Что скажут о тебе другие, коли ты сам о себе ничего сказать не можешь?

Козьма Прутков. Афоризм № 8

В общем, бежать пришлось недолго.

Всадник привёл меня к одной из башен, если я не ошибся, восточной, возле которой оказался постоялый двор. Двухэтажный трактир с конюшней. Заслышав цокот копыт по брусчатке, из конюшни выглянул мальчишка, лет десяти-двенадцати, не больше, и бросился чуть не под ноги коня. Всадник легко и привычно соскочил на землю и передал узду в руки мальчишке.

- Мне не пришлось ездить далеко, Терчер, – сказал он небрежно, – выхаживать коня нет надобности. Просто, расседлай его, поставь в стойло и задай овса. Лучшего овса! И чистой воды.

С этими словами он снял с коня странной формы мешок, взял меня за локоть и увлёк в трактир. На первом этаже мы не стали задерживаться, сразу возле входа оказалась лестница на второй этаж. Незнакомец быстро толкнул меня на эту лестницу и потащил наверх. Мне показалось, что он делает всё возможное, чтобы обслуга не заметила моего появления. Может и показалось. Но, он держался от меня с наружной стороны, прижимая меня к внутренней стенке и, к тому же, шёл, распахнув широкий плащ, за складками которого меня совершенно не было видно.

Войдя на второй этаж, он своим ключом отпер одну из четырёх комнат и втолкнул меня внутрь. Довольно бесцеремонно.

- Ну, – сказал он входя вслед за мной, – рассказывай и показывай, что ты там натворил на рынке?

Обстановка в комнате была более, чем скудная. Стол, стул, деревянный лежак, по-видимому, заменяющий кровать, да сундук в углу, вот и всё убранство. И ещё полутьма. Мы пришли сюда днём, пусть и во второй половине дня, но маленькое стекло в крохотном окошке было настолько грязным, что света почти не пропускало.

- У вас монетка есть? – спросил я жалобно.

- У нас?! – переспросил меня мой спаситель, – У кого «у нас»? Я один!

- У тебя есть монетка? – поправился я.

Ну, да, я и забыл. В средневековье все обращались друг к другу на «ты». Кроме, как к королям. Вежливое «вы» появилось много позже.

Хозяин комнаты небрежно извлёк монету, как показалось, прямо из воздуха и протянул её мне.

- Вот, – объяснил я, ставя локоть на стол, – Вот я втираю её в локоть… Ой, выпала случайно! Так вот, я втираю её в локоть, и… и я её втёр! Всё!

- Ну и почему ты говоришь, что это не колдовство? – удивился мой спаситель, – Обычное бытовое колдовство! Вот, я тоже прячу монетку в локоть…

И он на моих глазах, начал засовывать монетку в локоть! Нет, не «втирать», а действительно засовывать! То есть, я своими глазами видел, как монетка погрузилась в его локоть, сперва наполовину, потом на три четверти, а он легонько постукивая пальчиком, загонял её всё глубже и глубже! Пока не загнал совсем полностью! Из локтя торчало только рёбрышко монетки!

- Эт-то что, колдовство? – я непроизвольно поперхнулся.

- Конечно! – согласился спаситель, – Я, между прочим, великий маг Тангус, если ты не знал.

- Не знал! – согласился я, – А у меня было не колдовство, а фокус. Вот она, твоя монетка! Вовсе не в локте!

- Подожди! А как ты это сделал? – обомлел Тангус, – Я же видел, как ты её втирал?!

Я объяснил. Чуть не полчаса Тангус ходил по комнате в расстроенных чувствах, покачивая головой и повторяя: «Нет, куда катится этот мир?! Заменить высокую магию дешёвой подделкой!».

Потом сел и уставился на меня:

- Ладно, – сказал он хмуро, – Что ты не маг, я уже понял. Но, я не понимаю, зачем ты это сделал? Да ещё и на рынке?! При таком скоплении народа? В городе Рапете?

- Очень кушать хотелось… хочется! – признался я, – Ничего другого в голову не пришло! Чтобы монетку заработать.

- Как это? – удивился Тангус, – В городе? Не найти способа заработать? Не верю! Постоянного заработка сразу не найти, это ты прав, но мелкую монетку заработать всегда можно! Дров, к примеру, наколоть или огород вскопать. Любой трактирщик полупак заплатит, если ты ему воды натаскаешь, ведер двести-триста…

- Я не умею, – уныло признался я, – Ни дров наколоть, ни огород вскопать, ни сена накосить, ни лошадь взнуздать… или оседлать, не знаю, как правильно это говорится!

Тангус настолько ошалел, что просто упал на стул и вытаращился на меня в немом изумлении.

- Ты… вообще… кто? – выговорил он наконец, – Даже император знает и умеет и взнуздать коня и оседлать. Хотя, конечно, делает это лично очень редко. Но, будучи в юных летах, делал это регулярно! Как же иначе?! Ты кто, парень?!

Я помолчал. Подумал. А, что? Деваться-то всё равно, некуда!

- В общем, так! – начал я. И рассказал про себя всё-всё-всё. Я имею в виду, из самого необходимого. Про свой мир, про игру, про то, как я сюда попал …

- Игрок… – повторил вслух для себя Тангус, – А наш мир – это игра… Прямо не верится! Видишь ли, я прожил на этом свете больше двухсот лет… Да-да! Маги живут очень, очень долго! И каждый год своей жизни я помню! Или вот, книги!

Он вскочил, подбежал к своему странному мешку и вывалил из него на стол стопку книг. Старинные, средневековые, рукописные книги, настоящие фолианты, каждая размером с нашу энциклопедию, в тяжёлых деревянных обложках, обтянутых кожей, с защёлками на обложках, пергаментными страницами, на которых тонкой вязью написаны мелкие строчки, для экономии места на пергаменте.

- Книги! – воскликнул Тангус, – Я знал многих авторов этих книг лично! А книги – это результат их многолетних скитаний по нашему миру, с описанием всего, что видели их глаза! Понимаешь? Это подлинный мир, а не дешёвая подделка! Но, с другой стороны, ты не первый, кто сказал мне это слово «игрок». И только поэтому я тебе верю. Не так давно мне пришлось стать свидетелем, как толпа народа тащила какую-то девушку, а та отбивалась и кричала, что она только игрок, и люди должны помогать ей пройти какой-то, как она сказала «квест», а не мешать ей в этом. Люди смеялись… Ты, случайно, не знаешь, что такое «квест»?

- Задание, – пояснил я, – Некое приключение, которое игрок должен выполнить, для того, чтобы что-то произошло. Первые квесты, как правило, несложные и служат для того, чтобы игрок приобрёл некоторые навыки или особые свойства. Или вещи. Потом квесты усложняются. С прохождением каждого квеста игрок, вроде бы растёт морально и физически. Чем лучше и быстрее выполнен квест, тем больше уровень у игрока. Тем лучше его навыки. Последний квест – это, собственно, выполнение цели игры или отдельной кампании в игре. Выполнил – и всё, игра окончена, подведён итог, тебе присуждается рейтинг, ну, независимая оценка такая, по которой ты можешь судить, насколько ты лучше или хуже других таких же игроков.

- Вижу я, что в твоём мире жизнь слишком легка и беззаботна! – ядовито сказал Тангус, – раз вы такой хренью занимаетесь! А сами не умеете ничего!

- Разные века – разные потребности, – возразил я, – Зачем мне уметь седлать лошадь, если у нас лошадей и нет почти?

- Драконы? – заинтересовался Тангус.

- Машины! – гордо ответил я.

- И ты можешь построить машину?

- Нет, – увял я, – Для того, чтобы построить машину нужно многое такое, чего здесь и не сыскать!

- Например?

- Например, такую крепкую сталь, которой здесь нет и быть не может! Или уметь сверлить в такой стали мелкие дырочки для жиклёров. Или… ой, да много чего нужно!

- Угум! – буркнул Тангус, – То есть, не совсем дураки у вас там?

- Я бы сказал, совсем не дураки! – выдавил я из себя, – Только, ты прав, изнеженные мы очень. Я, к примеру, с голоду подыхаю! Хотя, всего-то, сутки не ел.

- Сколько?! – не поверил Тангус, – Судя по твоему рассказу, я думал, что ты недели две голодаешь, не меньше!

Маг опустил голову и задумался, периодически почёсывая себе затылок. Наконец, распрямился и поглядел на меня:

- Видишь ли… как тебя?

- Лёха, – это у меня вырвалось машинально. Я хотел было поправиться, сказать, что зовут меня Алексеем, но почему-то смолчал. Сам не знаю, почему.

- Странное имя! Видишь ли, Лёха, высшая магическая истина говорит, что в мире не бывает ничего случайного. Всё случайное – закономерно. Может, не случайно довелось мне на рыночную площадь так вовремя выехать? Может, не случай нас с тобой свёл? Когда я услышал, что народ кричит, будто ты магией балуешься, я подумал про себя: «Мне как раз нужен помощник, желательно из магов! Но, недостаточно сильный, чтобы быть мне конкурентом. Мне нужен ученик! Возьму-ка я этого парня в обучение! И он мне поможет, и я ему!». Потом, когда ты признался, что это был… э-э-э… да, фокус! фокус, а не магия, я подумал, что тебя нужно выгнать взашей, потому что я тебе вроде бы помог, а ты мне уже и не нужен. А теперь я опять начинаю думать иначе. Скажи мне, Лёха, хочешь ли ты быть учеником мага?

- Да! – выпалил я, пока он опять не передумал, – Хочу!

Я жрать хочу! Если я откажусь быть его учеником, он меня опять в город прогонит. И что мне там делать? С голоду подыхать? А если он меня в ученики возьмёт, то наверное, накормит! Не может он меня не накормить! Зачем ему дохлый ученик?

- Тогда я должен провести проверку, – задумчиво сказал маг, – Узнать, есть ли у тебя способности, и к чему. Сядь на топчан. Закрой глаза.

Я послушался.

- Представь себе бескрайнее чистое небо, – начал маг и голос его зазвучал как-то по-особому, напевно, размеренно.

Мне показалось, что я впадаю в транс. Перед глазами встало чистое-чистое, голубое небо, без единого облачка.

- Под небом лежит бескрайняя земля, покрытая зелёной травой, – продолжал Тангус.

И у меня перед глазами появилась именно эта картина: бескрайняя зелёная земля под бескрайним синим небом.

- Но вот, с земли взметнулось вверх ярко-алое пламя! – продолжал маг, – До самого неба! Опаляя и обжигая его! А в ответ, с неба хлынули струи воды! Ярко-синие струи воды! Огонь не может теперь сжечь неба, но и вода не может затопить земли или затушить огонь! Это борьба! Это сражение! Это противоборство, с напряжением всех сил! Представляешь?

- Да! – хрипло признался я.

У меня эта картина так и стояла перед глазами.

- Хорошо. Теперь неведомая сила начала эту картину сминать, наподобие листа пергамента. Или наподобие рисунка на холсте. Всё мнётся, ломается, искривляется … Зелёная земля мешается с голубым небом, а алые лепестки огня с голубой водой. И всё это уплотняется, словно снег, когда его в снежный ком лепят. Представил?

- Да…

- Теперь, ты этого не видишь, но чувствуешь, что в этом разноцветном коме краски начали отделяться и формироваться сами по себе: голубой цвет отдельно, красный отдельно, ну и так далее. Ты ещё не знаешь, во что они формируются, ты это только чувствуешь. Представил?

- Да. Я вижу четыре разноцветных бесформенных комочка, которые слепились в один большой комок и этот большой комок постоянно вертится, поворачиваясь ко мне то одним цветом, то другим …

- Хорошо. Теперь эти четыре, как ты говоришь, бесформенных комочка обретают форму… ну, к примеру лошадей! Четыре разноцветные лошади! И они разбегаются! Из того места где был центр большого комка, они несутся со всех ног, с развевающимися гривами и хвостами! Представил?

- Да!

- Ясно представил?

- Да!

- Открой глаза. А теперь скажи мне, Лёха, какого цвета конь мчался в твою сторону? Какой конь налево? Направо? Какой от тебя?

- Они все четыре на меня мчались, – грустно признался я.

Врать не хотелось, да и страшновато было, когда прямо перед тобой умные глаза, которые, казалось, видят тебя насквозь. Но я же чувствовал, что этот ответ магу не понравится.

- Не может быть! – воскликнул Тангус, – Так не бывает!

Я молча развёл руки в стороны.

- Хотя… – задумался маг, – я не прав, дважды уже было… Правда, очень и очень давно. Неужели ты одинаково предрасположен ко всем направлениям магии? Это редчайшее явление! Я о таком только слышал, а видеть не доводилось. До этой минуты. Решено! Завтра мы проведём ещё одно испытание, окончательное, но я уже сегодня заявляю, что беру тебя в ученики!

Маг решительно подошёл к двери, распахнул её и крикнул в пространство:

- Эй, хозяин! Два блюда яичницы с беконом! Два больших блюда! Ещё сыр и зелень. И кувшин вина! Живо!

- Сию минуту! Уже готовится! – раздалось в ответ.

- Значит, говоришь, что в твоём мире магии нет? – задумчиво переспросил меня Тангус, – И нашей обычной работе ты не обучен? Но, знаешь много такого, чего не знаю я? Как ты сказал, физику, химию и прочие науки? И ты можешь, мне что-нибудь показать?

- Прямо сейчас? – переспросил я, – Ну-у-у… Есть у тебя золотые и серебряные монеты? И уксус?

- Втирать будешь? – подозрительно спросил маг, высыпая на стол горку монет.

- Нет, только научный эксперимент, – заверил я, – На кухне обязательно должен быть уксус! И соль. И небольшая ненужная тряпочка. И пара проводов. Лучше медных.

- Что такое «провод»? – заинтересовался Тангус.

- Э-э-э… это проволока! – нашёлся я, – Знаешь, как из золота делают проволоку, прежде чем ювелирные изделия делать? Её проволакивают между специальных зажимов, чтобы она была тоньше и длиннее.

- Знаю, конечно, – поморщился маг, достал медную монетку и прямо пальцами скатал из неё тоненькую проволоку, – Так сойдёт?

- Магия?.. – только и сглотнул я.

- Разумеется! – пожал плечами маг, – Нет, какой-нибудь деревенский кузнец может, действительно, монетку пальцами в проволоку раскатать. Но не я. Я – маг.

- Тогда так: пусть принесут уксус, его надо хорошенько посолить. Потом бросьте туда монетки, чтобы от грязи очищались, и намочите в уксусе тряпочку. А через пару минут можно собирать электрическую батарейку. Это просто. Кладём золотую монетку, на неё серебряную монетку, потом кружок из тряпочки, по размеру монеты, и опять всё то же самое. И опять.

- И, что? – недоверчиво спросил маг.

- Увидишь! – беззаботно ответил я, – Хотя, этот получившийся столбик, желательно завернуть в какой-нибудь пергамент… Но не обязательно. И так сойдёт!

- Ваша яичница, господа! – распахнулась дверь номера.

- Как маг ни старался, а хозяин заметил, что нас двое! – отметил я про себя, – И то, что Тангус заказал две тарелки с едой, здесь ни при чём. Он мог бы быть и с дамой. Тогда бы трактирщик так запросто не ввалился бы в номер. Он бы предварительно постучал. Значит, видел, что по лестнице идут двое мужчин!

Трактирщик, как я понял, принёс еду лично. От яичницы шли такие одуряющие ароматы, что я чуть не зарычал. Вместо меня это сделал мой желудок. Трактирщик, степенный мужик, сделал вид, что ничего не заметил: ни моего урчащего желудка, ни горки золота, пополам с серебром на столе, ни внушительной стопки книг, вываленной как попало, ни явного несоответствия одежды хозяина и гостя… ничего! Быстро и сноровисто он переставил с подноса на стол всяческие миски и тарелочки, водрузил посередине пузатый кувшин, поклонился и вышел.

Я больше не мог терпеть. Под насмешливым взглядом мага я бросился к столу и замер, обшаривая стол взглядом.

- Чего же ты? – поощрил меня Тангус, – Налегай!

- Чем?! – хрипло спросил я, – Здесь даже ложек нет!

- Ложек? Зачем ложки? Я не заказывал супа! – удивился маг.

- Но, вилок тоже нет! – я был близок к истерике, – А руками есть горячо!

- Не знаю, что такое «вилки», – поднял брови Тангус, – Но вот же лежат два ножа! Почему ты не ешь, как все люди, ножом?

- У нас это не принято, – упавшим голосом сообщил я, – Есть с ножа, это дурной тон. За исключением особых случаев. Но я к таким особым случаям себя никогда не относил. Я не умею есть с ножа!

- Упс! – только и вымолвил маг, меняясь в лице, – А я-то думал на площади, что помощника себе освобождаю! А тебя надо учить кушать, словно младенца! Ну, смотри! Берёшь ножик. За ручку, не за лезвие! Отрезаешь кусок яичницы. Вот так. Переворачиваешь яичницу на кусок хлеба, вроде как на тарелочку…

- Хлеб! – воскликнул я, – Хлеб! Я не сдохну!

И я принялся торопливо жевать. Клянусь, ничего вкуснее за всю свою жизнь не ел!

- Не подавись, всухомятку! – начал было Тангус, потом посмотрел на меня, покачал головой и пошёл к двери, – Хозяин! Ещё хлеба! Две ковриги… нет, три!