Если тебя поцелует лукавый человек, пересчитай свои зубы.

Талмуд.

Великан был огромен, словно гора. Я специально перескочил к городу Тарга на коне, чтобы не казаться лилипутом рядом с орком, но всё равно, приходилось смотреть на него снизу вверх.

- Чего тебе, человечишка? – прорычал гигант.

- Не «человечишка», а великий маг, велир Лёха! – надменно поправил я.

- Ась? – орк демонстративно приложил к уху гигантскую ладонь, – Чегось?

- А ты напряги слух, – ласково предложил я, – Если жить охота!

- Угрожаешь?! – взревел великан, – Мне?!

- Да, не тебе, – махнул я рукой, – не тебе, успокойся! Весь город сдохнет!

- Че-е-го?! – орк выпучил, на удивление, маленькие, рачьи глазки.

- Того! – огрызнулся я, – Главного своего зови! Некогда мне со всякими дураками время терять!

- Ну, смотри! – злобно пригрозил орк, – Сам напросился!

И великан грузно потопал в ворота, переваливаясь при ходьбе, словно медведь. А я остался на перекидном мосту. Нет, этот глупый стражник не приведёт мэра, или кто тут у них главный? Он приведёт начальника охраны. А, уже начальник охраны, может быть, проводит меня к мэру. Если я смогу его убедить. И, похоже, попытка у меня только одна.

Когда из сторожевой будки вывалился начальник стражи, я понял, что первый встреченный мною огр, был сопливый юнец. Начальник стражи был выше первого на голову, а в пересчёте на людские меры, на половину человеческого роста. И вдвое шире. И в плечах, и в пузе.

- Этот?.. – удивлённо пророкотал он, уставясь на меня злобными глазками, – Этот, который посмел угрожать оркам?!

- Этот самый! – гаркнул первый стражник так, что у меня уши заложило, – Угрожал! И мне угрожал! И тебе угрожал! Всем угрожал! Сдохните, говорил!

- Ах, ты мелюзга!.. – набычился и пошёл на меня угрожающей походкой начальник стражи, – Да я тебя…

Он не договорил. Я лениво сделал пальцами движение, вроде как при игре в «чапаевцев», когда щелчком пальцев по шашке бьют. Или, дети так «щелбан» делают. Начальник стражи отлетел шагов на десять назад и впечатался в стену, окружающую город. Стена содрогнулась.

Это всё. Резервов у меня нет. На этот удар ушли все силы воздушного элементаля, подкреплённые усилиями огненного и водяного. Все трое истоньшились и исчезли. Но, начальник стражи этого, к счастью, не видел. Теперь не дать ему опомниться.

- Повторяю для тебя лично, – процедил я, неторопливо подьёзжая к распростёртому гигантскому телу, – что меня зовут великим магом, велиром Лёхой. А ещё я фе О’Дал, но это неважно. Важно, что мне нужно срочно поговорить с вашим руководителем. Или ты хочешь, чтобы я разнёс здесь всё по камешку?

Великан потряс головой, однако вскочил легко и непринуждённо. Будь на его месте африканский слон, который, как известно, крупнее слона индийского, боюсь, он так легко бы не встал. Да и, вообще, неизвестно, встал бы?

- Ага! – уже мягким басом прорычал начальник стражи, – Маленький, но сильный! Ну, что ж, пошли за мной! Я отведу тебя к кургеду!

- Кургед? – вопросительно поднял я бровь.

- Вроде вашего короля, – пояснил гигант, – Только орк! Значит, лучше!

- Веди! – разрешил я.

В городе было… странно. Странно и страшно. А как вы отнеслись бы к окружающему городу, где двери почти до нашего третьего этажа? Где ходят гиганты, которые вполне в состоянии раздавить вас, попросту не заметив под ногами? Хорошо, что я был верхом! Начальник стражи не задумывался над вопросом, нужно ли меня оберегать от окружающих или нет. Он просто шёл по улицам, раздвигая встречных орков могучей грудью. Некоторые огрызались. Тогда начальник стражи молча останавливался и пристально вглядывался в огрызнувшегося. Как правило, тот горбился и старался улизнуть.

Пешком я за ним не угнался бы. Да и на лошади, приходилось идти рысью. Это было нелегко, учитывая то, что под ногами был сплошной скальный монолит, и лошадь довольно часто оскальзывалась. Сами орки ходили босые, в некоем подобии набедренных повязок, с открытой, волосатой, мускулистой грудью. И мужчины и женщины. В смысле, и женщины ходили с открытой, волосатой, мускулистой грудью. Хотя различия между мужчинами и женщинами, конечно, проглядывались.

- Жди здесь, – не оборачиваясь, бросил начальник стражи, подойдя к самому высокому дому, примерно в центре города, распахнул двери, которые выглядели настоящими воротами, и вошёл внутрь.

Эх, будь у меня мои элементали в порядке, я не задумываясь въехал бы в эти двери вслед за ним, прямо на лошади. Но, ведь там, наверняка, стоят охранники? В королевском дворце, однозначно, стояли бы! А без элементалей мне с ними не справиться. Пришлось сделать вид, что я внимательно оглядываюсь, поэтому и остановился, а вовсе не подчиняясь приказу какого-то толстопузого гиганта. Увы, получалось плохо. Я уже осмотрел всё, что можно было, а начальник стражи всё не возвращался. Наконец, двери, которые ворота, распахнулись.

- Не задавили ещё? – бросил на меня взгляд верзила, – Пошли! Тебя ждут.

Нет, твою мать, не задавили. Хотя, дважды я был на грани. Эти орки, словно специально ходят так, что друг друга цепляют. И тут же начинают друг на друга злобно рычать. Ритуал у них, что ли, такой? Мне пришлось уворачиваться из под их великанских ног, Но, не признаваться же в этом?

- Попробовал бы кто-нибудь! – прорычал я в ответ, – И одним-двумя орками в вашем городе меньше стало бы!

Начальник стражи покосился уважительно, но промолчал.

Дверь придержать, впрочем, он и не подумал. Я еле успел проскочить внутрь. Не пыжиться же мне, пытаясь самому открыть эти двери, сделанные из целых дубовых стволов? Нет, я просто дал лошади посыл и та скакнула внутрь, вслед за орком. И двери хлопнули за спиной, чуть не прищемив лошади хвост.

Внутри этот дом – или, всё же, орочий дворец? – был просторен, даже по орочьим меркам. На мой, человеческий взгляд, и вовсе огромен. И пуст. Никакой стражи в вышитых одинаковым цветом набедренных повязках, никаких знамён, свисающих с потолков, никакой колоннады, ни гобеленов, ни пустых рыцарских доспехов. Вот, только, оружие на стенах впечатляло. Там были навешаны такие дубины, топоры и булавы, что меня оторопь взяла. Проходя мимо одной из двусторонних секир, я даже примерился, могу ли я дотянуться кончиками пальцев раскинутых рук до краёв обоих её лезвий. Оказалось, что не могу. Это же, словно наковальню расплющили, придали вид секиры и заточили! Не уверен, что я смог бы такую тяжесть от пола оторвать. Я уже не говорю про её рукоятку, которая была больше человеческого роста раза в полтора.

- Личная секира кургеда! – завистливо вздохнул начальник стражи.

- А почему не охраняется? – на всякий случай я сделал рукой круговой жест, мол, понимай как хочешь, секира не охраняется, или дворец?

- Да, кто же её возьмёт? – искренне удивился великан, начисто игнорируя мой жест рукой, – Кто же своей головой рисковать будет? За свою секиру кургед не только головёнку свернёт! Он ещё каждую твою косточку перед этим на три части поломает!

Угу, всё понятно. Личная сила и власть. И, теперь понятно, почему нет слуг. Наличие слуги, это, вроде как, показать, что лично ты слаб. Чужой силой живёшь. Уважать не будут.

- Сюда! – рыкнул начальник стражи врезаясь могучим плечом в могучую дверь. Дверь выгнулась дугой и распахнулась.

За огромным столом сидел и смотрел на нас… Хм! Я, кажется, говорил, что начальник стражи великан? Мозгляк он! Доходяга! Если, конечно, сравнивать с орком, сидевшим за столом. У меня душа ускакала в пятьки, съёжилась и притаилась в уголочке.

За столом сидел ОРК. Именно так, большими буквами. Громадный настолько, насколько это вообще можно представить. У него каждый палец был с моё предплечье! Он той секирой, которая потрясла моё воображение в коридоре, наверняка, как тростинкой размахивал. У него была обезьяноподобная, зеленоватого цвета, приплюснутая рожа, изо рта которой высовывались нижние клыки, вроде как у кабана. Начальник стражи, стоя, был ниже плеча кургеда сидящего! Мне чуть не поплохело. И так захотелось в уютный замок Клауса, к друзьям, к Джулии…

- Вот он? – недоумённо захрипел кургед и у меня затряслись поджилки, – Он тебя свалил? Как?!

- Легко! – вроде бы небрежно ответил я, хотя язык у меня заплетался, – Как два пальца об асфальт!

И кургед и начальник стражи одновременно подняли по два пальца и принялись их рассматривать.

- Обо что два пальца? – переспросил гулким басом кургед.

- Неважно! – ответил я, – Хоть об забор! Главное, что легко!

- А-а-а! – догадался кургед, – Шутка! Забавно! Гы-гы! Ну, давай, человечишка, ври!

И кургед откинулся на гигантскую спинку гигантского стула.

- Это почему же «ври»? – обиделся я, и перелез с лошади на другой стул, стоящий перед столом, за которым сидел кургед. Правда, мне пришлось для этого на седло встать. Эх, мне бы достойно перелететь! Но, мой воздушный элементаль уже истаял. Да, и неспособен он, пока, на деликатное перемещение. Всё больше вихрем или смерчем. А перемещаться мгновенно, используя сапоги Йоты, я почему-то не захотел. Пусть этот козырь пока побудет в рукаве.

- А вы, люди, всегда нам, оркам, врёте! – зевнул кургед, – Мы уже привыкли. Так что, давай, ври зачем пришёл. И проваливай!

А, ведь он прав, подумал я. При виде такой громадины, которая, как в сказке, на одну ладонь посадит, другой прихлопнет, и только мокрое место останется, так и хочется что-нибудь сбрехнуть. Чтобы выжить.

- Я великий маг, велир Лёха, – начал я привычно, – Ученик и наследник великого архимага Йоты!

Ну, может, слегка и покривил душой. С другой стороны, я был учеником Тангуса, который ученик Йоты, разве не так? Значит, можно считать, что часть учения Йоты мне передалась! И, опять же, наследие Йоты, вот оно! Те же сапоги, без которых я сюда бы и не сунулся! Разве я не наследник архимага?

- Йоты?!! – рявкнул вдруг кургед и так саданул кулаком по столу, что кусок стола треснул и отвалился, – Ты сказал, Йоты?!!

- Йоты, – упавшим голосом подтвердил я и судорожно сглотнул, – А, разве Йота не почётный орк?

Признаться, была у нас такая надежда, когда мы планировали операцию.

- Знай, червяк, – заорал кургед, – что у орков нет почётных званий! Все орки равны! А, вот, враги орков…

Кургед цепко схватился за обломанный край стола и придвинулся ко мне ближе. Мне поплохело. Представьте, что на вас надвинулась гора. Глаза великана загорелись бешеным огнём и он хрипло договорил:

- А враги орков делятся на просто врагов и главных врагов. Так вот, твой Йота не попал ни туда, ни туда. Он стоит отдельно. И называется он Самый Главный, Коренной враг орков! Ясно?!

- Ясно, – с трудом выдавил я. Слова из глотки не лезли, цеплялись. Наверное, и им было страшно до жути, – Конечно, ясно Каждый встречный орк, увидевший Йоту, должен его в лепёшку пришибить. Даже с риском для жизни. Что тут может быть непонятного?

- Ты, что, дурак? – кургед выразительно постучал костяшками пальцев по своей голове, отчего по всем углам раздалось гулкое эхо, – Сказано тебе: Самый Главный, Коренной враг! Никто из орков его тронуть не смеет! Только я имею право его убить, только я! И то, не сразу!

- Ах, да! – вспомнил я, – Сперва каждую косточку на три части поломать…

- Нет, ты всё же дурак! – возмутился кургед, – При чём здесь косточки? Я поясню! Когда-нибудь – а такой день однажды непременно настанет, потому что это будет справедливо! – когда-нибудь орки перебьют всех своих врагов и будут одни населять эти земли. Понимаешь? Никого, кроме орков! Ни людей, ни эльфов, ни… этих, самых, которые, как их… в общем, никого! Только орки! И, вот только тогда, настанет черёд умереть Самому Главному, Коренному врагу! Не раньше! Потому что, если убить его раньше, то кто останется Самым Главным врагом? Какая будет у орков цель? Вот видишь, а ты «каждый встречный орк…». Думать надо, когда говоришь!

- Ах, вот оно что! – дошло до меня, – Почётный орк, только наоборот! И чем же он добился такой славы?

Кургед вдруг отвёл глаза в сторону и прорычал совсем тихо:

- Он… он победил самого сильного орка… Трижды.

- Хитростью! – быстро вставил начальник стражи.

- Хитростью! – подтвердил кургед.

- Правда? – поразился я, – Это кого же?

- Меня, конечно! – заорал кургед с внезапной злобой, – Кто ещё может стать кургедом? Только самый сильный орк! Вот, этот Йота, самого сильного орка и побил! На глазах у всех! Трижды! По нашим законам, он должен был стать кургедом. Гыр-р! У нас, правда, до трёх побед почти никогда не доходит. Кто-то погибает ещё на первом круге. А Йота выжил и победил! Но он не орк! Его нельзя назначить кургедом! Тогда его назначили Самым Главным, Коренным врагом! И я его когда-нибудь убью! После того, как орки завоюют мир!..

- Ага! – сказал я с удовольствием, – Вот теперь мне стало совершенно всё ясно!

- А мне – нет! – прорычал великан, – Мне неясно, что пришёл вынюхивать ты? Хотел узнать про Йоту? Почему он наш Самый Главный, Коренной враг? Или про то, что он меня побил? Хитростью! Чтобы грязно хихикать в своих человеческих городах над славными орками?! Зачем ты сюда пришёл? Говори!

- Давным давно, – нараспев начал я, – Так давно, что никто не помнит, когда точно это было, люди не знали огня, не умели строить жилищ, не умели делать полезные вещи и обрабатывать землю. Они умели только охотиться, и оружием у них была простая палка. И одевались они в обрывки звериных шкур. И звали их…

Я покосился на обезьяноподобную морду кургеда, и твёрдо закончил:

- И звали их орками!

- Врёшь! – ошалел кургед.

- Зачем бы мне? – пожал я плечами, – Так и было. Было! Ведь, было же! А потом…

Я горько скривился в усмешке.

- А потом орки стали, понимаешь ли, думать! Изобретать! То колесо, какое-нибудь, прости господи, то огонь, то лук со стрелами… И встали, таким образом, на путь изнеженности, слюнтяйства, мягкотелости… Сырое мясо им теперь уже претит, им жареное подавай, раньше лошадь на бегу догоняли и кулаком ей хребет ломали, теперь лошади их возят, пешком у них ножки болят… Тьфу!

Я действительно, сплюнул в сторону, с затаённой радостью наблюдая, что орки «клюнули» на незатейливую историю. И даже плевок мой расценили, как само собой разумеющееся: чего не сделаешь в сердцах?

- Вы уже догадались, конечно, – печально вздохнул я, – орки обмельчали, стали слабыми и нежными, неприспособленными к простой и суровой жизни. Они перестали быть орками! Какой кошмар! Они стали людьми! Но!

Я поднял палец и обвёл значительным взглядом собеседников.

- Но, осталась – осталась! – немногочисленная группа орков, которая не пошла на поводу у слюнтяев! Немногочисленная, но могучая группа! Которая до сих пор носит гордо звание «орк»! Которой претит излишество и изнеженность!

- Кто? – жадно спросил кургед.

- Вы! – просто и ясно ответил я, – Вы, которые не навесили на себя ярмо бесхребетной «цивилизованности» и слюнявой «интиллегенции». Вы, которые через века и столетия пронесли простоту, и чистоту нравов! Вы, орки!

- Да! – счастливо выдохнул кургед, – Мы такие!

- Всегда вам завидовал! – признался я, – И представь, как я огорчился, узнав, что вас ждёт смертельная опасность! Вам всем предстоит умереть! Увы-увы! Если, конечно, вы не позволите мне вам помочь. Совершенно бескорыстно! Я же говорил, что восхищаюсь орками, и желаю им только добра!

- Ну, вот, – начальник стражи повернулся к кургеду, – Я же говорил тебе, он всё время повторяет: «вы сдохните, вы сдохните!..».

- Конечно, сдохните! – возмутился я, – Ибо мне, великому магу, открылось, что ваши горы начнут трястись и начнётся камнепад! Целая лавина камней накроет ваш город! Вот, прямо завтра и начнётся! Сперва чуть-чуть, затем сильнее и сильнее, а под конец это будет ужас ужасный и кошмар кошмарный! Страх кромешный! И никто, даже орки, не устоят перед стихией! Ну, если не вмешаюсь я, конечно… Я могу стихию утихомирить. Только я, и никто другой!

- Ух ты! – выдавил восхищённо начальник стражи, – Врёт и не краснеет!

- Человечишка! – снисходительно процедил кургед, – Когда-то, давным-давно, когда орки заселяли эти горы, великие мудрецы и шаманы из нашего племени предрекли, что здесь не будет ни вулканов, ни землетрясений! Сто тысяч лет не будет! И тут, такой, появляешься ты, и говоришь глупости! Ты, конечно, хотел нашего золота? За то, что ты отведёшь от нас угрозу, которой не было? Гыр-р! Ты просчитался! Орки умнее, чем ты думаешь! Орки знают свои горы!

- Плевал я на ваше золото! – величественно ответил я, – ты не понимаешь, кургед! Сто тысяч лет, про которые говорили ваши шаманы, они прошли! Больше над городом нет их защиты!

- Ух, ты! – повторил начальник стражи, но уже с другим выражением на морде.

Кургед задумчиво поскрёб когтями подбородок. Звук был таким, словно кирпичом водят по жестяной бочке.

- Но, всё же, от орков тебе чего-то надо? – спросил он подозрительно.

- Надо, – покладисто согласился я, – Надо чтобы вы на три дня покинули этот город. Все. Чтобы я остался колдовать здесь один.

- Ага! – победно воскликнул кургед, но тут же впал в раздумья, – А зачем?

- Разве ты не знаешь? – удивился я, – Орки влияют на магические потоки! Они искривляют их! Простенькие заклинания, вроде удара молнией или вызова дождя, это ещё проходит, но такое сложное заклинание, как умиротворение стихии под целыми горами… нет, присутствие орков категорически противопоказано! Я не выплету такое заклинание, если будет присутствовать хоть один орк. А денег мне не надо! Я делаю это из уважения к племени орков!

- Красиво говоришь! – злобно оскалился кургед, – А, значит, врёшь!

- А, вдруг, не врёт? – забеспокоился начальник стражи, – Он же золота не просит!

- Гм!.. – опять поскрёб подбородок кургед и насупился. А потом посветлел, – О! Он говорит, что ученик Йоты? Тогда пусть подтвердит это делом! Если он сможет трижды меня побить, тогда мы согласимся с его условиями! Ну, человечишка, побеждай!

И кургед начал приподниматься из-за стола. Это было страшно. Как, если бы, начала подниматься из-за стола железобетонная статуя Командора, размером с Пизанскую башню. И так же наклонялась бы в вашу сторону.

- Не сегодня! – поспешно выкрикнул я, – Я сделаю это, но не сегодня! Завтра!

- Почему?.. – замер на полдороге кургед.

- Э-э-э… ну-у-у… ведь, Йота победил тебя при всех? – вывернулся я, – Значит, и я должен это сделать при всех! Вот, завтра, соберёшь всех орков на площади, там я тебя и… того… одолею!

- Трижды? – уточнил гигант.

- Трижды… – подтвердил я. Куда же деваться? – Покажите мне только ту площадь, где я тебя побеждать буду…

* * *

На очередном заседании в кабинете для совещаний, царило уныние.

- Я на это пойти не могу! – чуть не рыдал Клаус, – Это против рыцарской чести!

- Тогда они меня убьют, – печально подвёл я черту.

- Подождите! – вмешалась Джулия, – А когда славный король Браскед хитростью заманивал орков в ловушку, это было по рыцарски?

- Да! – твёрдо ответил Клаус, – Потому, что была война. А на войне все средства хороши, которые ведут к победе. А сейчас войны нет. Вот!

- Сейчас есть война! – возразила Джулия, – Не зря же король собирает войска? И я хочу тебя спросить, Клаус: чью сторону примут орки в этой войне?

- Откуда же я знаю? – огрызнулся парень.

- Вот! – наставительно подняла палец Джулия, – А если рассматривать завтрашний день, как превентивную меру, по предотвращению возможной ситуации, когда орки примут не ту сторону? Если завтра Лёшенька побьёт этого кургеда, орки начнут нас уважать, а значит, прислушаются к нашему мнению, на чью сторону становиться в бою! К нашему мнению, а не к чьему-то другому! При таком раскладе, твоя рыцарская честь не пострадает?

- Гм! – задумался Клаус, почёсывая затылок, – Это меняет дело! Это в корне меняет дело! При таком раскладе, я согласен! И, всё равно, боевой молот – это не самое моё любимое оружие!

- Отлично! – с облегчением выдохнул я, – Тогда я вас покидаю. У меня ещё куча дел. До завтра, друзья!

- До завтра, Лёшенька, – мягким, нежным голосом сказала Джулия. Ну, и остальные попрощались, конечно.

А, что? Я умудрился даже вздремнуть часика три с половиной.

На рассвете, с первыми лучами солнца, я стоял посреди площади, хоть одетый не по-рыцарски, без доспехов, но препоясанный мечом и со щитом, раскрашенным мелкими, разноцветными квадратиками. А вокруг уже собирались орки.

Это, как если в дубовом лесу, где каждый дуб в пять-шесть обхватов, и макушкой цепляет за пролетающие облака, вдруг они начинают вас потихоньку окружать… И выхода нету! Бежать бесполезно! Я стиснул зубы и стоял. Только нога непроизвольно подёргивалась от нервного напряжения. Надеюсь, незаметно.

- Эй, червячок! – раздался ехидный рык, – Когда кургед из тебя кусок мяса сделает, я его сварю! Вот в этом горшочке!

И, стоящая неподалёку женщина орк, подняла над головой небольшой горшочек. Ага! Это для неё небольшой. А для меня, как ванна!

- Не бойся, человечек! – раздался другой хриплый бас, – Старая Харржа тебя не сварит! Потому что тебя сьем я! Прямо сырым! Гыр-р!

Да, уж… Умеют они добавить оптимизма! Шутники, твою мать! Ой, да что с них взять? Одно слово – орки! К чему-то подобному я настраивался. Только не думал, что это будет так… жутко!

- Что-то вашего кургеда не видно! – рискнул я вставить слово, – Не испугался ли?

Орки заорали так, что я чуть не оглох. Общий смысл сводился к тому, что за такие слова кургед мне лёгкой смерти не подарит. А также шёл спор, сколько дерьма из меня выльется, когда кургед меня как следует в кулаке сожмёт. А потом под ногами стала слегка вздрагивать земля. В такт шагам. И разговоры орков стихали. Я подумал, и рискнул поднять глаза. Лучше бы я этого не делал!

Кургед шёл, как скала, в боевом обличьи. Это значит, что помимо обычной набедренной повязки, он нацепил на себя шлем из кожи, с приделанными рогами. Вместо рогов у него, поди-ка, были бивни мамонта, но смотрелись они на фоне гигантской головы не слишком большими. Да и кожа на шлеме была такой толщины, что не уступала лучшей броне. На плечи кургед накинул громадную шкуру, мехом наружу. Не удивлюсь, если из того же мамонта. Или, даже, сшита из двух мамонтов. В руках у него был круглый щит, сравнимый по величине со среднего размера фонтаном, и знаменитая двусторонняя секира. Жуткий, в общем, вид.

Не понимаю, зачем он так вырядился. Не стоил я того, честное слово, не стоил. Из всех соображений, на ум приходит только то, что хотел покрасоваться перед соплеменниками. У орков уже достаточно давно не было войны. Вот, кургед и решил показаться во всей красе перед теми, кто его ещё не видел в таком виде. А, может, вспомнив позорный проигрыш Йоте, решил перестраховаться? Не знаю.

Кургед вышел на площадь и не замедлил шага.

- Держись, мозгляк! – только и прорычал он, взмахивая своей гигантской секирой. Действительно, словно лёгкой тростиночкой.

- Остановись! – заорал я изо всех сил, – Подожди!

- Почему? – удивился великан, приостанавливаясь.

- Как, почему? – удивился я в свою очередь, – А кто будет судить бой? А что будет свидетельствовать о победе или поражении?

- Какие судьи? – опешил кургед, – Я тебя убью и всё! Чего тут судить?

- Ну, нет! – твёрдо ответил я, – По условию я должен победить тебя три раза! Если я тебя просто убью, это будет победа один раз! А надо три! Должно быть что-то другое, что можно считать победой без убийства! Назови, что это может быть, и кто будет присуждать такую победу?

Гигант задумался. Похоже, не привык он биться до какой-то другой победы, кроме смерти соперника. Но, с другой стороны, я действительно, должен его победить трижды!

- Хорошо! – проревел он наконец, – Если ты заставишь меня упасть на спину, будет считаться что это твоя победа! Гыр-р! А судьи не нужны! Все окружающие орки будут судьями! Мы не люди! Мы неподкупны! Гыр-р!

- Я понял тебя, – крикнул я, поднимая свой щит, который по размеру был едва ли больше ладони орка, – Тогда начнём!

- Начнём! – свирепо заорал орк, и шагнул в мою сторону, так, что взрогнули камни.

А, нет! Камни вздрогнули из-за того, что огненный элементаль взорвал скалу, возвышавшуюся над городом. Красиво взорвал, с огненными брызгами и разлетающимися осколками. Чем взорвал? Ну, как, чем? Порохом. А вы думали, чем занимался весь замок, включая детей и дряхлых стариков, последние четыре дня перед тем, как я пришёл к оркам? Правильно, все растирали ингридиенты пороха. К ужасу и неудовольствию Велль. Тем не менее, пороха заготовили столько, что могли устроить оркам весьма впечатляющий концерт. Иначе, как бы я подтвердил, что им опасность грозит?

Бабахнуло знатно! И все орки подняли морды к небу.

- Ва-а-у-у-а-а-у-у!!! – заорал кургед, прыгая на одной ноге.

Это Клаус, с кольцом невидимости на руке, изо всей дури саданул ему боевым молотом по пальцу ноги. Парень очень переживал, что не рыцарский это поступок, сражаться невидимым. Да ещё и молотом. Однако, решился. Слону ногу бы расплющило в блин. Кургед просто заорал нечленораздельные ругательства. Я не стал медлить, и пока великан стоял в неловкой позе, на одной ноге, мой воздушный элементаль саданул его под дых. Кургед кувыркнулся на спину.

- Победа номер один! – вскинул я руку, – И, может хватит? Вон, у вас уже скалы трясутся! Проваливайте подобру-поздорову, а я тут поколдую пока. А?

- Это нечестно! – заверещал кургед вскакивая, – Это хитрость!

- Ну, как и у Йоты! – возразил я, – Он же тоже хитростью победил?

- Хитростью… – потерянно подтвердил начальник стражи, оказавшийся невдалеке.

А кургед только заскрипел зубами, злобно уставясь в мою сторону. Э-э-э, понял я, а тут дело нечисто! Йота наверняка победил по всем правилам! Но, кургед принялся всех убеждать, что победа была подстроена. И тех, кто не верил в это, бил в рыло. Пока все не поверили. А теперь он не может взять свои слова обратно! Не может заорать злобно, что если победа одержана хитростью, то это не победа. У Йоты засчитали, как победу, почему тогда мне нельзя? Окружающие орки не поймут. Ну, я-то здесь ни при чём! Теперь передо мной радужные перспективы! Если бы не было Йоты, кургед обязательно оспорил бы мою победу. А теперь не может. Хе-хе! Так тебе и надо!

- Может, прекратим этот поединок? – повторил я вслух, – Боюсь, что времени у племени орков всё меньше и меньше!

- Нет! – бешено зарычал кургед, – Мы будем биться до конца! Пусть орки умрут, но умрут в бою за честь!

- Да, да, – загомонили вокруг, – Когда идёт бой за честь, его нельзя остановить! Пусть всё вокруг рушится, но бой должен закончиться! Сейчас наш кургед вломит этому червяку, и тогда побежим спасаться! Но, не раньше!

Я плюнул с досады. Идиоты! Огненный взорвал ещё пару бочек, не менее красиво, чем первую, но на этот раз никто на взрывы и не взглянул. Кургед зарычал от ярости и бросился на меня. Выхода не было. Я прыгнул в сторону, а объединённые усилия трёх элементалей, воздушного, земляного и водяного, ударили великана сбоку. Я до сих пор не уверен, что они сбили бы его прямо, на противоходе. Уж, больно массивный гигант попался. Но, когда кургед начал разворачиваться вслед за мной, удар пришёлся как нельзя кстати. Орка подбросило вверх и перевернуло вокруг своей оси. Это, как в борьбе: просто так вы ни за что не повалите массивного соперника, но если используете его же силу, инерцию движения и то, что у него неустойчивая точка опоры… Шмяк! Кургед хряпнулся прямо на спину! Чистая победа! Иппон![1]

Толпа взревела. Но, кургед взревел громче всех остальных.

- Нечестно! Обман! Надувательство! Хитрость! Он меня даже не коснулся!

- Я маг, – возразил я с достоинством, – И ты это знал. Мне незачем тебя касаться. Я тебя и на расстоянии одолею!

Великан стиснул зубы и медленно встал. И сдавил рукоятку своей непомерной секиры с такой силой, что рукоять заскрипела, а костяшки пальцев побелели от напряжения.

- Э-э-э… может, всё же, прекратим? – уныло спросил я, – Две победы уже было, зачем тебе ещё раз унижаться?.. А?..

А, что я мог ещё сказать? Три элементаля выложились полностью и истаяли. Нет, я понимал, что вряд ли орк меня послушает, но предложить-то я должен?

- Я… тебя… букашка… в порошок сотру!!! – яростно прошипел кургед. Злость и гнев душили беднягу так сильно, что прорычать свою угрозу он уже не мог. Только шипеть.

А потом он ринулся на меня с неожиданной для его коплекции прытью. Я еле успел исчезнуть из этого угла площади, чтобы появиться в другом её углу. Спасибо сапогам! В том месте, где я только что был, зазвенело. Тяжкая секира раздробила в пыль камень, на котором я только что стоял. Орк оглянулся через плечо и вновь прыгнул на меня. Я исчез и появился у него за спиной. Как он меня почувствовал, не представляю. Но гигант мгновенно отмахнулся щитом назад, так, что не исчезни я из этого места, я стал бы кровавой лепёшкой. Теперь я стоял на дальнем конце площади. И лихорадочно размышлял, как быть. Впрочем, кургед не дал мне много времени. Коротко взревев, он ринулся на меня.

Сделал вид, что ринулся, понял я, когда переместился на другой конец, и оказался с гигантом нос к носу. Я тут же прыгнул вновь. Бамс! Ещё один камень, на котором я только что стоял, рассыпался мелкими осколками.

Если бы у меня не было отчаянного опыта подобной борьбы, когда я лихорадочно скакал, вот так же, в борьбе с четырьмя магами, в замке Рубус, боюсь, что кургед меня бы достал. Я скакал и скакал, используя силу сапог Йоты, стараясь, чтобы эти скачки были непредсказуемыми, бессистемными, но всё чаще и чаще после очередного прыжка оказывался в опасной близости от взбешённого орка. Устали гигант не знал. Моя робкая надежда, что он утомится и, может быть, с ним удастся договориться, таяла, аки дым. Этот не устанет и до завтрашнего вечера. О, кстати: дым!

Огненный, единственный из оставшихся у меня элементалей, понял с полуслова. И, когда великан в очередной раз собирался ринуться в атаку, он вдруг бросил секиру и щит, и с подвыванием схватился за глаза. И попятился. Попятился! Назад! Вот в этот самый момент, невидимый Гай изловчился и саданул своим боевым молотом кургеду в подколенный сгиб опорной ноги. Исполинский орк на секунду застыл в нелепой позе, и с грохотом упал на спину, роняя при падении шлем. Фу-у-у! Победа!

На площади воцарилась такая тишина, что стало слышно, как кричит одинокая птица, километрах в двух от города.

Ковать победу, пока горячо, подумал я.

- Та-а-ак! – протянул я вслух, нахмурился и принялся вглядываться в притихшую толпу орков, – А теперь давайте вспомним, кто хотел меня сварить?

В толпе зашевелились. Кто-то стремительно пытался улизнуть.

Кургед медленно встал, поднял шлем, водрузил его на голову, подошёл ко мне и сказал, задыхаясь:

- Ты! Помни! Ты теперь Самый Главный, Коренной враг орков! Ясно?! А Йота стал Самым Главным, Коренным врагом номер два! И теперь ты будешь дрожать всю оставшуюся жизнь, зная, что придёт твой час расплаты! Орки не забудут! Орки доберутся до тебя! Орки не отступятся!

На площади раздались робкие одобрительные возгласы.

- А вы что встали? – рявкнул на их кургед, – Все прочь! Освободить город! Не видели, что скалы трясутся? Дайте магу место для колдовства!

- И, куда же нам? – несмело спросил кто-то из толпы.

- На зимние стойбища! – распорядился кургед.

- Но, ведь, ещё не зима? – удивился кто-то.

- И, что, стойбища убежали? – взревел кургед в бешенстве, – Я сказал, на зимние стойбища, значит, на зимние стойбища! Живо!

Потом он развернулся ко мне:

- У тебя три дня, маг! Ровно три дня! На рассвете четвёртого дня мы вернёмся, и ты мне расскажешь, что ты тут наколдовал!

Умница огненный подгадал, и именно в этот момент взорвал ещё одну бочку пороха, совсем невдалеке. Кургед вжал голову в плечи, сгорбился, и принялся подгонять своих сородичей, чтобы уходили быстрее.

Наверное, кто-то возмутится, что я победил орка нечестно, что мне помогал Клаус. Не соглашусь. Во-первых, Клаус мне, действительно, только помогал. Победил исполина, всё-таки, я. А, во-вторых, я мог бы победить его и в одиночку. Выжечь, к примеру, глаза или остановить его сердце. Но, у меня не было цели убивать ни в чём неповинного орка. Я не убийца! Всех, кого я убил, я убил, защищая свою жизнь! Они на меня первыми напали! Орк на меня не нападал. Это я заявился к ним в город. Его убить было бы нечестно. Поэтому я считаю, что я поступил правильно.

Орки ушли, утомлённый Клаус повернул кольцо и стал видимым.

- Четыре раза едва увернулся, – пожаловался он, – Еле-еле из под пятки выскочил.

Я вытер пот со лба. Итак, у нас всего трое суток, чтобы найти артефакт. Вроде бы, ничего сложного. В подсказке всё изложено ясно. Но, что-то мне нашёптывало: проблемы ещё будут. Чтобы у поисков артефактов Йоты, да не было проблем? Не могут, не быть!

[1] Термин из восточных видов единоборств, в буквальном переводе «полное очко»: высшая оценка в поединке, немедленно приводящая к победе спортсмена, который сумел провести нужный приём.