А Колдун деловито положил мне руку на плечо и мы оказались в совершенно незнакомом мне месте. В месте, которое выглядело страшно. Здесь не было растительности, только какие-то чахлые кустики на горизонте. Не было слышно ни птиц, ни зверей. Мёртвая и гнетущая тишина. Земля, странно изрытая и местами оплавленная. Перекорёженные остатки непонятных сооружений. Тоже местами оплавленные. Даже дышалось здесь тяжело.

- Ну, вот Кляк, мы с тобой на полигоне! – жизнерадостно объявил Колдун, – Как ты понимаешь, не на Земле! На Земле такое проводить… э-э-э… не рекомендуется из-за повышенной опасности! Но, мы же с тобой опасности не боимся, верно?

Не на Земле! Я похолодел.

- Как создавать щит помнишь? – донеслось, словно сквозь вату, – Хотя бы три основных, воздушный, алмазный и черепаховый? Ну-ка потренируемся! На счёт «три» я буду называть, какой щит мне нужен, а ты будешь его мгновенно создавать! Готов?

Я только кивнул головой, и Колдун начал быстрой скороговоркой:

- Раз, два, алмазный! Раз, два, черепаховый! Раз, два, алмазный! Раз, два, воздушный! Раз, два, воздушный! Ну и что, что два раза одинаково? Будь внимателен, Кляк! Раз, два, черепаховый! Раз, два, алмазный!

У меня от напряжения уже дрожали пальцы. Всё было очень внезапно и непривычно. Я оказался неподготовлен к такому повороту.

- Гм, неплохо, Кляк! – подвёл первый итог Колдун, посмотрел на меня странным взглядом и вздохнул, – Теперь я буду нападать, а ты для защиты будешь ставить щиты. Помнишь, какой щит от какого нападения? Ну, вот и хорошо! Учти, нападать буду с разных сторон! Крутись как хочешь, хоть летай, но защититься обязан! Готов?

Я судорожно глотнул и опять кивнул головой. И в тот же миг вокруг меня всё взорвалось. Я сразу оглох и почти ослеп. Со всех сторон в меня летели молнии, стрелы и дротики, увесистые металлические шарики, льдистые сосульки, ножи и сюрикены. А также всяческие фейерболы, плазменные струи и огненные смерчи. Взмывали перед лицом вихри песка и подозрительные фиолетовые бурунчики пытались меня коснуться. Я с остервенением размахивал руками, выписывая заклинания, пытаясь хоть как-то оградить себя от этого хаоса. В голове бились только три мысли: от молний – алмазный, от металлов – воздушный, от остального – черепаховый!

Получалось плохо, очень часто я путал заклинания и применял не то, что надо. Алмазный щит трескался и рассыпался от удара мощной секиры, сквозь воздушный щит просачивался песок, а черепаховый не выдерживал молний. Но, каждый раз, не устояв перед ударом, щит слека отклонял в сторону направленную на меня силу, и вся мощь, которая могла бы сокрушить и бронированную, титановую гору, проносилась в считанных миллиметрах от меня.

Я изнемогал и задыхался. А магические удары летели со всех сторон, в том числе снизу и сверху, порой одновременно. Через несколько секунд я пал на одно колено. А потом просто упал в изнеможении навзничь. Последнее, что я помню, это как я поставил алмазный щит против ядовито-зелёной молнии. Правильно, между прочим, поставил! Только неумело. Мне не хватило сотых долей секунды, чтобы завершить создание щита. Молния взорвалась от удара, разлетелась в разные стороны, но один из осколков дотянулся до меня и впился в ногу.

Мне до этого пришлось пережить многое. Я пропарывал себе печень и ломал кости. Я попадал под каменный валун и меня пронзали мечом насквозь на тренировках. Я уже думал, что я испытал всё. Но я не представлял, что может быть такая боль. Непереносимо дикая, всепроникающая, от которой яростно завопила каждая клеточка организма. И пришло спасительное блаженство. Я потерял сознание. Без этого я, скорее всего, не выдержал бы, и сошёл с ума.

Очнулся я в своей комнате, на кровати. Рядом сидел Колдун и с умным видом листал какой-то журнал. Заметив, что я открыл глаза он улыбнулся:

- Ну, удивил! Действительно, удивил, Кляк! Двадцать две! Ты продержался почти полных двадцать две секунды! Это, если хочешь знать, рекорд! Для первого боевого воздействия, разумеется. Предыдущий был девятнадцать с половиной секунд, а ты превзошёл его почти на три секунды! Кляк, да ты, право слово, монстр!

Я скосил глаза вниз. Обе ноги были, вроде бы, на месте. Хотелось подвигать ими и убедиться, что они работают и в то же время было ужасно страшно. Если та жуткая боль хлестнёт по мне ещё раз… не знаю, выдержу ли?

Колдун, кажется догадался о моих сомнениях. Он улыбнулся ещё шире:

- Я тебя, разумеется, подлечил. Но, та зелёная гадость, я имею в виду «вспышку Мгумбганга», которая тебя зацепила, она легко не выводится. Годика три ты ещё будешь периодически ощущать слабые фантомные боли и некоторые проблемы при движении. Старайся не обращать внимания, и всё пройдёт!

И Колдун улыбнулся настолько широко, что мне показалось, будто он оскалился. Нет, конечно же, показалось.

- Я могу немного вздремнуть? – негромко спросил я, отводя взгляд. Меня посетила одна идея, но я не хотел её озвучивать.

- Вздремнуть?! – Колдун даже привскочил с кресла и его широкую улыбку в мгновение стёрло с лица, – Вздремнуть?! Да, знаешь ли ты, Кляк, сколько ты тут в беспамятстве провалялся? Больше двух суток! Мы с тобой не можем настолько выбиваться из графика! Живо умываться и завтракать! На всё, про всё – десять… ладно, двенадцать минут! И на лужайку! Я жду!

Я отчаянно растирал себя мочалкой под струями ледяного душа, пытаясь привести себя в чувство и взбодриться, и размышлял. Что-то здесь не так. Колдун этого не знал, но я недавно отыскал в библиотеке труд некоего мага Кригера Многомудрого под названием «О разработке наилучшей программы воспитания и подготовки боевых магов различных стихий в области Т-магии». Сам Кригер, как я понял, боевым магом не был. Но, с величайшим усердием и тщанием он проанализировал тысячи вариантов и способов подготовки магов и пришёл к заключению, что наилучшими являются восемь программ, которые и рекомендовал другим магам, имеющим учеников, к применению, в зависимости от того, к какой стихии принадлежит юный адепт.

Колдун, не мудрствуя лукаво, объединил все восемь программ в одну, и учил меня именно по ней. Но! Большое «но»! Программа Кригера предусматривала многолетнюю подготовку мага. Я подчёркиваю, не десятилетнюю, и даже не столетнюю, а много-многолетнюю подготовку.

К примеру, только на изучение основ телепортации отводилось почти четыре года! Параллельно, разумеется, совершенствуясь в М-магии, но, всё же – четыре года! А меня Колдун научил этому за четыре недели! И так во всём. Колдун пролетал стремительной ракетой по темам обучения, по которым рекомендовалось идти неторопливо и вдумчиво.

Нет, я помню, какой шок потряс Колдуна, когда он понял, что Хранителей на Земле осталось только трое. Я помню, как он стонал по этому поводу, повторяя: «Это недопустимо!». Но, я не верил, что такая ускоренная подготовка вызвана исключительно этим. Не верил, и всё тут! В своей книге Кригер прямо предостерегал учителей, что поспешность в обучении может привести к срыву физических, психических и нервных сил ученика. И даже преждевременного ухода онных в реинкарнацию. Так, что, получается, Колдун хотел моего срыва? Зачем?! Над этим стоит поразмыслить как следует!

И в голову скользкой гадюкой проползла идея. Я поморщился. Это будет больно! Я вздохнул, тщательно вытерся махровым полотенцем, и отправился есть омлет.