На лужайке я появился, разумеется, в точно назначенный срок. Колдун вскинул брови, поднял руки, и спросил:

- Готов?

Я растерялся:

- Минутку, шеф! А, почему не на полигоне?!

- Хочешь каждый раз рисковать жизнью и здоровьем?! – рассвирипел Колдун, – Не переживай, на полигоне мы будем достаточно часто! Но, не каждый раз! Сегодня удары по тебе будут не настоящими, фантомными!

Колдун неожидано злорадно оскалился и добавил:

- Но, после настоящих испытаний, ты, Кляк, разницы не почувствуешь! Твоё тело будет само реагировать на фантомные удары, как на настоящие! Особенно, учитывая, что ты очень тесно познакомился с такой любопытной вещью, как «вспышка Мгумбганга»!

- А, вот и фигушки! – хмуро подумал я, но благоразумно промолчал.

- Готов? – переспросил Колдун.

- Я печально вздохнул, встал в защитную стойку и кивнул головой.

Первая же фантомная молния прошила меня насквозь. Я зашипел от боли. Фантомная она, конечно, фантомная, а боль от неё настоящая! Хотя, как я прикинул, раз в сто меньше, чем от настоящей. А, может, и в тысячу. Мне проверять не хочется.

Колдун удивлённо моргнул, хмыкнул и вновь вскинул руки.

Я сумел отразить только третий, четвёртый и восьмой удары из десяти. Да и то, два из них случайно, потому, что поставленные щиты были разбиты вдребезги, но удары отвели в сторону. Всё остальное меня поразило, и я валялся на траве, корчась в муках.

- Да, что с тобой, Кляк?! – не выдержал Колдун.

- Я стараюсь! – простонал я, глядя на него снизу вверх.

Колдун прищурился. Вздохнул. А что? Аура показывала, что я говорю правду! Я действительно говорил правду. Я очень старался… обмануть Колдуна. Но, уточнять про это я, разумеется, не стал.

- Давай ещё раз! – приказал мучитель.

Кто бы сомневался! Потом был ещё раз. Потом ещё. А потом ещё раз. С одинаковым результатом. Я отбивал два, максимум, три удара из десяти и падал в корчах. Потому, что выдерживать эту адскую боль было невыносимо.

Наконец, Колдун опустил руки и неожиданно улыбнулся.

- Одной глупой теорией меньше! – изрёк он.

- Что вы хотите сказать, шеф? – прошепелявил я разбитым ртом. Один из предыдущих ударов пришёлся в лицо и говорить мне было трудно.

- Ладно, садись Кляк, – предложил Колдун, – тренировки сегодня не будет. Какая тут, к лешему, тренировка! А, насчёт глупой теории… ну, слушай.

Я быстро сотворил кресло и в изнеможении упал в него. И приготовился слушать, одновременно применяя магию лечения. Колдун тоже благодушно откинулся на спинку кресла, держа в руках, невесть откуда взявшийся, бокал вина.

- Видишь ли, Кляк, – задушевно начал он, – ты развиваешь свои магические способности настолько стремительно, что это выбивается из общей картины. Настолько сильно выбивается, что я вынужден был доложить об этом на совете Хранителей.

Признаться, мне не сразу поверили, а когда всё же были вынуждены согласиться, тогда начались попытки объяснения этого … феномена. Разные были теории, не буду сейчас их перечислять. Но, в том числе была теория, что ты – это не ты, а возрождение одного из магов, неизвестно куда пропавших при попытке изучения П-магии. Помнишь, я тебе об этом рассказывал? Четыре чародея! Впрочем, конечно же, помнишь! Ты же маг!

Так вот, теория была такая, что эти маги не развоплотились, а всё это время были в небытие. Только, в силу неведомых причин, сильно просрочили сроки реинкарнации. А в связи с этим, последним обстоятельством, постепенно потеряли магические навыки и память. И при реинкарнации один из магов, ну, хоть тот же Спараденик Благословенный, родился, как обычный малыш. Но, теперь, попав в магическую среду быстро восстанавливает свои знания и опыт, быстрее, чем положено по норме. И, в итоге, восстановится до своего максимального уровня не за столетия, а буквально, за несколько считанных лет!

Ты понимаешь, Кляк? Тебя, мага нулевого уровня, чуть было не приняли за мага, уровня Спараденика Благословенного! Лично я был против такой теории, но Хранители решили её пока не отбрасывать.

Когда ты превзошёл рекорд, устояв на полигоне двадцать две секунды, я засомневался. Условия нападений были стандартные – сорок шесть магических ударов в секунду, но ты почему-то продержался дольше всех. Но, сегодня утром я окончательно убедился, что это ложная теория. Теперь понятно?

- Понятно, – кивнул я головой, – И я рад, что я, не какой-то там Спараденик, а Кляк Счастливый. Точнее, Кляк фон Тараза! Но вопрос у меня всё же есть. Можно?

- Что за вопрос? – помрачнел Колдун.

- Очень простой вопрос, – развёл я руками, – Когда же, ну, когда же, вы выполните своё собственное обещание и дадите мне две недели отпуска? А, Родомир Всеволодович?

Колдун набычился так, что даже шея у него покраснела.

- Отпуск говоришь?! Это за какие такие заслуги? Я тебе говорил, телемацию выучить? Говорил! Где телемация?!

- А у меня времени не было! – живо отреагировал я, – Я же сказал, что выучу факультативно! Это значит, в отпуске!

- Я помню, что ты сказал! – совсем побагровел Колдун, – При чём здесь отпуск? Факультативно – это значит не на занятиях! И отпуск тут не при чём! Спать надо меньше, да по девкам публичным шляться!

- Спать меньше?! – озверел в свою очередь и я, – Я и так мало сплю! А, когда хочу выспаться, меня будят! И ещё ругают за это! А, когда я последний раз в публичный дом ходил, я уже и не помню! Хотя организм у меня молодой!

- Я помню! – взревел Колдун, – И могу тебе напомнить, если ты забыл, как часто ты вместо занятий блудишь!

- Шпионить изволите?

- Не дерзи! – окончательно разошёлся Колдун, – Не смей мне дерзить, Кляк!

- А вы держите слово, и никто дерзить не будет, а будут вас только уважать!

Колдун открыл и закрыл рот. Руки у него задрожали. Видимо, поэтому, когда он почувствовал, как кто-то мягко трётся об его сапог, он машинально сказал «Брысь!» и только потом удивлённо поглядел под ноги. Под ногами у него был мягкий пуфик на деревянных ножках, который выгибал сиденье, словно котик спинку, и тёрся об ноги Колдуна. Перебирая деревянными ножками.

- Эт-то ч-что?! – выпучил глаза Колдун.

- Телемация, – ответил я невинно, – Вы же сами сказали, показать вам такую телемацию, чтобы понравилась. Нравится?

- Во-он!!! – заорал Колдун, поднимая руки, – Или я за себя не отвечаю! На две недели!!! Вон!!!

И я немедленно от него упорхнул. Мало ли что он там хотел сделать? Не зря же он руки в мою сторону поднимал? Пусть успокоится старик. Да и мне крайне необходимо побыть в одиночестве.

Вы, может, как и Колдун, удивились, почему я был таким дерзким? А, специально! Во-первых, нужно было его, так сказать, морально «дожать», чтобы получить отпуск. Опять делать вид, что не могу быстро щиты создавать, мне, признаться, не хотелось. Поверьте, это очень, очень больно. Во-вторых, мне не хотелось, чтобы Колдун наблюдал за мной каким-то образом эти две недели. Пусть, если захочет понаблюдать, ему вспомнится моё ядовитое «Шпионить изволите?». Надеюсь, ему шпионить совесть не позволит. Если, конечно, она у него есть.