Нищему собраться – только подпоясаться!

Поговорка.

- А я говорил! – зло прошипел я, – Я говорил, что не надо рассыпать монеты над площадью! Я говорил, что лучше, всех выходящих с площади, награждать памятной серебряной медалью! Она, одновременно, и память, и серебро! И со временем, в цене будет расти, как раритет! Нет, же! Традиция, традиция!.. Передрались все, там, на площади, за эти серебрушки, как собаки на собачьих боях! Шестьдесят восемь человек пострадало! Двадцать девять из них получили серьёзные травмы! Теперь, наверняка, поползут подлые слухи, что возвращение законного императора – не к добру. Вон, дескать, в первый же день, сколько побитых да поломанных!

- Дурак ты Лёха! – ответил Клаус, – Хоть и умный! Как ты не поймёшь, что это так специально задумано! Чем больше народу пострадало, значит, тем больше народу на площади было! Значит, тем важнее было то, что там, на площади, происходило! Ой, да через год те, кто пострадал, гордиться будут! Дескать, я своими глазами такое видел! Не веришь? А где, ты думаешь, мне эту руку сломали? Вот, то-то!

- Гм! – задумался я, – Что-то в этом есть. Что-то извращённое, но логичное.

- Конечно! – заверил меня Клаус, – Уже сейчас по всей империи слух идёт, что на торжестве по случаю возвращения императора пострадало больше, чем когда-либо! Рекорд!

- Ещё бы! – скривился я, – Столько серебра рассыпали! Странно было бы, если бы на рекорд не потянуло!

- Не жалей, – серьёзно заметил парень, – Не так уж много мы потратили. К тому же, император обещал вернуть.

- Не, не вернёт, – убеждённо ответил я, – Такие не возвращают. Хорошо, если наградит землёй и титулом. А может и вовсе забыть. Проверено.

- Не может быть!

- Мальчики, не спорьте, – перебила нас Джулия, – Лучше, давайте подумаем, что с собой в поход брать? Что может пригодиться в морском путешествии?

- Купальники могут пригодиться! – буркнул я, всё ещё раздосадованный, – И очки солнцезащитные. А всё остальное легко добыть в пути. Подумаешь, скакнул в замок и обратно, и всё что нужно, с собой припёр!

- Что такое «купальники»? – заинтересовалась Велль.

- Что такое «солнцезащитные очки»? – удивился Клаус.

Пришлось объяснить.

- Ух ты! – восхитилась Джулия, – То есть, ты хочешь сказать, что у вас там, не в исподнем белье купаются, а в специальном наряде?

- Конечно, – согласился я.

- Нарисуй! – попросила Велль, – Нарисуй этот самый «купальник».

- Открытый или закрытый?

- А они ещё и разные бывают?! Нарисуй оба!

Я набросал на листе бумаги вид спереди, сзади, сбоку…

- Ой, мамочки! – обалдела Джулия, заглянув мне через плечо, – А чем это отличается от купания совершенно голой?

- Ну-у… стратегические места всё-таки прикрыты, – дипломатично ответил я.

- А мне нравится! – заметил Клаус, – Знаешь, Лёха, как-то, э-э-э… будоражит воображение!

- Ты мне смотри! – погрозила ему Велль небольшим, но крепким кулачком, а потом повернулась к Джулии, – Мне кажется, это можно исправить. Так сказать, приспособить для нашего общества. Смотри: если нашить этакие рюшечки вот здесь, вот так, наискосок, вот здесь и здесь…

- Да! А вот здесь сделать в виде небольшой юбочки! Вот так! – обрадовалась Джулия, выдирая карандаш из рук подруги.

- А плечи прикрыть коротенькими накладочками! Примерно так! – не сдавалась Велль, выдирая в свою очередь карандаш из рук Джулии.

- И весь шарм пропал! – уныло заключил Клаус, с печальным видом рассматривая получившийся рисунок.

- У нас подобное носили чуть ли не столетие назад, – с улыбкой сообщил я.

- Значит, для нас это почти тысячелетие вперёд! – сделала вывод Джулия, – Велль, представляешь, мы наденем в путешествие купальники, которые войдут в моду только спустя тысячелетие?!!

- Класс! – обрадовалась Велль, – Пошли выкройки рисовать!

- Пошли!

И наши девушки гордо вышли из комнаты для совещаний, унося листок с эскизами.

- А всё-таки, что такое «солнечные очки»? – спросил Клаус, провожая девушек подозрительным взглядом.

Я объяснил.

- А сделать сможешь? – воспламенился парень, – А то, в тех широтах, солнце так глаза слепит, аж слезятся!

- Легко! – пожал плечами я, – Только надо определить, какие добавки в стекло нужны, для придания цвета. Помню, что при добавлении золота, получается рубиновый цвет. Вроде бы…

- Золото, оно же жёлтое!..

- А стекло становится рубиновым! Остальные цвета не помню. Нужно опыты проводить, чтобы разобраться.

- Так чего мы сидим? – подскочил с места Клаус, – Пошли!

- Сейчас, я только элементалей позову.

Нет, элементали не скучали. Они у меня каждый день до самозабвения друг с другом мутузились. В самых разных сочетаниях. Но, от новой развлекухи пришли в восторг.

- Лёха! – радостно орал земляной, – Ты только скажи, я тебе, хоть с урановых месторождений руду добуду!

- Ну, уж нет! – содрогнулся я, – Только лейкемии мне не хватало!

- Да, ерунда, водяной вылечит!

- Нет! – твёрдо возразил я, – Ничего радиоактивного мне не нужно!

- А зря! – заметил Мозгляк, – Добавка урановых солей в стекло, придаёт ему жёлтый цвет. И, заодно, заставляет флуоресцировать.

- Не надо мне флуоресценции! Стоп! А ты откуда знаешь… Ах, да! Ты же осколок информационного поля. Погоди! Так ты и про другие добавки знаешь? Которые не опасные для здоровья?

- Конечно! Соединения хрома – для зелёного стекла, соединения кобальта для синего, закись меди или золото для красного, соли кадмия для жёлтого, добавив соединения марганца, получим фиолетовое стекло, если нужен…

- Стоп-стоп-стоп! Мне нужны стёкла жёлтые, зелёные и жёлто-зелёные. Бери земляного, объясняй ему, что тебе нужно, и отправляй его на поиски. Теперь вы! Огненный и воздушный! Помните, как линзы делали? Сейчас нужны не линзы, а простое, плоское стекло. Но, особой формы. Вот, как земляной притащит всё, что нужно, так и начнём!

- А я? – пискнул водяной.

- Отдыхать! Можешь понаблюдать за производством. Но, в процесс не лезть! Мне ещё «отката» не хватало! Всё, марш по местам!

Для меня шла увлечённая работа элементалей. Для Клауса – происходило чудо. Я видел, как земляной сыпал кучки мелко перемолотой породы, как огненный всё это спекал, как воздушный тщательно обрабатывал заготовки … Для Клауса – ниоткуда появлялись разноцветные стёкла, сами собой вставлялись в металлическую оправу, которая тоже появлялась ниоткуда… Неудивительно, что парень так таращил глаза.

К вечеру у нас было столько очков, что можно было выдать каждому из дворцовой челяди. Я вспомнил историю про Изумрудный город и хихикнул. Мы с Клаусом вполне могли бы воплотить эту идею в жизнь!

Но это были не трудности. Трудности начались, когда мы притащили всю эту громадную кучу в комнату для совещаний и предложили девушкам выбрать себе по паре очков. Да, всего по паре. Зачем больше?

Очки были самой разной формы и самого разного цвета. И началось! Девушки перепробовали каждую штуку из всей груды, а может, и не по одному разу. При этом главным критерием выбора было не то, что видно в этих очках, а то, как сами девушки выглядят с этими очками! И подходят ли очки к вечернему платью. Или к сарафану. Только и слышалось:

- Как мне эти очки? А кожа не кажется бледной? А глаза не обесцветились?

Мы с Клаусом честно терпели целый день.

- Да, дорогая, тебе идёт. Очень идёт, – уныло повторяли мы, – И это идёт. Очень. И это. Нет, кожа лица не кажется позеленевшей. Нет, форма лица не кажется припухшей. Нет, носик не кажется слишким маленьким на фоне большой оправы. Да, это тоже идёт. А это мы, кажется, уже смотрели. Ах, с сарафаном? Да, конечно, с сарафаном совсем другой вид! Да, с сарафаном тебе тоже идёт…

Потом мы терпели до позднего вечера.

- Да, дорогая, с этой оправой лицо кажется интеллигентней. Да, этот цвет выгодно оттеняет цвет волос. Нет, круглые стёкла не придают лицу одутловатости. Да, эта оправа придаёт изысканность и очарование. А эта интеллигентность. Нет, я не могу определить, что лучше. Для меня ты всегда прекрасна. Да, эта оправа придаёт глубину взгляду. Да, дорогая, эти очки тебе тоже очень к лицу…

А потом… Не поверите! Элементали, видя мои страдания, сами – сами! – изготовили под руководством Мозгляка зеркало и притащили его в комнату для совещаний. Довольно внушительного размера. Нет, не в полный рост, но в половину роста, точно.

Когда дверь в комнату сама собой распахнулась, и к нам само, по воздуху, вплыло громадное зеркало, девушки пронзительно завизжали… от восторга! И тут же принялись всё перемеривать заново.

Мы с Клаусом уныло переглянулись, и пошли в свои комнаты спать. Похоже, мы до утра их не увидим. И то, если повезёт. А, может, и больше. Я шёл и думал, что натура человеческая во все века не меняется. Люди всегда и везде одинаковые.

- Квартирный вопрос их только испортил! – вспомнилось незабвенное, булгаковское.

- Ну, как, Лёшенька, мне идёт? – это был первый вопрос утром, едва я открыл глаза.

Похоже, Джулия вообще не ложилась. Сейчас она стояла в том, что с большой натяжкой можно было бы назвать купальником. С очень большой натяжкой. И всё же, девушка была пунцовой от смущения. Ещё бы! В этом купальнике ей предстояло появиться на людях. Пусть эти люди только я, Велль и Клаус, но всё-таки! По местным меркам – почти голышом. Подождите, а когда она этот наряд сшить успела?

- Ты, что, всю ночь шила? – поразился я.

- Почему «я»? – удивилась Джулия, – То есть, я, конечно, тоже не спала, но шила моя портниха! Ты не забывай, я графиня!

- Ну, да, ну, да, – согласился я, – Как-то, всё время, из вида упускаю. А Велль? Она тоже сшила себе что-то подобное?

- Конечно! Ты, что, думаешь у меня только одна портниха?

- Угу. Получается, в эту ночь куча народу сидели и шили купальники, подгоняли по размеру, перешивали, добавляли всякие рюшечки и фестончики, только для того, чтобы ты спозаранку могла бы спросить моё мнение?

- И что? – не поняла девушка, – Я графиня, они служанки. У них работа такая. Они, между прочим, всё ещё здесь. Я их не отпустила. Если тебе не понравится, им опять всё переделывать придётся.

- А в зеркало вы с Велль не смотрелись?

- Ой, Лёшенька, ну что можно разглядеть в зеркале при свете свечей? Кроме того, это совершенно новая одежда, никто, кроме тебя, не знает, как она должна выглядеть. Вот я и спрашиваю тебя, как профессионала, мне идёт?

- Вот уж кем-кем, а кутюрье я ещё ни разу не был, – заметил я, смущённо почёсывая затылок, – По мне, тебя хоть в лопушок одень, ты всё равно будешь неотразимой. Как богиня. А как этот наряд соотносится с вашими нынешними модами, прости, даже не представляю! У вас в замке, я знаю, всегда толкутся вассальные бароны. Часто всей семьёй. Может, тебе лучше спросить у девушек твоего возраста, из числа баронесс?

- Нет, Лёшенька, – задумчиво сказала Джулия, – Баронессы, они жёны или дочери вассальных баронов. Для них именно я и есть законодательница мод. Как я оденусь, так они и подражать будут. И ни одна не решится сказать, что это мне не к лицу. Даже, если это мне и впрямь не к лицу. Такое могут сказать только равные по положению. Другие графини.

- Задачка! – согласился я, – Получается, если ты покажешься на людях в таком виде, то вроде как, пытаешься ввести в общество новый вид одежды. И, если это, вдруг, другие герцогини признают уроном чести, то тебя ждёт позор и презрение. Мало того! Получится, что ты внесла срам и разврат во все вассальные тебе земли? Ибо женщины из семей вассальных баронов непременно кинутся тебе подражать?

- Да, Лёшенька, – кивнула Джулия, – Ты выразил это совершенно верно.

- Угу, – промычал я, – Теперь я понимаю, почему у нас в Средние века так медленно менялись традиции и устои. Пока ещё, такая герцогиня, вроде тебя, объездит соседних герцогинь и заручится их поддержкой в деле изменения моды! Поэтому, всё постепенно! Сегодня на балу показалась в чуть-чуть приталенном платье, через месяц оторочка на воротнике новая… Так, глядишь, лет за двадцать до нового фасона и доберётесь!

- Да, как-то так…

- Ну, что ж… могу предложить два варианта! Первый: мы вместе с Клаусом организуем тебе путешествие по Империи. В связи с возвращением императора, наверняка по всей империи будут даны балы. Никто не посмеет отказать в приглашении лицу, которое лично принимало участие в спасении императора Овальда. Графу ши Денжеру. И его сестре графине ши Денжер. Вот там ты и обговоришь всё что нужно с влиятельными и уважаемыми дамами, имеющими вес в обществе. Они и дадут окончательное заключение. Предупреждаю, многие сочтут такое ваше путешествие по просторам империи попыткой выдать тебя замуж. Или подыскать достойную пару Клаусу. Поэтому, сразу после этого нужно ожидать ответных контрвизитов с предложением руки и сердца. Второй вариант: ты наденешь этот купальник только на борту яхты, которую мы купим и снарядим для участия в экспедиции. Ну, собственно, именно для этого купальник и шился, разве не так? Кто тебя увидит посреди моря? Кроме нас троих? Разве что, если мимо будет проплывать купеческий или военный корабль, и кто-то наведёт в твою сторону подзорную трубу.

- Вот именно! – буркнула Джулия, – Кто посреди моря меня в такой красоте увидит? Для чего тогда было купальник шить? Купаться можно, как принято у нас, в нижнем белье!

- Тогда… хм! В этом случае, когда мы вернёмся из этой авантюры, ты расскажешь своим подругам-графиням, в каком виде ты загорала на яхте. И пусть обзавидуются! Наверняка будут выкройки выклянчивать. А там, глядишь, де-факто, половина именитых девиц уже изволит омовения принимать в новой одежде под названием «купальник»!

- Ладно, Лёшенька, убедил. А теперь скажи честно, с твоей личной точки зрения, к лицу мне этот купальник или нет?

- К лицу, – ответил я искренно, – Ещё как, к лицу! И ко всему остальному!

- Правда? – просияла девушка, – А, вот так, с очками?

Я застонал. Слава богу, мысленно.