- Скажите, а как вообще появляются новые маги? Вот, Торматт – маг девятого уровня, вы – маг шестого уровня, Попугай и я – маги нулевого уровня. Значит, кроме тех, первых магов, появляются и другие. Как?

- Никто не знает, как. В смысле, рождаются маги, как и все дети. Всегда рождаются от союза мага и обычного человека. Никогда не рождалось магов от мага и магички, мы проверяли это многократно. Никогда не рождались маги от союза мага и нечеловека. Это тоже проверялось многократно. И от союза мага, ну, или магички, с человеком тоже далеко не всегда появляется маг. Далеко не всегда, Кляк! Если в течение цикла, хотя бы один такой маг появляется, это считается удачный цикл. Восемь циклов из прошедших семнадцати были без рождения магов. Только обычные дети. Даже обычные дети – очень редко. И, только в этом цикле – единственном цикле, Кляк! – появилось сразу два мага, Попугай и ты.

- Получается, – неуверенно сказал я, – семнадцать циклов назад было двадцать три мага, сейчас, стало быть, восемнадцатый цикл, считая цикл зарождения магов не нулевым, а первым циклом. Так. Восемь циклов были пустыми, а в остальных десяти циклах народилось одиннадцать магов. Семнадцать магов исчезли при попытке освоить П-магию. Осталось… сейчас всего семнадцать действующих магов? И из них на Земле всего трое? Ой, со мной и Попугаем – пятеро?

- Нет, – устало ответил Колдун, – ты забыл, к примеру, что старина Торматт ушёл в реинкарнацию, и ты многого не знаешь, и вообще считаешь неправильно. Есть ещё исчезнувшие маги. Четверо. Про которых точно известно, что они не уходили в небытие, но… их нет. Их невозможно найти. Никакими способами. Например, один из них – маг семнадцатого уровня Гретчер Величайший. Один из двоих, кто смог проникнуть в азы П-магии. Или Спораденек Благословенный, заложивший теоретические основы этой самой П-магии. Есть ещё… обстоятельства. И на Земле сейчас не пять, а семь магов. Пятеро – боевых магов, из них три Хранителя, это да, но всего – семеро. Давай, не будем сейчас об этом? А, после твоей инициации в качестве мага и принесения присяги, я расскажу всё подробно и, мало того, ты с каждым магом познакомишься лично.

- Ладно, – ответил я, – давайте вернёмся к детям. Значит, ребёнок у Эли… Эльвиенерры магом точно не будет?

- Почему же? Он не будет магом в нашем, человеческом понимании. Но, как всякий эльф, он будет владеть эльфийской магией.

- А в чём разница?

- В сути магии, Кляк. У эльфов она врождённая, они порой сами не понимают, как и почему у них происходит то или иное магическое действие. Ну, ты же сам рассказывал, что эта твоя эльфийка не могла внятно объяснить, как она лечит? Хотя лечит хорошо. А люди познают магию трудом и пòтом. И, только так. Трудом и пòтом. Если спросить тебя, как производится то или иное заклятие, ты расскажешь подробно, может, даже с графиками и чертежами.

- А, если я этому ребёнку расскажу… с графиками и чертежами? Он сможет освоить человеческую магию?

- Боюсь, что нет, Кляк, – вздохнул Колдун, – Во всяком случае, за М-магию не ручаюсь, а уже Т-магию, точно, не освоит. Не сможет. Генетика не позволит. Люди с эльфами очень разные, Кляк.

- Может, и разные, может, и дети от такого союза не рождаются… но Торматт как-то же смог…

- Это исключение, Кляк, – перебил меня Колдун, – счастливое и редчайшее исключение, которое только подтверждает общее правило. Я понимаю, что тебе сейчас больно и обидно, но… ты не одинок. Мы все в таком положении, Кляк, все маги. Вступая с кем-нибудь в союз, мы никогда не знаем, родится ли маг или обычный ребёнок.

Я в который раз в своей мозаичной картинке сделал заметку: Колдун уже несколько раз употребил словосочетание «вступил в союз» и ни разу «полюбил». Мрачная картинка, говоря между нами.

- А что вы делаете, если родится маг?

- Как что?! Будущего мага воспитывают, как… как будущего мага! У магов принято, чтобы воспитание проводил не родной отец, а совершенно другой маг. Соответствующего направления. Отец… даже если он маг соответствующего направления, не всегда надлежащим образом строг. А это чревато. Нет, это даже не чревато, это смертельно опасно. Даже хуже, чем смертельно. Это может быть просто вечным кошмаром. А «вечно», Кляк, это очень долго, поверь мне.

- То есть, новорожденного малыша забирают к какому-то другому чародею?! А мать? Она с ребёнком?

- Ну… первое время – да, пока выкармливает младенца. А потом… потом возвращается к людям. А ребёнок остаётся у воспитателя.

- Значит, Попугай у вас с самого рождения?

- Конечно!

- А его мать?

- Понятия не имею! – рассердился Колдун, – После того, как Попугаю исполнилось два годика, маг Кон… его отец забрал его мать. Я не спрашивал, куда именно. Может, они до сих пор живут вместе, может, вернул её в общество людей. Не знаю!

Я подумал и задал, наверное, самый главный вопрос из всех уже прозвучавших:

- А, из тех одиннадцати магов, родившихся после первых двадцати трёх, сколько найдёнышей, вроде меня? Ну, которые не с рождения знали, что они маги?

И я затаил дыхание.

- Никого. У тебя уникальный случай.

И моя картинка нарисовалась полностью. Вы ещё не поняли? Это не люди! Маги – это не люди! Даже те, первые двадцать три мага за долгие тысячелетия перестали быть людьми! Они могут быть кем угодно: богами или полубогами, но они не люди!

Мне вспомнилось, как Попугай рассказывал мне про различные религии прошлых циклов. Был один триединый бог, одна из ипостасей которого ходила по земле и учила людей добру, мудрости, терпению. Совершала добрые дела и чудеса. А, позднее, эти же люди распяли беднягу на кресте. И, будучи на кресте, эта ипостась божья воскликнула «Стражду!». Так, вот, отцам церкви пришлось специально объяснять, почему это бог страдал, когда сама природа божья подразумевает отсутствие страданий. В особом пояснении к священным текстам, Катехизисе, они вынуждены были объяснять, что этот бог специально отринул от себя божественную сущность и принял человеческую. Для страданий. Для того чтобы своими страданиями очистить грехи человеческие.

Я тогда серьёзно задумался, а может ли вообще бог понять человека. Не только тот, о котором я вспомнил, а вообще, любой бог? Бог, который априори никогда не страдает? Который не знает, что такое боль, нужда, унижение? У которого никогда даже зубы не болели? У которого не было страха за больного ребёнка? Который никогда не голодал? Который не уставал до полусмерти, пытаясь заработать гроши для пропитания своей семьи? Который не оплакивал умерших родственников, ибо их у него нет?

И я тогда понял – нет, никогда и ни за что не поймёт такой бог человека. Как может проповедовать терпение тот, кто никогда ничего не терпел?

Вот так же и маги. Не люди они! И никогда людей не поймут. И, поэтому, хотя маги всех людей образованнее, они же всех людей глупее! Ибо, образование и мудрость – суть разные вещи!

Взять хотя бы Торматта. Он же рассказывал, как оделял золотом всех приходивших к нему. Позвонивших в колокольчик. А теперь представьте картинку: живёт в селе крестьянская семья. Хорошо ли, плохо ли, речь не об этом. Но, каждый трудится, вносит свой вклад в общее дело. Идут на рынок, что-то покупают. Знают, что почём. Жалуются на дороговизну, однако живут. Но, вот однажды крестьянин плюёт на всё, берёт котомку с продуктами и идёт к магу. Звонит. Является маг. Сколько золота попросит крестьянин, который больше пяти серебрушек в жизни в глаза не видел? Для которого одна золотая монета это уже эталон несметного богатства? Шапку? Мешок? И Торматт ему это золото даст. И крестьянин, упираясь из последних сил, шатаясь и надрываясь, это золото припрёт домой. Что будет?

- Эй, жена! Тащи всё на стол! А стол на улицу! Зови всех соседей, друзей и знакомых! Беги на рынок и закупай всё, что есть: мясо, рыбу, и вина побольше!

- Ты, что, сдурел? Белены объелся? Мухоморов нанюхался?

- Нет! Мы теперь себе всё позволить можем! Мы теперь всё купим! Завтра же в новую хату въедем! Во всё новое оденемся, во всё новое обуемся! До конца жизни хватит! Беги на рынок, да не скупись! Быка зажарим! Бочку… нет, две бочки вина покупай! Пусть все видят, какие мы богачи стали!

И начинается у этой семьи не жизнь, а сплошной праздник. Зачем работать, если зарабатывать не надо? Хватит, поработали, отдыхать пора!

Что сделают соседи? Правильно, побегут в колокол звонить! Нет, не побегут – на телегах поедут! Чтобы было, куда золото складывать. А, Торматт и им даст, почему не дать? Ведь, от чистого сердца просят, хоть насквозь всю ауру пересмотри!

И, вот, в этом селе уже одни богачи, у всех золота куры не клюют, а… жрать нечего! Потому, что работать некому! Где же еду взять? В соседнем селе! Задорого! Чего там мелочиться, смотри какие мы богатые!

Что будет в соседнем селе? Ну, во-первых, цены взлетят до небес, ибо какую цену ни назови, всё одно – купят! Во-вторых, появится спекулятивное золото, заработанное не трудом, а спекуляцией. А это развращает. Положите руку на сердце и признайтесь, вот вы готовы целый год работать не покладая рук ради пары серебрушек, которые ещё то ли будут, то ли нет, когда можно просто съёздить в дальнюю деревеньку, закупить товаров по дешёвке, да продать за горсть золотых монет! То-то. Считай, все соседние сёла тоже работать перестали – в спекуляцию ударились. В-третьих, и из этих сёл потянутся ходоки к Торматту. Пусть и далеко, да как выгодно-то! Ну, и, в-четвёртых, неизбежно появятся лихие люди, которые с кистенями да топорами будут у дорог тех ходоков на обратном пути поджидать…

А, ведь Торматт, поди-ка ещё удивлялся, как же так получается, всех оделяет, кто сколько не попросит, а счастья людям нет! Ещё бы, весь край разорил, отвадил людей от честного труда, наплодил спекулянтов и разбойников, откуда же счастью взяться?!

Или, то, что Колдун рассказывал про первую чернокнижную теорию? Что, дескать, дай людям силу мага – и будут они счастливы. И, что? Не будет более сильных и более слабых? Более сильные не подчинят более слабых? Перестанут называть себя королями и падишахами? Ещё хуже всё будет! Любая власть – это подавление слабого сильным. Так, вот, если все будут магами, оставаясь моральными уродами, то размах этого подавления будет поистине ужасающим! Не просто провинившихся будут на конюшне пороть, а такое удумают, что от одного упоминания другие поседеют! А, уж попытку дворцового переворота, или восстания против узурпатора, я даже представлять не хочу. Страшно и омерзительно! Действительно, звездные системы затрясутся и, как в карточной колоде тасоваться будут!

Про реинкарнацию я вообще молчу. Какие же это люди, когда у женщин рождаются не дети, которых они зачали в любви и нежности, выносили, берегли и любили ещё не рождённых, а такие вот маги! Ну, предположим, не от мага это зависит. Предположим, что такое явление природы. И, что? Вместо того чтобы роженицу попытаться успокоить, утешить, ободрить, наградить, в конце концов, маги – фьють – и поминай как звали? Это и есть забота о людях?

Я вообще перестал верить, что главная цель магов – это прогресс человечества. Мол, хотим, чтобы все люди, как маги были! Не верю! Сейчас маги – это отдельная каста, полновластные хозяева жизни. Между прочим, отгородившиеся от людей. Иначе, почему Колдун построил свой дом в другом измерении? Почему он к людям только через портал выходит? Боится? Нет. Он их не понимает! А они не понимают его. Не ходят маги среди людей, не творят честный суд, не учат людей добру и красоте. Даже тот суд, который устроил над преступниками Колдун, был не правым с человеческой точки зрения. Да, это были преступники. Висельники, по которым петля плачет. И, они эту петлю заслужили. И всё равно, это самосуд. Без судей, адвокатов и присяжных. Не по человеческим это законам! И, неспроста Колдун творил свой суд вдали от чужих глаз.

Какая же цель у магов, спросите вы меня? Власть. Это единственная цель, которая заставляет людей затевать войны и обращать других людей в рабство. Неважно, какое рабство: с ошейником на шее, с крепостным правом или финансовое рабство. Главное, что кучка властителей повелевает остальными. Бесправными рабами. Сами, оставаясь недосягаемыми для остального стада.

Может быть, в нулевом цикле у магов и были благородные идеи. Может быть. Но, сейчас, отгородившись от людей, не понимая их мыслей, чаяний, поступков, они зациклились на повышении своего могущества, а на людей им плевать. И те, первые маги, за долгие сотни тысячелетий уже забыли, как они были людьми. И перестали ими быть.

Не люди они, вот и весь мой сказ!