это сейчас или позже, и не надо верить, что этого не случится. Справедливость и честь, хейр. Когда прогорит погребальный костёр, мои воины будут готовы пойти с тобой.

Слова тут были не нужны. Я просто кивнул и направился к себе. Всё было сказано, и больше мне здесь находиться не надо.

Стоило вернуться в жилище и улечься на лежанку, ко мне под шкуры скользнула девушка. Верхняя половина мне была отлично знакома. Отличная фигура, взгляд, который ненавидел всех, но меня намного меньше остальных, а вот с нижней половиной было не всё так просто.

— А где змея? — спросил я, глядя на крутые бедра, которые уже прижались к моим и явно настраивались на всё самое приятное, что может случиться с мужчиной и женщиной.

Верхняя половина была моей традиционной змеюкой, как я её много раз видел, а вот нижняя была не от пресмыкающейся, а от обычной девушки. Вопросов к нижней, конечно, не было, отличные бёдра, стройные ноги, гибкая талия и изгиб спины. Вот только куда делось змеиное тело Азаланы? Или так тоже можно?

— Я могу метаморфировать, — произнесла она, немного подумав и явно вспоминая умное слово.

— Морф? — искренне изумился я.

В космосе подобных существ было немало, которые могли принимать обличие других, от примитивного копирования формы, когда склизкие комки отращивали себе нечто вроде головы рук и ног, имитируя человеческое тело, до абсолютных копий человека, когда даже продвинутые сканеры, работающие на биометрии и анализе ДНК, не могли отличить морфа и сам оригинал. Меня это совсем не смущало. Для меня Азалана была тем, кого я видел, как на взгляд, так и на ощупь, но всё же. У меня уже был опыт соития с прекрасными девушками в которых превращалась тварь, ворующая детей, и никаких моральных и эстетических проблем я не испытывал. Для меня она была рыбообразной из глубоководных и плевать, что её разум космического масштаба. Прямо здесь и сейчас она просто рыба. Так и с моей змеёй. Видно, не зря она так на меня поглядывала, отлично зная, что имеет возможность сменить нижнюю половину на более подходящую для ухаживаний.

— Я была прекрасная девушка кел, вот с такими длинными пальцами, бровями и обворожительной улыбкой, — говорила моя руна, красуясь и демонстрируя себя. — А потом меня схватили опутали ужасающими мучительными цепями, подавили сознание с помощью рун и превратили в заточённое существо. Но они не знали, что когда-то очень давно я была настоящей богиней. Это как высшие восходящие, и даже сильнее. В другом мире, очень давно, далеко от Единства. Мой мир очень красивый, с огромным океаном и настоящим солнцем, а потом меня засунули в холодные воды. Было страшно и одиноко. Металлическое чудовище вытащило меня из глубины и сделала своей служанкой, одарило новым телом. Меня учили, чтобы я приносила головы тех, на кого укажет мой хозяин.

— Богиня?

— Да, меня боялись и сковали силу, но забрать не смогли. Я научилась находить и убивать. Я очень давно в Единстве и в моей голове есть воспоминания о золотом городе, когда он был ещё не в Вечности, — продолжала говорить Азалана, совершенно наглым образом прижимаясь ко мне и шепча в ухо. — То серебро, что ты видишь, это чтобы сделать меня слабой. Серебряное существо в серебряной руне. Так безопасней для хозяина. Многие существа, закованные в скрижаль, оставили себе лазейки и сохранили волю. Я сильна, и если руна очень хочет, она всегда найдёт способ сделать не так, как велит хозяин, в клятвах можно ошибиться словом. Нельзя ошибиться только в чувствах.

Это было последнее, что сохранилась в памяти мозга, перед тем как отдать управление инстинктам. Змея была хороша и ненасытна. После, Азалана исчезла в руне, перед этим продолжительно поцеловав в губы, а потом отодвинувшись и выгнувшись, показывая себя, как знакомую мне верхнюю половину, так и нижнюю, пригодную для эксплуатации особью мужского человеческого пола.

Как только змеюка отправилась на перезарядку, вошла Длань. Мой шатёр снова стал наполнен женщинами. Такое ощущение, словно наёмница ожидала этого. Подруга ухмыльнулась на измятые тряпки и сдвинутые шкуры, щёлкнула пальцами, поставив купол тишины и проверив полог шатра:

— Она тебя обожает. Интересно, у неё второе тело как у шефа, или своё может менять?

— Может Азалана просто устала сидеть в руне? — предположил я.

— Да нет, я была у шатра и знаю, что там произошло. Это она.

— В смысле?

— Это очень эффективный менеджмент. Собрать вместе самых сильных исполнителей, мотивировав общей задачей. Тогда люди работают уже не за деньги, а против кого-то. Меня тоже учили умным мыслям. Иногда есть необходимость работать под прикрытием и даже один раз изображать тупую и грудастую секретаршу в короткой юбке. Приходилось целый день клацать нарощенными когтями по умным схемам и приносить кофе из пищевого синтезатора в кабинет начальника. Многие думают, что при этом самое сложное ложечки и вилочки местами не путать, а юрисдикцию вместо юриспруденции не написать, но пришлось изучить делопроизводство, вести график встреч и даже сортировать вручную переписку, которую не стоило показывать корпоративному искину. Есть такой приём в управлении, как объединение нематериальным стимулом. Прирезав упрямую жёнушку, она притащила под твою отрастающую потихоньку руку, целую армию мстителей.

Наёмница не сопротивлялась, когда я подгрёб её рукой за бёдра и придвинув спросил:

— У меня теперь только два вопроса, на сколько короткая была у тебя юбка и как же дрейк и фламин, которых я сам видел?

— Не знаю. В следующую вязку со своей гадиной сам и спросишь. Я тоже видела птицу, но она взлетела дальше, а жену рикса резала именно твоя руна. Это точно. У меня есть умение, видеть куски червей. Не чувствовать живых как ты, а именно остатки присутствия. Полезный навык. Она тоже, как и ты, частично червяк. Другие этого не чувствуют, но она такая же, как и ты, теневая тварь, не червяк, а именно теневая. Может поэтому она тебя обожает? Женщины это сразу видят. Она сделала это для тебя. Ты бы никогда не уговорил этот народ идти с тобой, если бы любимую жену рикса не развесили по отдельным грудинкам и филейкам.

— Но как же дрейк? И что ты там делала? Неужели тоже хотела жёнушку рикса прирезать?

— Да, тоже. Я сама хотела прибить мерзавку, но не успела. Придумала в лесу забавную игру, где влюблёныши, под присмотром чернобородого будут меня по кустам искать. Так они следопытство отрабатывают. Немного спряталась и бегом в лагерь. Хотела тупую серебряную дуру прибить. Мне шеф на подобный случай одну руну к душе привязал. Совсем плохая, но в домене можно. Не успела. Просто почувствовала, что уже не надо, а в шатре твоя руна. Я как бешенный карх поскакала обратно к детворе. Еле времени хватило за кусты сунуться, как из лагеря пара восходящих прибежали, меня нет, а когда я по первому крику вышла, то даже расстроились. Думаю, их сразу послали меня найти, и они нашли. Сто процентное алиби.

— А я спал, — сказал я и перекинул мыслеобраз, как задрых с открытым пологом шатра и проспал, пока меня шум в лагере не разбудил, и добавку, как сам собирался прирезать мерзавку, рассчитывая, что в этом случае упрямиться будет некому и, если не сейчас, то потом, немного подумав, местный властелин всё же присоединится к справедливым мстителям.

В моём блоке информации имелось не только то, как я во сне подкрадываюсь, но и улетевшая огромная птица с седоком.

— Не знаю, — покачала головой подруга, — но в следующий раз, когда будешь со своей красоткой обжиматься, спроси, как она всё это устроила. Просто интересно. И Длань прижалась ко мне, рассчитывая заснуть прямо под боком, но не раздеваясь и без макияжа.

Получил мыслеобраз от подруги, в котором она прикинула, сколько шагов сегодня сделала, и сколько из них на пределе выносливости, бегом, вначале из леса в лагерь и обратно, с целью сохранить алиби. С математикой не поспоришь, и наёмница уснула, прижавшись ко мне, устроившись на мягких шкурах.

Я лежал, слушая дыхание супруги, и тут до меня дошло. Конечно, Азалана же морф. Отрастила себе нижнюю половину такую, как захотела, чтобы прийти ко мне в шатер, и что ей мешает вырастить что-то другое? Что увидели аборигены? Силуэт вспорхнувшего дрейка, руну-существо с прижавшимся к нему седоком. Очень сложно с большого расстояния определить все параметры и понять конкретику. Руна-существо серебро? Задание серебряное на уничтожение предателя, которое раздал наблюдатель, и почти наверняка столь ценный питомец имеет аналогичный фрейм. Что-то похоже схожее по обводам, после бегства которого остались неприятности в виде прибитой жены рикса. Ни у кого даже сомнений не возникло. Но я-то понял. Это было просто одна руна-существо в форме крылатого питомца и наездника.

Азалана, выпотрошив тётку залетела за деревья, а потом вернулась в лагерь. В этой суете тут хоть двадцать человек туда-сюда будет шастать, никому дела не будет, если ты не сидишь на крылатом монстре. Наверняка, даже караульные, побросав свои посты, сбежались к центру лагеря. Собрал свои мысли в кучу и отправил мыслеобраз подруге. Она только улыбнулась, сквозь наваливающийся сон. Наёмница сразу всё просчитала, и визит змеюки ко мне в постель только подтвердил догадки подруги.

Ещё сутки ни я, ни кто-то из моего отряда в сторону шатров местного рикса не ходил. Только через день, когда погребальные костры начали остывать, меня позвали на аудиенцию.

— Мой сын пойдёт с тобой. Он будет рассказывать о том, что случилось с его матерью. Он знает многих риксов в соседних доменах. Я хочу, чтобы все знали о подлости, — известил меня местный владетель.

— Но мы начнем с того круга, где он никогда не был, — попытался откреститься я от неожиданного члена команды.

Не хватало мне в диверсионной группе только сына прирезанной жены рикса. А если он ещё и взбалмошный характер от мамашки унаследовал, то совсем плохо. Будь это просто воин, пусть и беззаветно преданный риксу, было бы на порядок лучше. Подруга, конечно, найдёт способ сохранить тайны, а в случае нужды даже прикопать молодого восходящего, идущего нам довеском и представить всё в лучшем виде, что никто не придерётся, но это дополнительные заботы. Отказываться было крайне опрометчиво. Даже если найдут ворота, сделанные из иллиума, то уверен, наемница придумает двести-шестьсот объяснений и превратит это в нашу пользу, не раскрыв основной задачи.

— Моя жена из Огненных Клыков, — произнес рикс, предлагая свою помощь. — Они большое и сильное племя. Они сразу придут на помощь и пришлют много воинов.

Не знаю, проверял он меня на предмет секретов, предлагая взять его ребёнка, или был искренен, а может, просто метался из стороны в сторону, не зная, с чего начать месть за погибшую супругу, но его гиперактивность была совсем некстати. Я покачал головой:

— Сына берём, но надо начинать с малого. Я впервые оказался в домене, где познакомился с Владеющим Словом. Он отлично знает те места, и именно там больше всего странного. Постоянно жить можно только у световых столбов, Хозяин прилетает один раз в день, на рассвете. В других доменах нет убивающей темноты и люди живут и ходят где хотят и когда хотят, а кланяться вашему Хозяину надо от силы раз десять за время между тингами. Мне сказали, что в вашем небе он пролетает раз в полсотню дней, а бывает и реже. Не думаю, что моё появление именно в том закрытом куске круга — случайность. Вначале надо начать с него. — И, сделав умное лицо, произнес великую и мудрую фразу, — большая дорога начинается с малого шага.

Против такого аргумента не поспоришь. Рикс погрузился в раздумья. Я в свою очередь отказываться от довеска в виде сына владетеля, не стал. Может он только этого и ждал, но моё согласие без всяких условий заставило его погрузиться в глубокие мысли. Мужик явно что-то думал. Решил выводить из ступора местное дикарское руководство и добавил:

— Никто не знает причину, по которой прервали фионтар, и что сподвигло фламина на всё это. Он не сможет просто так выйти из домена. Значит он знает, что ему ничего не угрожает, и возможно, ему что-то надо от меня. Я нужен здесь, а вот пройти моим путём ещё раз, обязательно надо. Никто не знает, когда мои покинут отряд и уйдут в домен, даже я, но у тебя есть ещё полдня. Если решишь, что твой сын пойдёт с моей женой, то пусть приходит, передумаешь, пусть просто не придёт. Отвечать не надо, — и я развернулся и ушёл к своим.

Делать секрета из вылазки диверсантов-разведчиков ещё в первом разговоре с руководителем народа я не стал. Большое надо прятать среди груды мусора, но об истинной цели, конечно, не сказал. Уход пары влюблёнышей, Владеющего Словом и моей супруги не заметить сложно, и все знали, что такое произойдёт, но не думал, что именно это событие так сильно привлечёт внимание рикса. Нам давали целую армию, в которой очень немало восходящих, а взамен в разведывательную экспедицию отправляли своего сына.