Тереховский попрощался с Адамом, и тот будто бы даже отреагировал. На пару секунд перестал качаться и бормотать, но когда дверь закрылась, до нас донёсся приглушённый вопль про Алый рассвет, который наступит сразу же, как замкнётся контур.

— Он очень быстро устаёт, — виновато сказал учёный.

— А есть шанс его вылечить?

— Боюсь, что нет, — ответил Тереховский. — Уже нет. Даже если каким-то образом разделить сознания, то изменения уже необратимы.

Мы покинули нижний этаж, а когда вновь оказались в кабинете, Тереховский начал копаться в ящике стола.

— Секундочку, где-то у меня здесь нужные записи, — пробубнил учёный. — Я давно нашёл эту формулу, но и обсудить было не с кем, и больше похожие последовательности не попадались. Вот!

Тереховский хлопнул по столу тонкой папкой и сразу же её раскрыл. Я только и успел зацепить часть названия: что-то там особо агрессивные и опасные виды.

— Вполне допускаю, что вы нашли именно запасное семечко, которое отчасти может нести в себе функцию запасного комплекта, но речь не идёт о простом техобслуживании. Уверен, что ставка на то, что такие, как вы, смогут замкнуть контур. А эта роль никак не для ремонтника, а скорее для члена разведывательно-диверсионного подразделения. Некая дальняя разведка, способная не просто пройти через аномалии, но и быстро нейтрализовать особо крупную угрозу.

— Продолжайте, — кивнул я, когда Тереховский замолчал, переводя дыхание. — Я очень внимательно слушаю.

— У вас, — учёный кивнул на стол, сразу и на папку и на свой планшет, где ещё были открыты мои данные, — ядро сборки вашего генома состоит из сенсорики, мобильности и физики. Они же контроль, выживание и урон. Я пока не пойму, насколько вы хороши против стаи монстров, но проблемы с одиночками вы должны решать очень быстро. Большинство навыков из разряда звериной агрессии, уж простите, что такие сравнения и термины, заточены под достижения быстрого результата с максимальным уроном. Затяжные бои — не под ваш геном.

Я пожал плечами, вроде бы на выносливость не жаловался, но в остальном на меня похоже. Как на Аркадии, так и на Земле, если, конечно, за «звериную агрессию» принять крупнокалиберную снайперскую винтовку.

— Хотя, — продолжил Тереховский, — наличие «Кровавого темпа» намекает на способность справлять с превосходящим числом противников, но это, если успеть их проредить. В остальном же я бы назвал вашу связку: «Тёмная охота». Ваш билд не дерётся, он охотится. Как говорится: первым не бьют, первым находят.

Найти, увидеть слабость, выбрать момент и только потом действовать. Причём действовать наверняка и без каких-либо правил. Например, из слепой зоны и не абы куда, а в жизненно важные места. Если не убить сразу, то лишить контроля: минус суставы и сухожилия, минус дыхание. И всё в движении, постоянный слом дистанции, никаких ненужных блоков.

Тереховский снова разошёлся, так вдохновенно рассказывал, будто сам о таком билде мечтает. Не факт, что для себя, но точно в копилку своих аналитических выводов.

— С одной стороны, вы одиночка, способный пройти через аномалии и столкнуться с более сильным противником, но с другой — есть и усилители в виде навыков стаи. Правда, думаю, что такая синергия будет работать только на уровне базового генома. Уж не знаю, ультиморфисы заранее так продумали или это уже природа постаралась, но этот мир, похоже, делает серьёзную ставку на ваш базовый геном.

— Какая честь, — вздохнул я. — А мне-то что с этого?

— С точки зрения Аркадии, думаю, что ничего, — усмехнулся Тереховский. — С точки зрения моих данных, вы можете правильно достроить этот билд. Или, наоборот, попытаться что-то изменить. Анализ показывает, что вы закрыли ещё не все ключевые точки. Есть ещё, где свернуть.

— Например? — с интересом спросил я.

Стать этаким ассасином, вышедшим на «Тёмную охоту» на альфа-боссов меня более чем устраивало, но вдруг есть что-то поинтересней? Или, наоборот, сбалансированней? Опыт с форматами брони: то «панцирь», то «коготь» уже показал как плюсы, так и минусы.

— Например, свернуть в сторону прокачки биоэнергетических излучений. Больше ментального воздействия на других. Но, честно говоря, не рекомендую, психика становится очень хрупкой. Есть, знаете ли, здесь парочка пациентов, — Тереховский неопределённо показал рукой в коридор.

— А ещё есть?

— Можно копнуть в сторону «Теплообмена», думаю, что «Древним» зачем-то был нужен кто-то, кто сможет выжить в экстремально низких или, наоборот, высоких температурах.

— Не, — покачал головой я, — здешний климат мне более чем устраивает.

— Тогда «Композитная кожа» и «Сопротивление», — пожал плечами учёный. — Уже, конечно, поздновато, но ещё есть шанс перестроиться в этакого броненосца.

На это я тоже помотал головой.

— Остаётся «Чувство роя», но там крыша ещё быстрее может поехать. Адам отчасти этим и страдает.

— Ладно, вопрос — а в каком направлении двигаться, чтобы управлять розовой пыльцой? — спросил я. — Менять патогенность? Наоборот, лечить?

— Боюсь, что на этот ответ вам сможет ответить только ультиморфис, — вздохнул Тереховский и постучал себя пальцем по лбу. — И, скорее всего, только напрямую.

При этом от меня не ускользнул блеск в его глазах, когда он это произнёс. А мне стало грустно. При таком раскладе Драго не нашёл волшебную таблетку, он, вероятно, принял в себя «Древнего». И только одному Вольфу известно, кто и что в итоге руководило действиями Драго.

— Это без гарантии, что моя личность победит чужую? — в итоге спросил я.

— Я бы сказал, что пятьдесят на пятьдесят, — ответил Тереховский. — Но у вас явная предрасположенность, поэтому чаша весов, скорее всего, на вашу сторону не опуститься.

— Ясно, — кивнул я. — Ну значит «Тёмная охота».

— Прекрасный выбор, — улыбнулся Тереховский так, будто я в ресторане блюдо дня заказал. — Позвольте ваш биомонитор, я загружу туда варианты развития до ключевых точек.

— Профессор, — сказал я, протягивая гаджет, — а ваш-то во всём этом какой интерес?

— Если скажу, что научный, вы мне поверите? — с улыбкой на лице спросил Тереховский. — Я дарвинист. Возможно, теория в чём-то устарела, но естественный отбор и борьбу за существование видов никто не отменял.

— Вам, что ли, интересно, кто победит?

— Именно, — кивнул Тереховский. — Очевидно, что ультиморфисы в своём прежнем виде уже проиграли. Думаю, что Вольф придерживается такого же мнения. Не очевидно, но очень любопытно, кто же смог их уничтожить? И ещё более любопытно, как мы — люди, сможем всем этим воспользоваться?

Я, видимо, очень недоверчиво и скептически посмотрел на профессора, что он аж смутился.

— Знаю, о чём вы подумали. Но я не настолько верю в себя, чтобы пытаться самостоятельно создать, скажем так, этого сверхчеловека, — медленно, смакуя каждое слово, сказал Тереховский. — Но достаточно терпелив и амбициозен, чтобы зафиксировать победителя. И не буду скрывать, конечно же, потом повторить его путь.

Хм, я ещё раз попытался через чуйку определить его геномы. Что же он там такое себе «вколол», что рассчитывает на такое длительное терпение? С амбициями-то понятно — очередной фанатик, но хоть сам плодить мутантов не собирается. Тоже мне геномный вуайерист какой-то, но, с другой стороны, логично. Зачем ему, как тому же Феликсу, тратить годы пусть даже на десяток экспериментов, если у него есть доступ к базе с десятками тысяч?

Интуиция молчала. Последние фразы Тереховский явно говорил искренне. Рекомендованный билд не выглядел бесплатным сыром в мышеловке. Я ведь могу его только изучить, и не применять, а биомонитор вообще выкинуть. Тереховский должен понимать, что у него нет никаких гарантий, кроме моего честного слова, что и потом дам доступ к данным. А ещё забавней будет посмотреть на того сверхчеловека, который согласиться раскрыть секрет и создать своего конкурента. Как вариант, ему и не нужны последующие данные, а достаточно только отправной точки, которая уже у него в планшете.

Я приглушил в себе чрезмерную подозрительность. Проблемы Тереховского — это проблемы Тереховского, мне для начала нужно решить свои проблемы. А моя проблема — Вольф, даже если нулевой геном дал мне иммунитет от розовой пыльцы, то не у всех моих близких он есть. В отличие от Тереховского я не настолько амбициозен, чтобы спасти мир, но и жить (пусть даже вдвоём с Осой) в мире Вольфа я не хочу. А значит, он для меня угроза. А с угрозой я тоже жить не хочу. Хочу просто жить, счастливо, радостно, садик опять же… Ну или собственная страна. До уровня небольшой страны я вполне себе амбициозен…

И если «Тёмная охота» поможет мне справиться с угрозой, то почему нет? А потом можно будет и за аномалии сходить, замкнуть контур. Звучало как план. Осталось только решить, смогу ли я сейчас подобраться к Вольфу? Если все мои догадки верны, то он тоже хочет замкнуть контур, чтобы если уж зачищать гибридов, то разом. И тогда вполне понятно, почему он позволяет UNPA формировать Земсектор. Пока он будет насаждать свою власть в освоенной зоне, Экспедиционный Корпус либо сам сгинет, либо выполнит за Вольфа всю грязную работу по зачистке потерянных земель. Особенно если там остались силы прошлого вторжения.

Было бы неплохо натравить UNPA на «Волков» сейчас. Так сказать, развернуть их в другую сторону, где опасность более реальна. Но, во-первых, это точно не мои методы, я под другое заточен, и меня это устраивает. А во-вторых, Экспедиционный Корпус на это всё равно не пойдёт. Первыми напав на Вольфа сейчас, они натравят на себя всю Аркадию. А ещё и без порталов на Землю, без подкрепления и снабжения, их просто затопчут, вытеснив под аномалии.

Значит, надо валить Вольфа самостоятельно. Но после того, что произошло с Драго, что-то мне подсказывает, что охрана у Вольфа теперь усилена в разы. И тогда надо либо искать способ стать полным невидимкой, либо, наоборот, идти в открытую и появиться на Совете в роли члена этого Совета. М-да, этот план мне нравился меньше. Слишком много непонятных моментов, спалят на входе на заседание и никакая ксива, то есть медальон, не помогут.

А если… В голове начал возникать план, как заманить Вольфа на выгодную мне территорию, используя ультиморфисов в роли приманки, а то и в роли союзников, но меня отвлёк Тереховский.

— Готово, — сказал профессор, вручая мне биомонитор.

— Насколько нужно следовать рекомендациям? — спросил я, сразу же заглянув в обновлённый раздел «Наследие Древних».

— Природа сама всё сделает, — усмехнулся Тереховский, — там довольно вариативно с точки зрения геномов, плюс с какого-то момента базовый геном начнёт адаптироваться. Что-то принимать, что-то переделывать под себя.

Я кивнул, подумав, что этот момент уже давно наступил. Просто я его интерпретировал иначе. Думал, что случайность, а оказывается запрограммировано. Эх. Сплошной обман и рекламные акции.

— Если будут какие-то вопросы, вы знаете, где меня найти, — сказал профессор. — А сейчас извините, мне пора кормить Адама.

На этом мы с Тереховским и разошлись. Я выбрался на поверхность и, щурясь от яркого света, повнимательнее изучил обновление. Чем-то мне это напомнило самые первые рекомендации, которые мне давал Аркаша, чтобы поддерживать шакраса на нужном уровне. Список потенциально нужных мне геномов был раз в десять больше, чем список на весь «Артельшвей». С другой стороны, никто и не говорил, что стать сверчеловеком будет легко. А особенно тому, у кого в базе геном шакраса, которого днём с огнём не сыщешь. Не считая Пепла, конечно, но на него у меня другие планы. Всё-таки мы стая.

Вот только ультиморфисов это не особо волновало, и для ускоренного роста предполагалось, что в рамках естественного отбора я точно должен и со своим видом разобраться. То есть нужен был переход минимум на второй уровень.

— Ладно, — хмыкнул я, — я достаточно амбициозен, чтобы и на третий замахнуться.

С этими мыслями я покинул территорию «Седьмого» отдела. Хотел немного побродить по базе Земсектора, поглазеть вдаль и изучить концентрацию пыльцы, но меня довольно настойчиво перехватил водитель. Сказал, что на той стороне уже заждались.

Уже на перевале, когда я почувствовал присутствие Пепла, появилось какое-то странное чувство. То ли шакрас, прочувствовал свободу и передал своё настроение мне, то ли меня самого потянуло на неосвоенные земли. Будто тоска по дому проснулась. Но я её прогнал, вдруг не моя, а опять запрограммировали.

На другой стороне меня ждали Купер с Осой. И оба с предложениями, которым нельзя было отказать. Купер хотел вернуться в Пирос и всё-таки закрыть вопрос с огненными наёмниками. А Оса с Пчёлками вписались в какой-то типовой рейд Экспедиционного Корпуса на этой стороне Земсектора, в награду за который обещались нужные им геномы. Я же понял, что хочу в спокойной обстановке обдумать всю полученную информацию, изучить «Наследие» и доработать все свои гениальные планы. А где это ещё делать, как не в зоне отчуждения вокруг заброшенной Гранады?

Поэтому на следующий день мы разъехались в разные стороны, договорившись встретиться через две недели. С собой я взял только Хоббс, рассчитывая обсудить с ней историю «Древних», и Фея, от которого просто не смог избавиться. Купер с Сапёром погнали в Пирос: один за наёмниками, второй за геномами и соответствующими рецептами. А все остальные остались прикрывать «Пчёлок» (по этому вопросу мы очень долго спорили с Осой) и помогать Чейку обновлять нашу технику и разбирать полученное от «Миротворцев» оборудование.

Шериф своё слово сдержал, запустив Купера на склады. И теперь у меня был и свой новенький пулемёт — крупнокалиберный «Корд», и новая снайперская винтовка — ORSIS T-5000 в калибре.338 Lapua Magnum. Оба с оптикой, и оба в теории могли закрыть дистанцию от полутора до двух километров. Патронов выдали меньше, чем хотелось, но больше, чем можно было со всем остальным увезти на моей «ласточке». Зато разных. И МДЗ, которые мгновенного действия зажигательные, и Б-32 — бронебойно-зажигательные, и просто бронебойные, рассчитанные на особо толстые шкуры монстров, крепкие панцири или любую другую броню, которую мы встретим. Ну и охота на «волков» должна была быть результативной.

Шериф сказал, что это лучшее, что есть на складах. И ничего нового, скорее всего, уже достать не получится. Грустно, конечно, но местные оружейники уже тоже поднатарели. Плюс, я делал ставку на Ульрика, что при следующей нашей встречи он сможет меня удивить.

В итоге выехали мы на одном из бронированных фургонов, загруженном не только оружием, но и оборудованием для создания комфортного временного лагеря. Цель поездки — особо не светясь проехать вдоль границы Гранады, осмотреть подступы и найти место для последующих вылазок. Так чтобы и ходить недалеко, и оборону держать, если кто за нами придёт. Плюс, если успеем, то и более глубокая разведка с оценкой ситуации.

Старые карты, которые удалось добыть, говорили, что вся Гранада в лучшем случае в три раза превышает Андорру, то есть чуть больше тысячи квадратных километров. Крупный город там всего один, плюс несколько небольших поселений вдоль Рекадии, всё остальное как в той самой Андорре: скалистые горы, разделённые долинами с большим количеством озёр.

Зона отчуждения вдоль границы и то была больше. И разговоров про проклятие Гранады ходило множество, но конкретики ни у кого не было. У Драго была, но он, понятное дело, не расскажет. Но зато сам факт, что он смог туда пробраться, давал повод думать, что и мы сможем.