Академия жила своей привычной жизнью, и исчезновение Карла Вандервуда постепенно перестало быть главной темой для обсуждения. Студенты и преподаватели привыкли к новому расписанию, его учеников распределили между другими преподавателями, и учебный процесс вошёл в свою обычную колею.

Я тоже привык к новой нагрузке. Дополнительные часы, которые свалились на меня после исчезновения Карла, отнимали много времени, но я не жаловался — работа отвлекала от мыслей о Вэнсе и о том, что меня ждёт впереди. А ещё работа давала мне доступ к тому, что было важнее всего — к библиотеке. За эти дни я успел изучить несколько новых разделов, которые раньше были для меня закрыты. Книги по древней магии, теории артефакторики и даже несколько трактатов о природе демонов — всё это ждало меня на полках, и я с жадностью поглощал знания, которые Кроу когда-то называл «ключом к настоящей силе».

Сегодня у меня не было занятий. Первый свободный день за последние две недели. И я решил провести его так, как любил больше всего — в библиотеке, в тишине, среди старых книг и пыльных фолиантов. Без спешки, без расписания, без студентов, которые задают вопросы. Только я, книги и покой.

Я сидел в своём любимом углу на втором этаже в том самом неудобном дубовом кресле с продавленной подушкой, которое уже успело стать моим. Рядом на столе громоздилась стопка книг — я брал их наугад, просто чтобы полистать, и если что-то цепляло взгляд, откладывал в сторону для более внимательного изучения. Так я мог провести часы, переходя от одного тома к другому, не замечая хода времени.

Утро было тихим. Солнечный свет пробивался сквозь высокие стрельчатые окна, расчерчивая каменный пол золотыми прямоугольниками. В библиотеке почти никого не было — некоторые студенты ещё спали, другие уже завтракали, преподаватели готовились к занятиям, и только редкий шелест страниц нарушал тишину. Запах старого пергамента, воска и типографской краски окутывал меня, как одеяло.

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Широ спал рядом, свернувшись клубочком, его белоснежная шёрстка вздымалась и опускалась в такт дыханию. Иногда его хвост подёргивался — наверное, ему снились орехи. Или что-то другое, что может сниться белкам.

Я взял с края стола книгу в тёмно-синем переплёте — трактат о магических конструктах, который нашёл случайно на прошлой неделе. Автор писал о том, как создавать устойчивые магические структуры, не требующие постоянной подпитки от мага. Это было близко к тому, что я искал для своих экспериментов с марионетками.

Страницы шуршали под пальцами, и я погружался в текст. Здесь было много знакомого. Кроу писал о похожих вещах, но его подход был более интуитивным, почти искусством. Этот автор, напротив, подходил к вопросу с холодной математической точностью. Схемы, формулы, расчёты. Это было не так красиво, но в чём-то даже полезнее. Я мог дополнить знания Кроу этим системным подходом, создав нечто новое.

— Ты снова читаешь, — раздался сонный голос Широ. Бельчонок приоткрыл один глаз и посмотрел на меня с укором. — Можно подумать, ты никогда не отдыхаешь. Хотя… Ты и правда никогда не отдыхаешь.

— Я отдыхаю, — ответил я, не отрываясь от книги. — Чтение — это отдых.

— Для тебя — да. Для других — нет. Нормальные люди отдыхают по-другому. Гуляют, болтают, да хоть смотрят на небо. А ты только читаешь. И тренируешься. И снова читаешь.

— Ну… такой уж я, — развёл руками.

Широ фыркнул, но спорить не стал. Он спрыгнул и подбежал к столу, забираясь на стопку книг и усаживаясь прямо передо мной.

— Ты ведь не просто так здесь сидишь, правда? — спросил он, и в его голосе появилась серьёзность, которая выдавала его истинное беспокойство. — Ты всегда ищешь что-то. Всё время пытаешься стать сильнее. Быстрее. Умнее. Когда это закончится?

— Когда я буду достаточно силён, чтобы никто не смог отнять то, что принадлежит мне, — ответил я, откладывая книгу в сторону и глядя на бельчонка. — Пока что силы недостаточно.

— Ты слишком много на себя берёшь. Ты не сможешь победить всех врагов в одиночку. Для того и создаются кланы.

— Я знаю, — я провёл рукой по его шёрстке, и он зажмурился от удовольствия. — И я не один. У меня есть Гильдия. Есть друзья. Есть ты. И всё же я должен сам стать сильнее.

— Ты прав. Но это не значит, что тебе нужно сжигать себя. Ты человек. Точнее полуэльф. Но сути это не меняет. Ты не железный.

— Знаю. Поэтому я здесь, в библиотеке. Читаю книги. Отдыхаю.

— Ты называешь это отдыхом… — тяжело фыркнул Широ. — Но я хотя бы рад, что ты перестал крутиться как белка в колесе. Это уже прогресс.

Я фыркнул от его сравнения и снова взял книгу. Широ устроился на стопке рядом со мной и тоже принялся смотреть в открытые страницы, хотя я сомневался, что он понимал хоть что-то из написанного. Но ему было важно просто быть рядом.

Я перелистывал страницы, и время текло незаметно. Где-то вдалеке слышались шаги, кто-то прошёл мимо стеллажей, не задерживаясь. Кто-то другой взял книгу с соседней полки и устроился в кресле у окна. Но я оставался в своём уголке, отгороженный от мира запахом старых книг и тишиной.

Вдруг моё внимание привлёк один из разделов. Речь шла о всё тех же «устойчивых конструктах» — магических структурах, которые могут существовать автономно, без участия мага. Автор утверждал, что такие конструкции можно создать, используя особые плетения, но работающие немного по иному принципу.

Я задумался. В книге Данталиона были похожие идеи, но они были изложены более сложно, с использованием демонической терминологии. Этот автор переводил их на язык, понятный обычному магу. И это открывало новые возможности.

Я взял лист пергамента и начал делать заметки. Схемы, формулы, пересечения нитей. Я соединял знания Кроу, идеи из книги Данталиона и этот новый подход, создавая нечто уникальное. В моей голове рождались новые способы усилить мои марионетки. Особенно «Тишину». Я до сих пор считал её своим самым выдающимся творением. Однако пока ей было далеко до идеала.

— Ты опять что-то придумал, — Широ заглянул в мои записи. — Выглядит сложно.

— Потому что это и есть сложно, — ответил я, не отрываясь от пергамента. — Но если сработает, это изменит многое. Это даст Гильдии невиданные возможности. Однако есть свои подводные камни, и нужно придумать, как их обойти.

— Звучит опасно, — заметил Широ.

— Риск того стоит. Да и не впервой мне рисковать с новыми плетениями. Все методы защиты уже давно продуманы. И составлена техника безопасности, — кивнул я.

— Хорошо, что ты теперь всегда продумываешь всё наперёд. Это куда лучше, чем то, что ты творил со своими друзьями в начале пути… — Широ зевнул. — Мне это нравится. Продолжай.

— Тогда мы были слишком глупы и жадны до знаний, — смутился я, вспоминая то время.

Тогда мы и вправду не особо заботились о своей безопасности и выжили разве что каким-то чудом. Сейчас я так глупо не поступаю. Ну… почти всегда.

Я работал ещё несколько часов. Пергамент исписался, и я взял новый лист. Схемы становились всё сложнее, но я чувствовал, что приближаюсь к решению. Это было похоже на сборку пазла — каждый новый элемент вставал на своё место, и картина постепенно прояснялась.

Но потом я понял, что начал уставать. Глаза слипались, мысли путались. Я отложил пергамент и откинулся на спинку кресла, закрывая глаза. Широ уже уснул, свернувшись на моих записях, но я не стал его будить. Пусть спит.

Тишина в библиотеке была почти осязаемой. Где-то далеко, за стенами, слышались голоса — студенты заканчивали занятия, преподаватели расходились по комнатам. Но здесь, в этом уголке, было тихо. Только моё дыхание и редкое шуршание страниц, когда ветерок с улицы проникал через неплотно закрытое окно.

Я думал о Вэнсе. О его могуществе и влиянии. Он был опасен. Очень опасен. Но у него были слабые места. И я знал, где их искать.

Шей сказал, что его люди работают над сбором информации. Они уже нашли несколько нитей, которые могли привести к чему-то важному. Возможно, к людям, которых Вэнс использовал и потом выбросил. Или к врагам, которые когда-то были его союзниками. Все эти нити нужно было распутать, и тогда у меня появятся рычаги давления.

Но сейчас не время думать об этом. Сейчас я просто сидел в тишине, чувствуя, как усталость постепенно отпускает меня. Я не знал, сколько времени прошло — может час, а то и два. Магические светильники на стенах чуть притушили своё сияние, имитируя вечер. Солнце за окнами уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые и золотые тона, и их отблески падали на каменный пол, делая его похожим на драгоценный металл.

— Фауст, — пробудил меня тихий голос Широ. — Просыпайся. Уже вечер.

Я открыл глаза и посмотрел на бельчонка. Он сидел на краю стола и смотрел на меня с лёгкой улыбкой.

— Я не спал, — возразил я.

— Ты дышал как спящий. И глаза были закрыты. Это называется сон, Фауст. Даже если ты думаешь, что не спишь.

— Спорить с тобой бесполезно, — я потянулся, разминая затёкшие плечи.

Я собрал свои записи и сложил их в папку. Библиотека уже почти опустела — только несколько студентов сидели в дальнем конце зала, склонившись над книгами. Я поднялся и направился к выходу, чувствуя, как усталость отпускает тело.

На улице было прохладно. Вечерний ветер доносил запахи города — дым, цветы, хлеб. Я остановился на крыльце и глубоко вдохнул свежий воздух, наслаждаясь моментом. Всё было хорошо. Тихо. Спокойно. И я знал, что завтра будет новый день.

Широ выбрался из кристалла и устроился на моём плече.

— Ты сегодня провёл целый день в библиотеке, — сказал он. — Мог бы и поспать нормально, а не в неудобном кресле.

— Бывает, — пожал я плечами, направляясь к преподавательскому крылу. — Может в следующий раз нормально высплюсь.

— Может, — фыркнул Широ. — Но скорее опять пойдёшь в лабораторию или библиотеку.

Я не ответил. Потому что он был прав.

Я дошёл до своей комнаты, закрыл дверь и сел на кровать. Перед глазами всё ещё стояли схемы и формулы. Я знал, что не смогу уснуть, пока не разберусь с ними.

Широ вздохнул и забрался на подушку, сворачиваясь клубочком.

— Спокойной ночи, Фауст, — сказал он.

— Спокойной ночи, Широ, — ответил я.

Я взял пергамент и снова начал писать. Схемы становились всё более чёткими, и я чувствовал, что нахожусь на правильном пути.

Утром я проснулся от солнечного света, который заливал мою комнату. Широ уже не спал, он сидел на подоконнике и смотрел на город, его хвост нервно подёргивался.

— Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь. — Выспался?

— Удивительно, но да, — я сел на кровати. — Снились книги.

— Лучше бы тебе девушки снились, — фыркнул он.

Я улыбнулся и встал, потягиваясь. Тело было отдохнувшим, а голова — ясной. Сегодня нужно заняться более важными делами. Пора начинать нашу игру против Вэнса. В конце концов, от вредителей ведь нужно избавляться, верно?