У меня в голове складывалась картинка, и она мне очень не нравилась. Я хотел задать один вопрос, но не решался. Вместо этого я решил ещё раз сменить тему.

- Вы давали клятву, Первую и Нерушимую… А, потом вы уничтожили целую бандитскую группировку. И вам ничего не было. Почему? Я понимаю, что бандиты, но они же ещё и люди! А вы… мы… должны людей хранить. И, почему уничтожили именно таким образом?

Колдун смутился.

- Согласен, это я… перегнул палку. Сама ликвидация банды была согласована с Хранителями. В связи с прямой угрозой жизни мага – тебя, значит. Способ ликвидации оставили на мой выбор. Ну, а я решил показать тебе, какой может быть сила мага. Чтобы тебя, значит, привлечь, заинтересовать. Чтобы тебе самому захотелось иметь такую же силу. Уметь так же. Как будущему боевому магу. Кто же знал, что ты, живя в банде, к насилию непривычный? Вот и… перегнул. Но, учти, Первую Нерушимую я не нарушал! Почти всё было иллюзией, фантомом. Ты видел не то, что было в действительности. На самом деле, почти все бандиты сейчас машут вслами на галерах. Прикованные цепью. Разве что, кроме того, которого я в дерево превратил. Этот, да, наказан по всей строгости.

- Значит, – раздумчиво сказал я, мысленно добавляя в свою картинку ещё кусочек, – вся эта операция уничтожения была… театром? Для меня, как для зрителя?

- Не то, чтобы театр, – поправил меня Колдун, – Демонстрация. Демонстрация силы, так будет правильно.

- Простите, а как вы вообще узнали, что меня надо спасать? Как вы узнали, что я будущий маг? Тем более, будущий боевой маг?

Колдун внимательно посмотрел на меня и спросил в ответ:

- Извини, что я сворачиваю с темы, мы к ней ещё вернёмся. Кляк, как ты думаешь, каким образом Хранители узнают, что необходимо их вмешательство? Как они узнают, что, где и как происходит на планете Земля?

- Не знаю, – растерялся я, – в экран какой-нибудь смотрят?

- Нет. Я же говорил уже, надо идти самым простым путём. У нас есть информаторы. В самых разных местах и в самых разных слоях общества. И, среди людей, и среди прочих… нелюдей. И в королевском дворце, и в крестьянской, так сказать, хижине. И в среде преступников тоже.

Эти информаторы сообщают нам, естественно, гм… информацию. Разную. То, что они сами считают важным. Выделяющимся на общем фоне. Кто-то за деньги, кто-то за идею, кто-то за другие… услуги. Мы эту информацию осмысливаем со своей точки зрения. Девяносто пять процентов – шелуха, не стоящая внимания: у короля такого-то новая фаворитка, у кузнеца сякого-то жена изменяет… Но, есть и интересная. Когда, к примеру, появляется новый художник, скульптор, писатель, поэт, мыслитель. Когда формируются новые общества. И, не просто любителей пива, а закрытые общества, по типу масонских. Когда появляются следы попыток проникновения в людское сообщество со стороны, скажем, эльфов. Когда появляются предпосылки к началу войн. Разные есть интересные новости, надо их только не пропустить.

И, вот, появилась информация, что в некой банде есть необычайно счастливый бандит. Настолько счастливый, что даже прозвище такое получил, «Счастливый Кляк». Видишь, ли, у всех магов очень развито некое шестое чувство, этакая интуиция… Поэтому по сравнению с обычными людьми маги выглядят… очень удачливыми.

И, ты знаешь, Кляк, ты оказался, действительно, очень счастливым. Ведь, сначала никто не поверил, что такое может быть, чтобы два мага – в одном цикле. Никогда же раньше не было. А потом решили, чем чёрт не шутит? И взяли образец твоей крови. И по крови определили, что ты маг.

- Когда это вы умудрились мою кровь взять? – поразился я.

- Может, помнишь, тебе, вроде бы, по ошибке, возле таверны нос разбили? – прищурился Колдун.

- Помню, – признался я.

Я действительно очень красочно вспомнил этот случай.

Намечалась игра. Крупная. С серьёзными игроками. Никаких посторонних, только представители банд. От нашей, естественно, я. От банды Каракатицы, контролировавшего морскую контрабанду – Волчок, хитрый, прожжённый игрок, который умел всё. И ещё капельку сверху. От банды Колоды, который подмял под себя городские рынки – Пузырь, толстый, одутловатый человек, с пальцами, как сосиски, с бледным, ноздреватым лицом и сонными глазами. Садишься к такому за карточный стол – и впечатление, что он за игрой не следит, карт своих не видит и вообще, скоро заснёт. Ага! А встаёшь из-за стола без гроша в кармане и в долгах! Очень сильный игрок. Четвёртый игрок был пока неизвестен. Специально, для участия в этой игре прибыла делегация из соседнего королевства, Ремерии, и кого они привезли для игры, никто не знал. Поэтому из таверны я вышел хмурым и сосредоточенным. И мысли были только о предстоящей игре. Уж, очень велик мог оказаться куш, и очень серьёзные были соперники. Следом за мной из таверны вывалились мои сопровождающие, Погремушка и Клешня. Ещё четверо, вместе с Пиявкой, должны были присоединиться к нам по дороге.

На улице всё выглядело, как обычно. Две тётки поодаль чесали языками, обсуждая неожиданное похолодание, как бы розы не вымерзли. Шёл булочник-разносчик с разносом на кожаном ремне. Половину булок он уже успел продать, но по-прежнему бойко выкрикивал цену. За разносчиком бдительно наблюдала стайка мальчишек, ожидая момента, не зазевается ли? У соседнего дома франтовато одетый щёголь с пристёгнутым кинжалом на боку о чём-то расспрашивал хозяина, тыча рукой вдоль улицы. Шла девушка с корзиной свежевыстиранного белья. Пожилая женщина шла с девочкой-подростком, держа её за руку. Женщина что-то объясняла, а девочка с любопытством озиралась по сторонам. Со стороны рынка двигались ещё три женщины, держа в руках корзинки с продуктами.

Хрясь! В момент, когда мы проходили мимо, франтоватый молодчик неожиданно развернулся и со всей силы вмазал мне по носу.

- Негодяй! – заорал он фальцетом, – Я тебя узнал! Это ты обесчестил мою сестру! Ты думал, что я тебя не найду? А я нашёл!

И молодчик потянулся за кинжалом на поясе. Но, достать его не успел. Это ему и спасло жизнь. Если бы он достал кинжал, его бы в тот же миг и прирезали. Клешня, здоровенный парень, почти вдвое выше меня и почти втрое шире, молча, отодвинул меня в сторону и шагнул вперёд. Следом за ним юркнул Погремушка, в руках которого уже блестели два здоровенных ножа, больше похожих на тесаки. Молодчик, который так удачно не успел достать кинжал, побледнел и попятился. Его глаза забегали из стороны в сторону. Потом остановились на мне. Я вытирал кровь из носа и пытался сфокусировать взгляд.

- Господа! – вскрикнул молодчик, – Я ошибся! Это не он! Простите, господа!

Клешня неторопливо ухватил его за горло и приподнял над землёй, так, что ножки молодчика задрыгались.

- Ты чей? – спросил Клешня.

И спросил, вроде, негромко, но, молодчик, похоже, обделался. Это не удивительно, если тебя спрашивает Клешня, держа тебя одной рукой на весу за шею и пристально глядя тебе в глаза. Очень сурово глядя, нахмурив брови.

Молодчик, кажется, хотел что-то ответить, но не смог, только пискнул. Клешня ещё немного сдавил его шею и повторил вопрос:

- Ты чей?!!

Молодчик побагровел и, вроде бы готовился брыкнуться в обморок.

- Ты не даёшь ему ответить, – вместо молодчика пояснил Погремушка, подходя ближе и приставив свои тесаки к брюху молодчика, – опусти его и дай сказать.

Клешня недоумённо посмотрел на Погремушку, на молодчика, опять на Погремушку, вздохнул и поставил молодчика на ноги. И убрал руку с шеи.

Молодчик зашёлся в кашле. Клешня, желая помочь, хлопнул молодчика по спине. Тот едва не напоролся на тесаки Погремушки. Просто чудом не напоролся.

- Господа! – просипел он, выставляя вперёд руку – Господа! Я Шарль Коллински из Салдаллы! Это в королевстве Ольфел! Два месяца назад моя сестра Котринья Коллински призналась, что была обесчещена нашим слугой, Паскалем. Она уже так раздулась, что невозможно было не признаться! Бросились искать слугу, но он, как сквозь землю провалился! Вспомнили, что этот Паскаль из вашего королевства, и я бросился по следам. И, даже, вроде бы появились зацепки! И что же? Вдруг я вижу, как этот Паскаль преспокойно проходит мимо меня, как мимо пустого места! Я не сдержался, господа! Но, теперь я вижу, что ошибся! Я ошибся, господа, и приношу самые искренние извинения! Господа, в знак своего раскаяния я готов пригласить вас в таверну и угостить бутылкой-другой превосходного вина!

Ни Погремушка, ни Клешня не поверили. Они полагали, что это подосланный с другой банды, чтобы вывести меня из игры. И они очень разозлились, что проморгали нападение.

А ко мне подошла девушка, которая несла стираное бельё.

- Помочь? – улыбнулась мне она, и приложила к разбитому носу какую-то мокрую чистую тряпицу.

Мне сразу полегчало. И девушка была такая славная, приветливая.

- Ты же всё бельё кровью перепачкаешь! – заметил ей я.

- Ерунда! – легко ответила девушка, – я эту тряпку в корзину класть не буду. Отдельно положу. Ну-ка, запрокинь голову!

Так мы и стояли, унимая кровь, пока Клешня с Погремушкой пытались добиться правды у молодчика.

Когда кровь унялась, я поблагодарил её, а ребятам сказал:

- Эй, парни, похоже, что он не врёт. Если бы кто хотел меня до игры не допустить, он бы меня прирезал, а не по носу ударил. Пошли-ка, пока не опоздали. К тому же, вон, со стороны рынка пара стражников идёт. Зачем нам лишние проблемы?

Погремушка с Клешнёй переглянулись и нехотя выпустили молодчика из своих лап. И мы пошли дальше. Потрёпанный молодчик сел, где стоял, а девушка пошла своей дорогой.

Повезло в этой истории только мальчишкам. Разносчик булок всё же засмотрелся на драку и на секунду отвлёкся. Самый прыткий из мальчишек подскочил, выхватил у него из разноса пару булок и задал стрекача. Остальные ребята тоже прыснули в стороны.

- Держи! Хватай! Воры! – заорал разносчик, но, разумеется, уже было поздно.

Сам он за воришками побежать не мог, мешал разнос, стражники были ещё далеко, больше никто не пожелал поучаствовать в погоне, а мальчишек уже след простыл.

- Значит, этот Шарль Коллински и девушка – ваши информаторы? – спросил я Колдуна.

- Нет, конечно! Я про этих людей впервые слышу! Это люди, нанятые моим информатором! – ответил Колдун.

Слишком быстро ответил. И, слишком неумело. Если он первый раз слышит это имя, откуда ему знать, что это не его информатор этим именем назвался? Если же он точно знает, что информатор не участвовал в операции, а нанял этих людей, значит, он слышит про них не первый раз. Ладно, прибавим и этот камешек в мою мозаику.