Когда по селению разнеслась весть, что каждый честный гном может лично посмотреть на знаменитый меч Эйфинзер, начался форменный переполох. Каждый бросал дела, какими бы важными и срочными они вначале не казались. Каждый бежал со всех ног к дому Эриха, забыв про обычные гномьи достоинство и вальяжность. А у порога их встречала раскрасневшаяся Тавлика, гордая и лучащаяся счастьем. И гномы на цыпочках проходили в горницу. И сразу же раздавалось «Ах!», и каждый замирал в восторге. Не было ни обсуждений достоинств и недостатков, не было поучений детям, мол, смотрите и учитесь. Только благоговейная тишина. Уже через десять минут в горницу было невозможно пройти. Никто не желал выйти, чтобы пустить очередного посетителя, никто не мог заставить себя даже на миг отоваться от священного лицезрения. Я почесал в затылке и, расталкивая гномов, вытащил меч на подставочке во двор. И… опять не рассчитал. Двор тоже заполнился с неимоверной быстротой. Теперь опоздавшие и желающие, хотя бы один взгляд кинуть на чудесный меч, толпились у ворот. Я пожал плечами и вытащил меч на улицу. Вместе с подставкой. Всё равно, никто благородного меча в руки взять не осмелится. Потому, что можно без руки остаться.

Не меньше двух часов всё село рассматривало меч в полнейшей тишине, мужчины, женщины, дети, старики, старухи… Даже грудных младенцев подносили к мечу, еле слышно шепча:

- Эх, может сам и не запомнишь, так я тебе потом расскажу, что ты тоже великий меч собственными глазами видел!

Тавлика голос сорвала, зазывая дорогих соседей отведать скромного угощения, в честь такого невиданного зрелища. А её, похоже, никто не слышал. Наконец, уже не выдержал я. И убрал меч с кинжалом в ножны. И, только тогда, гномы вышли из состояния транса. И – началось!

- Ура!!! – орали гномы во весь голос, – Ура великому мечу! Да здравствует Эйфинзер! Да здравствует Светозарный!

Вот, даже не знаю, вернись к ним великий гномий король, кричали бы они ему с таким же воодушевлением? Мечу – кричали.

Кто-то воскликнул:

- Ура чародею Кляку Счастливому! Ура великому мастеру Эриху дикс Аведа! Ура настоящей мужской дружбе!

- Ура! – громыхнули гномы, – Ура!!!

Ну, что сказать, приятно…

А потом гномы наконец-то увидели накрытые столы. А потом они услышали музыку. Я первый раз в жизни видел, чтобы гномы плясали. Да, ещё так самозабвенно. Танцы парные, танцы групповые, танцы одиночные. С перерывами на возлияние и тосты. С хорошей закуской. И снова танцы.

И я воочию убедился, что споить гнома – нелёгкая задача. Сам я периодически чистил организм. Не слишком, впрочем, стараясь. Чтобы быть в состоянии лёгкого опьянения. Во-первых, это приятно, во-вторых, не нужно, чтобы гномы чувствовали, что я совершенно трезв. А это чувствуется, уж, поверьте. Никакой артистизм не спасёт и не поможет. И не нужно никаких магических способностей.

Пока все отплясывали, Тавлика и несколько других женщин, добровольно вызвавшихся ей помогать, поменяли блюда на столах. И всё началось заново:

- За великий меч! За мастерство гномов! За преемственность поколений! За весь род Рамина Буйного! За весь гномий род! За Великую Заповедь! Ура-а-а!!!

Гномы вскакивали, щедро наливали друг другу вино, чокались и улыбаясь выпивали полные чаши. Ко мне робко подошёл молодой гном:

- Господин Счастливый Кляк… извините великодушно… мы с ребятами только что из штольни… – гном вздохнул с непритворным отчаянием, – Может можно, хоть одним глазком, хоть на секундочку, взглянуть на меч?..

И все разговоры мгновенно стихли.

Я встал, подошёл к подставке и вытащил меч из ножен.

- Ура!!! – громыхнуло, словно пушечный выстрел, – Ура-а-а-а!!!

Вновь грянула зажигательная музыка и гномы ринулись в пляс. Как же тут не веселиться, когда радость великая для всего гномьего рода?! Женщины вновь сменили блюда на столах. Поставили новые кувшины с вином.

Иногда некоторые гномихи убегали по делам: то корову надо встретить, и подоить её, чтобы не маялась, бедная, с полным выменем, то козу загнать, которая умудрилась через забор выскочить, но через несколько минут все возвращались к столам, к празднику.

Едва начало темнеть, я запустил фейерверки. Праздничные огни были встречены с ликованием и очередными «Ура-а-а!!!». А, когда гномы догадались, что я пускаю огни любых видов, цветов и форм, сразу же посыпались заказы:

- Господин Кляк! А можно синюю птицу?

- Можно!

В-з-з-з!!! Взлетает синяя птица и рассыпается искрами.

- Ура-а-а!!!

- Господин Кляк! А можно зелёную рыбу?

- Можно.

В-з-з-з!!! Взлетает зелёная рыба.

- Ура-а-а!!!

- Господин Кляк! А можно оранжевый цветок?

В небе распускается оранжевый цветок.

- Ура-а-а!!!

- А можно разноцветное колесо?

- А можно белый шар?

- А можно розового слона?

- А можно фиолетового крокодила?

- А можно?..

- А можно?..

- Можно!

В-з-з-з!!!

- Ура-а-а!!!

И снова пляски с очередной переменой блюд.

- Господин Кляк! Мы только с поля… Может, можно достать великий Эйфинзер? На минуточку… Нам бы только взглянуть…

Я вновь достаю светозарный меч из ножен.

- Ура-а-а!!!

- Господин Кляк! А можно, чтобы два петуха, один красный, а другой синий, между собой столкнулись и искрами рассыпались?

- А можно, чтобы зелёный кит фонтанчик красными искорками пускал?

- А можно?..

- А можно?..

- Можно!

В-з-з-з!!!

- Ура-а-а!!!

Гномы веселились изо всех сил. И вдруг, я почувствовал, как приближается торжественная тишина. Всё ближе и ближе. Стихали разговоры, останавливались танцующие пары, отставлялись в стороны чаши с вином. И все затихали. Нет, тишина не была тревожной, давящей или гнетущей. Это была именно торжественная тишина.

Я всё понял и поднялся навстречу. К столам шёл растерянный Эрих, с каким-то пёстрым мешочком в руках, явно не понимая, почему столько народу собралось у его дома и почему они так вырядились, и почему все весёлые. И тут он увидел меня. Трудно не увидеть, если ты почти наполовину выше самого рослого гнома!

- Кля-я-я-к! – заорал Эрих ликующе, – Дружище!

Он врезался в меня, как таран врезается в закрытые городские ворота! Я знаю несколько заклинаний, чтобы не сдвинуться с места при сильном ударе, но ни одно не помогло. Меня отшвырнуло, как тростинку. Вернее, отшвырнуло бы, если бы Эрих не успел меня сгробастать в свои стальные ручищи. И опять, как когда-то, он сжал меня в объятиях так, что я непроизвольно пискнул. Это я не нарочно. Это у меня с таким звуком воздух из лёгких вырвался. Окружающие гномы добродушно засмеялись. Они-то подумали, что я так пошутил. Какие шутки?! Нет, какие шутки, когда все кости трещат?