Не слишком разжигайте печь для своих врагов, иначе вы сгорите в ней сами.

Вильям Шекспир.

- Хороший день, чтобы умереть сегодня! – радостно воскликнула я утром, раздёргивая шторы.

День был и вправду, чудесным. Заря только-только отгорела, оставляя часть горизонта в красивых, нежно-розовых тонах. Утренняя прохлада бодрила, хотелось куда-нибудь бежать, что-то делать, смеяться, прыгать, набить наглую репу какому-нибудь сволочному троллю … Чудесный день!

Позавтракала я скудно. Нехорошо перед боем брюхо набивать. Это вам любой военный человек скажет. А военные люди врать не будут!

Немного поскакала в тренажёрном зале. Совсем чуть-чуть. Чтобы не утомиться, а разогреть мышцы. Чтобы прийти в тонус.

Потом ловко улизнула из-под опеки Дельты, отправив её за кружевными перчатками, сказав что мечтаю походить по оранжерее. Кто же по оранжерее без перчаток ходит? Там же можно пальчики испачкать! А на пальчиках такой дорогой маникюр!

Дельта с сомнением покосилась на мои обгрызенные ногти, но спорить не посмела. И помчалась, куда велено. А я побежала к колдунье Клариссе. Если она доложила Кащею о своём маленьком гешефте, то теперь она пошлёт меня далеко и надолго. Если она ещё жива, что не факт, после такого доклада. Если не доложила, испугается и будет готова выполнить любой каприз. Вот сейчас и узнаем!

Неприметную дверь к колдунье я распахнула рывком и сразу заскочила внутрь. Кларисса подняла глаза и отшатнулась. В блюдечке какой-то толстый господин, сидя за столиком в ресторане, беседовал с другим толстым господином. И незаметно, ногой, двигал в его сторону портфель с чем-то тяжёлым. У Клариссы рядом с блюдечком лежал блокнот, в котором чётким, угловатым почерком, был расписан журнал наблюдений: во столько-то вышел из дома, во столько-то зашёл в банк и получил золота … сколько?.. немалая сумма, однако! Во столько-то пришёл в ресторан, где встретился с господином Дратером … кто такой? Мне его фамилия ни о чём не говорит … Ага, и на моих глазах этот толстяк пытается дать господину Дратеру взятку. В крупном размере. Ну, собственно, для таких дел Клариссу и держат. Чего удивляться?

- Мне нужно видеть нашу группа специалистов, которые по работе с магическими слепками, – холодно произнесла я и ткнула пальцем в блюдце, – Настрой! Немедленно!

- Ваше высочество! Мне нельзя! У меня наблюдение!

- Что?! – я сделала самое зверское лицо, – Ты смеешь отказывать мне? Мне?!

Я медленно оттопырила большой палец и ещё медленнее провела им по своей шее. Не знаю жеста красноречивее.

- Ну?! – прикрикнула я и бедная Кларисса упала на стул перед своим прибором.

- Не дрожи, – покровительственно похлопала я её по плечу, – Главное ты видела!

- Не видела, – всхлипнула бедняжка, – Возьмёт господин Дратер взятку? Или не возьмёт? Вот в чём вопрос! Вот она, наша группа!

В блюдечке была видна мастерская, заваленная всяким хламом. Три специалиста уверенно двигались между этими кучами непонятно чего. Гремлин, колдун и тёмный альв. Ага, все специалисты в области магии. У двоих магия природная. Они двигались, вяло переругивались между собой, делали непонятные мне движения руками и спорили на специфичном сленге.

- А я говорю, у феи просматриваются возможности детализации. Если применить метод Фолкнера в переложении Овальда, по протуберанцам силы выхода …

- Где ты протуберанцы увидел?..

- Да, вот же! На слепке силы.

- Покажи!

Все трое подошли к столу, который отдалённо напоминал рабочий верстак. Кларисса самостоятельно подкрутила блюдечко и изображение сместилось чуть в сторону, теперь нашему взгляду не мешали загромождения хлама. Над столом висели, слабо покачиваясь, три объекта, напоминающие призраков. Скорее, даже, заготовки, болванки призраков. Хотя в обличии этих объектов угадывались контуры человека, богатыря и феи.

Все трое внимательно уставились на призрака феи.

- И где протуберанцы?..

- Да, вот же, вот!..

- Даже не знаю. За такое и не ухватишься.

- А если втроём?

- Ага! И все трое без маны останемся!

- А тебе чего? Мана халявная, за неё платить не надо.

- Вдруг чего ещё умного в голову придёт, а мы без сил валяемся?..

- А мне кажется, это шанс!

- Хорошо, – с внезапно прорезавшимися командирскими нотками, заявил тёмный альв и начальственно посмотрел на своих товарищей, – Работаем по методу Фолкнера, но в переложении Джубба. За протуберанец тянет … пытается тянуть Губбольд. Мы помогаем. Если, хоть пара миллиметров протуберанца выползет, за отросток хватается Чеппель. Я на контроле сил.

- Как всегда, кто-то жилы рвёт, а кто-то сачкует, – вполголоса заметил гремлин колдуну. Тот молча кивнул.

- Что? – хмуро посмотрел на гремлина альв, – Есть недовольные? Кто-то хочет поработать без внешнего контроля сил? Я могу устроить!.. Или кто-то хочет сам поработать начальником? А? Кто же мешал этому «кому-то» защитить диссертацию? Я? Всё! Разговоры прекратить! Начинаем на счёт «три». Раз … два … три!

Внешне никаких изменений не произошло. Только все трое напряглись, да так, что у них побагровели шеи и лица. Потом я заметила слабое серебристо-голубое сияние, вроде тумана, которое охватило всю троицу, и протянулось к призраку феи. Стало тихо, только слышалось надсадное дыхание колдунов. Потом … потом мне показалось, что призрак дрогнул. У колдунов непроизвольно поднялись руки. Словно они пытались руками помочь колдовству. Потом призрак феи затянуло непрозрачной дымкой. Хотя глазами ничего видно не было, эти трое, наверное различали главное, потому что не прекращали колдовства. Лица у них уже были синюшные, страшные. Глаза кроваво-красные, на выкате. Губы искусаны в кровь от непомерной нагрузки. Потом гремлин упал в обморок. Следом повалились остальные двое, хотя эти, просто, от усталости.

- Кажется, вытянули, шеф!.. – прохрипел с натугой колдун.

- Увидим, – односложно ответил альв, но в голосе его сквозила надежда.

Пелена, окутавшая призрак, постепенно таяла и черты феи становились всё отчётливее. Салса. Это была Салса. Ещё не точь в точь, не волос в волос, но уже вполне узнаваемая. Не перепутать. Если Кащей хотя бы раз видел её изображение, он её узнает.

- А? – очнулся гремлин, попытался перевернуться на живот, но у него это не получилось, – О-у!.. Как больно … Вы же меня под «ноль» выдоили, сволочи!

- Переживёшь, – буркнул альв, тоже переворачиваясь на живот.

У него это получилось. Потом он с трудом встал на колени, и наконец, опираясь о стенку, поднялся на ноги.

- Маны не осталось, – грустно сообщил он, – придётся пешком идти. А вы пока поваляйтесь. Вдруг, его величество захочет нас посетить лично? Пусть видит, как мы его делу радеем. Как из себя жилы тянем. Авось, премия перепадёт? Валяйтесь пока!..

И, пошатываясь, придерживаясь рукой за стенку, тёмный альв заковылял на выход.

Я отшатнулась от блюдечка. Сколько у меня времени осталось? Ничего у меня времени не осталось! Ни шиша!

- А я её, кажется, знаю, – задумчиво сказала колдунья Кларисса и ткнула пальцем в блюдечко, – Вот эту фею! Кажется, я её где-то видела!

- Занимайся своими вопросами! – огрызнулась я, – Вон, у тебя в блокнотике, какой пропуск по времени образовался!

И я побежала.

Заскочила в спальню, похватала оружие, поцеловала сонного котёнка, который только-только выполз из-под кровати и побежала в сторону библиотеки.

- Сейчас-сейчас … – бормотала я про себя, – Сейчас-сейчас …

Спроси меня, что я имела в виду под словом «сейчас», я бы затруднилась с ответом. Но для меня было предельно ясно, что произойдёт «сейчас».

Вихрем влетела я в тайную комнату. Итак, моё заклинание бьёт по площади, а не в конкретную цель. На каком расстоянии мне безопасно? Метров … шесть? Семь? Возьмём с запасом – девять. Значит, комната маловата. Придётся всех дублей перетащить к противоположной стенке, а самой стоять в приоткрытом проходе. Тогда есть шанс, что саму не заденет. Ну-с, начнём!

Я ухватила ближайшего дубля за шиворот и попыталась сдвинуть с места. Дубль поднялся на ноги и осуждающе посмотрел на меня.

- Значит, я не ошибся, – сказал дубль голосом Кащея, – Ты и впрямь задумала гадость, Василисушка!

Я просто шлёпнулась на пятую точку. Такого не бывает! Такого не может быть! И только потом пришла в голову простая мысль, пересчитать дублей. Их было тринадцать. «Лишний» стул уже был не лишний. На нём сидел Кащей. Твою ж мать!

Инстинкты сработали быстрее разума. И остро заточенный сюрикен полетел прямо в глаз Кащею. Кащей лениво поднял вверх указательный палец и усмехнулся. Сюрикен бешено вращался вокруг пальца, как сумасшедший спутник вокруг планеты.

- Ты хоть представляешь, насколько я сильнее? – ласковым голосом спросил Кащей и посмотрел на меня добрым взглядом. У меня от этого взгляда по спине поползли мурашки, – Каждая магическая степень считается вдвое сильнее предыдущей. Один маг четвёртой степени примерно равен по силе восьми магам первой степени. А маг десятой степени, которая считается высшей, уже шестидесяти четырём магам четвёртой степени или пятьсот двенадцати магам первой степени. У тебя какая степень? Четвёртая?

- Третья, – выдавила я из себя, – С хорошей вероятностью защититься на четвёртую.

- Ну, пусть будет четвёртая, – благодушно махнул Кащей рукой, – А у меня двадцать восьмая! Да-да, считается, что выше десятой степени магов не бывает, но я проводил стандартные замеры. У меня двадцать восьмая. Сколько должно быть таких, как ты, чтобы мы сравнялись в силе?

- Шестнадцать миллионов, семьсот семьдесят семь тысяч, двести шестнадцать, – машинально ляпнула я, автоматически сделав расчёты.

- Отлично! – восхитился Кащей, – А ты видишь вокруг шестнадцать миллионов, семьсот семьдесят семь тысяч, двести пятнадцать твоих копий? Ах, нет? Тогда не имеет смысла начинать бой.

- Я не числом сильна! – нахмурилась я, – А умением!

- Так, ведь, и я про него, про умение! – поднял брови Кащей, – И про магическую силу. Вот – раз! – и ты словно муха в патоке! А я даже ресничкой не моргнул!

Я действительно почувствовала, как меня плотно обхватывают невидимые щупальца. Даже пальцем не шевельнуть. А говорить можно.

- Вот и побеседуем, – вздохнул Кащей, – О добре и о зле. Я к тебе с добром: и дочкой признал, и наряды, и слуги, и еда, самая лучшая … Хочешь в библиотеку – иди! Таких книг нигде не найдёшь. Хочешь в тренажёрный зал – пожалуйста! Чего душеньке угодно! И чем ты отплатила за моё гостеприимство? Кто же из нас злой?

- А я к тебе в гости не набивалась! – огрызнулась я, – И гостеприимства не просила! И ублажал ты меня подарками не от щедроты душевной, а потому что я тебе нужна! Была бы не нужна, ты бы меня, может, ногами топтал, а не подарки дарил!

- А тебе это откуда знать? – возмутился Кащей, – А вдруг, именно, от душевной широты? У меня, знаешь, принцип: заслужил – получи!

- Врёшь! – засмеялась я, стараясь, чтобы смех звучал обидно, – У тебя принцип: хочешь получить больше – дави другого! Кто больше окружающих задавит, тот больше и получит! Разве не так?

- Это называется «естественный отбор», – нравоучительно пояснил Кащей, – и ещё «борьба за выживание». Слышала про такое? В результате получаются лучшие, самые приспособленные! Без борьбы люди впадают в дикость. Заплывают жиром, спиваются, наркоманят, устраивают оргии и прочие непотребства!

- Не «без борьбы», а без цели в жизни, – поправила я его, – И кто мешает бороться за эту цель? Сообща? Дружно? А высокая цель предполагает высокие отношения между людьми.

- Потому что люди, по природе своей – животные!

- Люди – это люди!

Мы злобно уставились друг на друга, тяжело дыша. Интересно, зачем ему эта перепалка? Почему он меня попросту не прихлопнет? Как муху? Ах, да! Он не предполагает, что у меня за спиной хор-р-рошая дубина, которой без разницы степень силы Кащея. Подумаешь, двадцать восьмая! Хоть сто двадцать восьмая! Он меня недооценивает! Потому и ведёт пустопорожние разговоры. Растягивает удовольствие.

Всё последующее заняло несколько секунд. Может, я буду рассказывать длинно, но прошу учесть, что на деле это произошло всего за несколько мгновений.

С треском разорвалось пространство и нарисовался выход из портала. С этой стороны, со стороны выхода, я портал видела впервые. Кащей недоумённо моргнул и сюрикен, всё ещё вертевшийся вокруг его пальца, со свистом улетел в сторону. Из портала вывалилась фея Салса, совершенно без сил, в полуобморочном состоянии. Представляю, какой заряд магии ей пришлось истратить, чтобы прорвать защиту, построенную самим Кащеем! Обессилеешь тут!

- Беги, Васька! – падая, шепнула фея непослушными губами.

Она ещё падала на пол, а следом уже выскочили Роман Викентьевич и Ванька. Ванька, ещё в прыжке из портала, швырнул в мою сторону мой меч. Колючку. А сам, ещё до приземления успел обнажить свой. И оба они, и Кольцов и Ванька, словно сговорившись, метнулись к Кащею с двух сторон, словно захватывая его в тиски.

К моему удивлению, свой меч я умудрилась поймать. И даже выхватить из ножен. Только потом догадалась: Кащей настолько растерялся, увидев чужой портал, что упустил на мгновение контроль за мной. А вот взмахнуть мечом, мне уже не получилось. Мгновение, оно и есть, мгновение.

Профессор и Ванька бежали к Кащею, бежали, бежали, бежали … и никак не могли добежать. Кащей злорадно улыбнулся.

- Это называется «разделение пространства по слоям», – пояснил он мне, сквозь зубы, Мы с тобой в одном слое, а они в другом. Первый шаг к покорению многомерного пространства! Догадываешься, зачем? Значит, они повоевать захотели … Будет им война!

И прямо перед моими друзьями распахнулся ещё один портал. У феи Салсы он был голубого цвета, этот же оказался кроваво-красным. И из него в буквальном смысле посыпались воины. В полных доспехах, до зубов вооружённые. Мечи, щиты, секиры, булавы, копья. По сравнению с Кольцовым и Ванькой, вооружённых одними мечами, они выглядели бронированными носорогами рядом с беззащитными джейранами. Ни профессор, ни Ванька, не сбавили скорости. И врубились в ряды врагов, словно два кабана в заросли сухой травы. И тут я увидела, что такое «воевать умением». Здоровенные, закованные в металл бойцы, валились как кегли, а Ванька с профессором на ходу перестроили свои боевые порядки. И не так, как я предполагала. Ванька, как богатырь, занял первое место. От его мощных ударов кащеевцы разлетались в разные стороны. Поневоле вспомнилось знаменитое: «Где махнёт – там улица, отмахнётся – переулочек». И я со стыдом вспомнила, с каким упоением лупила Ваньку на тренировках. Если бы он двигался с такой же стремительностью, как здесь, я даже прикоснуться к нему не смогла бы! Он мне поддавался, вот что! Гад он … милый!

Профессор Кольцов прикрывал ему тыл. Он, конечно, более опытный и умелый, но в силе Ваньке уступает. А здесь нужна сила. Вон как кащеевцы прут! Сомкнутым строем! И Роман Викентьевич, без раздумий, занял место ведомого. И мечи в руках у обоих крутились, как концы сюрикена в момент броска. Кащеевцы подали вокруг снопами, с порубленными и рассечёнными доспехами. А пара моих друзей целенаправленно рвалась вперёд и вперёд.

Кащей сперва смотрел на этот бой усмехаясь. Затем посерьёзнел. Потом нахмурился. Потом взмахнул рукой и рядом со мной появились «гречанки».

- Охраняйте её, – коротко бросил Кащей, и я не увидела, а почувствовала, как он скользнул в другой пространственный слой. К моим друзьям.

Он не стал разбираться, где свои, где чужие. Словно гигантское цунами перемешало всех вокруг, и нападающих и защищающихся. Там, где стояли стройные ряды, оградившиеся щитами, там теперь валялись кучи тел, которые погребли под себя и Кольцова, и Ваньку, и даже фею Салсу, хотя валялась достаточно далеко.

Я встряхнула кистями рук, посылая к кистям горячую кровь. Не для того, чтобы рубиться, а для того, чтобы начать колдовать. Моё движение не осталось без внимания. Все четверо «гречанок» вскинули в мою сторону руки с кольцами. Только …

- Бегите, ваше высочество! – звонко вскрикнула Гамма, поворачиваясь вбок и одним выстрелом поражая всех троих своих бывших подружек, – Бегите! И делайте людям доб …

Она не договорила. В долю мгновения Кащей вернулся в наш слой. Гамму сломало пополам и отбросило в сторону. А на Кащея было страшно смотреть. Настолько его лицо было обезображено яростью. Налитыми кровью глазами он взглянул на то место, которое совсем недавно было местом боя. И поднял руки.

Огненный шар впечатался ему прямо посередине груди. С неимоверной скоростью Горюн принялся драть когтями и зубами кащееву плоть. Миг – и Кащей покрылся рваными ранами. Обугленными, рваными ранами. До костей. Это было неожиданно для всех. Особенно для Кащея. И я вновь почувствовала, как опадают вокруг меня щупальца заклинания. Кащей отвлёкся! У меня есть мгновение! Только бы не упустить!

- ФИ … заорала я во весь голос. И почувствовала, как за моими плечами забугрилась багровая пелена. Пробудилась такая сила, которая перековеркала все заклинания в этом пространстве и всех соседних слоях. Кроме одного-единственного. Того, для которого она пробудилась. Теперь меня не схватить!

Кащей успел уже отшвырнуть котёнка и ударить по нему заклинанием, но не уверена, что заклинание сработало, как задумано.

- … АЛ … – продолжала звонко выкрикивать я.

И всё вокруг задрожало, как при землетрясении. Хотя я понимала, что это ещё не землетрясение. Далеко не землетрясение. Сыпалась штукатурка, кащеевы воины валились с ног, прямо на моих друзей, и только Кащей остался на ногах, хотя и слегка покачиваясь. Он бросил один только взгляд на зарождающееся заклинание и побелел.

- Василисушка! Доченька! Подожди! Всё ещё можно поправить! – придушенным голосом попросил он, – Заклинание можно развеять! Я тебя научу, как это сделать. Я готов дать любые клятвы! Свобода, богатство, власть, гарантия невмешательства … Любые клятвы! Если ты захочешь, я вообще уйду из этого мира! На сто лет! На тысячу! А хочешь, бессмертие? Только представь, ты будешь жить ВЕЧНО!!! Хочешь?!

- Я наконец-то поняла в чём различие добра и зла, – спокойно сказала я, стоя на полу, который ходил ходуном, – В готовности отдать жизнь за друзей. Злой, жадный, завистливый, властолюбивый никогда не пожертвуют собой. Это может сделать только добрый. Посмотри вокруг. Мои друзья добрые. А теперь посмотри мне в глаза.

- Нет!!! – истерически завизжал Кащей, – Нет!!!

- … КА! – завершила я заклинание.

Удар был страшен. Я думала, что привыкла к любым ударам. Фигушки! Словно громадным молотом ударило прямо в грудь, так, что перебило дыхание. А вокруг, словно лист пергамента, сминались в большой, неопрятный комок и время и пространство и всё-всё-всё.

Я думала, что от такого удара сразу умру. Что меня разотрёт в порошок. Или расплющит в кляксу. Нет. Когда я пришла в себя, всё казалось таким же, как раньше. И всё же не таким. Всё окружающее стремительно каменело. Всё валялось в страшном хаосе, только мы с Кащеем всё ещё стояли на ногах, друг против друга.

- Дура! – надсадно просипел Кащей, – Какая же ты дура! Я перенёс нас в подпространство и заблокировал все стены и двери. Ты сдохнешь здесь же! Вместе со мной!

- Знаю, – с трудом прохрипела я в ответ, – Даже и без блокировок и подпространства, сдохла бы. У меня ноги уже окаменели. Мне не убежать.

- У меня тоже, – хмуро признался Кащей, – Значит, окаменеем вместе. И вечно будем стоять каменными друг против друга. Потому что никто к нам не придёт.

- А вот и нет! – послышался слабый голос из-под обломков.