Я почистил карму,

Выхожу в астрал,

Но, пришлось вернуться,

Кот опять насрал.

Лина Турианская.

- А теперь быстро! – скомандовала я, – У нас всего несколько секунд! Вон тот зелёный пузырёк! Да! Настойка мака! Да! Перманганат калия! Да! Яичный белок! Да! Вот эти белые кристаллики в пробирке! Да! Хвойный настой! Да! Вытяжку из берёзовой чаги! Вот в этой пробирке! Да! Уф, успели! Смешиваем быстрыми, но плавными движениями. И всё – на спиртовку! Нагреваем до восьмидесяти шести градусов.

Я легко откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.

- Представляешь? – лениво, словно разговариваю сама с собой, спросила я, – А вдруг у нас получится? Добудем мы философский камень? И будешь ты всё в золото превращать!

А что? Очень удобно! Осталась в кармане последняя медная монетка, купила ты на неё какое-нибудь простенькое колечко и – раз! – в золотое колечко превратила! И тут же продала, но уже за другие деньги. Да, чего там! Не нужно никаких колечек! Нашла на дороге железную подкову – хлоп! – и подкова уже золотая! Удобно!

- А почему – я? – подала голос Гамма.

- А мне-то зачем? – удивилась я, – Мне сам процесс интересен. А золотом меня батюшка и без всякого философского камня заваливает. Нет, я наверное этот камень тебе отдам. Хочешь?

Глаза Гаммы сверкнули. Я это хорошо видела сквозь неплотно сомкнутые ресницы. Потому что я закрыла глаза неплотно. Я наблюдала. Итак, наша Гамма алчная? Может, её можно купить? Тем же философским камнем? Хм! Торопиться не надо! А присмотреться как следует – надо!

- Ага! – воскликнула я, принимая ровное положение, – Ровно восемьдесят шесть градусов! Давай вон ту реторту! Да, куда мы сиреневый цвет добавляли. Нужно всё смешать. Теперь встряхнуть. Пусть отстаивается. А мы пока будем растирать вот эти порошки. В мелкую пыль. Давай, помогай, раз пришла.

Гамма упросила взять меня, «посмотреть, что это такое, химическая лаборатория?». Я, конечно же, согласилась. Пусть лучше за мной следит Гамма, чем кто-то другой, которого я не вижу и не знаю. А то, что за мной будут следить, я не сомневалась ни на секунду. И Гамма добросовестно делала вид, что первый раз видит такое чудо. Ага! А когда я сказала ей подать перманганат калия, она схватила пузырёк с марганцовкой не задумываясь! Но я, конечно, этого «не заметила». И ещё хорошо, что Гамма не волшебница. Она может быть прекрасной химичкой, но не разбираться в колдовских зельях.

- О, как хорошо ты всё растёрла! И я тоже! Теперь добавляем наши порошки в смесь. Что у нас дальше?

Я открыла книгу, на заложенной странице и сделала вид, что читаю рецепт. На самом деле я варила совсем другое зелье и по памяти, но Гамме об этом знать не обязательно.

- Проверь на клейкость. Что значит, «как»? Возьми стеклянной палочкой каплю раствора и потрогай пальчиками. Клейко? Замечательно! Теперь тщательно вымой руки, а я солью раствор с осадка. Отлично! Дай-ка мне вот этого синего порошка. Ровно одна мерная ложечка. Ой, кажется реторта разогревается? Не трогай её руками, вдруг обожжёшься? Хм! А она должна разогреваться? В книге об этом вроде не пишут …

Конечно, она должна разогреваться! Самопроизвольно. И это верный признак, что я всё делаю правильно. Но я добросовестно открыла книгу и вновь принялась перечитывать рецепт. Стараясь держать книгу так, чтобы Гамме был ясно виден заголовок: «Рецепт приготовления философского камня».

Это хорошо, что Кащей в прошлый раз мимоходом бросил: «Для тебя, думаю, будет сложновато». Значит, не удивится, что у меня ничего не получилось. Точнее, не получился философский камень. А то, что я хочу, вот-вот получится!

- Вроде остыло, – осторожно потрогала пальчиками реторту Гамма.

- Ой, даже не знаю, как быть … – растеряно покрутила я головой, – Продолжать ли? Ну, ладно! Авось, хуже не будет! Давай-ка добавим сюда вот этот жёлтенький порошок. И перемешаем. А теперь будем взбалтывать. Э-э-э … да, десять минут.

Я вновь открыла книгу и сверилась с текстом. Вроде бы. Потом отложила её в сторону и принялась делать другие смеси. Они пригодятся мне в следующий раз, но что я смешиваю и в каких пропорциях, Гамме знать не нужно. Я просто попрошу её подать «синий порошок» или «зелёные кристаллики». А почему нет? Она же не химичка ни разу? Как сама утверждала. Зачем же мне ей что-то объяснять? Всё одно – хи-хи! – не поймёт.

- Десять минут прошли, ваше высочество! – сообщила Гамма.

Слишком правильная речь! Русский человек сказал бы, «десять минут прошлО». Имея в виду время. Время – оно, моё. Значит, прошлО. А Гамма рассуждает прямолинейно. Минуты – они, мои. Значит, прошлИ. Нет, не русский человек!

Но, не скажи тогда Альфа об этом, может, я и внимания не обратила бы.

- Теперь фильтруем, – нерешительно сказала я, – На всякий случай.

Гамма поджала губы, явно сомневаясь в моих алхимических способностях, но спорить не посмела. Теперь в реторте отсвечивал серебристым отливом чистый раствор.

- Может, ещё подогреть? – словно колеблясь, я посмотрела на Гамму, – Как-то не так он выглядеть должен. Если верить рецепту.

Гамма посмотрела на меня, как на придурочную. Что меня очень порадовало. И поставила реторту на спиртовку.

- Ой! – «вспомнила» я, – У меня же в комнате остался букет ландышей! А мы собирались из них вытяжку делать! Гамма, милая, сбегай, пожалуйста, принеси!

- Вы не должны просить, ваше высочество, – поправила меня девушка, – Вы должны повелевать. А мы должны эти повеления исполнять.

- Тогда … живо принесла мне букет! – приказала я. И нахмурилась.

Гамму словно вышибло их комнаты. А раствор уже начал розоветь. Очень хорошо! И ещё, очень хорошо, что зелье, розовея, увеличивается в объёме. Когда Гамма вернётся, в реторте будет ровно столько же жидкости по объёму, сколько было. Она и не подумает, что я себе чуточку отлила. Совсем немного, но мне хватит.

Это зелье нельзя нагревать свыше пятидесяти градусов. Когда Гамма вбежала обратно, в реторте был бурый раствор с противными, блёкло-серыми хлопьями.

- А должен был быть светло-зелёный раствор со слабым запахом сирени, – печально сообщила я Гамме, грустно рассматривая реторту.

Гамма издали принюхалась и поперхнулась. Нет, не сирень!

- Ничего! Отрицательный результат, тоже результат! – чересчур громогласно и жизнерадостно сообщила я – Завтра будем пробовать снова!

- Но, завтра бал! – напомнила Гамма.

Я поморщилась.

- Значит, не завтра, а в следующий раз, – сделала я глубокомысленный вывод, – Ты тут приберись, наведи порядок. Пока я буду из ландышей экстракт извлекать.

- А раствор?

- Выплесни куда-нибудь. Зачем он мне? Явно же, что не получилось!

* * *

Ночью библиотека казалась ещё громаднее. Я катила на самокате и мне казалось, что путь мой будет длиться вечно. А мне вечно нельзя. Заклинание сна, наложенное на охрану, хоть и действенная штука, однако не слишком продолжительно. Может, и есть другое, большего срока действия, но я его не знаю. Мне, как боевой ведьме, важно проскользнуть мимо постов незамеченной, а не усыплять окружающих на неделю. Поэтому меня и учили тому заклинанию, а не другому. Эх, если бы ведьмы могли качественные порталы провешивать! Половины проблем не было бы! И я оттолкнулась ногой ещё сильнее.

А Гамма, наверное, немка. Она не только тщательно вымыла реторту, она это сделала трижды! И пузырьки с реактивами расставила в идеальную линеечку, все как один, этикетками наружу. И все пробирки, колбы, чашки и прочую химическую посуду вычистила до сверкающего блеска и расставила по местам. Точно, немка! Надо подумать, какие у немцев слабые струнки души, и попробовать на них сыграть.

А! Вот, наконец, и арка в зал, где хранится раздел номер тринадцать. И два ротвейлера на входе. Ну-ну! Сейчас узнаем, кто есть ху!

Я вскарабкалась на самый верх одного из стеллажей, вытащила из потайного кармана пробирку с розовой жидкостью и отхлебнула. Ну и гадость! Меня скривило. Однако, вкус знакомый. Тот самый, «напиток усмирения гадов». И я сильно оттолкнулась от стеллажа.

Ведьмы не летают. Но они прекрасно планируют! Я проскользила высоко над собаками и увидела, как две тени метнулись вслед за мной. Без звука. Это замечательно! Было бы куда хуже, если бы они залаяли. Теперь – подсветка. Болотные огни!

Чем хороши болотные огни, так это тем, что они и не огни вовсе. В том смысле, что это не огонь. Это свечение инертных газов. Иначе ни одна ведьма не применяла бы их. Представьте себе, что вы над болотом, где повышенное выделение метана, вдруг решили бы пустить огни, похожие на файербол. Бух! И нет глупой ведьмы. Нет-нет! Болотные огни это совсем другое дело. Ой, да что я тут распинаюсь? Возьмите, почитайте любой учебник для начинающих волшебников, они все начинаются с описания болотных огней, как самого простейшего колдовства. И маны требуют совсем мало.

В зеленоватом свете болотных огней, которые я провесила в виде большой окружности, стали ясно видны поджидающие меня собаки и свернувшийся кольцами питон. Он готовился прыгнуть. Вот, спущусь я ещё на полметра, он как раз и достанет.

- Взять! – коротко приказала я, указывая пальцем на собак.

Миг, всего лишь миг, всего лишь, один бросок. И обе здоровенные псины оказались в плотном коконе змеиных колец. А я решилась опуститься вниз.

Странно. Ротвейлеры остались мраморными. Как и змея. А я думала, оживут. Теперь понятно, почему они не лаяли, не шипели. Для этого нужны лёгкие, гортань и прочие атрибуты живого существа. А они не существа. Они ожившие големы, специфической формы. И, как же хорошо, что «напиток усмирения гадов» всё же подействовал на голема-питона! Я присмотрелась как следует. Да, нет же! Всё проще! Это не големы! Это взяли живых зверей, убили и превратили их в зомби! Поэтому зелье на змеюку подействовало. А собак лаять во время дрессировки отучили. Только рычать. Вот и вся разгадка.

Ладно, мне уже не до них. Мне интересно, что Кащей спрятал в этой тайной комнате. Ведь, что-то должно здесь быть такое, что он решил спрятать? А может … путь для бегства? В простые книги по некромантии я не верю! Может, они здесь и есть, но только для отвода глаз. Не более.

В бледно-зелёном, слабо мерцающем свете, среди дергающихся теней, я быстрыми шагами прошла от одной стены до другой. Между прочим, вполне порядочное расстояние. Хм, ничего подозрительного! Теперь вдоль следующей стены. Опять всё нормально. Ещё одна стена. И опять без странностей. Последний рубеж. Я вернулась к выходу. И ничего не заменила. Сплошные стеллажи с книгами. Как и положено в библиотеке.

Блин! Но я каждым хвостиком нервных окончаний чувствую, что здесь есть какая-то тайна! И время поджимает! Итак, искать или не искать? Вот в чём вопрос!

- Завтра! – решила я, – Завтра я пройду здесь вдоль каждого стеллажа! Я буду идти гребёнкой и проверять все полки, вынимаются из них книги или нет. Мало ли? Слыхала я о таких тайничках, которые под книжные полки замаскированы!

- Отпускай! – небрежно сказала я, выйдя из раздела номер тринадцать.

Сказала небрежно, а внутренне приготовилась. Однако, обошлось. Ротвейлеры ринулись за мной, едва питон распустил свои кольца. Но, выскочив из зала, они словно на невидимую стену наткнулись. Несколько секунд покрутились беспомощно, словно потеряв след, и сели на прежние места. И застыли в той же позе. Да и питон уже обвился вокруг арки, как раньше. Я перевела дух. Нет, я полагала, что так и будет, но полной уверенности не было. Фу-у-у!

Вернулась я как раз вовремя. Охрана ещё спала, но уже беспокойно шевелились. Ещё минут пять и они очнутся. Я легко скользнула внутрь, кое-как покидала одежду на стул и юркнула в кровать.

- Васька! – радостно пропищал возле уха тонкий, детский голосок, – Нашлась!