Если честно, то полтора дня пьянки сильно утомили, и как-то незаметно заснул, под бой барабанов и пьяные крики. Сны — это другое. Я снова был во сне и стоял у четырёх огромных башен, которые видел раньше. Те самые, что в домене Владеющего Словом, но сейчас передо мной были не древние руины, а четыре величественных шпиля, сияющих лиором и изобилующих множеством архитектурных излишеств.

Я был руной-существом. Меня специально выпустили, и сейчас мне предстоял важный визит. Старый, но крепкий и нарядный слуга, отвечающий за приём гостей, ещё раз оглядел меня и слегка подтолкнул, подбадривая зайти на камень переноса. Церемониймейстер не мог за полчаса сделать из такого дикого нео, как я, хоть что-то культурное, но старался, предупредив, что надо молчать, отвечая только на вопросы, держать уважительное выражение лица и не забывать кланяться. Переодел в чистое и забрал у меня все палки с костяными наконечниками.

Шаг, и я оказался в просто гигантском зале, расположенном около вершины башни. Стены были прозрачны, и можно было видеть на огромное расстояние, ограниченное, пожалуй, только непрозрачностью воздуха. С полсотни кел в ярких, цветастых и нарядных одеждах стояли вдоль дорожки, сделанной из лиора. Лиор — это дорого. Мне его Победоносный показывал, как и ещё несколько очень ценных предметов и материалов, чтобы я, встретив обладателя не слишком броского, но дорогущего украшения или предмета, не тупил, а сразу опознал дорого-богатого индивидуума. В другом краю зала, со всем пафосом, стоял трон. На возвышающемся на метр над всеми кресле сидел ещё один нарядный. Он сильно выделялся. В абсолютно белых одеждах, с голубым светом в глазах и с презрительным и гордым видом. Я пошёл к нему, изображая строевой шаг, но вложив в него всё своё почтение. Старался как мог, даже заслужил лёгкую улыбку уголком губы.

Почти дойдя до величаво сидевшего на троне, развернулся вправо и поклонился неприметному мужчине. Он был не младше и не старше остальных, одет в такой же нарядный и помпезный костюм, как и все окружавшие, а в его глазах горело золото. Я, громко и чётко произнёс:

— Приветствую вас, великий мастер и авгур рода. Направляюсь сдавать доклад о происходящих событиях небесному восходящему, которого вы назначили восседать на троне. Прошу разрешить продолжить доклад!

— Ты не можешь меня видеть глупый нео! Небесный восходящий там, — прямо с возмущением ответили мне, указав пальцем в сторону одетого в белое и сидящего на троне кел.

Я задумался и сделал это с максимально глупой рожей.

— Так точно! Там! — легко согласился я, ещё раз склонив голову. — Прошу простить меня, великий авгур. Я не знал, что не должен вас видеть. Церемониймейстер не предупредил меня о тонкостях торжества. Я не знал, что если глава дома стоит справа, в третьем ряду и немного сзади, то это означает, что я не должен его замечать. Я лишь нео, неосведомленный о тонкостях этикета.

Был вежлив, как никогда, и максимально искренен. Чувствовал, как меня ментально сканирует множество разумов, но в открытом участке, который предоставил мой житель головы, я был искренен и даже в мыслях не мог чего-то плохого. Тупой, верный и придурковатый. И ещё раз уточнил:

— Разрешите мне продолжить доклад?

— Не нужно, а церемониймейстер следующий раз обязательно предупредит, — и глава махнул кистью руки, явно чем-то раздраженный.

У меня в голове, разумеется, в доступной части головы, ни одной мысли не возникло, чего он сегодня не в духе? Искренняя пустота, которую, кстати, постоянно считывали и проверяли мои эмоции. Фрейм главы дома поменялся на небесно-голубой. Он ещё раз сделал движение рукой, и все находящиеся в зале мгновенно исчезли. Просто вот были, а потом перестали. Наверное, есть определенный протокол, когда по взмаху левой руки слева направо, немного вверх и слегка с изгибом, все должны бежать во все стороны. Это я так примерно представил, потому что определил именно такой жест.

Я смог сильно удивить большого начальника, и не будь у меня богатого опыта общения с Победоносным и тощими кел, скрывающими свои возможности, то обязательно бы пропустил стоящего в толпе владетеля дома, расшаркиваясь перед разнаряженным клоуном, которого специально посадили на трон, чтобы я ему челом об пол бил и важности докладывал. А потом меня бы высмеяли, как тупого идиота, который среди стоящих у меня под носом великих не увидел настоящего хозяина. Был ещё вариант, что это такая проверка, но для чего?

Взмах руки кел и перенос. Ещё один зал, но в другой башне. Не смотря на прекрасный вид, обстановка оказалась совсем иная, а ещё внутри был жуткий, просто нереальный ментальный фон. Небесный авгур глянул на меня, наверняка ожидая, что просто сдохну, но прямо сейчас я делать подобного не собирался. Ощущения, как будто после перегрузок, а потом напился и ещё где-то головой стукнулся. Бывало и хуже, но большинство мне известных восходящих погибло бы мгновенно. Внутри всё пространство было заставлено непонятным оборудованием, скорее напоминавшем домик колдуньи из сказок, только изготовленного из самых блестящих материалов и украшенного до предела.

— И вправду не умер, — хмыкнул авгур.

— На всё ваша воля, — ответил я.

Вкруг лежали почти два десятка пленников, среди которых были нео, несколько кел, несколько представителей неизвестных мне зверо-народов, один минотавр и трое представителей народа воды. Все были примотаны шипастыми цепями к массивным металлическим конструкциям. Одна из водоплавающих была она. Та самая, из глубоководных, с длинным гибким хвостом. Я сразу узнал её. Это то самое тело, которое использовала тварь, ворующая детей. Именно с ней я дрался, когда освобождал дочку Победоносного. Слишком ли много совпадений? Задаваться такими глупыми вопросами смысла не видел. Если пытаться ответить на всё и сразу, то «отвечалки» не хватит.

Сейчас шёл какой-то ритуал, и, кажется, я понял, для чего нужен был я конкретно тут. Вопросы, почему оказался руной-существом, зачем мне устроили тупую проверку в зале из лиора, и зачем выпустили на входе, а не притащили сразу сюда в скрижали. В моей голове ответов не находили. Зато работа была проста и незатейлива. Великий кел размахивал резным деревянным посохом, изображая глифы рун, а я на подхвате.

— Раб, принеси мне кристаллы, — произнёс владетель.

Тела были связаны и располагались по периметру зала, довольно далеко от центра, и надо было идти с сотню шагов, чтобы дойти до середины помещения и пройти в светящийся купол, в котором находились небольшие подносы, на которых лежали разноцветные кристаллы. Я взял первый попавшийся и принёс авгуру. Владетель размахивал деревянным предметом, описание которого для меня было знаками вопроса, и выводил им в воздухе символы, которые появлялись, светились, а затем, материализовываясь, падали на зафиксированное тело, впитываясь в пленника. Он взял из моих рук поднос и насыпал кристаллы на тело минотавра. Плоть начала местами сжиматься, вспухать и даже сгнивать, делая это пятнами. Тело человеко-быка обмякло, и восходящий умер, оставив искорки звездной крови и рунные глифы. Небрежно смахнув появившееся рукой, владетель на секунду замер, рассматривая нечто, невидимое мне. За головой умершего на пол упало несколько светящихся кристаллов. Я хотел помочь поднять, но меня остановили жестом. Затем авгур движением руки заставил камешки подлететь, собрал их в ладонь, и они исчезли в руне хранилище. Он пошёл к следующему пленному, произнося:

— Раб, принеси мне кристаллы.

Пока глава дома готовил пленника, и опять размахивал палкой, рисуя символы, я сходил ещё за одним подносом. Мельком глянул на знакомую мне рыбообразную. Она, как и все пленники, была обнажена, руки и ноги примотаны шипастыми цепями к металлическим конструкциям, и даже хвост оказался дополнительно зафиксирован, на что выделили отдельный кусок цепи. Но пока была не её очередь. Следующим оказался кел, два нео, ещё один звероподобный восходящий и опять кел. Я таскал подносы, а авгур забирал руны и иногда упавшие около трупа кристаллы. Последние падали не всегда.

Я, кажется, начал догадываться, для чего я тут такой красивый нужен. С каждым трупом, ментальное давление росло. Скорее всего, поэтому меня сюда и притащили. Кто-то должен таскать подносы, и, судя по всему, здесь могут выжить только очень сильные восходящие, которым показывать происходящее в этом зале не хотят, а простые слуги просто погибали. А потом подвернулся я, со своей деревянной головой. Что может быть менее болтливо, чем руна-существо?

Ещё два нео, последний кел, с которого кристалла не получилось, дожали одного мужчину из народа воды и всех зверо-людов.

— Раб, принеси кристаллы, — махнули мне презрительно рукой в очередной раз, и небесный отправился к рыбообразной.

Я пошёл, взял поднос, принёс к совершавшему ритуал хозяину и немного постоял рядом. Великий явно был раздражён, и что-то шло не так. Глянул на рыбу. Может, показалось, но мне подмигнули. Символы отлично рисовались авгуром в воздухе, материализовывались, но, касаясь, тела рыбы скатывались, падая на пол, и рассыпались искорками звёздной крови, а не впитывались в восходящую как это было обычно.

— Принёс, — честно и искренне доложился, напомнив о себе, прождав несколько минут около размахивающего деревяшкой авгура.

Моё присутствие проигнорировали. Видя, что у меня не собираются брать из рук принесенное, поставил поднос на невысокий цилиндр рядом, по поверхности которого бегали блестящие искорки. Выбрал первую попавшуюся ровную плоскость, повинуясь наитию. Вспышка.

Вдали разгоралась красная лампочка, переросла в зеленое свечение. Просто знал, что именно так теперь выглядел для меня визуальный эффект, при котором вызывали из руны. Я оказался посреди выжженного зала. Тут же по голове получил куском обожженной корявой деревяшки, в которой я узнал посох, с помощью которого совершался ритуал.

— Тупой раб! И кто додумался такого, как ты, засунуть в руну? Соединить кристаллы с накопителем, — и мне нанесли ещё один шлепок по голове.

Это было не желание размозжить мне голову. Авгур наверняка мог это сделать, имея свои небесные атрибуты, а просто изливал гнев на мою неумную надстройку над телом, крепящуюся с помощью шеи. В эти мгновения хотели просто обозначить, что я тупой дебил, а он тот, который пострадал из-за чьей-то неумности. А чтобы я действительно проникся, мне надо было дублировать это тактильно. Пришлось вжать голову, выражая на лице искреннее непонимание, а я-то при чём? Видя мою реакцию, обгорелая штуковина, бывшая ранее предметом особой важности, а теперь просто обожжённой палкой в руках злого кел, полетела на пол, а мне показали рукой на выгоревшую комнату:

— Убери здесь всё, — и сделав шаг, исчез в овале свечения, который тут использовали как межкомнатные двери.

Я стоял и смотрел на выгоревшие до пепла тела пленников, обгорелые неизвестные мне штуковины, и просто груды чего-то, теперь ставшее пеплом. Тело рыбы по-прежнему было привязано к металлической раме. Вернее, выжженые кости, часть которых осыпалась пеплом, но костяк ещё угадывался. Я поднял обгорелую палку, которой размахивал главарь кел, стал над трупом глубоководной рыбы, вспоминая, как мы дрались на выдуманном мной тяжёлом крейсере Раджеп Мадарасп, нарисовал над ней знак шестого ударного флота. Наверное, порыва моих эмоций для обгорелой деревяшки было многовато, и она рассыпалась. Зато прямо в воздухе материализовался здоровый такой знак, выполненный из полированного металла и со звоном грохнулся на обгоревшие кости. Скатившись, железяка рассыпалась звёздной кровью, а среди облака пепла, поднятого от раскрошившихся костей, я увидел абсолютно чёрный глиф руны.

— Не сметь! — Раздался у меня в голове вопль главы дома кел, но было уже поздно.

За краткое мгновение, пока волна ментальной команды авгура давила моё сознание, пытаясь остановить, я тронул рукой чёрную искорку. Команда ударила меня словно разогнанный состав монорельса, но на мгновение замедлилась, натолкнувшись на преграду моей мозговой защиты. А когда сообразили отозвать меня обратно в руну, чёрная звёздочка уже скользнула мне в скрижаль.

И я проснулся. Скрижаль. Вашу червь! В моей скрижали была ещё одна козявка. То, что руна тысячекратного усиления её не слизнула, увеличив число применений, говорило только о том, что это другая руна. «Проклятая руна?????? — чёрная.??????????????????????????? Время действия — мгновенно. Стоимость — весь запас звёздной крови безвозвратно. Смерть». Ещё одна чёрная руна с обязательной смертью и всем запасом звёздной крови? Остался вопрос, как бы узнать то, что скрывается под знаками вопроса.

Оторвавшись от описания своего нового приобретения, увидел озабоченное и серьёзное лицо Длани. Наёмница спала рядом, но при моём шевелении мгновенно проснулась. Лежанку для меня сообразили прямо рядом с пиршественным столом, просто оттащив моё уснувшее тело на пару метров в сторону и уложив на брошенные на землю шкуры. Охранял мой сон воин народа Древа, заодно и храпевших рядом Владеющего Словом и главаря бандитов. Они не заморачивались на шкуры, а просто улеглись на голую землю.

— Плохой сон в руку? — поинтересовалась подруга.

— Не плохой, но пока в какую руку не знаю, — сообщил я Длани, и ткнул локтем дрыхнущего рядом Лесного Слуха. — Вставай гвардия. Службу служить будем.

Мутные истории с пополнением скрижали через сон идут своим ходом, а сделать то, что планировали, нужно было прямо сейчас. Оружие для моей армии само себя не купит.

Честный Глаз встречал меня на пороге своей лавки с распростёртыми объятиями из культи и широко расставленной руки, впрочем, как и у меня.

— Архераил! Ты ли это? О твоём поединке знают все. Я всё понял. Тебе просто необходимо иметь отрезанную конечность, и если у тебя под рукой такой нет, то тебя это гнетёт. Сразу после того, как ты отдал мою руку в храм Вечности, ты отгрыз новую. Я уже предупредил своих, что с тобой можно иметь дело, но издалека, и подходить близко только тогда, когда у тебя уже есть что-нибудь отрезанное.

— И я тебя рад видеть, сообщил я торговцу, и мы дружески обнялись, использовав уцелевшую руку.

Оценил остроумие гостеприимного хозяина, и изложил свою большую проблему.

Любой, кто занимает хозяйственную должность, несет материальную ответственность, владеет или распределяет некое имущество, обязательно становится владельцем дополнительных вещей, которые не проходят по официальным документам. Даже на нашей Претории, где не было денег и понятия продажи на сторону не существовало в принципе, у любого начальника крупного или мелкого склада всегда было что-то дополнительное. Это касалась всех мест с чем-то ценным. Что-то не забрали из оборудования, а потом вышли сроки эксплуатации и его списали, вернули лишнее или просто вычеркнули из списков. Когда идут прорывы и корабли горят целыми эскадрами, то не до пары штурмовых комплексов, которые не успели забрать со склада, и они оказались списанными вместе с десантным флотом. Проще отшвырнуть эти стволы в дальние ящики, чем объяснять, что посчитали неправильно и писать кучу объяснительных из-за такой мелочи. Да и когда звёздная система в огне, вот правда, не до этого.

Ещё один источник ценностей, но это в основном на ремонтных палубах и доках, разборка списанного в безвозвратные. Повреждения бывают разные, и, если уделить этому некоторое время, можно добыть немало полезного, и всё это складывалось, хранилось, сортировалось и держалось вне официальных запасов, но регулярно выдавалось своим, или использовалось по личному усмотрению начальника склада. Почти всегда в этом не было злого умысла, просто это всегда так, и хозяйственность будет свойственна человеку, хоть пройдут миллиарды лет.

Мы шли к четырём пузатым летающим кораблям. Уж не знаю почему, может быть, какие-то генетические эксперименты кел или правила расселения, но почти во всех кругах, где по морям ходили суда по воде, большинство мореходов было из людей Моря. Огромные здоровяки, как мужики, так и их женщины, проводили почти всю жизнь на палубах своих кораблей, сходя на берег только пьянствовать и поединки на оплеухах устраивать. С летающими кораблями было тоже самое. В этом круге их называли народ Высоты, но поголовные размеры крупнее среднего, нереальная ширина плеч, здоровенные ручищи и вороватые пиратские рожи, однозначно говорили о прямом родстве со своими морскими родственниками. Женщины, сбитые, с выпирающими формами и почти всегда выше меня, были под стать своим мужчинам. И традиционные татуировки с причёсками были практически идентичны. Ещё когда меня забирали с острова, обратил на это внимание.

Но конкретно сейчас мы пришли к воздушным волкам не для того, чтобы устроить соревнование по битью рож. Эта информация была крайне тайная и секретная. Без Честного Глаза я бы об этом никогда не узнал. Капитан Надувающий Паруса привёз большой груз. Товар шёл в один из доменов с другого круга. Капитан перевозил его от огромного каравана, состоящего из нескольких тропосов и пришедшего к краю круга, до одного из островов, где есть второй вход в домен. Это были отличные копья, длинные и одинаковые, которыми можно резать и колоть, шлемы из металла и плетёная металлическая броня, укреплённая костными пластинами. Самое главное, их было много и всё было одинаковое. Перехватить груз и не рассчитывал. Свою клятву капитан не нарушит и довезёт в целости и передаст заказчику. Но там, где он это взял, этого много, и если хорошенько покопаться, то наверняка в трюме припрятано немало ценного товара.

Со снаряжением восходящих, как оказалось, проблем не было, им годилось всё. Просто покупаешь любое, в чём есть звёздная кровь, и все счастливы и стали сильнее. А ещё можно под клятву отдать руны, сформировав более-менее стандартные комплекты, чтобы у восходящего немного льда, огня и что ни будь из помогающих существ, вроде жука или птицы, исполняющего роль наблюдательного дрона. Или, наоборот, тягловое животное или зверь для атаки. А вот что делать с простыми людьми?

Желающих справедливости и немного пограбить, было немало. Превратить их хоть какое-то подобие отрядов вполне реально, разделив на группы, дав в командиры восходящих и определив специализацию и место в моей армии, но нужно вначале подобающе вооружить и защитить. При этом хотелось, чтобы древки копий были хотя бы равной длины, и никто не погиб от случайных стрел или скользящего удара по голове в первом же бою. Именно первые бои и определят сложность моего дальнейшего становления. Победоносный так и говорил, что после сокрушительных побед которые пошли с самого начала, даже самые упрямые племена стали включать голову и пытались договариваться.

Вот для скупки излишков мы и явились на корабль. Честный Глаз сразу сказал, что если я хочу вооружить и одеть в одинаковое почти полсотни человек, то искать в свободной торговле подобное количество реально хорошего товара бесполезно. Можно заказать у тавров, и они отлично сделают желаемое, но это не завтра и даже не сто древодней, и единственный вариант — это поговорить с хитрыми пиратами и покопаться в излишках товара среди сэкономленного и честно награбленного.

Не меньшим фактором был и бюджет. Если передать руны и даже оружие восходящим можно под клятву и потерять его только в случае смерти бойца со стигматом, а не потому, что он решил не вернуть, то с обычным человеком такое не проходило. Что мешало получить хорошее копьё и исчезнуть, растворившись в дали? В этом и была проблема номер два. Где найти много одинакового, хорошего и чтобы не жалко?

Без всяких издёвок, товар был. Как шутил торговец, что своему названному однорукому брату плохого не посоветует. Рылись в наконечниках, шлемах, доспехах, и даже нашлись очень удобные заплечные мешки с лямками, которые можно регулировать.

Кстати, молодежь, которую я одарил стигматами, решила окончательно избавиться от своих старых корней и назвались Хранящая Справедливость и Хранящий Справедливость, решив, что после того, как они получили стигматы, то в их жизни начался новый путь, и именно с этими именами они пойдут в Вечность. Свои прошлые говорить даже не собирались, и теперь они восходящие, и могут отстоять своё право на быть вместе. Стоило им нанести на грудь знак откусанной руки, и мечты стали исполняться, а обидные слова про то, что молодого человека послали на гвоздь, сообщив, что шёл бы он за стигматом и больше не подходил к дочери, уже воспринимались как история. Они пошли против всего племени и получили счастливую метку.

Я о них вспомнил неслучайно, потому что пират показал одновременно ценный и бесполезный комплект оружия для восходящих. Руны-предметы бронзового ранга. Это было парное оружие, но не для пары рук, а для двух человек. Каждому по копью и клинку. Если копья были практически одинаковые, то клинки сильно отличались. Первый массивный, сделанный из куска кости, в виде позвоночника длинного существа, у которого были очень недобрые шипы, а второй, возможно, из этого же существа, судя по совпадению синеватого оттенка кости, но уже из клыка или шипа. Наверное, больше всего похож на узкую, тонкую и слегка изогнутую саблю. Прелесть этого оружия заключалась в том, что если оно было само по себе, то это очень прочные, острые и отлично сделанные копья и некие предметы для нанесения колюще-режущих ран, а вот если они оказывались в руках тех, кто вместе, то включались дополнительные особенности.

Как работали свойства на звёздной крови именно здесь, я не имею ни малейшего представления, но по воздействию похоже на техноклинки или виброножи десанта, когда лезвие получало дополнительные режущие свойства за счёт кинетических импульсов на сверхвысоких частотах и энергетической подпитке режущей кромки. Таким оружием можно резать сталь, пластик скафандров и панцири тварей Грани. Вся хитрость заключалась в том, что пара владельцев должна быть чем-то связана.

В Единстве браки, не смотря на внешнюю влюблённость и нарочитые показательные чувства, зачастую являются неким соглашением, по которому супруги совместно выживают, рожают детей и совершают подвиги, но это походит более на боевое братство, чем на душевную связь, а этого, наверное, мало. Главный пират меня уверял и подтвердил клятвами наблюдателя, что всё работает, а вот продемонстрировать было некому. Даже он со своими жёнами не мог запустить секретный механизм, заложенный в оружии. Если честно, покупать просто костяные копья не хотелось. Нужно было пробовать.

— Хочешь беременную жену заставить палкой махать? — искренне и незамутнённо изумилась Длань, взяв копьё, произнеся это на глобише.

— А если тухляк хотят впарить? — попробовал я сгенерировать ответ, вспоминая жаргонные слова из обихода моей супруги, и тоже на глобише.

Кроме Владеющего Словом, никто не понял, но народ одобрительно загудел, видя, как мы поднялись и взяли по копью. Рук мне не хватало, поэтому шипастый дрын, который изображал меч, я просто засунул подмышку, придавив культёй и стараясь держать так, чтобы режущая кромка мне ещё и ногу не отрезала. То-то Честный Глаз повеселится.

— Что скажешь дорогая?

— Ощущения есть, возможно даже работает, вот только какую из наших связок эти палки понимают?

— Это любовь, — уверенно произнёс я, хотя список был обширен, от парных симбионтов, до непосредственно моего ребёнка внутри подруги.

Несмотря на то, что симбионт сразу останавливал развитие беременности, и рождением детей мы будем заниматься позднее, когда со всей этой суетой разберёмся, и эта связь могла учитываться оружием, а возможно, всё, по совокупности.

Бочка, деревянный щит, обитый металлом, несколько шлемов, как костяной, из черепа зверя, так и кованный из металла, проткнулось копьями и рассеклось клинками отлично. Всё работало именно из наших рук, а вот стоило оружию попасть в руки не парных нам людей, то костяные наконечники оказывались именно тем, чем они и были. Местные небесные волки были по габаритам полным аналогом своим водным собратьям и силы имели немеряно, но в их руках, свойства исчезали и непринуждённо проткнуть обитый металлом щит было практически нереально. Для чистоты эксперимента натащили кучу хлама, который мы с подругой рубили и протыкали непринуждённо, а потом выпускали страждущих, у которых даже при всём старании не получалось и десятой доли. Силы воздушным пиратам хватало, чтобы кованный шлем превратить в лепёшку, но не разрубить, и всерассекающий меч в их огромных лапищах выполнял роль дубины, а не клинка.

На такое веселье сбежалась половина команды. Секрета в том, что у них есть столь замечательное оружие, не было, судя по всему, его давно пытаются продать, но хорошо спаренных богатых покупателей пока не попадалось.

— Надувающий Паруса, пошли кого-нибудь. Пусть найдут детёнышей, которых я одарил стигматами и тащат сюда, — крикнул я главному пирату, наблюдавшему за потугами своих матросов проткнуть некую штуку. Что это я не знаю, но вещица прочная и без волшебной силы звёздной крови, явно не протыкаемая.

Мне в ответ кивнули, гонца послали, а мы ушли на соседний корабль, смотреть, считать и торговаться. Парные копья — это хорошо, но без них можно отлично обойтись, а вот отправлять без защиты и оружия своих бойцов в поход я не хотел. Сейчас мы занимались тем, что пытались собрать подобие стандартного комплекта на полсотни простых людей, да и часть восходящих пришла с одними охотничьими пиками, что на мой взгляд для войны маловато.

Что сказать? В трюмах действительно нашлось много полезного, а главное схожего. Не одинакового, но условно идентичного. По торгу и оплате вышло тоже довольно просто, да и какой торг в присутствии Честного Глаза? Он знал цены вообще на всё, причём мог сказать сразу три, когда долго торговались, недолго торговались и облапошили покупателя по самые плоды пьяного тыквенника. Мы всё купили по «долго торговались» и пару предметов по «торговались относительно недолго». Разница невелика, и я просто не захотел время терять. А потом прибежал юнга. Мелкий и шустрый пацанёнок доложил, что мои молодые восходящие идут, и Надувающий Паруса на остальной товар махнул рукой, отдав по первой категории, где долго торговаться, но мы спешили, и всем, включая пиратского капитана, было интересно посмотреть.

Собрались все. Мордовороты и их семьи, кто не был занят на вахте, выползли на палубу. Огромные мужики, сбитые бабы и их потомство, с детства живущее на кораблях, стояли на палубе, висели, удобно устроившись на такелаже, или, словно обезьяны, пристроились на мачтах и реях. Гробовое молчание, нарушаемое только сосредоточенным сопением. Посреди палубы стоял массивный пучок местного сена, перемотанный тряпками, а внутри него спрятан небольшой бочонок, на который мы натянули добротный доспех из дублёной и толстой шкуры, обшитый стальными пластинами.

Влюблёныши шли в полной тишине, непонимающе поглядывая по сторонам. Разумеется, никто им ничего не сказал. Я с самым важным и торжественным видом показал на пучок сена и вручил им копья. Клинки пока решил не давать. Как показали мои эксперименты с подругой, что вообще нет разницы, вытащен из руны один предмет или все, а ещё у кого из пары находятся руны. Даже больше, если руны были у капитана, а мы просто получали в руки по копью, то так тоже работало.

— Бей! — крикнул я.

Раздумий небыло. Как бы сказали в чванливых мирах центра галактики: «нулевой уровень рефлексии». Два острия ударили в объёмную связку тряпок и травы сразу, не раздумывая и не задавая вопросов. Такую штуку и без припрятанного бочонка в доспехе проткнуть сложно. Удар! И два острия на мгновение показались с другой стороны, пробив насквозь, рывок назад, и молодые замерли в боевых позах готовые ко всему, держа копья на изготовку.

— Бей! — заорал я, а мне вторила подруга и главарь пиратов.

Опять копья проткнули преграду.

— Бей! — поддержали мой крик с мачт и палубы одиночные крики.

— Бей! — Прогремел рёв глоток, уже угадывая мою команду.

Бей, бей, бей! Орали лужёные глотки, а копья пробивали и пробивали насквозь вязанку сена с припрятанным бочонком, одетым в доспехи, не замечая преграды и показывая костяной наконечник с другой стороны. Казалось, что от слитного радостного крика с ветвей древа золотые стрекозы повалятся. А потом была пьянка.

Вначале, конечно, мы молодым всё рассказали, заставили проверить клинки, и даже туда-сюда передать руны из скрижали в скрижаль, проверяя, включиться ли парность оружия как было у меня с Дланью, и только потом пьянка.

Руны, разумеется я отдавал под клятву наблюдателя. За потерю самих рун-предметов я бы переживал не сильно, в случае если молодым вдруг захочется сбежать с моими звёздными закорючками, а скорее расстроился из-за того, что не смог просчитать поведение. Но на такую вероятность я ставил миллионные доли процента и на сознательное предательство даже не рассчитывал. Потерю в гвозде со смертью восходящих допускал, но постараемся без этого. Вручал в стиле Победоносного, торжественно и пафосно до невозможности, даже с небольшой речью, утонувшей в радостных и очень громких криках присутствующих.

Подруга мне мыслеобраз прислала, где сравнивала, как в зачуханном отделе огромной корпорации, молодому и младшему сотруднику вдруг вручают суперсовременный терминал для работы, выставляя это так, что в организации заботятся о своих кадрах, а не потому, что старый терминал так устарел, что просто перестал работать, и большие боссы, скрипя зубами от жадности, решили одновременно обновить технику и мотивировать сотрудников. Да, согласен, была в этом своя правда. Но мотивировал я не эту пару, они и так по самое немогу замотивированы, как бы одёргивать не пришлось, а я самым подлым образом решил постричь немного полезного с братии воздушных волков.

Мне был нужен такой параметр, как слава. Увижу ли я этих пиратов ещё когда-нибудь или нет? Сейчас это сказать сложно, но пока есть возможность, то нужно запустить маховик моего возвышения. Историю с моим участием будут рассказывать и рассказывать, безбожно перевирая и передавая друг другу. Я видел сообщения о повышении известности постоянно. Пока я находился на корабле, этот параметр у меня скакнул довольно заметно и продолжал расти, и наверняка завтра продолжит, когда случившееся будут перебрёхивать на соседних кораблях под кружку пенного.

Пожалуй, главным на сегодня вопросом для меня стал: «Ты ли это, Архераил, сын вольной Претории — планеты без денег?».