Барон, похоже, начал сердиться. Глупец, он ещё не понимает, что его ждёт впереди!

- Сударыня! – Марк прижал руку служанки к своему сердцу, – Позвольте выразить то восхищение и упоение, которое я чувствую, оказавшись рядом с вами! Я хотел бы…

- Не верю! – перебила я скучным голосом, – Вы, барон, говорите о восхищении, а сами даже не улыбаетесь. И глаза у вас пустые. Извольте то же самое, но искренне!

Если бы взгляд барона был материален, он бы прожёг на мне дыру.

- Ну, же! – подбодрила я, – Иначе придётся увеличить сумму штрафа!

Барон дважды судорожно вздохнул, успокаивая нервы и начал снова:

- Сударыня! Позвольте вашу ручку! О, какая нежная и бархатистая кожа! Позвольте поцеловать её ещё раз! Это восхитительно! Ваша ручка, словно нежный лепесток розы, дурманит моё сознание! Не могу понять, во сне я или наяву?

- Уже лучше – некстати вполголоса прокомментировала я, – Продолжайте барон!

Негодяй дёрнулся, но сумел собраться.

- Сударыня, похоже, что самые изысканные цветы отдали вам своё благоухание! Разрешите же мне поцеловать каждый ваш пальчик отдельно! Мизинчик, безымянный, средний, опять мизинчик… Это ничего, что я начал снова с мизинчика? Простите великодушно, но я на в силах оторваться!

Барон поднял взгляд и чуть не пошатнулся. Служанка стояла с выражением лёгкой брезгливости на лице, хотя руку и не выдирала.

- Кхм! – напроизвольно прокашлялся барон, – Знаете что? Я хотел бы сказать вам комплимент, но он немного интимного свойства… Давайте я вам его шепну!

Фон Тильверст склонился к уху Энжель и, как бы случайно, коснулся губами её шеи возле уха. Служанка вздрогнула. А барон, не замечая принялся что-то шептать о её страстных глазах, от которых невозмжно не воспламениться. А потом легко и нежно поцеловал мочку уха Энжель.

- Простите, сударыня, не смог удержаться! – распрямляясь сказал барон с видом раскаяния, – Но вы такая зовущая, такая возбуждающая! На моём месте не удержался бы никто, а я всех менее! Ваша красота пьянит меня, путает мысли и кружит голову. Я уже почти не отвечаю за свои поступки!

Руки барона легли на талию девушки и, почти сразу, скользнули чуть выше, к груди. Большие пальцы Марка легко скользнули по выпуклостям платья, еле-еле касаясь его и руки вновь опустились к бёдрам. Энжель стояла столбом, не двигаясь, не реагируя на заманчивые речи негодяя. Похоже, барона это злило. Кажется, он не привык к такой реакции, а точнее, к её отсутствию. На всякий случай барон кинул острый взгляд на меня, может я возбуждаюсь?

А у меня в голове шёл совсем другой процесс. Я воочию наблюдала элементы психологии в действии. Пусть барон и не осознавал, что это психология.

Вот соблазнитель говорит комплименты. Особым, «бархатистым» голосом. Каждому приятно, когда ему говорят что-то хорошее. Девушка улыбается в ответ. Когда мы кому-то улыбаемся, мы перестаём его опасаться. В данном случае – зря! Вот соблазнитель слегка понизил голос. Теперь, чтобы его расслышать, партнёрша должна слегка наклонить голову. Она, может, этого и не заметила сознанием, а, вот, её же подсознание среагировало однозначно: кивнула головой. А, когда человек так кивает головой, он делает жест согласия, как бы говорит «да». Кому говорит? Соблазнителю. Вот, соблазнитель наклонился поцеловать руку. Вроде бы, обычный жест, но при этом соблазнитель пересёк «личное пространство». Да, его туда допустила сама девушка, но по этикету он должен был поцеловать руку и распрямиться, выйдя из этого «личного пространства». А соблазнитель этого не сделал. Он остался там. Того же, кто находится в этом «личном пространстве» более шести секунд наше подсознание начинает квалифицировать, как «своего», «близкого», «надёжного». Каждый элемент из перечисленного, вроде бы пустяк. А, вот, всё вместе – это уже серьёзно. Во всяком случае, это серьёзно для подсознания. Вот соблазнитель захотел что-то шепнуть на ушко. В обычной ситуации ещё неизвестно, позволили бы ему или нет. Но ему уже улыбнулись, кивнули и признали «своим» и «надёжным». Девушка позволяет шепнуть. Для этого соблазнитель делает полшага ближе к девушке, ещё более сокращая «личное пространство». Кроме того, он, как бы случайно, прикасается мягкими, тёплыми губами к её шее, а затем к мочке уха. Да, ведь там, если верить Кляку, самые незащищённые нервные окончания! Девушка должна мгновенно почувствовать, как её охватывает тёплая волна! Это приятно. Личное пространство преодолено, соблазнитель квалифицирован, как «свой», и от его присутствия разливается приятное тепло. Подсознание начинает во всю глотку вопить, что этот человек нужен девушке и от него нужно ждать удовольствия. У девушки начинает вырабатываться – как его там Кляк называл? – ах, да дофамин! И теперь она сама себя начинает подспудно убеждать, что соблазнитель ей жизненно необходим. Что без него плохо, а с ним хорошо. Сама – себя! Ей бы хоть на секунду задуматься! Но, нет. Соблазнитель не даёт ей этой секунды. Он продолжает говорить комплименты. Тем самым «бархатистым», завораживающим голосом. И пускает в ход руки.

Чьи руки мы ощущали на себе в детстве? К чьим прикосновениям привыкли? Правильно, мама и папа. Ну, ещё нянюшка, у кого она была. Самые близкие люди. Если бы соблазнитель сразу схватился за что-нибудь интимное, девушка пришла бы в себя. Но, соблазнитель сперва кладёт руки на бёдра. Это же безопасно! Это почти танец! Подсознание, воспринявшее сперва прикосновение рук с лёгким подозрением, успокаивается. Всё нормально! Эта рука – у кого надо, рука! Прочь подозрения! А, тем временем, руки соблазнителя поднимаются в те места, которые называются интимными. Почему они так называются? Да, потому, что возбуждение этих мест напрямую воздействует на центр оргазма! Если мы спокойно допустили соблазнителя до этих интимных мест и при этом не напряглись, не возмутились, или иным способом не противодействуем этому, будьте готовы проснуться в постели соблазнителя! Даже не понимая, как именно вы там оказались!

И всё это я понимаю потому, что мне это подробно объяснил чародей Кляк. А, кроме меня в этом мире никто ничего подобного не понимает! Проклятые колдуны и прочие маги!

Барон кинул на меня быстрый, острый взгляд и отвёл глаза. Нет, я не возбуждаюсь. Я занята не то размышлениями, не то вычислениями. И служанка моя, как назло, не возбуждается! Что же делать? А делать что-то надо!

Барон нежно прижал Энжель к себе и что-то горячо зашептал ей в ухо. Вроде бы, что-то о пьянящем аромате её тела. Руки барона вначале бережно поддерживали служанку за талию, а потом ловкие пальцы принялись расстёгивать крючки на платье, на спине.

Всё правильно, с точки зрения психологии. Мужчине неудобно ласкать руками женскую грудь, стоя близко и спереди. Для удобства рук надо бы сделать шаг назад. Но, тогда соблазнитель выйдет из личного пространства и перестанет восприниматься подсознанием, как «свой». Верное решение – наоборот, сократить личное пространство до нуля, прижать девушку к себе. Она всё равно теперь будет ощущать соблазнителя грудью. Всё равно нервные сигналы из эрогенных зон побегут в мозг. А соблазнитель тем временем подготовит всё для нового шага в приближении близости. Девушка без одежды, разве это не новый шаг?

Тут, признаться, барона ждала первая каверза, заранее нами подготовленная. Два крючка на платье были перед «уроком» сплющены лично мной. Я для этого даже клещи у нашего кузнеца на время позаимствовала!

Пальцы барона успели расстегнуть, примерно, третью часть крючков и намертво застряли. Барон ещё шептал что-то страстное и возбуждающее, а руки уже с нетерпением дёргали за застрявший крючок. Бесполезно!