Детей обманывают конфетами, взрослых – клятвами.

Фрэнсис Бэкон.

Я как раз внимательно рассматривала какой-то микроскопический жёлтый кусочек в тарелке, густо посыпанный зеленью. Это, и вправду, съедобно? Пахло приятно, но кто его знает? И тут в обеденный зал ворвался Кащей. Если раньше я и начинала сомневаться, то теперь все сомнения развеялись. Кащей – это зло! Его вид был настолько страшен, что я всеми фибрами почувствовала, как затрепетали окружающие.

- Все вон!!! – заорал Кащей с порога и лицо его потемнело, – Все, кроме тебя!

Дрожащий от негодования палец Кащея ткнул в мою сторону. Окружающих смело моментально. Вот они были, и вот их уже нет. И я не взялась бы утверждать с уверенностью, куда именно они выскакивали.

Я решилась. Нацепила жёлтый кусочек на вилочку и положила в рот. А что? Очень неплохо! Да, ладно, не будем друг друга обманывать, это восхитительно!

- Это что?!! – продолжал орать Кащей, швыряя прямо передо мной стопку газет.

Я вдумчиво дожевала кусочек и только потом взяла верхнюю газету в руки. Ух ты! На первом же развороте была фотография пана Анджея под ручку с какой-то красоткой. Текст гласил, что принц-наследник сочетался законным браком со своей давней возлюбленной. А-бал-деть! Получается, он примчался среди ночи к папе с мамой, и прямо ночью сочетался законным браком. Ничего себе, я его вчера напугала!

- Мне кажется, это свинство с его стороны! – капризно надула я губки, – Особенно, после вчерашнего!

- А что было вчера?! – не унимался Кащей.

- Ну, ничего такого … – я умудрилась слегка покраснеть, – Посидели, поболтали. Но это было наедине! В спальне! Что, согласитесь, накладывает определённые обязательства. И тут такой фортель! Можно сказать, в душу плюнул!

- О чём … вы … говорили? – ясно было видно, как Кащея переполняет злость. Как он давится словами. И продолжать злить его становится просто опасным.

- О будущем, – беззаботно пожала я плечами, – О том, какое счастливое государство у нас будет и как хорошо мы будем в нём править. Какие хорошие законы мы там установим. Я, кстати, предложила первым законом снизить налоги. Правда, при этом понадобится государственный заём. И пан Анджей признался, что ты такой заём ему обещал. Это правда?

- Правда, – проскрежетал Кащей.

- Вот видишь! Потом мы поговорили, как обеспечить лояльность силовых структур, армии и полиции. И пан Анджей предложил назначить офицерами своих подданных, а солдатами – моих. Ну, тут мы немного поспорили, не скрою. Потом ещё поговорили о сложности управления таким большим государством. Потом я предложила обсудить кандидатуры министров, но господин Полонски вдруг сказал, что очень торопится, вскочил и убежал не попрощавшись. На мой взгляд, это свинство! Это гнусно и мерзко!

Заметили? Ни слова неправды!

- Ты не врёшь … – задумчиво сказал Кащей, – Но, тогда получается, что этот Анджей меня провёл! Меня! Он поплатится, негодяй!

- А что, собственно, случилось?

- Этот мозгляк прискакал домой глубокой ночью, и стал орать, что ему нужно жениться ещё до утра. И ни в коем случае, не на тебе. И что это, дескать, спасёт жизни всей его семьи. Вацлав утверждает, что его сын был похож на сумасшедшего. Может, и правда, с ума сбрендил? Обильные попойки до добра не доводят, знаешь ли!

Вацлав пытался успокоить придурка, но тот всё больше истерил, пока вообще руки-ноги судорогой не свело. Ну, тут уж папаша не выдержал. Прямо ночью свадьбу и сыграли. У Анджея была одна любовница, из последних. Вот ей и посчастливилось. Где бы, среди ночи, Вацлав принцессу искал?

Семья в шоке, окрестные и не окрестные короли тоже в шоке, журналюги в истерике, весь мир затаил дыхание … Наделал делов этот пан Анджей!

- А как же … я? – это для меня было самым важным в разговоре, – Теперь я должна выйти замуж за Станислава? Не так ли?

- Так, – мрачно ответил Кащей, – Но Станиславу ещё нет восемнадцати. Через полгода только стукнет. Так что, придётся тебе ещё полгода у меня погостить. Ты же не сбежишь? Ты же понимаешь, что клятвы, которые ты давала, не связаны между собой?

- Конечно, – серьёзно кивнула я, – Это отдельные клятвы. Я не сбегу от тебя.

Какой замечательный день! Одну клятву я с себя скинула. Или, во всяком случае, получила полгода отсрочки! Воистину, прекрасный день!

А ещё Гамма прыгает вокруг меня, пытаясь угодить изо всех сил. Она вчера вернулась вовремя. И когда Дельта, как бы случайно, спросила её, что такого варило моё высочество в лаборатории, та вытащила пузырёк из кармана и показала перламутровые капельки. Печально вздохнула и сказала, что капельки должны были получиться зелёными. Но отчитаться передо мной она обязана. Вот и ждёт.

Когда Анджей выскочил от меня, Гамма скользнула в спальню и протянула мне пузырёк.

- Как прошло? – шепнула я, быстро приводя себя в порядок.

- Плохо … и хорошо! – шепнула в ответ Гамма, воровато оглядываясь, – Мой мальчик … у него был сильный жар. И он умер, прямо у меня на руках. Я рыдала и билась на полу. А потом из кармана выкатился пузырёк, и я вспомнила. Капнула всего одну каплю в кружку. И, вы не поверите! Он ожил! Как я плакала! Взахлёб! А он встал на ножки, и гладил меня по голове. Я еле смогла заставить себя уйти. Но я видела, что ему лучше. И сыпь на теле побледнела. Да! И ещё. Вот остатки философского камня. Я использовала совсем немного. Только, чтобы на врача хватило. Возьмите!

Тогда мне некогда было вдаваться в подробности. А сегодня утром сияющая Гамма, ещё до завтрака шепнула мне на ухо:

- Кажется, ребёнок совсем здоров!

Ну, что ж, хоть один человек в этом проклятом дворце чувствует себя счастливым, подумала я тогда. А сейчас, после таких любопытных известий, я тоже чувствую себя счастливой. Итого, нас двое!

После завтрака я немного почитала, сходила в тренировочный зал, где активно махала мечом, искоса наблюдая за внимательным взглядом Альфы, которая, вроде случайно, оказалась неподалёку. Потом упражнялась в магии. А недалеко он меня слонялась Дельта, которой приспичило выяснить какой-то вопрос с прислугой. Потом я посетила Буланку.

- Ну, здравствуй, подруга! – привычно сказала я, обнимая лошадь за шею.

- Привет, Васька! – отозвалась лошадь человеческим голосом.

Я подпрыгнула от неожиданности и уставилась лошади в глаза. Буланка небрежно ухватила пучок травы из большой кучи, и принялась его неторопливо пережёвывать.

- Ты … говорящая?! – обомлела я.

Лошадь согласно мотнула головой и потянулась за свежей порцией травки. С балок перекрытия, под потолком, кто-то явственно хихикнул.

- Сдурела? – из кучи травы высунулась голова профессора Кольцова, – С каких это пор лошади заговорили?

- Здравствуй, Васенька! – высунулась рядом голова Ваньки Дуракова.

Улыбка от уха до уха, волосы торчком, глаза светятся счастьем. У меня на душе потеплело. И я окончательно поверила, что всё будет хорошо. Не может быть плохо!

- Когда тебя хватятся? – деловито спросил Роман Викентьевич, – Лучше сейчас бежать, или ночью?

- Я не могу бежать! – грустно призналась я, – Я клятву дала, что не сбегу.

- Чего-о?! – из-под потолка, чёрным комочком, свалился Горюн.

- Я дала клятву, что не сбегу, – повторила я.

- И что же делать?! – разинул рот Ванька.

- Как, «что делать»? – возмутилась я, – Если лично я не могу бежать, вам придётся меня похитить!

- Прямо сейчас? – уточнил Кольцов.

- Нет, – задумалась я, – Лучше усыпить стражников после наступления ночи. И выкрасть меня из спальни. Но учтите, после некоторых событий, Кащей отправляет своих людей для проверки моей охраны, каждые два часа. А то я повадилась их усыплять … а это вредно для здоровья.

- Угу, – задумчиво кивнул профессор, – значит, нам нужно пробраться через весь дворец к тебе в спальню, дождаться проверки охраны, после чего эту охрану усыпить, и у нас всего два часа на то, чтобы тебя похитить и увезти достаточно далеко … Делов-то!

- Готовься! Сегодня ночью мы тебя и похитим! – подмигнул мне Ванька.

- Всегда готова! – жарко шепнула я в ответ.